Умиротворение

      — Нравится, да? — Высокий парень с короткой стрижкой пристально наблюдает за Марком. Марк в свою очередь не отрывал взгляда от игрушечного спорткара коричневого цвета, не прекращая теребить конец бинта на руке. Машинка стояла за стеклом вместе с другими вещами прямо возле столика Марка. Столик стоял прямо возле окна, поэтому из кафе была видна серая дождливая улица. За стеклом, похоже, были собраны совершенно случайные предметы: машинка, молоток, портсигар, кольцо… Но игрушка Марку случайной не казалась. Вскоре стекло потемнело, и на нём начали переливаться красные, белые и оливковые узоры. Впрочем, как и всегда.       — Ох… Определённо. А что это за трек? — Марк снял наушники и вернул их собеседнику и снова принялся накручивать конец бинта.       — Clams Casino - I'm the devil.       — Ой, я ведь так и не поинтересовался, как Вас зовут?       — Можешь на «ты». Гин Марсель. А тебя?       — Марк. Приятно познакомиться.       — Что у тебя с рукой?       Парень замялся, но тут внимание всех обратилось на официанта, который зашёл за барную стойку, поднял бармена, взвалил его на плечо и понёс к выходу, не забыв шлёпнуть по заднице. Когда они вышли, посетители продолжили рассматривать предметы за стеклом и общаться друг с другом.       — А-а…       — Не обращай внимания, тут постоянно такое. — Гин подвинул пиццу ближе к Марку. — Ешь, я свою уже съел. Это твоё.       — Гин, а ты не знаешь, откуда здесь эта машинка? Просто она очень похожа на ту, которую я в детстве не выпускал из рук… А потом забыл дома, когда переехал. На ней даже царапины такие же.       — Хм, вероятно, это она и есть. Но вот как она появилась тут сказать не смогу.       — Почему?       — Я не знаю этого. Извиняюсь, мне нужно идти, скоро работа начнётся.       Марку нравится засыпать под тот трек, которым поделился Гин Марсель. Под него снятся прекрасные сны, в которых Марк чувствует себя нужным, принятым, даже любимым. Но когда он просыпается, чувствует лишь дикую грусть и разочарование в жизни. Душевная боль перерастает в физическую. Но успокоить её сейчас не имеется возможности. Ему приходится мучительно долго ждать, пока соседи по комнате соберутся и уйдут на пары, не обращая никакого внимания на Марка. Он на пары не пойдёт. Его давно могли бы исключить за это, но вместо этого перевели на заочное обучение по совету психиатра. Можно было бы поехать домой к родителям, но дома ему становится хуже...       Когда все ушли, студент размотал бинт на руке, достал хорошо заточенный нож и добавил ещё один глубокий порез в паутину предыдущих. Потом ещё один. И ещё один. Но на четвёртый раз он вспомнил, что ему необходимо принимать таблетки, и они должны облегчить состояние.       Выпив дневную норму, Марк упал обратно на подушку и прикрыл глаза. Он может лежать вот так вот целыми днями, забывая порой про еду и душ. Приподняв руку, он начал наблюдать, как капли крови стекают вниз. Это точно действовало как анти-стресс. Когда кровь окончательно засохла, Марк вновь закрыл глаза. Уснуть он не мог, так как таблетки не давали этого сделать. К тому же со сном проблем особо не было, ведь с утра ему никуда не нужно...       Через три часа залипания в стену и на свои руки, до ушей Марка донеслось постукивание капель о подоконник. Лицо парня озарилось, и глаза его заиграли жизнью. Не медля ни секунды, студент вскакивает с кровати, но тут же садится обратно, так как в глазах потемнело. Игнорируя головокружение, Марк находит свою одежду в шкафу, быстро её натягивает и хватает с тумбочки ключ.       Дождь пошёл немного сильнее. Марк вышел на улицу с радостным выражением на лице. Он не надевает капюшон и ему не нужна шапка. Ему нужны мокрые от весеннего дождя волосы. Марк наблюдает, как некоторые студенты забегают в общежитие, боясь намокнуть и простудиться. Везунчики, сегодня у них одна пара.       Марк выходит из дворика, и целеустремлённо шагает по мокрому асфальту в направлении кафе. Кафе находится не так уж и далеко, так что через десять минут его из окна увидит Гин Марсель. Он также увидит ещё семерых людей, которые точно так же целеустремлённо, но свободно идут против спешащей укрыться от дождя толпы. Они будто сигнальные фонари, их видно издалека. Это озарённое дождём лицо Гин ни с чем и никогда не перепутает.       У входа в кафе начинает всё чаще звенеть приветствующий посетителей звоночек. С разных сторон к заведению подходит всё больше людей. Зал наполняется приятными интонациями. Гости видят друг друга, видят персонал и обнимаются со старыми и новыми знакомыми. Обнимаются так, будто знают друг друга не менее пяти лет. Среди них и Марк. Он чувствует себя нужным, любимым и интересным. Он обнимает всех, кто не против обнять и его. Он утыкается мокрым лицом в мокрый холодный плащ какой-то девушки и доброжелательно что-то рассказывает ей. Та с интересом слушает, но... Постепенно в глазах каждого посетителя проступает боль. Никто её не показывает, но все понимают, что только в этом кафе они будут чувствовать себя так хорошо, и что, когда кончится дождь, все снова станут одинокими. Только здесь их по-настоящему кто-то ждёт и готов слушать часами напролёт. Ведь после дождя никто не проведёт их до дома и не поинтересуется номером телефона. Они живут только здесь и только сейчас, не зная, в какой момент это закончится.       — О, Гин! Ты что, здесь работаешь?       — Именно. Вчера была не моя смена. Ну а сегодня я ваш официант. Что желаете?       Попивая кофе с белой шоколадкой, Марк расспрашивал по поводу портсигара, который стоял рядом с игрушечной машинкой за стеклом. Бинт на руке скрывал свежие порезы, которые уже совсем не чувствовались. Оказывается, этот портсигар принадлежал отцу его собеседника. Лицо перед Марком восхищённо поведало о том, где успел побывать этот портсигар вместе с отцом, который работал архитектором... Марка удивляло, почему люди здесь реагируют на его общительность абсолютно нормально. Обычно знакомые избегали парня. Он не понимал почему, ведь казалось бы - всё хорошо. Он считает людей изначально хорошими, поэтому начинает общаться с ними как с лучшими друзьями с первых минут знакомства... Ведь у него не так много друзей, чтобы допустить хотя бы одну ошибку и сложить о себе плохое впечатление при знакомстве. Если точнее, друзей нет. Но людям это не очень нравится. Странно?       Казалось, что время тут не идёт вовсе. Однако, как только дождь начал ослабевать, лица в зале начали размываться, а переливающиеся узорами стены шататься и падать друг на друга. Постепенно всё теряло краски, мутнело и становилось прозрачнее, пока Марк не остался наедине со своим внутренним серым цветом, который видишь и с закрытыми глазами. Сон одолевал расслабленное тело, но сознание всё ещё слышало, как в наушниках играет "Sickness" группы Grey Daze. Марк вновь в своей кровати, один. |No signal|