Не было бы счастья

- Тэйт, ты сегодня пахнешь обворожительно, как никогда. Шарахаюсь от очередного комплимента, стрелой проношусь через общий зал и забираюсь в свой кабинет, словно испуганный зверек в норку. Я уже двадцать раз успел проклясть себя за то, что воспользовался этим долбаным шампунем. Все началось с того, что утром, принимая душ, я не смог выдавить из своего флакона с шампунем ни капли. И ведь покупал недавно, а когда он успел закончиться, даже не заметил. Конечно, можно было не мыть голову, если волосы завязать в хвост, то не так уж и заметно будет, но… не привык я с несвежей головой ходить. Не люблю. Хотел сначала мылом помыть, когда взгляд остановился на розово-желтом флаконе. Он уже давно у меня в ванной валяется, с прошлого месяца, когда у соседей, милой семейной пары, был ремонт, и я пускал их попользоваться своим душем. Даша, так зовут соседку, забыла у меня свой почти пустой флакон с шампунем, а я все никак не мог его вернуть. Что поделать, склероз – болезнь хорошая, ничего не болит, и все время узнаешь что-нибудь новое. В общем, долго я не думал. Схватил этот шампунь и намылил им голову. Цветочный аромат поплыл по ванной, но я даже подумать не мог, к каким последствиям приведет мой поступок, хотя мог бы и сообразить, все-таки обоняние играет в моей жизни не последнюю роль. Нет, я не работаю нюхачом на парфюмерной фирме, просто я оборотень. Да-да, самый настоящий оборотень, на той фирме, где я работаю, все оборотни, простому человеку в наше рекламное агентство не устроиться. И нет, я не волк и не большой хищный кот, я… кошачий лемур. Вот такой я везунчик. Ой, кажется, я отвлекся. В общем, вымывшись, я оделся и пошел на работу. Именно пошел, я люблю ходить пешком, тем более, что до работы мне всего двадцать минут неспешного шага. Иду я, не спешу, благо, рабочий день у меня начинается с девяти часов, и тут рядом со мной притормаживает парень. Обычный человек, своих-то я уже научился отличать. Он как-то странно посмотрел на меня и… пригласил вечером в ресторан. У меня глаза, наверное, на лоб вылезли. Я только и смог отрицательно покачать головой и ускорить шаг. Следующим ко мне пристал охранник в офисе, настоящий медведь по натуре и по второму облику. Мы, оборотни, вопреки расхожему мнению, можем иметь любую вторую ипостась, от мыши до слона, причем на внешности звериная натура никак не отражается, только на характере. Живем мы среди людей уже много столетий, прекрасно приспособившись и влившись в вашу жизнь, а все рассказы о полнолунии и жажде – сказки чистой воды, придуманные испуганными людьми. Убить оборотня так же легко, как и человека. Серебра мы не боимся, как и святой воды, и еще - оборотничество при укусе не передается! Правда. Таким, как мы, надо родиться, хотя в смешанных парах ребенок рождается оборотнем, а не человеком, вне зависимости от того, кто из родителей оборотень. Физически мы мало чем отличаемся от людей, разве что болячки всякие к нам реже липнут, никакой сверхсилы и выносливости, ну, разве что совсем чуть-чуть, и то у оборотней, второй натурой которых являются большие хищники. У оборотней только органы чувств развиты намного лучше, чем у людей, так что кроме второго облика мы ничем не выделяемся из общей массы, по крайней мере, на первый взгляд. Я опять отвлекся? Извините. В общем, отбившись от тянувшего ко мне лапы медведя, я забежал в лифт, чьи двери уже начинали закрываться, и попал в компанию из двух оборотней, работающих в финансовом отделе - волка и лисицы. Вообще-то они пара, но ко мне потянулись оба. Причем лисичка так призывно облизывалась, что мне на мгновение показалось, что она хочет меня съесть, а волк уткнулся в мои волосы и принюхался. - Лемур-рчик, - промурлыкала лиса не хуже домашней кошки, - не хочешь стать третьим? Вот почему они так среагировали? Неужели из-за аромата? Хотя на флаконе и обещали супер блеск, ничего такого с моими волосами не было, я проверял, когда сушил их. Обычные, темно-каштановые волосы, отросшие чуть ниже плеч. Оборотни-мужчины редко отращивают длинные волосы, но мне нравится. Я их завязываю в низкий хвост, чтобы не мешались днем, а если жарко, то можно сделать хвост повыше, чтобы открыть шею. Именно так я сегодня и сделал, все-таки середина лета. Жара. Хорошо, что в офисе всюду стоят кондиционеры, а то можно свариться. А вообще-то я обычный парень, на вид мне никто не даст больше двадцати четырех, хотя на деле мне двадцать восемь, но для оборотня долгое взросление – это нормальное состояние. Вот нашему директору, говорят, за сто пятьдесят, а выглядит он на тридцать пять, не больше. Ах да, я еще раз отвлекся. Из лифта я вылетел, как только открылась дверь, чуть не снеся пожилого бухгалтера-барсука. К сожалению, вышел я на этаж ниже, чем надо было. Офис располагался на четвертом этаже, так что пришлось мне бежать вверх по лестнице. Офис у нас большой и очень хорошо продуманный. Внизу у нас подземная автостоянка, на первом этаже столовая и комнаты охраны. На втором - большой конференц-зал, малый зал совещаний и небольшой спортзал. На третьем этаже находятся кабинеты менеджеров и начальства, а бухгалтерия и прочие службы – на четвертом. Есть еще один этаж, но туда вход только для нашего хозяина и директора, ну, которому за сто пятьдесят. Собственно, он там живет, а еще у него есть выход на крышу. Говорят, там красивый зимний сад, но это, скорее всего, лишь слухи, по крайней мере, я не знаю никого, кто видел бы все это чудо собственными глазами, а рассказы… их легко придумать, особенно если охота языками почесать в обеденный перерыв. Уже три года я работаю в рекламной компании дизайнером. Вернее, одним из пяти дизайнеров. Работа несложная, у меня даже собственная маленькая комнатка есть со стеклянной стеной, выходящей в общий зал. Из-за этой стены мы называем эти кабинеты аквариумами. Не знаю, кто придумал такой дизайн, но это наверняка был человек (или оборотень), помешанный на тотальном контроле. Ой, еще раз прошу прощения, больше отвлекаться я не буду. Честно. На чем я остановился? Ах да. Пока я бежал по лестнице, а потом через общий зал, куда выходят наши «аквариумы», мне отвесили три комплимента, два раза посвистели вслед, один раз предложили руку и ливер (в виде сердца) и один раз попытались хлопнуть ладонью по заднице. О-о, как я был зол и смущен одновременно. Ну и что из того, что я лемур? Зубы у меня есть, и в ход их пустить – не проблема, так что я решил, следующему, протянувшему лапы к моему телу, непременно вцеплюсь зубами в руку. А во время обеденного перерыва сбегаю в спортзал и вымою голову чем угодно, хоть хозяйственным мылом, лишь бы убрать этот женский запах, на который все так реагируют. Вот только до обеда надо было вытерпеть еще четыре часа, и я чувствовал, что просто так они не пройдут. Увы, мое предчувствие оправдалось. Услыхав, как за спиной скрипнула дверь, я дернулся и уронил ручку на пол. Наклонился, чтобы поднять ее, и тут лопнула резинка. Нет, не на трусах! Если бы все было так, то последствия не были бы такими сокрушительными. Лопнула резинка, удерживающая волосы, и они рассыпались по плечам. Когда я выпрямлялся, то услышал над собой судорожный вздох, словно у моего посетителя дыхание сперло. Что за напасть! Поднимаю взгляд и вижу перед собой Эжена, еще одного дизайнера, а также оборотня-бобра по совместительству. Он, не отрываясь, смотрит на мои волосы и чуть слышно выдыхает: - Обалдеть. Они такие… такие… развеваются, прямо как в рекламе. Вот тут я взвыл. Отпихнув с прохода остолбеневшего оборотня, я вылетел из своего аквариума и понесся в сторону спортзала, расшвыривая зазевавшихся сотрудников со своего пути. До начала работы оставалось всего три минуты, но мне уже было все равно, засчитают мне это как опоздание или нет. Ворвавшись в спортзал, я услышал, как там гремит какой-то снаряд, но меня интересовал душ и только душ, в который я и пролетел молнией. Срывая на ходу с себя одежду, я вломился в первую попавшуюся кабинку и чуть не застонал от облегчения, увидев на полке шампунь в черном флаконе. Мужской шампунь! Слава Богу, если он есть там, на небесах, а если нету… то все равно кому! Главное, что я, наконец, снова буду пахнуть как мужчина! Хватаю шампунь, выливаю его в ладонь и со стоном наслаждения намыливаю себе голову. Как же хорошо! Стою, мою голову, не замечая ничего вокруг, как вдруг мой зверь испуганно затрепыхался, предупреждая о присутствии большого и опасного хищника. Руки замерли, а сердце забилось испуганно в груди, словно собираясь выскочить из тела. Пальцы так и остались в пенных волосах, когда я медленно оборачиваюсь и вижу позади себя директора. Обнаженного директора, пришедшего чтобы принять душ после спортзала. Все вопросы о том, откуда взялся шампунь, отпали сами собой. Вы когда-нибудь видели льва, раздумывающего, достаточно ли он голоден, чтобы снести одним ударом лапы глупую лань, подобравшуюся к нему вплотную, или лучше еще немного нагулять аппетит? А вот я увидел. Причем лев – в прямом смысле этого слова. А он так медленно скользит взглядом вниз по моему телу, на несколько секунд задержавшись на самом интимном месте, чтобы потом так же медленно поднять взгляд. Следующее, что запомнилось - глаза желтые и так хищно блестят, а потом он облизывается и делает шаг вперед. Пискнув (сам не ожидал, честное слово), отпускаю многострадальные волосы и, зажмурившись, прикрываю ладонями пах (зачем-то). Есть меня никто не стал. Директор просто толкнул меня под струи воды и принялся смывать пену с моей головы, я же стоял, иногда забывая дышать. Его пальцы так нежно перебирали мои волосы, а потом руки опустились на плечи и грудь, чтобы ладонями стереть с меня оставшуюся пену. Так приятно… так… о-о-о. От позорного извержения меня спасло только то, что директор вовремя отстранился. - Может, окажешь мне подобную услугу? Мурлыканье сытой большой кошки вызвало дрожь в моем теле, а он мне уже сует в руку тот самый шампунь. Беру и, наконец-то открыв глаза, тупо смотрю сначала на директора, повернувшегося ко мне боком и подставившегося под струи воды из душа, а потом на этикетку, на которой написано… «гель для душа»! - Господин Дамиан, я… - Помогать не будешь? Желтые глаза опасно сощурились, и он бросил на меня косой взгляд, заставивший вздрогнуть все поджилки разом. - Буду. Я просто хотел извиниться. - Меньше слов и больше дела. - Понятно. А… - Что еще? - Мочалки нет. - Руки зато есть. Действуй. Ну, что я могу сказать, кожа у него нежная, несмотря на то, что под ней явственно проступают стальные мускулы. Волосы короткие, но до чего же шелковистые, прямо не оторваться. Плечи широкие, бедра узкие, ноги, а между ног… у-у-у. Короче, моя… нет, наша помывка закончилась самым ошеломляющим сексом в моей жизни. Он взял меня прямо там, под струями воды, нежно и в то же время напористо, не оставляя мне иного выбора, кроме как прогнуться и подмахивать, позволяя ему все. Когда мы были близки к оргазму, он вдруг впился зубами в мою холку. Не до крови, но ощутимо, оставляя на коже след старшего в паре. Это было неожиданно, но так классно, что я кончил, заливая спермой кафель в душе, и мой лев сразу же присоединился ко мне. После всего пережитого ноги меня совсем не держали. Как только он выскользнул из меня, я опустился на пол, переводя дыхание, и тут увидел, что черный флакон лежит на полу, и тягучая золотистая жидкость медленно утекает из него в канализацию, вместе с водой. Катастрофа! Хватаю флакон и понимаю, что в нем геля осталось на дне. - Я куплю, - пытаюсь оправдаться, подняв глаза на Дамиана, но он только довольно улыбается, глядя на меня у своих ног. - Не надо. Этого добра у меня хватает. Тебя, кажется, Тейт зовут? - Да-а, я д-дизайнер. Говорю, а сам думаю, уж не бывший ли я дизайнер? Очень не хочется остаться без работы. - Языки знаешь? - Английский. Немецкий. Польский. - О-о, полиглот. - Нет. Мама у меня этническая немка, в школе преподавала английский, а отец – из Польши, вот и… - Понятно. Испанский придется еще подучить, но учителя я тебе найму, если, конечно, ты захочешь получить новую должность в моей компании. - К-какую? - Мне нужен личный секретарь, на двадцать четыре часа в сутки. Жильем, одеждой и столом обеспечу. Но работы будет много и работы разной. Кроме того, будут всевозможные командировки, в том числе и за границу. Вместе со мной, разумеется. Не справишься – вернешься обратно в дизайнерский отдел, с сохранением старой зарплаты, естественно. - Я-а… - сижу тупо хлопаю глазами, пока все же не выдавливаю из себя, - согласен. - Вот и славно. А почему не спрашиваешь, какую зарплату получает мой секретарь? Пожимаю плечами и встаю, решив, что сидя я смотрюсь достаточно глупо. - И какую? Он называет сумму в три раза больше той, что я имею сейчас. Это, конечно, круто, но… - В чем подвох? – вот как-то не верится мне, что он просто так предлагает мне все блага цивилизации. - В трех маленьких условиях. Первое ты уже слышал – двадцать четыре часа в сутки ты находишься в моем полном распоряжении. Второе – ты не стрижёшься. И третье – пахнуть так, как ты пах до этого, можно только для меня. - Это была случайность, - опускаю взгляд, чувствуя, как лицо заливает краска стыда. - Верю, иначе я давно бы тебя вычислил. Так что, идешь ко мне на работу? - Иду, господин Дамиан, - улыбаюсь я ему, протягивая руку для рукопожатия, скрепляющего наш договор. Протягиваю и только тогда понимаю, что все еще держу в руке злосчастный гель для душа, а так же то, что мне снова придется мыться, потому что я, пребывая в несколько растерянных чувствах, прижимал открытый флакон к груди. Крышкой вниз. Открытой крышкой! - Наедине – просто Дамиан. Без формальностей, - он забирает из моих рук черный флакон и отбрасывает его куда-то за спину. Одновременно с этим раздается странный «бум», потом чье-то «Ай», а потом стук пластика по кафелю. Из кабинки мы выглянули одновременно, чтобы увидеть захлопывающуюся дверь, отделяющую душевые от раздевалки. - Что ж, будем считать это удачно брошенным свадебным букетом, а сейчас давай я помогу тебе еще раз вымыться, пока остатки твоего аромата не привлекли сюда еще кого-нибудь. И он помог. Да еще как помог. В общем, из душа мы выбрались ближе к обеду, а потом… Стоп! Ведь там начинается уже совсем другая история, а этой истории - КОНЕЦ.