Ты обещал...

«…Чуткие пальцы трогают струны, Печальных требует слух утех. Но в сетке морщин глаза их юны, В зрачках их древних мерцает смех…» У. Б. Йейтс. Утро началось в спешке, мы проспали всё, что можно было проспать. Мне нужно было позвонить Элин час назад. Ненавижу опаздывать или не успевать, ненавижу свою рассеянность, Эли наверное дико переживает.Сегодня я возвращаюсь в родной город. В город, полный воспоминаний.Самолет в 12:30, сейчас на часах 11:56.Камиль, без паники, ты всё успеешь. Я разбудила Ник, вызвала такси.Благо, вещи я собрала вечером прошлого дня. Водитель оказался очень приятным мужчиной средних лет. Его внешний вид был «отеческим», я давно не встречала таких людей. Он был полноватым, с искренней улыбкой, которую частично закрывали усы. Манера общения была очень тёплой, ему хотелось рассказать обо всём, что так долго тревожит. —Миледи, куда летите? — он лучезарно улыбался. —В родной город, Байона. Слышали когда-нибудь о таком? -я вымученно улыбнулась в ответ. —Да, слыхал. Говорят, там всегда пахнет морем и гладиолусами. —Не врут,- мне было тепло от того, что о моей маленькой Родине кому-то известно. В аэропорте я чуть было не сдала билеты, мне показалось, что я не готова возвращаться. Но моя мама… Я не видела её уже пару месяцев. Мои дорогие девочки, по ним я тоже невероятно скучала, от того во мне нашлись силы. Перелёт прошёл без эксцессов, никакой ребёнок не кричал, никто не пинал моё кресло сзади. Меня пинали только внутренние терзания, но к ним я уже привыкла. На входе в аэропорт Элин встречала меня с табличкой «ЖДУ МЛАДШУЮ СЕСТРУ».Мы назвали так друг друга в 2015 году, наша «дружба» походила именно на сестринские взаимоотношения.Я всегда чувствовала себя защищённой возле неё, она действительно стала моей старшей сестрой, которой у меня никогда не было. Я так рада, что не сдала билеты. Я так рада вернуться домой. —Как добралась, красота? — её улыбка. Я так нуждалась в этой родной улыбке. —Всё хорошо, милая. Правда я как обычно чуть не опоздала… —Классика-, она сценически закатила свои потрясающе красивые глаза. —Обнимешь младшую сестричку вообще?! Вместо ответа она подошла и крепко прижала меня к себе.Наконец-то.Я дома. Мы много говорили, она рассказала о достижениях Тео -ее среднего ребёнка, а их, кстати, трое.Крошке 8 лет, он крайне увлечён астрономией и совсем недавно заявил, что откроет новую звезду! Аллар-муж Элин посмеялся, услышав это утверждение, но мы с Эли верим в это маленькое кудрявое чудо. Сестра сразу же повела меня в своё кафе, оно находится в самом центре Байоны.Не уверена видела ли я когда-либо место светлее и уютнее.В воздухе витала легкая музыка, приятный аромат свежеиспеченных булочек и, самое главное, ощущение счастья и лёгкости.Моя дорогая Элин… Она справилась, она нашла своё место, нашла дело, которое заставляет её светиться изнутри. —Извини, я должна работать, сестренка.Помимо того, что я хозяйка этого кафе, я тут ещё и работник недели…и месяца…и года… Мы рассмеялись, я была рада видеть её улыбку. —Всë в порядке, я пока тут осмотрюсь. Я была в восторге, цветы были всюду: подвесные, на столиках, подоконниках.Гладиолусы, лианы, французские розы.Сюда хотелось возвращается снова и снова. —Эли, я хочу сходить в свою школу.Встретимся вечером? —Да, конечно.Приходи к нам домой, дети будут очень рады тебя увидеть, Айрин расскажет тебе о своих достижениях в конном спорте, а малыш Лукас обязательно споёт новую выученную им песню. Ну а мы с тобой выпьем по бокальчику красного полусухого-, она многозначно подмигнула, а лицо её озарилось ослепительной улыбкой. —Я только за, жди в семь. И выйдя на улицу,сердце само повело меня к школе, а я лишь поддалась его зову.За столько лет совсем ничего не изменилось, разве что газон стали стричь иначе и ученики стали наглее. Сентябрь, 2017 год. Это был выпускной класс, я была рада видеть своих одноклассников, потому что понимала, что это наш последний совместный год. Они все почти не изменились, некоторые только подросли за лето, кто-то сменил причёску, кто-то мировоззрение. Я-то уж точно не изменилась… Ну или почти. Некоторую вещь за лето я всё же поняла точно, мне нравится Винсент. Это осознание нагрянуло тёплым августовским вечером. Я написала Аими:"Кажется, я очень хочу погулять с Винсом». —Так позови же его! -в её духе было ставить восклицательные знаки в конце предложения. Так она обозначала непреклонность своего утверждения —Как, интересно, я должна это сделать? Мы почти не общаемся, но я вдруг изъявила желание с ним гулять? Это даже звучит абсурдно. —Да, именно так ты и сделаешь. А если нет-я не буду с тобой разговаривать! —Аими, что за манипуляции, нам же не 10 лет. —Не 10, но ты ведешь себя как десятилетняя, я всё сказала. В тот вечер я кажется сказала ей, что он куда-то уехал,ведь была готова на всё,чтобы не делать того,чего больше желала- в целом, это в моём духе. Я сказала, что никто не изменился? Это ложь.Я увидела его. Как он вырос и обрюзг. Из веселого мальчишки, коротающего со мной деньки в полемиках о виртуальных гонках он превратился в уставшего мужчину, которому,пусть и нет двадцати, но выглядит он на все сорок семь.Кажется, он даже не узнал меня. Равнодушно скользнул по мне взглядом своих тусклых, выцветших глаз, в которых раньше плясали огоньки озорства, и хотел было уйти,через секунду забыв о встрече, как вдруг я его обняла. Разжав руки, ко мне пришло осознание, что того Винса больше нет.Оно ударило по моему сердцу отбойным молотком. Я решила, что мне просто показалось, хотела думать «у всех бывают плохие дни, всё в порядке, всё снова будет как прежде». В нашей школе была традиция:устраивать торжественное мероприятие для выпускников- так называемую линейку. На нём нам «давали» первый школьный звонок, который был признаком начала учебного года. Началом конца.На той линейке расстановкой учеников занимался наш классный руководитель-Ренуар Делакруа. Мы становились в две шеренги по сторонам школьного двора, дабы выслушать речь директора и его заместителей.Ренуар видимо решил подшутить, поставив меня возле Винса. Рядом мы смотрелись смешно: я со своим ростом в пять с небольшим футов, и он- шесть с половиной футов. «Торжественный» день пошёл не по плану с самого начала. Классическая ситуация-Камиль не хотела опаздывать, но опоздала… Комичности ситуации добавили туфли, которые были красивыми и неудобными в одинаковой степени. Кстати, они и стали причиной моего опоздания- я просто не смогла дойти в них до школы, мне пришлось переобуваться в старые босоножки прямо в автобусе! Нет, ну вы просто представьте до чего я неудачливый человек-купить новые туфли, чтобы блистать в них на линейке, и в итоге, прийти на неё в старых босоножках… На остановке меня встретила Николь и наш старый добрый друг Гай-молодой человек невысокого роста, с извечной манерой иронизировать над своей жизнью и с желанием её закончить. Если вы хотите узнать его, вот ассоциации: напевание бессмысленных попсовых песен о смерти, гомофобия и всегда приподнятые брови. —Ты когда-нибудь научишься приходить вовремя? -Ник забавно злилась, я еле сдерживала улыбку. —Чего улыбаешься? Она права! А мы тут ещё стоим ждём тебя, нам всем влетит!-Гай усмехался. —Ребята, я знаю, знаю, простите.Бежим! Я обниму вас, когда опасность опоздать минует и мы будем в школьном дворе! И мы побежали.Запах солёного моря окутывал нас, лёгкий ветерок плясал в волосах, а солнце игриво дарило нам деток-веснушек. Я ещё никогда не чувствовала себя такой живой и свободной. Мы пришли вовремя, мои одноклассники смеялись и фотографировались, а я набросилась с объятиями на Ник и Гая.Я была так рада, что они у меня есть. Позже мы сделали общее фото с классом.Винс опаздывал, он должен был принести букеты учителям. -Вот! Он наконец пришёл. Винсент, бегом сюда! — завопил кто-то из наших одноклассников. Винсент бежал с охапкой букетов, один из которых он должен был отдать матери нашей одноклассницы, чтобы та подарила его преподавателю по истории. -Тащи букет tante Клэр! И Винс отнёс будет Клэр… Только не той… Он отнёс будет поварихе Клэр, наблюдавшей за торжеством… -Винсент, это не та Клэр!!! -мы все залились смехом. -ЧТО?! -он действительно не слышал, по причине того, что стоял в другом конце школьного двора. -НЕ ТА КЛЭР, ПРИДУРОК! Думаю, как покраснел Винс мы все увидели даже из другого конца двора… Боюсь представить насколько стыдно ему было забирать букет у бедной женщины. Торжественное «начало конца» прошло быстро и без эксцессов. Домой из школы мы решили пойти пешком, насладиться, так сказать, последними свободными часами. Николь как обычно пела что-то из Алладина, а Гай что-то бубнил.Именно бубнил, ведь это смутно напоминало речь нормального человека, а я… Я была в своих мыслях, но держала улыбку, и подпевала Ник после её парочки ударов локтем в мой бок. -Камиииль, Кааами, Каааааами! Да что же это такое? Старого друга не слышишь? -это кричал Винс. Он бежал за нами от самой школы. Ник засветилась, она искренне радовалась любым развитиям наших с Винсентом взаимоотношений, ведь уже подозревала, что он мне нравится.Но я была непреклонна и никогда не соглашалась с её заявлениями о моих чувствах к нему. -Давайте подождём его. Что у него в руках?! -вопрос я задала крайне удивлённо, меня пробивало на смех. Он догнал нас, ещё раз поздоровался с моими друзьями.Эта лучезарная,искренняя улыбка...Я даже подумала, что Винс…Мой Винс вернулся. —Ками, ты чего такая грустная? Держи! Мне не показалось. У НЕГО В РУКАХ БЫЛА НАДУТАЯ РЕЗИНОВАЯ ПЕРЧАТКА. И ОН НАДУЛ МНЕ ЕЩЁ ОДНУ ТАКУЮ ЖЕ. Стоит ли говорить о том, что все мы разразились смехом? У него всегда получалось вырвать меня из омута тоски, его шутки и «забота» всегда меня смешили и забавляли. Мы пошли домой все вместе, потому что жили в одной стороне.Все кроме Ник. Моё ясное солнышко всегда провожало меня, а потом ехало домой в совершенно другую сторону. Наши «походы» были лучшим завершением дня: мы громко смеялись, пели песни на всю улицу, обсуждали школьные будни. Первый месяц учебы был ужасно долгим. Учителя часто напоминали о предстоящих экзаменах, волнение нарастало с каждым днём.Время то летело подобно осеннему листопаду в ветренный день, то тянулось, походя на вальс снежинок. Классный руководитель давал ежедневные наставления, говорил о предстоящих мероприятиях, но разве это нас интересовало? Мы были целиком поглощены предстоящими испытаниями, были напуганы будущим, которое нам нужно определить уже в 17 лет. Меня всегда это злило.Мы всего лишь дети.Мы играем во взрослых, но в половине случаев не знаем что творим. Мы падаем потому что знаем что взрослые поднимут нас.Как семнадцатилетний дурень, у которого в голове лишь юношеский максимализм, может выбрать свой жизненный путь?