Лотос на черном покрывале

— А! Павлин недоделанный, АтАшел от моей сестры! Как только на съемочной площадке объявили перерыв, снова начали раздаваться звуки перепалки между новой восходящей звездой, Вэй Усянем, и многообещающим актером, Цзинь Цзысюанем. В эпицентре спора, как всегда, находилась милая и хрупкая на вид девушка-айдол. Цзян Яньли впервые решила попробовать себя в кино, и, так совпало, что актерский состав включал в себя ее младшего брата, который, собственно, и начинал ругань, когда видел, что к его любимой сестренке подкатывает молодой господин Цзинь. — Шицзе, — протянул плаксиво Вэй, аккуратно приобняв сестру за плечи в попытке спрятать от жадных глаз зевак. — Как ты можешь с ним разговаривать? — А-Сянь, он ведь не сделал ничего плохого, — улыбнулась Яньли, после чего рядом послышалось высокомерное «Вот именно!». — Мы просто поговорили, и он пригласил меня поужинать. — Ааа! — Усянь скривился, словно услышал что-то невероятно ужасное, но девушка не обратила на это никакого внимания. У Вэй Усяня действительно был талант к актерской игре. — Ну-ну, иди скорее в гримерку, тебе следует переодеться, — ласково произнесла Яньли, отвлекая Вэй-курица-наседка-Усяня от тяжелой для него темы. — Ууу, Шицзе меня не люби-и-ит! — жалко пропыхтел парень, но все-таки отправился в свою гримерку, напоследок злобно зыркнув в сторону Цзысюаня, чтобы не расслаблялся. Пусть знает последствия. Когда двери гримерки захлопнулись, плаксивый и жалкий вид с Вэй Усяня моментально слетел, показывая редкую серьезность, хотя в серых глазах то и дело мелькало злое озорство. Он ловко выудил из-под одежды телефон и набрал нужный номер, стоящий самым первым в быстром наборе. Гудок, второй, третий и вот на том конце раздался спокойный низкий мужской голос: — Слушаю. — Чэн-Чэн, у нас проблемы. К шицзе уже который раз подкатывает этот Цзинь Цзысюань! Хмырь оказался очень настойчивым, и… кажется, он понравился ей. — Понял. Это все? — голос спокоен и ровен, из-за чего хорошо прослеживается приятный баритон. — Как у тебя дела? — ласково проворковал Усянь, усевшись на диванчик и сложив ногу на ногу. Серьезность исчезла так же быстро, как и появилась, словно парень не умел быть таковым больше необходимого минимума. — Все, как обычно. Это мне стоит поинтересоваться у тебя делами. Надеюсь, ты не вляпался опять в неблагополучную компанию. — Хэй, это было всего один раз, и то только по неопытности в академии! — Я надеюсь на твое благоразумие, если оно у тебя вообще когда-либо было. — Ладно, что бы ты там не делал, не буду тебя отвлекать дальше. Вэй Усянь отключился, посмотрев в зеркало и улыбнувшись отражению. В этот момент к нему в гримерку зашел стилист, чтобы снять макияж… А тем временем, на другой стороне связи Цзян Ваньинь задумчиво изучал потухший гладкий экран, в котором отражалась часть красивого изящного лица, обрамленного челкой. Бледная кожа хорошо контрастировала с длинными волосами, собранными сейчас в пучок с помощью даже с виду дорогих шпилек с узорами и подвеской в виде лотосов. — Господин? — к нему подошел Цзян Бао, правая рука. Именно он ранее передал мужчине телефон и сообщил о важном звонке. Каждый звонок членов главной ветви клана Цзян — важный. Без исключения. — Разузнай все о неком «Цзинь Цзысюане», чтобы отчет был у меня на столе сегодня вечером, — безжалостным, не терпящем возражений тоном (вся мягкость из голоса, которую можно заметить только сейчас, в сравнении, испарилась, словно ее и не было) произнес Ваньинь, отдавая телефон обратно подчиненному. После чего внимание мужчины вернулась к связанному и избитому мужчине напротив. — Итак, господин Ван, на чем мы там остановились? У Цзян Чэна был редкий цвет серо-голубых глаз с очень заметным лиловым оттенком (они достались ему от матушки), из-за чего окружающим не редко казалось, что у него фиолетовая радужка глаз. В подобной ситуации для жертвы эти холодные глаза ассоциировались с глазами демона. — Молчите? Неужели вы думали, что моя семья настолько глупа, вернее, я — глуп и молод, поэтому ничего не замечу? К сожалению для вас, молчите вы или нет, мне уже все известно, — хмыкнул Ваньинь, вставая со стула, после чего с разворота врезал ногой по голове мужчины, тем самым опрокинув его на землю заброшенного склада, где они находились. — Разберитесь с ним и избавьтесь от тела. — Да, глава Цзян!

***

Цзинь Цзысюань удивленно осмотрелся. Уже несколько минут он мог спокойно общаться с девой Цзян, и ему никто не мешал! Это было очень странно и необычно, учитывая сильный комплекс старшей сестры у Вэй Усяня. — Хм, — девушка понимающе хохотнула, заметив его неловкую заминку. — Скорее всего, мой большой* брат сделал ему отворот-поворот, чтобы не мешал нам общаться. Могу вас поздравить, молодой господин Цзинь, можно сказать, что вы прошли испытания моих любимых братишек и получили их одобрение для нашего продолжительного общения. (*Ваньинь младше Яньли, но здесь «большой» относится не к возрасту, а скорее к росту или, лучше сказать, к высокому статусу ее брата в клане Цзян, который, разумеется, выше ее.) — О, так у девы Цзян оказывается двое братьев, и другой более благоразумен, чем первый, — Цзысюань приподнял подбородок, выражая свое превосходство, но потом опомнился и опустил голову, чтобы девушка не подумала ничего плохого на свой счет. Возможно, его действия были слишком очевидны, поэтому лицо парня слегка покрылось румянцем от смущения под внимательным взглядом серо-голубых очаровательных глаз. — Можно и так сказать, — улыбнулась девушка, расслышав где-то неподалеку обиженное фырканье. Даже если Ваньинь полностью исследовал личность актера Цзинь и дал добро на общение с ним, не выявив никакой опасности в его биографии, это не значит, что братья перестанут переживать о ней, когда она будет общаться с ним. — Позвольте тогда спросить побольше о вашей семье, чтобы знать на будущее… — О, не стоит. Это легко запомнить, ведь нас всего трое. Я, А-Чэн и А-Сянь. Цзысюань не стал расспрашивать, почему девушка не назвала своих родителей, рассудив, что на то есть причины. И, скорее всего, как это обычно бывает, это связано со смертью… Молодой господин Цзинь был как никогда прав, но он все еще не догадался, что дева Цзян относится к одному из сильнейших кланов подпольного мира, который не только уважают, но и боятся так сильно, что не решаются лишний раз о нем шептаться, особенно в последнее время, когда новым главой стал осиротевший после автокатастрофы юный, но не менее опасный и предприимчивый Цзян Ваньинь. Мужчина, как и многие, наивно предполагал, что они просто однофамильцы.

***

Вэй Усян не мог нарадоваться! Благодаря снятому относительно недавно фильму его сестра получила награду за лучшую второстепенную женскую роль, привлекая внимание многих талантливых режиссеров. Он сам тоже не далеко ушел, получив небольшую награду! Скоро они смогут отправиться после банкета в клан Цзян и порадовать Цзян Чэна! — Шицзе, ты должна попробовать этот тортик! — ворковал Усянь, вместо тортиков выпивая уже который бокал шампанского, действовавшее на него также как и вода, то есть вообще не пьянило. К сожалению, ничего покрепче пока на глаза ему не попалось. — А-Сянь, успокойся, — успокаивала его Яньли. — Ох, не могу. Как представлю приятно удивленное лицо большого брата, на сердце ТАК радостно! — проурчал парень. И девушка лишь беспомощно могла улыбаться ему в ответ, потому что прекрасно его понимала. Ваньинь точно будет рад за них. Возможно они даже увидят его редкую улыбку. А ведь, если бы не он, всего этого и не было! Именно он сделал для них невозможное, оградил от дел клана Цзян, позволив заниматься тем, что им нравится. Он пожертвовал собой ради них, возглавив клан и взяв его в ежовые рукавицы. Превратился в сурового и безжалостного главу, чтобы никто не посмел ему возражать. Иногда она задумывалась, как бы сложилась судьба брата, если бы он не был связан с кланом Цзян? Какую бы профессию он выбрал? Но несмотря ни на что, как бы она не старалась отрицать, Ваньинь прекрасно смотрелся в кресле главы клана. Из него вышел невероятный лидер. — Дева Цзян! — слащавый голос прозвучал где-то поблизости. К ним на встречу вышел Вэнь Чао. Что удивительно, сейчас рядом с ним не наблюдалось третьесортной актрисы, Ван Линцзяо, кажется, у ее семьи там какие-то внезапные семейные проблемы появились… — Поздравляю с получением награды. Как ты смотришь на то, чтобы отпраздновать это событие у меня на вилле? — Простите? — девушка опешила, так как не только не общалась с этим человеком, но и официально не была с ним познакомлена. — Я вижу в тебе огромный потенциал как актрисы! И готов поддержать тебя в этой области… — вещал Вэнь Чао, намекая на свое возможное покровительство. Всем известно, что отец этого человека — крупный бизнесмен, поэтому деньги и связи для него не были проблемой. Возможно, для начинающих актеров без ресурсов и денег за спиной «предложение» показалось бы заманчивым, но не для такой успешной айдол как она. Да, Яньли весьма миловидная девушка, но в шоу-бизнесе крутится много красавиц, что намного краше нее, поэтому ей приходилось много работать, брать свое талантом и трудолюбием. Поэтому для нее всегда найдется работа — талантливые люди везде приветствовались, к тому же девушка не стремилась прыгать выше головы, просто занималась тем, что ей нравилось, по мере своих сил. Разумеется, причина, почему ее не подавили конкуренты и не коснулась темная сторона круга развлечений, заключалась в том, что ее защитили богатство и связи клана Цзян (после инцидента с А-Ином в театральной академии, А-Чэн внимательно следил за их окружением). Впрочем, даже с такой ненавязчивой, но крепкой поддержкой девушка прекрасно знала об опасностях, она не наивна, как многие считали, и прекрасно понимала, что может быть для нее угрозой, а что нет. Например, Вэнь Чао, который сейчас похотливым взглядом прошелся по ладной фигуре девушки, разозлив Усяня окончательно, представлял собой досадное недоразумение и пятно, от которого проблематично, но весьма спокойно можно будет избавиться, если обмолвиться о нем перед Цзян Ваньинем. Вот только обременять того такими мелкими заботами не хотелось… сперва стоит попытаться своими силами. Нельзя же пугать всех, кто тебе не нравится, так ведь? К счастью, кто-то вовремя вмешался: — Дева Цзян, господин Вэй, вот вы где. Мы вас повсюду ищем! Возле них появился высокий молодой человек с мягкой улыбкой. Мужчина буквально излучал светлую и теплую атмосферу. Если учесть его белый костюм, то картина вырисовывалась слишком ослепительной! Вэй Усянь узнал в этом человеке Лань Ванцзи — композитора, получившим сегодня приз за лучшую музыку к фильму. Что не удивительно, ведь члены семьям Лань весьма известны, занимаясь либо музыкой, либо бизнесом! — Ах да, конечно, — девушка тут же сориентировалась, принимая чужой локоть, чтобы уйти от нежелательной компании. Усянь даже возражать не стал. Не только потому, что хотел избавиться от общества Вэнь Чао, но и потому, что Лань Ванцзи выглядел искренним и честным человеком, на которого злиться не получалось. Чтобы такой воспитанный и добрый человек навредил его шидзе? Об это и речи быть не могло. Вот только через пару шагов, их встретил человек как две капли воды похожий на Ванцзи. Как оказалось, их спас старший брат, Лань Сичень, который был приглашен на банкет как спонсор фильма, к которому младший брат, Лань Ванцзи, написал мелодию. Вэй Усянь их перепутал! И не мудрено, братья были похожи, как две капли воды, от чего нужно удивляться не тому, что они очень похожи, а тому, что они не являлись близнецами! Оба высокие, стройные и невероятно красивые, хоть сейчас на обложку журнала. И только при близком рассмотрении можно заметить одно очень сильное различие братьев: если Сичень постоянно улыбался, то Ванцзи всегда выглядел равнодушно, что, собственно, и скрадывало разницу в возрасте. — Спасибо за помощь, — улыбнулась Яньли, когда они смогли отойти на приличное расстояние от растерянного Вэнь Чао. — Не стоит, — покачал головой старший Лань. — Недавно от его рук чуть не пострадала Ло Цинъян, так что будьте в следующий раз осторожны, дева Цзян. — Мянь-мянь? С ней все хорошо? — переспросила девушка. — Да, мой брат оказался рядом и смог помочь, — успокоил ее Сичень. — У Вэнь Чао есть деньги и связи для того, чтобы вести себя так развязно на публике, и если у семьи Лань есть силы ему противостоять, то вам стоит остерегаться его. Лучше с ним не сориться. Он очень злопамятный. — Спасибо за совет, — фыркнул Вэй Усянь, заинтересованно поглядывая на Лань Ванцзи, что все это время стоял в стороне и не проронил ни слово, кроме одного единственного «мгм». Это по-своему притягивало внимание, разжигая интерес и желание разговорить человека. — Вот только, кто сказал, что он просто так от нас отстанет? Сейчас вы нам помогли, сгладив конфликт, но, как вы и сказали, он очень злопамятный. Нового столкновения и конфликта не избежать. — Скорее всего, — печально улыбнулся Сичень. Он смутно мог себе представить скольких талантливых начинающих людей вот так погубил Вэнь Чао. — Просто… будьте осторожны. — Если он хоть пальцем тронет шидзе, ему не поздоровится! — пригрозил Вэй Усянь, но из-за его поведения и образа легкомысленного и веселого человека, угроза не была воспринята в серьез. Лань Ванцзи прошептал что-то себе под нос похожее на «убожество». — А-Сянь, — осадила его Яньли. Она было единственной, кто восприняла всю серьезность слов брата.

***

Вэнь Чао, кажется, поставил себе задачу поймать в сети добрую и нежную Яньли. А как объяснить по-другому тот факт, что он стал подозрительно часто появляться рядом с ней? К счастью, рядом с ней также постоянно крутился ее младший брат, Вэй Усянь, что отгонял нежелательного ухажера, а если не он, то это делал Цзинь Цзысюань. Не только потому, что защищал подругу или, скорее, возлюбленную (именно так в мыслях он ее называл, но вслух пока еще не решался), но и чтобы насолить сыну конкурента отца. Семьи Вэнь и Цзинь, мягко говоря, не ладили. Но однажды так совпало, что Яньли осталась одна. К сожалению, ее помощница не была из семьи Цзян, а от того не была всей душой верна деве Цзян. Женщина была назначена компанией, с которой Яньли подписала контракт (А-Чэн когда-то предлагал заменить ее своим человеком, но сестра убедила его, что все будет хорошо! Что мисс Ду Нань — хороший человек! Ага, как же…). Поэтому было прискорбно осознавать, что помощница «продала» свою подопечную, соблазнившись крупной суммой денег. Вэнь Чао заплатил ей, и та устроила ему встречу с Яньли в элитном клубе. Увидев мужчину в отдельной VIP-комнате, Яньли сразу же все поняла, поэтому в кармане юбки быстро нажала на телефоне пару кнопок. Щелчок дверного замка позади совершенно не воодушевлял. — Вэнь Чао, что вы здесь делаете? — произнесла девушка, осторожно присаживаясь на краешек свободного дивана. Теперь их хотя бы разделял целый стол. Это на тот случай, если мужчина захочет приблизится. — И где все остальные? — Они скоро подойдут, — улыбнулся Чао, протягивая ей бокал шампанского. — Не хочешь попробовать? Клуб «ХХХ» славится своей хорошей выпивкой. — Простите, но я не пью, — натянуто улыбнулась Яньли, боясь даже представить, что мужчина подсыпал в бокал. Это так предсказуемо, но, если он продолжит так напирать… — Алкоголь плохо влияет на фигуру. — Понимаю, — печально произнес Вэнь Чао, но не собирался все оставлять, как есть, продолжая свое наступление. Было ясно, что он сделает все, чтобы она выпила содержимое бокала. — Возможно, мне стоит уйти? Не думаю, что моя компания подойдет для господина Вэня… — попыталась вежливо разойтись Яньли. — Зачем так спешить? У нас весь вечер впереди. И, чтобы разогнать неловкость между нами, я все же настаиваю на том, чтобы немного выпить, — хмыкнул Вэнь Чао, показательно отпив из своего стакана. — Я все же откажусь… — миролюбиво улыбнулась дева Цзян, из-за чего нетерпеливый мужчина недовольно цыкнул. — Сколько можно строить из себя недотрогу? — поведение Вэнь Чао быстро переменилось, став грубым и надменным. Кажется, он действительно долго терпел… — Я не понимаю, о чем вы? П-пустите меня! Вэнь Чао резко схватил ее за руку, перегнувшись через стол. Девушка почувствовала около себя чужое дыхание, пропитанное алкоголем. Стало очень противно. Ситуация приобрела еще более мрачные оттенки, когда тот обошел стол, навалившись сверху, попутно стараясь стянуть с нее одежду. Никто просто так издеваться над собой не позволил бы, поэтому Яньли сопротивлялась из-за всех сил, даже смогла своими короткими коготками царапнуть тому лицо, но, к сожалению, она всегда не отличалась силой, поэтому полностью оттолкнуть Чао не получалось… Неожиданно за дверью раздался шум. Громкий хлопок — дверь распахнулась, слетев с петель, на пороге стоял высокий широкоплечий мужчина в черном костюме, ладно обтягивающим подтянутую фигуру. Незнакомец смотрел леденящим душу взглядом на Вэнь Чао, заставив того почувствовать страх уже сейчас и проглотить ком невысказанных возмущений. Зайдя в комнату, быстрым рывком мужчина откинул свою жертву от Яньли, больно припечатав к полу ногой. — Ты в порядке? — поинтересовался явно разгневанный до ледяной ярости Ваньинь. Господин Цзян еле себя контролировал, увидев подобную картину. Лишь вздутая на шее вена показывала, как трудно ему оставаться в здравом уме и не убить того, кто посмел дотронуться до его сестры. А если бы он не находился поблизости этого клуба и опоздал? — Да, большой брат, ты как раз вовремя, — Яньли приподнялась с дивана, поправляя помявшуюся во время борьбы одежду: блузка оказалась наполовину расстегнута, обнажая кружевной лиф бежевого цвета, а также пришлось резкими движениями отдернуть вниз задравшийся подол юбки. Она не жаловалась, потому что Чао действительно не успел сделать ничего серьезного. Хотя да, было неприятно от ощущения чужих противных рук на своем теле. Но это можно вытерпеть. Могло быть хуже. Зная великодушие сестры и ее нежелание расстраивать братьев, Ваньинь еще сильнее надавил на горло хрипящего от недостатка кислорода Вэнь Чао ботинком. Тот судорожно хватался руками за ногу в попытке убрать ее, но Ваньинь был сильнее. Резкое движение, и вот послышался хруст. Вэнь Чао взвыл от боли в руке, которую господин Цзян с глубоким равнодушием только что сломал. — Давай разъясним сложившуюся ситуацию, — Ваньинь не обращал внимание на жалкое состояние мужчины, скулящего от боли. — Сегодня ты не умрешь. Но. Если еще раз — хотя бы раз — приблизишься к моей сестре… я скормлю твой труп рыбам. Все понятно? — Ууу, — рыдал мужчина, баюкая поврежденную руку, и никак не реагировал на сказанные слова. Послышался еще один хруст. Теперь оказалась сломана нога. — Все понятно? — Ааа! Я п-понял! Понял! — взвыл тот, захлебываясь отчаяньем и болью. — Замечательно, — припечатал Ваньинь, подозвав сестру, после чего поправил ей прическу и вывел из комнаты, жестом отдав приказ своим людям прибраться здесь. Ребята из клана Цзян, знающе разбрелись по клубу, занимаясь своими обязанностями: кто-то отправился к охранникам, чтобы стереть запись с камер наблюдения, кто-то пошел договариваться со свидетелями, а кому-то пришлось заняться Вэнем. Спустившись по лестнице со второго этажа, двое Цзян невольно привлеки некоторое внимание окружающих. Довольно-таки известная девушка айдол, что стала еще популярнее благодаря недавно вышедшему фильму, в сопровождении красивого молодого человека… Пара смотрелась гармонично, а тот факт, что незнакомец непринужденно придерживал девушку за талию, оберегая от толпы, говорил сам за себя. — Кто это рядом с девой Цзян? — поинтересовался Не Хуайсан, толкнув своего брата. — Мне-то откуда знать? Это ты у нас собираешь все слухи и сплетни, — фыркнул мужчина, отвлекаясь от беседы с Лань Сиченем. В этом элитном клубе была своя атмосфера, а еще прекрасные закуски, ну и выпивка, естественно. Поэтому друзья часто посещали это место: благородному Ланю хорошая еда, а великому Не хороший алкоголь. Все честно. — Тебе не кажется, что они хорошо смотрятся вместе? — не унимался Хуайсан, поглядывая в сторону парочки, пока те не скрылись в выходе из клуба. Сичень ничего не ответил. Незнакомый мужчина был прекрасен своей дикой аурой, чем и привлекал к себе внимание. Опасная красота и аура хищника. Таких людей, вроде, называют запоминающимися. Один раз увидел и ни за что не забудешь. Жаль нет возможности рассмотреть поближе.

***

Инцидент с Вэнь Чао был замят. Парня убедительно попросили стать примерным гражданином и молчать о случившемся, да и он сам явно не горел желанием всем рассказывать, что оказался избит каким-то незнакомцем за попытку домогательства к его сестре. Также по официальной версии господин Вэнь заболел и лег в больницу. Обычная простуда, ничего особенного. Разборки прошли тихо, быстро и гладко лишь благодаря Вэнь Жоханю, которому оказалось все равно на состояние его отпрыска, мол, заслужил. Наверное, выходки младшего сына его давно уже достали, и ситуация с девой клана Цзян (не то чтобы пришлось ему раскрыть эту информацию, ведь даже без нее глава семьи Вэнь не собирался больше терпеть поведение Чао) стала для него последней каплей. Разумеется, девушка получила немаленькую компенсацию за произошедший инцидент и извинения с глубоким поклоном в пол от провинившегося, поэтому после заверения о том, что Вэнь Чао больше никогда не возьмется за старое, Яньли убедила брата больше не усердствовать и отступить. Ваньинь послушно оставил семью Вэнь в покое, потому что самая большая проблема была не в них. Буквально через несколько дней, словно выждав драматическую паузу, в горячем поиске новостей появилась статья, которая сплетничала о… Цзян Яньли. В тексте упоминались все мужчины, которые «крутились» вокруг айдола. Припомнили, что талантливый Вэй Усянь не родной ей брат, что высокомерный Цзинь Цзысюань подозрительно снисходителен к ней, что жадный до «молодой травы» Вэнь Чао буквально преследует ее, и не забыли про появление еще одного безымянного воздыхателя, которого видели вместе с ней в клубе «ХХХ». Тот, кто написал статью, открыто высмеивал девушку за ее попытку усидеть на нескольких стульях одновременно. — Наймите людей, чтобы опровергли все эти слухи, — отдавал приказы своему помощнику Ваньинь. — Дайте им нужную информацию. Пусть действуют аккуратно и ненавязчиво, пусть разжуют всем все так, что даже простой прохожий понял — автор использовал в статье чистые домыслы и слухи, вывернув правду наизнанку. — Не легче позвонить тем, кто выпустил эту статью, и заставить их удалить ее? — возмутился Усянь, продолжая читать комментарии, обливающие грязью его сестру, и тем самым сильнее распаляясь. — Это будет выглядеть, как минимум, странно. К тому же, если так сделать… разве этим поступком мы не подтвердим слухи? — возразил Ваньинь. — А-Чэн прав. Нам нечего скрывать, поэтому ничего удалять не надо. Здесь нужно действовать аккуратно, — проговорила Яньли, но от взглядов братьев не скрылось ее волнение. Она правда переживала из-за случившегося, набираясь спокойствия в компании братьев и хорошего чая. Цзян Чэн кивнул Цзян Бао, и тот отправился выполнять указания. — Теперь следующее, — мужчина отложил бумаги, переведя взгляд на женщину, сидящую до этого молча в кресле. — Итак, мисс Ду, не хотите что-нибудь нам сказать? — Н-нет… — женщина сжалась под ледяным взглядом мужчины, думая лишь о том, как сильно она облажалась, ненавидя при этом Яньли и обвиняя ее в том, что та не предупредила о влиятельном брате. — Клан Цзян доверил вам свою единственную госпожу, и чем вы нам отплатили? — Цзян Ваньинь даже не подумал сжалиться над испуганной женщиной, скорее его аура стала еще более пугающей и суровой. — Так сильно деньги голову вскружили? Судя по вашей анкете, которую собрали мои подчиненные, никаких больших затрат в ближайшее время вы не планировали. Стабильно получали зарплату, спокойно жили. Никаких долгов… — Жадность кошку сгубила, — сладким голосом произнес Вэй Усянь. Он точно издевался, потому что несмотря на свой вполне дружелюбный характер (а по сравнению с Цзян Чэнем он — самый настоящий ангел), не собирался просто так прощать тех, кто обидел его сестру. — Я-я поняла чт… что о-ошиблась… пожалуйста… — девушка разрыдалась. — Отпустите… — Хорошо, — внезапно произнес Цзян Ваньинь, откинувшись на спинку кресла и подперев подбородок ладонью. Утренние лучи, заглянувшие из окна, с готовностью лизнули скулы мужчины, делая их еще острее и заметнее. — Вы свободны. Вот только сталь в его глазах говорила об обратном. Стало понятно, что девушка может легко покинуть кабинет главы клана Цзян, вернуться домой, но не заслужила прощения. По глубокой наивности Ду Нань, которая рассчитывала быстро разбогатеть и легко уйти от правосудия (другие могут, почему она не может также?), этого не поняла, начала кланяться и благодарить. Ее тело расслабилось и выражало сильное облегчение. Стальной голос нагнал ее уже около открытой двери: — Забыл сказать, что вы уволены, и теперь ни одна уважающая себя компания не примет вас по специальности на работу, так что желаю удачи — она вам понадобится в будущем. Девушка вздрогнула, обрабатывая информацию, после чего крупно затряслась, но покинула помещение, потому что боялась устраивать там истерику. Ее могли не только покалечить, как Вэнь Чао, но и убить. Кажется, она видела оружие у охранников этого поместья.

***

— Глава, вы должны это увидеть! Семья Цзян спокойно обедала после трудного утра, который подарил им много проблем, с которыми вполне можно было разобраться, но от головной боли это не освобождало и требовало некоторое количество времени. — Что случилось? — спросил Цзян Ваньинь, откладывая салфетку, которой вытер губы и руки. Цзян Бао протянул планшет, на котором виднелись свежие новости. Чтобы опровергнуть наглые слухи в интернете о распутстве девы Цзян, которые появились из-за статьи, Цзинь Цзысюань сделал заявление о том, что Цзян Яньли приличная девушка, которая помолвлена с ним и скоро у них, якобы, состоится свадьба, поэтому ей незачем смотреть на других мужчин. Лицо главы клана заледенело. — Что там? — Вэй Усянь пододвинулся к брату, юркнув под руку, чтобы увидеть текст: — Этот павлин! — тут же зло зашипел он. — Что? — Яньли обеспокоенно посмотрела на братьев. Вэй Усянь начал материть на чем свет стоит Цзинь Цзысюаня, а Цзян Чэн потер переносицу, скорее в попытке унять закипающий гнев в венах, чем от усталости, которая навалилась уже среди дня. Кто этого мальчишку из семьи Цзинь просил вмешиваться? — Сестра, у тебя есть номер этого Цзинь Цзясюаня? — поинтересовался Ваньинь, вновь вчитываясь в текст статьи. Парень действовал, чтобы помочь девушке, но сделал это так ребячески и по-мальчишески… просто вымораживало уже то, что он не посоветовался с Яньли на этот счет и не спросил разрешения. — Есть, — кивнул та. — Звони и пригласи его сегодня на ужин. Если не придет, очень сильно пожалеет, что родился на свет, — одними губами произнес Цзянь Чэн, едва сдерживая рык. Поэтому уже ближе к вечеру Цзинь Цзясюань был у них в резиденции и с шоком рассматривал интерьер. Он предполагал, что семья Цзян с ним свяжется после того, как он пустил новый слух, но и представить не мог, что семья Цзян Яньли такая богатая… — Вас уже ожидают в малом зале, — поклонилась служанка в традиционном фиолетовом ханьфу. Атмосфера не располагала к хорошему и душевному разговору, нервируя гостя. Яньли пила чай в сторонке и даже не пыталась разрядить обстановку. Рядом с ней сидел Вэй Усянь и хмурился, открывая иногда рот, словно желая высказать все недовольство молодому господину Цзинь в лицо, но тут же останавливал себя, продолжая молчать. Что очень удивительно. Но, скорее всего, парень вел себя так из-за молодого мужчины в классическом темно-фиолетовом костюме, на которого Усянь время от времени поглядывал. От него исходил мощный импульс, поэтому сразу было понятно, что он — хозяин этого места и не потерпит неповиновения. — Меня зовут Цзян Ваньинь, и я являюсь патриархом семьи Цзян, поэтому спрашиваю тебя, Цзинь Цзясюань, понимал ли ты последствия той статьи, что решил опубликовать касательно моей сестры? — Да, понимал, — уверенно произнес парень, но стушевался под ледяным взглядом, что стал еще более тяжелым. — Да как ты посмел… — не вытерпел Вэй Усянь, но послушно затих, чтобы не сыскать гнева очень рассерженного сейчас Цзян Чэна. — Когда я стал главой нашей семьи, я дал обещание сестре, что она будет заниматься тем, к чему лежит ее сердце, и выберет себе в мужья того, кого выберет ее сердце. Я обещал ей никогда не использовать на ней власть главы… — медленно и с расстановками говорил Цзян Ваньинь. Его голос инеем оседал вокруг, и лишь еле заметная хрипотца выдавала ту бурю, что прятал парень внутри, за этим неестественным спокойствием. — Так… как ты! Смеешь. Диктовать ей. Что делать?! — Я… — Цзинь Цзясюань неуверенно отвел взгляд от собеседника, растерянно посмотрев на деву Цзян. Та лишь показательно была расслабленна, но, если присмотреться, то можно увидеть, как сильно ее тонкие пальчики вцепились в кружку. Неужели его помощь восприняли, как попытку загнать девушку в рамки слухов и домыслов, чтобы у той не осталось ничего, кроме ответить взаимностью? Так мог поступить лишь расчетливый и жадный лицемер, а Цзинь Цзясюань себя таковым не считал! Он просто хотел обелить репутацию девы Цзян и показать, что она — очень хороший и примерный человек… — Ты хотя бы представляешь, куда полез? — не дожидаясь ответа, задал вопрос Цзян Чэн, потому что понимал, что просто так не дождется внятного ответа. — Перед тобой члены клана Юньмэн Цзян. И ты, глупый мальчишка, позарился на единственную нашу госпожу, насильно помолвив ее с собой при всех. Да, пускай это только на словах, но ты представляешь, какая репутация у нее будет после всего этого? — Но я правда!.. — не до конца осознавая происхождение людей перед собой, Цзинь Цзысюань хотел убедить их, что его помыслы были чисты, и он правда хотел защитить деву Цзян, но красноречие, которым его обучали с детства, куда-то пропало. Лицо стало непривычно гореть. — А ты спросил у нее, хочет ли она этого? — прекрасно понимая ход мыслей парня, проницательно поинтересовался Цзян Ваньинь. Парень вздрогнул, словно получил пощечину. — Д-дева Цзян я… вы… вы мне действительно очень нравитесь! Я просто хотел помочь! — подскочил Цзинь Цзысюань, напоминая собой спелый помидор. Даже Вэй Усянь удивился подобной картине. Казалось, что гость хочет сбежать или провалиться сквозь пол, но не из-за угроз главы Цзян, а из-за смущения. — Брат, я не против помолвки, — Яньли отложила пустую чашку чая. — Давай объявим, что помолвка действительно есть, а свадьба должна произойти через год. Если за это время мы не сможем ужиться вместе, не должно возникнуть проблем с ее разрывом, так ведь? Цзян Ваньинь слегка расслабил плечи и откинулся на спинку кресла, скрестив ноги. — Я давно уже собрал на семью Цзинь информацию. И если я позволил ему общаться с тобой, это не значит, что я позволял что-то большее. Но раз ты не против… — Цзян Чэн жестом заставил до сих пор стоящего Цзинь Цзясюаня сесть обратно на диван. У него были идеи, как спасти ситуацию, не запятнав репутацию сестры, даже если из-за этого семья Цзинь перестанет существовать (да, жестоко, но кто его просил лезть?), но раз Яньли запретила, дав парню зеленый свет… — Твоя чистая биография и происхождение весьма подходят статусу моей сестры. К тебе нет никаких вопросов, но вот сама твоя семья Цзинь не вызывают у меня доверия. Особенно твой отец, что известен своим разгульным образом жизни и наличием множества внебрачных детей, двоих из которых ему даже пришлось признать. — Я не такой, как мой отец, — болезненно нахмурился Цзинь Цзясюань. Ему часто об этом напоминали шепотки за спиной, многие только и ждут момента, когда он пойдет по стопам своего отца, но он не ожидал, что ему скажут это в лицо да еще при таких обстоятельствах. — Верно, — легко согласился Цзян Чэн, чем сильно удивил гостя. Возможно, из-за напряжения Цзысюань не заметил и не до конца осознал, но здесь его воспринимали и рассматривали отдельно от его отца и семьи. Сам же глава Цзян не видел в этом ничего особенно, ведь у него на руках были документы, которые описывали чуть ли не всю жизнь новоявленного «зятя», подтверждая информацию фактами, а не слухами. Он умел анализировать и выводить вполне объективное мнение о людях перед ним. — И я имел в виду то, что сказал. Твой отец не вызывает у меня доверия, его дети — угроза для тебя и твоего статуса, а значит и для твоей невесты. Яньли может пострадать из-за ваших семейных склок. Сможешь ли ты защитить мою сестру, если она посетит твой дом? — Конечно, — встрепенулся парень, кажется, наконец-то переварив сказанное и правильно расставив акценты в разговоре. — Это, конечно, не мое дело, но будь осторожен с Мэн Яо, и присмотри за Мо Сюаньюем — в отличие от первого мальчик не создан для интриг. Со стороны виднее, да и Ваньинь многое понимал в силу своего положения и статуса, поэтому решил дать небольшой совет, но следовать ему или нет, это уже проблемы самого Цзинь Цзысюаня. — А? — На этом все, — Цзян Чэн задумчиво посмотрел в окно, после чего поднялся с кресла, призывая Вэй Усяня следовать за собой. — Остальное будет зависеть от твоего поведения. Легкий хлопок дверей залы оповестил о том, что Цзинь Цзясюань остался наедине с девой Цзян, если не считать тихо стоящих в углу служанок, которые выполняли своеобразную роль посредника, что соответствовало старым традициям, запрещающим деве и кавалеру оставаться наедине. — Прости его, он очень разозлился из-за того, что ты ни с кем из нас не посоветовался… — Нет, у тебя действительно классный старший брат, — вздохнул парень, потерев шею. Он неожиданно проникся уважением к этому невероятному человеку, когда ощутил облегчения после ухода братьев Цзян. — Младший, — поправила с улыбкой девушка. — Он мой младший брат. И это странно вдохновляло. Цзинь Цзысюань пообещал себе защищать девушку несмотря ни на что, даже если придется пойти против отца. К тому же, матушка его явно в этом поддержит! Так и случилось. Было решено устроить банкет, где объявили о помолвке по всем правилам, и сейчас Цзян Ваньинь опаздывал на него из-за небольших проблем, которые следовало урегулировать немедленно, чтобы потом это не доставило еще больше хлопот. Заходя в зал, Цзян Чэн раздраженно повел головой. Он не любитель таких мероприятий, и с момента назначения его главой никогда лично не посещал подобные сборища. Если он решал пожертвовать деньги на благотворительность, то просто это делал, не видя смысла кричать об этом на каждом углу и оббивать пороги мероприятий, посвященных этому; если нужно было посетить какое-то социально важный банкет — посылал свое доверенное лицо, Цзянь Бао (мужчина был старше него и всегда выглядел более представительно). Ему не нравились подобные шумные места. — О, Цзян Чэн, сюда! — помахал ему рукой Вэй Усянь, обозначив их месторасположение. — Господин Цзян, — уважительно поприветствовал его Цзинь Цзясюань, что сейчас аккуратно и трепетно поддерживал Яньли за руку. Девушка сегодня была в красивом легком сиреневом платье, напоминая маленькую сказочную фею. Такая же хрупкая и нежная. — Так значит вот как выглядит второй брат девы Цзян, о котором Вэй Усянь мне так много рассказывал, — улыбнулся молодой парень, примерно одного возраста с ним. Вэй Ин в последнее время часто общался с ним. — А вы, я так понимаю, Не Хуайсан, — Ваньинь приветственно кивнул, заметив, как мужчина в белом слегка вздрогнул, как-то нервно сглотнув. Чего это он? Заметив чужое пристальное внимание, мужчина улыбнулся и поспешил представиться: — Лань Сичень, а это мой брат, Лань Ванцзи. — Лань, да? Наслышан, — кивнул в ответ Ваньинь, положительно реагируя на новый круг общения своей семьи, потому что отчасти знал его. Из-за этого пристальное внимание Лань Сиченя было решено снисходительно проигнорировать. Мало ли, вдруг парню было просто очень любопытно, что из себя представляет загадочный глава Юньмен Цзян. — Я и Лань Цижень сейчас обсуждаем новый совместный проект. — Совместный проект? — удивился Не Хуайсан. — Большой брат является главой корпорации Юньмен Цзян, — гордо заулыбался Вэй Усянь, словно это он в таком молодом возрасте является главой успешной компании, предоставляющей квалифицированную охрану. Впрочем, мало кто в курсе, что специалисты этой компании не только охранять и защищать умеют, но и натасканы как легче всего избавиться от противника (разумеется, услуги второго нередко тесно сопровождают первого). Лань Цижень не был глуп и уже давно вертелся в бизнес кругах, поэтому не долго думая решил сотрудничать с Юньмен Цзян, желая заполучить безопасность и гарантии успешного завершения проекта, который тесно оказался связан с перестройкой части улицы, опасно граничащей с подвластной территорией клану Цзян и Су. И если первые спокойно отнеслись к этому, видя немалые перспективы для себя, то вторые подозрительно мутили воду. Су Ше не вызывал доверия, а его связи с сомнительными личностями казались большой проблемой. Цзян Чэн сделал мысленно пометку, что нужно уделить этому делу больше времени, чем планировал. К тому же, дело там было не совсем простое. Су Ше всегда любил все усложнять и создавать проблемы там, где их не было. И если раньше Ваньинь просто игнорировал его из-за других более важных дел и отсутствия пересеченных интересов, то теперь можно совместить приятное с полезным на основе вполне уважительной причины. — О, мой брат как-то хвалил предоставленных для одного очень важного аукциона ювелирных изделий сотрудников Юньмен Цзян, — подметил Не Хуайсан. — Он назвал их толковыми ребятами, а это уже показатель, учитывая его характер, хе-хе. — Рад слышать, — усмехнулся Ваньинь. — Но мне надо отлучиться, чтобы познакомиться с отцом своего будущего зятя. — Да, конечно. Я провожу, — опомнился Цзинь Цзясюань, с неохотой передав свою невесту на попечение Вэй Усяня. Цзинь Гуаншань, что с каждым годом выбирал себе пассий все моложе и моложе при живой жене, не вызвал у Цзян Ваньиня ничего, кроме раздражения и тщательно скрываемого отвращения. Впрочем, разговор начался вполне спокойно и непринужденно, скорее всего, из-за того, что мужчина не воспринял шурина всерьез. Мэн Яо, что стоял возле отца, как верный мальчик на побегушках — отдельный вид презрения. Информация на этого парня лежала на столе главы Цзян уже давно и была тщательно изучена. И, встретив его в живую, Цзян Чэн не увидел ничего нового: амбиции этого человека достойны похвалы, они ярким пламенем горели на дне зрачков несмотря на препятствия и сложности, несмотря на то как тщательно их пытались спрятать за маской вежливости и лести. Нужно признать, Мэн Яо умел плести интриги и заметать следы (талантливый парнишка, ничего не скажешь, жаль, тратит их, таланты, на всякую чепуху). Цзян Ваньиня тоже можно считать профессионалом, потому что статус обязывал, поэтому он легко нашел и соединил все ниточки, которые показали ему полную картину происходящего в семье Цзинь. Он сделал выводы для себя, но вмешиваться не будет. На самом деле Цзян Чэну все равно, чем отец и приемный сын занимаются, строя заговоры против друг друга, пока они не трогают его семью, которой отныне является и Цзинь Цзясюань (сестра расстроится, если с ним что-то случится, ведь она явно ему симпатизировала, иначе не согласилась бы на помолвку). Не ему обвинять кого-то, не ему читать нравоучения или давать советы. Мэн Яо тратит свой талант на выяснения отношений с отцом, которому он нигде вообще не уперся, пачкая себя и свою репутацию грязью? Пусть пачкает. Но только до тех пор, пока это не коснется интересов клана Цзян. Именно поэтому единственное, что сделал Цзян Ваньинь во время встречи с этими двумя, тактично попросил не трогать новоявленную парочку уточек-мандаринок. Вняли ли они предупреждению или нет, покажет время. Несмотря ни на что факт того, что глава клана Цзян всегда предупреждал лишь единожды, оставался неизменным, и последствия будут полностью на их совести.

***

Цзянь Ваньинь спокойно сидел у себя в кабинете, разгребая документацию. Последние дни на удивление выдались спокойными, поэтому парень находился в хорошем расположении духа. — Глава, — в кабинет со стуком зашел Цзянь Бао, держа в руках красивый букет цветов. — Вам посылка… мы проверили, они безопасны. И тут есть записка. Цзян Чэн приподнял бровь в удивлении, тихо радуясь, что здесь нет Вэй Усяня. — От кого? — Инициалы: Л. С. Здесь… стихотворение… и оно о вас?.. — Цзян Бао говорил неуверенно, словно не мог до конца поверить в произошедшее. — Давай, — устало вздохнул Цзянь Цэнь. — А цветы поставь в вазу что ли. — Хорошо! Помощник тут же отправился искать подходящий сосуд для цветов, пока Цзянь Чэн ознакамливался с открыткой. Там действительно было небольшое стихотворение, которое… восхваляло красоту глаз Ваньиня, его профиля, да и его внешний вид в целом. И не было никаких сомнений, что говорят именно о нем, потому что в одну из строчек было вставлено имя, хотя некоторые описания, на вкус и мнение самого Ваньиня, были сильно преувеличены. Признавать, что скулы, которые тоже не обошли вниманием, выразив отдельное восхищение ими, обдало непривычным жаром, не хотелось. Неизвестный Л.С. очень постарался, создав этот стих. Когда Цзян Бао торжественно вернулся с вазой и цветами, деловито поставив их на первую попавшуюся тумбочку (по его самодовольной роже можно было понять, что он, пока выполнял это незатейливое поручение, полностью переварил ситуацию и с удовольствием прошелся по всей резиденции, попавшись каждому на глаза, чтобы все знали, что кто-то прислал подарок явно романтического значения их обожаемому главе), тут же начал сверлить своего босса взглядом, в котором легко можно было прочесть любопытство и вопрос: — Что глава будет делать с этим? — А я должен? — Разве вы не хотите знать, кто проявил к вам интерес? Цзян Ваньиню показалось, что больше всех здесь заинтересован именно Цзян Бао. — Подумаешь, кто-то балуется и решил подшутить, мне какое до этого дело? — с напускным спокойствием и безразличием произнес Цзян Чэн, кинув открытку на стол. Это смущало, но он все еще не мог до конца уложить в голове те витиеватые обороты и себя вместе. Он не верил, что в чужих глазах может выглядеть ТАК. — По-моему Л.С. очень серьезен — смог подметить все достоинства нашего главы и так красочно их описать в стихотворении… — похлопал глазами Цзян Бао. — Разве вам ничуточку не интересно, кто это? Цзян Ваньинь устало вздохнул и дал отмашку тут же подскочившему от энтузиазма Цзяну Бао. Теперь глава был уверен, что дело неизвестного Л.С. будет у него на столе уже к вечеру, где будет все: начиная от личного имени и заканчивая самыми грязными постыдными тайнами не только отправителя в частности, но и его семьи в целом — если не раньше. Что ж… к удивлению Цзян Чэна отправителем оказался не сопливый мальчишка, которому едва стукнуло двадцать, а вполне состоятельный наследник Гусу Лань.групп, Лань Сичень. Что действительно удивительно по многим причинам: во-первых, они виделись лично всего раз; во-вторых… они все еще виделись один единственный раз и говорили от силы пару вежливых фраз друг другу. — Может быть, это любовь с первого взгляда? — проворковал Цзян Бао. Раньше мужчина не особо интересовался личной жизнью своего босса, потому что видел его незаинтересованность в этом вопросе и занятость работой. Но теперь, только почуяв шанс, тот как охотничья борзая по сигналу резко встал в стойку и начал выслеживать свою добычу, не собираясь отступать! — Отправите ему подарок в ответ? — поинтересовался Цзян Бао, словно говоря о погоде. Очень ненавязчиво, да. — Нет, — отмахнулся Цзян Чэн. Хотя бы потому, что Л.С. должен по идее оставаться инкогнито и ответа на подарок не предусматривал. Этот аргумент помощнику крыть было нечем. — И Вэй Усяню ни слова. Если он узнает, отдуваться будешь ты. — Хорошо-хорошо… Цзян Бао посмотрел на босса невинным чистым взглядом. Он Вэй Усяню ничего не говорил, предугадав поведение босса, поэтому написал восторженное смс Цзян Яньли (Такое событие! Такое событие!!! Все слуги резиденции сейчас взбудоражены, в хорошем смысле этого слова, радуясь за главу, словно его уже под венец позвали). К остальному он не имеет никакого отношения; то, которое прямое, а косвенное… это с какой стороны посмотреть и то — не факт. Через несколько дней курьер доставил в резиденцию новый букет цветов с открыткой и стихотворением. Цзян Чэн правда пытался хмуриться… в недоумении. Неужели подобными прилагательными действительно можно описать его? Кажется, такой литературный прием называется «гиперболизацией», и Лань Сичень, как выяснилось, очень любил его использовать, чтобы восхититься… Цзян Ваньинем. Непонятно еще, хорошо это или плохо. Что еще сильнее поражало главу Цзян так это то, что Л.С. — это именно Лань Сичень, а не кто-то другой. Просто… даже его люди не смогли найти что-то провокационного на этого человека, если не считать постыдную историю в студенческие годы, когда мужчина будучи выпускником напился и изрисовал статую во внутреннем дворе университета… (справка о непереносимости алкоголя во всех его проявлениях прилагалась). Казалось, что этот человек идеален во всем, за что бы не брался. Только положительные отзывы. Спокойный, мягкий характер в купе с вежливым поведением напомнили о… Цзянь Фэнмяне. Цзян Чэн нахмурился. Ему не нравилось то, куда завернули его мысли. У него с отцом были натянутые, сложные отношения, где большую часть времени со стороны Цзянь Фэнмяня шло полное игнорирование сына. — О чем я вообще думаю? — нахмурился Цзян Ваньинь, всматриваясь в отчет, где было расписано расписание Су Ше (даже что ел и когда — точно по минутам). Он в последние дни подозрительно активизировался, посещая разные места. — Глава? — стоящий рядом Цзян Бао не мог не поинтересоваться. — Отправь к Лань Циженю несколько личных телохранителей, обычной охраной и системой безопасности, которую мы для него усовершенствовали, тут больше нельзя ограничиваться. — Понял. Су Ше уже дал понять, что ему не нравится то, что новый проект, принятый Лань Циженем, распространял влияние Гусу Лань.групп на территории, опасно граничащими с его. Но больше всего его раздражало то, что он не заметил алмаза среди графита. Та часть улицы — перспективный лакомый кусочек, который никого раньше не интересовал, пока господин Лань не рассмотрел в нем золотую жилу и успешно не заполучил. Теперь все кусали локти и завидовали, а кто-то строил козни. Именно поэтому Гусу Лань сотрудничала с Юньмен Цзян. Именно поэтому сейчас Цзян Ваньинь отвечал за безопасность Лань Циженя и… его семьи, которыми являлись его наследники-племянники, Лань Ванцзи и Лань Сичень. — И назначь с ним встречу, нужно обговорить изменения. — Разумеется.

***

Цзян Ваньинь сидел в одном из кабинетов здания Гусу Лань.групп, предусмотрительно выделенном для него Лань Циженем, и ожидал опаздывающего уже на двадцать минут Лань Сиченя. Если с главой компании и Лань Ванцзи переговоры прошли успешно, где им подобрали телохранителей, а также была получена информация о планах и их примерном расписании, чтобы помочь в случае ЧП (дом, где второй племянник Цижения проводит большую часть своего времени, создавая музыку, тоже было решено модернизировать передовой охранной системой, за что Юнмень Цзян был выплачен отдельный гонорар), то с Лань Сиченем удалось договориться о встрече только сегодня. — Прошу прощение за опоздание — пробки! — в кабинет без стука элегантно влетел вышеупомянутый, натыкаясь на суровый пристальный взгляд грозовых глаз. Сегодня Цзян Чэн надел обычный черно-белый костюм с галстуком, чтобы сильно не выделяться среди сотрудников компании. Единственное, что бросалось в глаза — небольшие детали в виде украшений: резная серебряная шпилька с лотосом, что держала пучок волос на затылке, и кожаные перчатки. Лань Сичень, что был одет, как всегда, в светло-пастельные тона, так и застыл возле входа, прожигая чужую фигуру горячим взглядом. — Конечно, у ваших «пробок» прекрасная улыбочка с очаровательными ямочками на щеках, — совершенно не скрывая сарказм, ответил Цзян Ваньинь. Он не хотел думать, почему ему вообще есть дело до того, с кем там дружит Лань Сичень. Возможно, дело в работе и возможной опасности от приемыша семьи Цзинь? И нет, ему совершенно не обидно за то, что Лань проявляет к нему интерес, а потом тут же липнет к другому, сильно задержавшись из-за него. — Что… как вы… — Лань Сичень немного отмер и аккуратно присел за стол, напротив Цзян Чэна. Казалось, тот еще ни разу не моргнул, как вошел, чтобы было больше времени на то, чтобы любоваться человеком перед ним. — Мои люди сейчас являются ответственными за безопасность главы компании и его семьи. Разумеется, я много чего знаю, — ответил Цзян Ваньинь. — А сейчас мы поговорим о том, чтобы у нас была возможность не только наблюдать за вами, но и защищать, в случае возможного нападения. — Дядя говорил, что ситуация напряженная, но неужели все так серьезно? — слегка нахмурился в недоумении Лань Сичень, пытаясь настроиться на рабочий лад. — Так как вы большую часть находитесь в здании Гусу Лань.групп, то есть в защищенном месте, то, думаю, будет достаточно одного телохранителя, — проигнорировав чужие слова, начал рассуждать Цзян Ваньинь. — Если даже вы отправитесь куда-то на встречу или по делам, то, опять же, один человек — самый оптимальный вариант; и это учитывая, что водитель представляет собой нашего тщательно обученного сотрудника, к которому вы всегда может обратиться за помощью, что скажете? Может показаться, что один человек — это мало, но уверяю… — Бывало так, что кто-то запрашивал целую группу телохранителей? — не удержал любопытства Лань Сичень, ловя каждое движение парня напротив. — Бывало так, что люди сильно беспокоились за свою жизнь и несмотря на советы о том, как лучше, упрямо желали обратного, не понимая, что делают только хуже… Просто иногда клиентам сложно доказать, что качество гораздо лучше, чем количество. Не важно, один ли это человек или группа из нескольких людей, — согласился Цзян Ваньинь, вспомнив не лучшие свои переговоры. — Но с Лань Циженем и Лань Ванцзи мы легко смогли договориться. Надеюсь, так будет и с вами. — Тогда… может ли глава Цзян охранять меня? — осторожно, словно проверяя чужие границы, произнес Лань Сичень. — Ведь качество лучше, чем количество. И что-то мне подсказывает, что глава Цзян лучший из лучших. Слушая собеседника, Цзян Чэн хмурился все сильнее. Парень не зря занимал свою должность в Гусу Лань.групп. Говорил мягко и ненавязчиво, а главное — логично, использую чужие слова как опору, из-за чего пропадала возможность легко отмахнуться от чужих, а значит и от своих, суждений. — Я не имею квалификации, чтобы сопровождать кого-то как телохранитель. Я всего лишь глава компании, что отвечает за координацию своих работников, — сухо ответил Цзян Ваньинь. Подобные запросы тоже бывали, поэтому он знал, что ответить, чтобы собеседник передумал. — Как жаль… — действительно с сожалением произнес Лань Сичень, слыша, как разбиваются его мечты о совместном времяпровождении, но… — Тогда остановимся на одном телохранителе. Его имя Цзян Ронг, — произнес Цзян Чэн, даже бровью не поведя, после чего протянул досье с фотографией упомянутого сотрудника, чтобы собеседник мог с ним ознакомиться, но неожиданно в этот момент чужая рука перехватила его запястье, пальцами интимно очерчивая полоску кожи между перчатками и рукавом, вызвав мурашки: — Господин Цзян так сильно не хочет общаться со мной? — Лань Сичень наклонился, нарушая чужое личное пространство. — Неужели информация на официальном сайте вашей компании ложная и сертификат, полученный вами наравне с другими телохранителями, фальшивый? Цзян Чэн прямо встретил чужой взгляд, не чувствуя и толики вины за дезинформацию. Он — глава компании, у него очень много других дел и обязанностей, поэтому нет ничего странного в том, что он отказался от предоставления своих услуг в качестве телохранителя. Легко вырвал свою руку из-под чужих нехитрых ласк, чтобы скрыть ускорившийся пульс, и откинулся на спинку стула, чтобы увеличить расстояние между собой и собеседником. — Молодой господин Лань, — произнес Цзян Чэн с нечитаемым выражением лица. — Как мне расценивать ваше поведение? Несмотря на возникшую напряженную ситуацию, вы общаетесь с сомнительными личностями, соблазняете ответственного за безопасность своей семьи человека, буквально засыпая его подарками… вам не кажется это подозрительным? Неужели вы решили пойти против семьи? — Что? — удивился Лань Сичень, даже от неожиданности сел обратно на свое место. — Так вы знаете, кто присылал вам цветы? Фарфоровые щеки наследника Лань приобрели легкий румянец, что не скажешь об ушах, которые сейчас напоминали своей краснотой свежие пятна крови, из-за чего их можно было легко заметить. — Разумеется, я в курсе, — усмехнулся Цзян Чэн, подметив, что тому идет смущение. И это очень сильно отличается от того напора, что показал ранее Лань. Даже стало интересно, что из этого всего является настоящим поведением Лань Сиченя — вечно сдержанного, правильного и неукоснительно следующего правилам человека. Молчание затянулось. С каждой секундой становилось невыносимо неловко. Лань Сичень теперь смотрел куда угодно, но только не на собеседника, выглядя как нашкодивший маленький милый щенок. А собак Цзян Ваньинь очень любил… — Босс, — в кабинет со стуком вошел Цзян Бао, протягивая планшет. — Су Ше встретился с человеком из клана Цзинь. — Мэн Яо? — спросил Ваньинь, разглядывая документы с фотографиями. — Нет, это был Цзинь Цзысюнь, — отрапортовал мужчина. — Но это не значит, что Цзинь Гуанъяо не причастен к этой встрече. Возможно, что Цзинь Цзысюнь — просто пешка… — Посредник, — задумчиво произнес Цзян Чэн, уже хорошо представляя, на кого потом будут спущены все собаки и как быстро избавятся от парня, обыграв как несчастный случай. — Сообщи об этом Цзян Яньли. Она сейчас на съемках в другом городе, пусть позовет к себе своего ненаглядного и не отпускает хотя бы неделю. И других предупреди, чтобы были начеку. — Хорошо, — вытянулся по струнке Цзян Бао, выходя из комнаты. — Так… на чем мы там остановились? Ах, да… — Цзян Чэн посмотрел на досье своего подопечного, после чего аккуратно убрал его обратно в папку. — Хотите, чтобы я вас охранял? Хорошо, но взамен на мою помощь, вы поможете мне, договорились? — А?

***

Цзян Ваньинь наблюдал за тем, как Мэн Яо обхаживал Лань Сиченя, а тот в упор этого не видел. Ох уж эта френдзона… из-за нее глава Цзян не знал, раздражаться ему или смеяться над потугами бедного парня, что уже не знал, как извернуться, чтобы понравиться наследнику Лань. Цзян Ваньинь позволил произойти этой встрече, чтобы не судить сгоряча, но предположение подтвердилось. В глазах Мэн Яо имелась симпатия и, возможно, это когда-нибудь могло бы вылиться в сильную привязанность и любовь, но не сейчас. В данный момент нет никаких оснований для того, чтобы так сильно навязываться Лань Сиченю. Подобное поведение можно объяснить лишь тем, что Мэн Яо слишком расчетлив и амбициозен, поэтому легко может пожертвовать зарождающимся теплым чувством для своего трамплина к признанию и величию (наследник компании Гусу Лань.групп — чем не выгодная партия, которая может утроить твой авторитет?). Для такого человека чувства всегда будут на втором месте, и его будущего партнера действительно становится жаль. И это точно будет не Лань Сичень. Потому что только от одной подобной мысли в груди Цзян Чэна зарождается черная бездонная дыра, заставляющая кипеть кровь в венах! — Лань Хуань, — Цзян Ваньинь плавно выскользнул из своего наблюдательного пункта, откуда следил за происходящим, и в наглую подошел, присаживаясь к обедающей за угловым столиком парочке. — Извини, опоздал. — А? — сбитый столку такой неформальностью наследник Лань замер, краснея ушами. — Прошу прощения? — Мэн Яо явно был недоволен, что его уединение с «другом» прервали. — О, давно не виделись, Цзинь Гуанъяо. Я — Цзян Ваньинь, помнишь меня? Я здесь в качестве парня Лань Хуаня. Он давно хотел познакомить меня со своим другом, — произнес Цзян Чэн, присев рядом с Лань Сиченем. Тот, надо отдать должное, быстро пришел в себя, но при этом начал сверлить Цзян Чэна томным взглядом. Жар и буря эмоций в ореховых глазах обещали поглотить главу Цзян без остатка. — А-Чэн, ты отписался, что, возможно, не приедешь, поэтому я уже не надеялся, — как ни в чем не бывало уточнил наследник Лань (а говорил, что в их семье не принято лгать!). Их позже ждет серьезный разговор, но сейчас мужчина собирался воспользоваться ситуацией по полной. — И все же я здесь, — пожал плечами Цзян Ваньинь, чувствуя, как пробежались мурашки по спине от столь домашнего ласкового имени. Тем же временем чужая рука приобняла его за талию. Бежать уже некуда, сам напросился, поэтому оставалось только смиренно принять напор воодушевленного Лань Сиченя. Тот явно безуспешно старался сдерживать свой энтузиазм и при этом сильно смущался своих порывов. И именно это удивляло главу Цзян сильнее всего: как странно гармонично сочеталось столь противоречивое поведение в одном человеке. — Лань Сичень… не рассказывал о тебе… — с плоским лицом произнес Мэн Яо. — Мы начали встречаться не так давно, — вздохнул Цзян Чэн. — Да? — с сомнением выдал собеседник. — Сложно остаться безразличным, когда тебе чуть ли не каждый день шлют цветы и посвящают стихи. Когда Лань Хуань чего-то хочет, может быть очень тверд в своих намерениях, — беспечно ответил Цзян Чэн, разговаривая несомненно с Мэн Яо, но слова звучали так, словно были предназначены лишь для одного человека, что сейчас обнимал его одной рукой. — Господин Цзинь Гуанъяо не рад за своего друга? Лань Хуань нашел свое счастье, а вы тут устраивайте его второй половинке допрос… — Н-нет, я рад, — сладкая улыбка появилась на губах собеседника. Конечно, он рад. Другого просто не могло было быть, иначе построенный Мэн Яо образ в глазах Лань Сиченя просто рухнул бы. Что и ожидалось от человека, которому захотелось влезть в дела преступных группировок, снабдив Су Ше деньгами для его махинаций, и хорошенько замести за собой следы, чтобы никто не смог догадаться, что он получил за помощь взамен. Цзян Чэну пришлось очень постараться, чтобы перехватить купленные Су Ше на эти деньги контрабандные товары. Члены клана Цзян как раз сейчас занимались их утилизацией. Интересно даже, насколько сильно выйдет из себя Су Ше (и как сильно разочаруется в его провале Мэн Яо), когда узнает об этом? Зазвонил телефон. — Алло, — ответил Цзян Чэн, сразу подскакивая на месте, услышав озабоченный голос Вэй Усяня: «Большой брат, на павлина было совершенно покушение! Мы сейчас в больнице «Z», он ранен в живот, но не смертельно. Врачи говорят, что он везунчик — внутренние органы не были задеты.» — Ты сам как? — серьезно произнес Ваньинь. Казалось, сам воздух поменялся вокруг него. «Кхм, ты думаешь, кто спас этого павлина?! Да если бы не я, его давно зарезали! Правда с нами была сестра… она очень перепугалась, но с ней тоже все хорошо. Сам знаешь, ее видом крови не напугаешь! Вся в тетушку! Больше всего она переживала за состояние идиота-павлина». Цзян Чэн, не отрываясь от беседы по телефону, подхватил Лань Сиченя под локоть и вытащил его из-за стола: — Что с нападавшим? Наследник Лань не смел сопротивляться, а после услышанной последней фразы — тем более. «Произошло все на улице, где были свидетели, поэтому пришлось вызвать полицию, и его увезли. Времени не было расспросить, куда именно его дели, но могу сказать, что среди инспекторов был Сюэ Ян, он мне даже отсалютовал, кажется, проныра сразу же смекнул, что после задержания у него будут гости». — Я разберусь. «Отлично». — Что случилось? — спросил Лань Сичень, когда вызов на телефоне был сброшен. — Не здесь. Цзян Ваньинь повел парня к выходу, даже не попрощавшись с тем, чьи планы полностью раскрылись перед ним. Нападение на Цзинь Цзысюаня и передача крупной суммы денег Су Ше — ясно, как белый день, что эти два события взаимосвязаны и могут означать лишь одно. Цзинь Гуанъяо не смог добиться от гнилого отца того признания и уважения, к которому стремился, поэтому решил уничтожить всех членов Цзинь с помощью нуждающегося в спонсоре для борьбы с Лань.групп Су Ше, и начали они с наследника. К его несчастью, Цзян Яньли выбрала павлина для себя в качестве будущего мужа, и теперь тот под крылом клана Цзян. Разумеется, все это еще стоит подтвердить, но ответ очевиден. Это обещание! Совсем скоро Су Ше внезапно исчезнет. И ни одина живая душа не найдет его живым или мертвым. Что насчет Мэн Яо… ему тоже осталось недолго. Подделать самоубийство не сложно. — Куда? — голос Цзян Бао вывел из мрачных раздумий. — Гусу Лань.групп, — скомандовал тому Цзян Чэн, только сейчас поняв, что все это время держал за руку Лань Сиченя и потому сейчас сидел в машине вместе с ним. Впрочем, тот не выглядел расстроенным. — Тебя отвести домой? Медленно разжав пальцы, Цзян Ваньинь выпустил чужое запястье из хватки, заметив, как наследник Лань наконец-то показал свое разочарование, расстроенно выдохнув. — Что же все-таки случилось? — поинтересовался Лань Сичень, заглядывая в заледеневшие глаза Цзян Ваньиня, ни капли не страшась отталкивающей жажды убийства. — На моего зятя напали, — произнес он, доставая телефон, чтобы разослать подчиненным приказы о дальнейших действиях. — И мне нужно все это срочно урегулировать. — Ты сам сказал, что я должен быть всегда под присмотром, и мы договорились, что ты будешь меня охранять, поэтому я не буду мешать. Не обращай на меня внимания и занимайся своими делами, — проговорил Лань Сичень с явным намерением несмотря ни на что проводить с объектом своей симпатии больше времени. — Господин Лань так небрежен, — нарочито небрежно произнес Цзян Чэн и элегантно подался в сторону Лань Хуаня так, словно хотел поцеловать, но остановился в тот момент, когда их кончики носов почти коснулись друг друга. — Он хоть представляет, что именно я собираюсь сделать? — Убедиться в здоровье зятя и поймать преступника? — уточнил Лань Сичень, завороженно наблюдая за губами, что сейчас растянулись в колкой усмешке. — Верно, но совершенно поверхностно, — произнес Цзян Чэн, проведя горячей ладонью по чужому бедру вверх, прошелся по торсу и дразняще подцепил подвеску на шее, слегка потянув ее на себя. — Исполнитель был пойман, и я собираюсь его допросить, чтобы он выдал мне заказчика. Разумеется, после допроса он проживет не дольше завтрашнего утра… — Что? — Я собираюсь разобраться с этим заговором, и для это нужно сделать так, чтобы все концы этого дела ушли в воду. Нельзя оставить ничего и никого… — Цзян Чэн внимательно наблюдал, как зрачок в чужих глазах расширяется, затопляя ореховую радужку. То ли от испуга, то ли от возбуждения. — Ах, господин Лань теперь знает все мои планы… кажется, мне придется сделать так, чтобы и он никогда никому ничего не рассказал об этом… — Разумеется, я никому ничего не скажу, — согласился загипнотизированный чужим тесным присутствием Лань Сичень, но вот Цзян Ваньинь резко отстраняется, вернувшись в исходное положение, словно секунду назад ничего не было: — А ты не особо-то удивлен, как я посмотрю. — Это действительно немного пугает, — сглотнул наследник Лань, облизав пересохшие губы. — Но дядя меня давно предупреждал о том, что из себя представляет Юньмен Цзян, и советовал держаться подальше от этого. — Нарушаешь обещания? Какой плохой мальчик, — усмехнулся Цзян Чэн. Лань Сичень покраснел, кашлянув в кулак. Глава Цзян говорил о страшных вещах, о смерти человека, который лишится своей жизни по его приказу, но почему-то паники не было. Возможно, дело в том, что речь идет о плохом человеке, или просто Лань Сичень не до конца воспринял информацию. Ведь услышать — это одно, а увидеть — совершенно другое. И в первом случае примириться с ситуацией проще, особенно когда некоторые факты знал заранее, а о других догадывался. Но об этом можно будет долго и основательно подумать позже, а сейчас нужно сделать так, чтобы не оттолкнуть от себя собеседника, испортив возможные отношения. Наследник Лань осторожно спросил: — И что собирается сделать «мой парень», чтобы заставить меня замолчать? В кафе Цзян Ваньинь влез в разговор Ланя и Цзинь, назвав себя парням первого… никто его за язык не тянул и, тем более, не заставлял говорить об этом. — А что мой парень хочет получить? — непринужденно уточнил Цзян Чэн, аккуратно подхватив чужое запястье для того, чтобы разжать судорожно сжатый кулак от обилия мыслей в частности и от ситуации в целом. Как странно, Лань Сичень даже не заметил этого. — П-поцелуй. Парень с затаенным дыханием наблюдал за действиями Цзян Чэна. Вот он усмехается и подносит его запястье к лицу, чтобы мимолетно коснуться губами белой кожи. — Пойдет? — Не издевайся, — осипшим голосом прошептал Лань. — Сейчас ты отправишься домой, а я поеду по делам, — произнес Ваньинь, отпуская чужую руку. — Все-таки если я сразу тебе все покажу, ты же сбежишь от меня, даже не обернувшись. — То есть рассказать мне сейчас о планируемом убийстве — это было нормально? — недоверчиво произнес Лань Сичень, нежно гладя то место, где был оставлен поцелуй на запястье. — Ты знал, на что идешь, начав за мной ухаживать. Или я не прав? Возражать Лань Сичень не стал. Наверное, понимал, что действительно не сможет справиться, если увидит подтверждение словам воочию. Пока ему достаточно и того, что ему рассказали. Наследнику Лань придется провести много часов, пытаясь совладать с собой, своими чувствами и совестью. Радует хотя бы то, что он, кажется, прошел какое-то испытание и теперь может претендовать на роль парня главы клана Цзян. — Просто запомни, что я не какой-то там маньяк, убивающий без разбору. Со мной всегда можно договориться, — Цзян Ваньинь задумчиво посмотрел в окно. — Будет сложно, особенно такому правильному человеку, как ты, поэтому можешь убежать сейчас, пока я это позволяю. Машина остановилась около многоэтажного здания компании Гусу Лань.групп. Лань Сичень в молчании вышел, обошел машину и нагнулся к окну, рядом с которым сидел Цзян Ваньинь. Стекло опустилось. — Знаешь, Лани очень упрямы, особенно там, где замешана любовь, — с вызовом произнес Лань Сичень, наклонившись так, чтобы быстро, но с нажимом чмокнуть чужие упрямые губы и уйти на работу с гордо поднятой головой победителя. — У господина Лань есть характер, — Цзян Бао, что все это время вел машину и учтиво не смел даже подглядывать в зеркало заднего вида, высказал свое мнение, наконец-то позволив себе посмотреть на отражение босса в зеркале. Цзян Ваньинь задумчиво водил пальцем по своим губам. — Как говориться, в тихом омуте черти водятся, — хмыкнул глава Цзян, не скрывая свою заинтересованность. — Куда дальше, босс? — напомнил Цзян Бао. — Сюэ Ян. Одно имя, и машина сдвинулась с места.

***

Цзян Ваньинь легко прошел в полицейский участок, словно для него это что-то обыденное. Ему навстречу выскользнул парень со знакомыми чертами лица, сразу же показав нужное направление: — Он сейчас в допросной (там давно уже шалит проводка, поэтому камеры отключены), у вас десять минут, — произнес Сюэ Ян, хитро щуря свои глаза. Разумеется, виновник оказался именно в такой комнате не случайно. — Так и не надумал вступить в мой клан? — уточнил Цзян Чэн, перед тем как толкнуть дверь в указанное помещение. — Мне и здесь нравится, — фыркнул парень, рванув дальше по коридору, чтобы перехватить инспектора, что направлялся в их сторону. Сяо Синчень легко позволил увести себя на перерыв, чтобы выпить кофе, мило улыбаясь. Цзян Чэн фыркнул, входя в помещение, где его ждал тот, кто посмел покуситься на жизнь Цзинь Цзысюаня. — Кто ты? Ты не полицейский! — мужчина быстро смекнул, что здесь какой-то подвох, с настороженностью разглядывая незнакомого гостя. Казалось, если бы не наручники, он отпрыгнул в самый дальний угол допросной. — Какой сообразительный. Думаю, у нас получится быстро договориться, — усмехнулся Цзян Чэн, присаживаясь напротив преступника. Разговор шел продуктивно. Цзян Ваньинь знал как вести подобные допросы, даже если обычно этим занимаются его подчиненные. Вот только сейчас ситуация немного иная. Глава Цзян хотел сделать это своими руками. Разумеется, чтобы развязать чужой язык, пришлось угрожать и пару раз причинить собеседнику боль, ударив туда, где гематомы не будут видны и не привлекут много внимания сотрудников полиции. Выходя из участка, Цзян Чэн получил все, что хотел. Остальное доделали его подчиненные. Сюэ Ян получил щедрое вознаграждение за сотрудничество, а ближе к ночи все узнают, что один из задержанных совершил самоубийство в своей камере. Повесился. На момент инцидента у Цзян Чэна есть алиби: он был в больнице, навещал своего зятя. Даже если кто-то догадается и попытается связать его посещение участка, где находился тот, кто навредил тому самому упомянутому зятю, и последующую смерть задержанного, не смогут. Не хватит доказательств. — Ты знаешь, почему на тебя напали? — Цзян Ваньинь сидел перед кроватью Цзинь Цзысюаня. Он разместился на стуле, но выглядел так, словно восседал на троне, оббитым пурпурным шелком. — Нет, — устало произнес больной. — Это сделал твой сводный старший братец, — легко ответил Цзян Ваньинь, включив запись допроса преступника. — Но… — растерянность ярко читалось на бледном лице парня. — Большой брат, как насчет того чтобы избавиться от этого Цзинь Гуанъяо? — невинно произнес Вэй Усянь, что разместился на подоконнике, рассматривая скудный пейзаж из окна. Цзинь Цзысюань хотел было возразить (ну и шуточки у этого парня!), но внезапно раздался мелодичный голос Цзян Яньли, стоявшей за правым плечом брата. Ее серьезное каменное лицо пугало: — Большой брат, пожалуйста, избавься от этого человека. Не хочу больше его видеть. — У наследника Цзинь есть какие-то возражения? — вежливо поинтересовался мнением парня Цзян Цэн, наблюдая за его реакцией. Тот словно рыбка на суше беззвучно хлопал губами, в изумлении смотря на собравшихся: — Вы ведь сейчас не серьезно? — Более чем серьезно, — хмыкнул Цзянь Ваньинь. — Неужели, наследник Цзинь думал, что после того, как он возьмет в невесты единственную госпожу клана Цзян, его не коснутся дела этого клана? — Теперь, по крайней мере, твои проблемы — проблемы клана Цзян, и решать их будут по понятиям клана, — фыркнул Вэй Усянь. — Тот самый клан Цзян? — осторожно переспросил Цзинь Цзясюань, сглатывая. — Не переживай, моя сестра не имеет тесного контакта с делами клана Цзян, но в тоже время она не перестала быть его частью, так что тебе придется привыкнуть к этому и смириться… или сбежать, но тогда за свои действия отвечать перед тобой я не стану. — Упс, — иронично ответил Вэй Усянь, явно издеваясь над бедным парнем. Цзян Яньли ласково пожурила его за это, но ее цепкий взгляд, что так несвойственен для милого айдола, продолжал внимательно следить за женихом. Как он себя поведет? Как отреагируют, что сделает? Цзинь Цзысюаню предстояло сделать выбор. И лучше, если он будет правильным.

***

Цзян Ваньинь встречал в своей резиденции гостей. Их было немного, но даже так, здесь давно не было настолько оживленно! Первым прибыл Цзинь Цзысюань. Парень привел вместе с собой госпожу Цзинь, которой хотелось пообщаться со своей невесткой, и сводного младшего брата, Мо Сюаньюя. После них подоспел Лань Сичень с братом и дядей (последний не был так уж сильно не доволен ситуацией). Семейный ужин клана Цзян проходил в хорошей атмосфере и с позитивным настроением. Скромно работающий для фонового шума телевизор показывал свежие новости, где телеведущая монотонно сообщила о внезапном исчезновении известного члена преступного мира, Су Ше. Но на это никто особо не обратил внимания, увлеченно беседуя на различные темы. Впрочем, никому из присутствующих, кроме членов клана Цзян, не стоит знать, что данное собрание совмещало в себе не только приятное времяпровождение, но и полезное формирование алиби для всех присутствующих, ведь скоро, буквально на следующий день, будет объявлено о скоропостижной смерти Цзинь Гуанъяо. Как жаль, что такой талантливый парень перешел дорогу не тем людям…