Заложник правил

Джейсон надел любимые, уже слегка потёртые чёрные джинсы, красный свитшот и кожаную куртку. А в самом конце дополнил свой образ тяжёлыми ботинками на толстой подошве. Он нечасто куда-то выбирался из поместья, поскольку у него был всего лишь один лучший друг, да и тот жил в другом городе. Но иногда Джейсон не возражал и повеселиться. Им повезло, что у Оливера Квина возникли срочные дела на острове, и он улетел туда всего за несколько дней до Рождества. Это позволило Рою на скорую руку организовать праздничную вечеринку в клубе своего папы и созвать туда всех знакомых. Джейсон был приглашён первым. Но у Джейсона была маленькая проблемка. Его отец ни за что бы не отпустил его в другой город. Тем более с Роем Харпером. И особенно в ночной клуб. У семнадцатилетнего подростка была плохая репутация. Его часто ловили за распитием алкоголя, курением травки и другими ночными злоключениями. Брюсу не нравилось, что Джейсон выбрал себе такого друга. Но, похоже, сегодня звёзды были на стороне Джея. Отец с самого утра уехал в фонд Уэйнов, чтобы дать интервью, а также лично подарить несколько Рождественских подарков детским приютам, которые он спонсировал. И каждый год это длилось очень долго. После всех официальных частей, Брюса Уэйна должны пригласить как минимум на несколько фуршетов, от которых было бы совестно отказываться. Это значило, что папа вернётся домой поздно и слегка подвыпившим и не будет заходить в комнаты сыновей для проверки, чтобы не шуметь. Джейсон взглянул на себя в зеркало и взъерошил тёмные кудри. Он ухмыльнулся своему отражению, схватил телефон и побежал вниз, откуда уже раздавались приглушённые голоса Роя и Дика. — Мы повесили несколько гирлянд на барную стойку и перила. Это выглядит круто, — восхищённо говорил Рой, обнимая за плечи двух незнакомых Джею девушек. Они выглядели заметно старше, чем оба мальчика. Джей слегка ощетинился. Он сказал Дику, что они с Роем вдвоём проведут некоторое время в центре Готэма и поужинают в бургерной. Он не подозревал, что этот придурок заедет за ним с девчонками. — Чувак, ты круто выглядишь, — ухмыльнулся Рой, разглядывая Джейсона. — Я привёл тебе подружку. Это Синди. — Подросток подмигнул высокой блондинке и подтолкнул её ближе к Джею, продолжая обнимать шатенку. Джейсон отшатнулся и вытянул руку, останавливая Синди. Рой лишь пожал плечами и снова обнял их обеих. — Джейсон, — устало вздохнул Дик, прислоняясь к стене и скрещивая руки. — Ты сказал мне, что собираешься провести время только с Роем. Но он рассказал мне о вашей крутой вечеринке в клубе Оливера. Джейсон зарычал на Роя и слегка ссутулился. Почему этому идиоту всегда нужно было быть таким болтливым и показушным? — Какая разница, куда я иду? — рявкнул Джей, впиваясь в Дика злым взглядом. — Папа вернётся поздно и ничего не заметит. В последнее время Джейсон чувствовал себя раздражительным и злым. Он буквально за секунду мог превратиться из обычного парня в разъярённого буйвола. Он не знал, что ему с этим делать. — Джейсон, не важно, когда вернётся папа, — читал лекцию Дик. — Я не могу позволить тебе улизнуть в Старлинг Сити с этими незнакомыми девушками. К тому же, они слишком взрослые для тебя, Джей. Тебе всего пятнадцать. — Какое тебе дело, золотой мальчик? — продолжал рычать Джей, напирая на старшего брата. — Ты можешь веселиться где угодно и как угодно, потому что папочка доверяет тебе, в то время как я не могу провести время даже со своим грёбаным лучшим другом. Дик опустил голову и покачал ей, глубоко вздохнув. — Эй, чувак, тебе не нужно… — попытался вмешаться Рой. — Заткнись, Рой, — выкрикнул Джейсон, резко поворачиваясь к другу. — Какого хрена вообще ты… ты приехал накуренным? Джейсон провёл ладонью по волосам и сжал их, пытаясь почувствовать боль и успокоить себя. Он проклинал себя за вспышки и крики. Где-то наверху должен был уже спать девятилетний Тим, и парень не хотел пугать его. — Джей-бёрд, давай не будем спорить, ладно? — сочувственно произнёс Дик, отталкиваясь от стены и приближаясь к брату. — Ты ведь знаешь, что сделает папа, когда узнает о том, куда ты сбежал. Челюсть Джейсона напряглась с такой силой, что он был удивлён, как ему удалось сохранить зубы. Дик был чертовски прав, хоть парень и не хотел признавать этого. Брюс всегда легко решал проблемы своих непослушных сыновей. Всё, что ему было нужно — это унизительно перекинуть кого-то из них через колени, сдёрнуть штаны и отшлёпать до полусмерти. — Ты знаешь, Джей, — надавил Дик, давая понять, что он не пытается быть занудой, а просто хочет отгородить брата от проблем. Джейсон нахмурился и почувствовал, как его грудь сдавливает от сдерживаемой агрессии. Он, блять, просто хотел повеселиться один раз в своей проклятой жизни. Но даже этого для его семьи было много. — У меня внезапно появились срочные дела. Увидимся позже, — равнодушно процедил парень и кинулся обратно в свою комнату. Он успел запечатлеть шоковые выражения на лицах девушек и своего растерянного друга. Но Рой иногда мог быть полным придурком, так что Джей не думал, что тот на него обидится. Не тогда, когда от лучника несло скуренным косяком. Джейсон хлопнул дверью и едва сдержался от того, чтобы не выместить свою злость, пнув ни в чём не повинную гитару. Он ненавидел все эти правила и ограничения, которые Брюс навязал ему. Будь добрее и уважительнее, Джейсон. Будь терпеливым, Джейсон. Будь лучшим в своём деле, Джейсон. Будь послушным, Джейсон. Не подавай плохой пример своему младшему брату, Джейсон. Не закатывай истерик, Джейсон. Подчиняйся мне, Джейсон. Не нарушай свой комендантский час, Джейсон. Джейсона тошнило от этого обращения. Он пытался быть послушным папиным сыночком, но с требовательным и вечно критикующим Брюсом это было невозможно. Но самое худшее было то, что за любой неверный шаг Брюс просто сдирал с сына шкуру. Подросток ненавидел, когда папа врывался в его комнату и перекидывал через колено, чтобы хорошенько отшлёпать непослушную задницу. Ему было пятнадцать! И лежать с голым задом на папиных коленях было верхом унижения. Джейсон упал на кровать и вытащил свой телефон. Он кипел от злости. Хотя парню всё ещё было тяжело понять, почему в последнее время он становится всё более и более агрессивным. Может быть, потому что он привык так же, как и Брюс держать все проблемы в себе и вымещать накопившуюся злость на близких? Или потому, что Брюс не пытался понять его и поговорить, а только бесконечно выбивал из Джейсона дерьмо ладонью или ремнём? Ну, это могло бы быть проблемой завтрашнего Джейсона. Сегодня он, блять, хотел повеселиться! Джейсон быстро написал Рою сообщение, что в течение часа он будет в клубе, и улизнул из поместья через окно. Брюс мог засунуть себе в задницу эту извращённую дисциплину и послушание. Ежедневное расписание Джейсона включало в себя только школу, тренировки и патрули. Иногда домашнюю библиотеку и игру на гитаре. Это всё, чем он успевал заниматься, когда не был линчевателем в маске и не тренировался до износа в пещере. В конце концов, Джейсон имел полное право хорошо провести время с таким скупым списком дел в своей рутине. Поймав такси возле Готэма, Джейсон сунул водителю сотню долларов и попросил отвезти его в Старлинг Сити, не задавая вопросов.

☆ ☆ ☆

— О, Джей-бёрд, я рад, что ты решил приехать, — прокричал Рой, как только подросток протиснулся через толпу к барной стойке. В клубе орала танцевальная музыка и светились бесконечные гирлянды и фонари. Куча незнакомого народа танцевала и что-то выкрикивала, когда один из толпы забирался на стойку и начинал показывать себя. — Ага, — буркнул Джейсон, усаживаясь на высокий стул и подмигивая милой официантке. — Ты мог бы быть меньшим придурком, знаешь ли, и не приезжать в поместье в таком виде. — Извини, чувак, у Кэндис всегда с собой есть хорошие самокрутки и я… — Рой допил стакан виски и шлёпнул бокал на стойку. — Забей, — отмахнулся Джейсон, махнув официантке, чтобы заказать коктейль с ликёром. Ему могло быть и пятнадцать, но лучший друг, чей отец держал ночной клуб — золотой билет во взрослую жизнь.

☆ ☆ ☆

Ночь проходила хорошо. Джейсону не особо нравилось пить алкоголь, но он решил позволить себе сделать это только из-за того, что знал, что с его здоровьем всё хорошо и это ему не навредит. Он болтал с девушкой по имени Нэнси и допивал третий коктейль с тропическими фруктами и водкой, когда внезапно музыка в клубе отключилась. — Какого?.. — Джейсон встал и осмотрелся по сторонам, предчувствуя только самое худшее. Его карьера в роли Робина научила парня мыслить критически. — Какой-то мужик вырубил всю охрану и пробрался в клуб, — выпалил Рой, отстраняясь от Кэндис и разглядывая что-то на телефоне. Ну, Джейсон почему-то даже не сомневался, кем именно был этот мужик. Тень этого незнакомца быстро приближалась через расходящуюся и дующуюся толпу. — Тебе всегда нужно быть таким показушным мудаком, — процедил Джейсон, когда Брюс Уэйн предстал перед ним и Роем в свете красно-зелёной гирлянды. — Скажите спасибо, молодые люди, что я не привёл с собой полицию Старлинг Сити, — зарычал в ответ Брюс. — Но я позвонил Оливеру. Он собирается вернуться как можно скорее. — О-о-о, да ладно… — взвыл Рой, дёргая себя за волосы. — Это было вообще не обязательно! — Вы ещё несовершеннолетние, мальчики, — строго ответил Брюс, приближаясь к Джею. — И я сомневаюсь, что хотя бы десяти процентам этой аудитории есть 21 год, чтобы пить виски и водку. Джейсон закатил глаза и отступил от папы. Рою, наверно, тоже придётся не сладко, хотя в основном то, что Джей слышал от друга, свидетельствовало о том, что Оливеру было всё равно на его поведение. — Мне нужно помочь тебе сесть в машину, сынок? — спросил Брюс, тоном, который Джейсон ассоциировал только с неприятностями. — Я сам, — раздражённо проворчал Джейсон. Он просто пылал от злости, но не собирался устраивать сцену перед сотней людей. Подросток раздражённо вышел из клуба и вдохнул чистый ночной воздух. Было около трёх часов утра, и он задавался вопросом, какого хрена вообще Брюс тут делал? Не то что бы это удивило его. Папе обычно всегда удавалось узнать, если Джейсон нарушал правила, но сегодня он действительно был уверен в своей скрытности. Брюс появился рядом и открыл перед сыном пассажирскую дверь своего Bugatti. Джейсон сердито плюхнулся на сиденье и вытянул ноги. Он опёрся локтем на дверную панель и прислонил лицо к сжатому кулаку. — Не хочешь объяснить мне, Джейсон Уэйн, что всё это значит? — отеческим голосом спросил Брюс, заводя машину и выезжая с парковки. — Кажется, мы уже ни раз обсуждали с тобой то, как на тебя влияет дружба с Роем Харпером. И вот мы опять здесь. Джейсон зарычал на Брюса, выпрямляясь в кресле и поворачиваясь к нему лицом. Подростка переполняла злость и раздражение на папу хотя бы за то, что он всегда так бесцеремонно врывался в его дела. Если бы Брюс мог просто попытаться быть более снисходительным и лояльным к сыновьям, может, Джейсону и не пришлось бы скрываться от него. — Это не твоё грёбаное дело, старик, — сплюнул Джейсон, сжимая кулаки. — Ты не можешь выбирать с кем мне, блять, общаться и с кем проводить время. — Следи за языком, Джейсон, — рявкнул Брюс, сигналя какому-то водителю, который пытался подрезать его. — Ещё одно ругательство и ты будешь лежать на моих коленях с куском мыла во рту. — Да, как угодно, мужик, — крикнул подросток, ударяя кулаком по приборной панели. — Я ничего другого от тебя и не жду. — Что ты имеешь в виду? И перестань деформировать машину. Джейсон был готов выбить стекло и выпрыгнуть из авто, чтобы не видеть этот удивлённый взгляд на лице папы. Как он смел вообще задавать этот вопрос, если всё, что Брюс делал — это отчитывал Джея, выдумывал бесконечные правила и жестоко наказывал за их несоблюдение. Чёртов лицемер. — Ничего, — процедил парень и откинулся на спинку сиденья, скрестив руки. — Я не жду от тебя ничего, кроме причинения мне вреда. Джейсон сказал это тихо и ядовито. Будто что-то внутри само толкнуло его произнести эти слова вслух и ранить Брюса. Ему действительно надоело, что Золотой Мальчик Дик всегда был самым послушным, правильным и любимым членом этой семьи. А Джейсон был паршивой овцой, которая принимала на себя всё плохое. — Джейсон… — Брюс устало вздохнул и потёр переносицу. — Я не причиняю тебе вред. Я пытаюсь держать тебя в узде, сынок, потому что иначе ты подвергнешь свою жизнь реальной опасности. — Я не идиот, папа, — огрызнулся Джей, стреляя в мужчину убийственным взглядом. — Я не собираюсь курить травку, потому что мой друг делает это. Я не собираюсь убивать кого-то на улицах, как ёбаный Джокер. Я не собираюсь подвергать свою жизнь опасности и делать больше, чем я могу. Ты должен, блять, это понять. Ты должен верить в меня! Джейсон впился ногтями в ладони, пытаясь оставаться в реальности и не погрязать в злости. Он не ручался, что сможет сдержаться и не ударить Брюса. Брюс покачал головой, И Джей заметил, что его взгляд стал более грустным. — Ты слишком своевольный, Джей, — продолжил мужчина, поглядывая на сына. Его голос был стальным и родительским, но не повышенным. Брюс не имел привычки кричать. Достаточно было его холодного тона, чтобы почувствовать себя не в своей тарелке. — Это мешает тебе в поле, когда ты перестаёшь подчиняться моим приказам, бросаясь в огонь. Тебе сложно это принять, я знаю, но я не могу перестать контролировать тебя и спускать с рук такие вещи, как побег в ночной клуб и распитие алкоголя. Эти вещи могут перерасти в нечто большее, когда ты столкнёшься с опасностью на улице. Джейсон стиснул зубы и отвернулся от Брюса. У него не было настроения и желания вести диалоги и споры о своём неправильном поведении. И он также не был чёртовым Диком Грейсоном. То, что этот Золотой Мальчик попал несколько лет назад под пулю, было его виной, а не Джея. Джейсон был уверен, что мог бы справиться лучше. Но почему-то сейчас он мог только отвечать за ошибку Грейсона своей собственной шкурой. — Как ты вообще нашёл меня? — неохотно спросил Джей, прослеживая взглядом желтоватые фонари на трассе. — Следил за твоим GPS, как только ты вышел из поместья, — просто ответил Брюс, обгоняя красную иномарку. — Ты должен быть благодарен, что я позволил остаться тебе в клубе на несколько часов больше. Мне нужно было закончить несколько дел перед тем, как поехать за тобой. Джейсон задохнулся от папиной фразы про благодарность. Он мог бы быть искренне благодарным, если бы Брюс просто отпустил его туда, доверяя! Джейсон не стал бы даже пить чёртов алкоголь, если бы это было условием. Но сплошные родительские запреты только заставляли подростка делать всё назло. Он уже собирался снова закричать на папу, когда мужчина перебил его. — Осторожнее на поворотах, Джей-лад, — строго предупредил Брюс, бросая на сына настороженный взгляд. — Я всё ещё собираюсь почистить твой рот с мылом. Джейсон покачал головой, и его губы сжались так, что, должно быть, побелели. Он так устал от этого отношения. Они ехали остаток дороги молча. Брюс не включил даже радио. Джейсон чувствовал усталость, головную боль и злость, пульсирующую под рёбрами. Он надеялся, что его наказание закончится быстро, и у него хватит времени, чтобы выспаться перед утренней тренировкой. Меньшее, чего он хотел бы утром — это слушать лекцию о том, как важно быть дисциплинированным и придерживаться своего графика. Вернувшись домой, к удивлению Джея, Брюс отправил его спать, сказав, что разберётся с ним утром. Что ж, подросток не хотел спорить и отказываться от законного отдыха. Ему не привыкать ждать, когда папа соберётся надрать его задницу. Он мог спокойно уснуть с этой мыслью.

☆ ☆ ☆

Проснувшись утром с лёгкой головной болью, Джей взял чистую одежду, принял душ и спустился к завтраку. На кухне были только Альфред и Тим. — Доброе утро, мастер Джейсон, — произнёс дворецкий, накрывая на стол яичницу с беконом и овощами. — Ваш завтрак, пожалуйста. — Доброе утро, — пробормотал Джейсон, усаживаясь на мягкий стул. — Спасибо. — Джей-Джей? — пропел Тим, жуя свои блинчики с ягодным сиропом. — У тебя что-то случилось? — У меня всё хорошо, — ответил подросток, но по его манере сердито жевать было ясно, что он не в порядке. — Где остальные? — Мастер Брюс и Мастер Дик ушли на раннюю тренировку, — объяснил Альфред, ставя перед Джейсоном чашку ароматного кофе. — Думаю, вам сегодня понадобится небольшой заряд бодрости, — он похлопал внука по плечу и подмигнул. Джейсон не смог сдержать улыбки. Альфред был святым человеком. Он всегда знал, как улучшить настроение и сделать день более сносным. — Я слышал, как папа и Дикки ругались, — заявил Тим, болтая ногами и облизывая липкие пальцы. — Они кричали что-то о прошлой ночи и клубе. — Подслушивать нехорошо, молодой человек, — слегка отругал Альфред. — Твой папа не обрадуется, если поймает тебя за этим. Тим надулся, мило краснея клубничным цветом, пока Джейсон пытался понять причину этой ссоры. Дику, вероятно, тоже влетит за то, что не доглядел за младшим братом. Но Джей, на самом деле, не хотел, чтобы Грейсон попадал в беду. Дик имел привычку любить всех в этой семье и пытаться помирить. Он также всегда защищал Джея от неприятностей и часто утешал, если это не срабатывало. — Папа надерёт тебе уши, если будешь подслушивать, птенец, — предупредил Джей, взъерошивая волосы брата. — Спасибо за кофе, Алфи, — крикнул подросток, допивая остатки и возвращаясь в комнату. Он лёг на кровать и уставился на белый потолок, ожидая Брюса. Он не трепетал и не трясся перед наказанием. Это было привычно. И Джейсон уже давно научился сдерживать крики и слёзы. Если его не шлёпали ремнём, он мог спокойно выдержать наказание без крокодиловых рыданий. Брюс постучался к нему через 15 минут. Он был с мокрыми волосами и в повседневной одежде: чёрные джинсы с ремнём и чёрная футболка. Хотя Джейсон и мог сдерживать эмоции во время наказания, мурашки, которые пробегали по его спине от взгляда ну руки и мускулы папы, он контролировать не мог. — Что ж, — вздохнул Брюс, скрещивая руки, — надеюсь, ты чувствуешь себя хорошо, после выпитого алкоголя? — Полностью, — огрызнулся Джейсон, поднимаясь на ноги. — Просто покончи уже с этим дерьмом. Джейсон отошёл от кровати, чтобы папа мог сесть и взять сына через колени. Хотя и Джейсону ничего так не хотелось, как вытолкнуть Брюса из комнаты и запереться здесь в одиночестве. Он хотел обычного разговора и понимания со стороны мужчины, который его когда-то спас. Но, видимо, в этой Вселенной все звёзды были против того, чтобы Брюс Уэйн решал проблемы более мирным путём. Но самое обидное было то, что Джейсон на самом деле любил этого человека. Было круто быть Робином рядом с Бэтменом и делать Готэм лучше. Было круто, когда Брюс мог не вести себя как человек с запором в виде чувств. И было действительно круто, когда Джейсон ещё мог общаться с папой без ругани и сор. Брюс вздохнул и сел на не заправленную постель сына. — Не делай из меня тирана, Джейсон, — проворчал Брюс, подзывая сына поближе. — Я делаю это, потому что забочусь о твоём благополучии. И твоё вчерашнее выступление лишь укрепило моё решение. Джейсону хотелось пнуть кровать или ударить кулаком стену. Было унизительно стягивать штаны перед Брюсом, а потом неловко падать на его колени. Но если бы папе пришлось помогать Джейсону принять дисциплину, это принесло бы дополнительное время к наказанию. Стянув штаны и боксёры до колен, подросток лёг на папины колени и упёрся ногами в мягкий ковёр. Джейсон был мускулистым мальчиком, но он ещё не был таким высоким и широким как Брюс, поэтому он легко умещался на его твёрдых и массивных бёдрах. — Что сподвигло тебя сбежать ночью из поместья в клуб и пить алкоголь, Джейсон? — строго спросил Брюс, свободно кладя левую руку на спину сына. Джейсон не хотел говорить с папой. Он даже не знал, что сказать ему. Не было сожаления, не было чувства вины, не было раскаяния. Только злость, раздражение и безразличие. Через несколько секунд молчания по комнате разнёсся громкий шлепок кожи о кожу, и Джейсон слегка дёрнулся. На месте удара быстро появилось лёгкое покалывание. — Ты хоть понимаешь, что с тобой могло произойти, если бы ты выпил больше? — сурово отчитал Брюс, начав ритмично шлёпать ягодицы Джейсона. — Ты мог потерять сознание или отравиться. Это не говоря уже о том факте, что в измененном сознании ты мог бы натворить или выболтать ужасные вещи, сынок. Брюс подчёркивал каждое слово звонким шлепком по теплеющей коже сына. Джейсон чувствовал тяжесть папиной ладони на самой мясистой части ягодиц, плавно переходящей на нижнюю часть. Он впитывал слова и не мог поверить, что Брюс серьёзно думал, что подросток довёл бы себя до такого состояния. Это не было его целью. Никогда. — Я могу себя контролировать, — процедил Джей, сквозь стиснутые зубы. Он крепко сжимал в кулаках своё одеяло и упирался пальцами ног в пол. — Я не собирался напиваться или что-то в этом роде. Я просто хотел провести время со своим другом, но тебе этого не понять. — И после этого ты будешь говорить мне, что не собираешься подражать своим друзьям, — медленно ответил Брюс, но быстро шлёпая нижнюю часть ягодиц Джейсона. Шлепки накладывались друг на друга ритмично и твёрдо. Кожа нагревалась и остро пощипывала, когда папа продолжал стучать по одному и тому же месту множество раз подряд. — Я не подражал… Ах, блять! — вскрикнул Джей, когда отец слишком долго шлёпал его по ягодице. Молчание Джейсона во время наказаний давало мужчине придумывать новые способы доводить сына до извивания и слёз. — Джейсон, следи за языком, — ещё раз предупредил папа. — Я действительно не хочу мыть твой рот мылом, но сделаю это, если не прекратишь. Джейсон издал грубое горловое рычание, когда Брюс снова отчитал его и начал шлёпать левую пылающую ягодицу размашистыми и повторяющимися шлепками. Подросток не ожидал, что Брюс пойдёт ва-банк даже с простой поркой рукой. Он ожидал худшего от ремня, но ладонь в этот раз была такой же плохой, как и орудие. Задницу мальчика уже изрядно жгло и покалывало, но разговор всё ещё не клеился. Джей знал, что пока они не договорятся, папа не отпустит его для обязательной второй части. Он мрачно уставился на свою красную гитару, стоящую возле стены, и прикусил кусочек одеяла. — Тебе нужно научиться принимать всерьёз даже те вещи, которые кажутся тебе незначительными, сынок, — снова начал говорить Брюс. Он приподнял ногу и начал опускать грубые удары на сидячие места Джейсона. — Иногда такое своеволие может стоить нам жизни, Джей-лад. Что, если бы на клуб кто-то напал? Что, если бы кто-то из журналистов или полиции увидел тебя пьющим в ночном клубе? Все эти маленькие вещи могут привести к большим и серьёзным последствиям. Джейсон выдохнул сквозь стиснутые зубы и попытался не ёрзать. Слова папы были правдивыми, но они бы не понадобились, если бы он просто позволил Джейсону начать жить более самостоятельной жизнью. Он мог сделать это! Он нарушал эти идиотские правила только потому, что Брюс был вредным и упёртым бараном, который не пытался встать на сторону сына. — Я бы не сделал ничего из этого, если бы ты просто доверял мне, папа, — выкрикнул Джей, напрягаясь всем телом от безжалостного и продолжающегося натиска папиной руки. — Мне не нужен твой бесконечный контроль! Я могу справляться сам! — Несколько часов назад ты буквально доказал мне обратное, приятель, — проворчал Брюс. Он шлёпал и шлёпал сидячие складки на заднице сына. Джейсону хотелось мычать и кричать от боли, которая скопилась и пульсировала на раненной коже. Но он держал рот закрытым, а бёдра прижатыми к папиным коленям. — Я сделал это, потому что ты даёшь идиотские указания! — огрызнулся Джейсон, стуча кулаком по мягкому матрасу. — Ох, вот как? — удивлённо спросил мужчина, прерывая наказание. Джейсон свободно выдохнул. Его лёгкие тоже слегка горели от постоянной задержки дыхания. И, как только рука папы успокоилась, жар на заднице подростка принял равномерную пульсирующую и жгучую боль. И ему казалось, что от неё исходит дым, как от дровяной печи. А это была едва ли половина его наказания. — Если бы я не давал тебе указаний и ограничений, Джейсон, ты бы делал всё, что хотел, — сказал Брюс, слегка переминаясь на кровати. — И это привело бы нас к тому, что ты начал бы подвергать свою жизнь риску. — Думай, что хочешь, старик, — твёрдо заявил подросток, чувствуя глубокую боль оттого, что его отец так и не смог начать доверять ему быть подростком, а не только линчевателем. Брюс запрокинул голову и потёр ладонями лицо. Они просидели в тишине около минуты, и Джейсон чувствовал на себе странный и прищуренный папин взгляд. — Мне продолжать шлёпать тебя или мы можем перейти к следующей части? — монотонно спросил Брюс, будто наказывать сына утомляло его больше, чем бегать всю ночь по крышам. Джейсон уронил голову на кровать и покачал ей. Он не хотел ничего из этого! Но для того, чтобы перейти к ремню, ему нужно было сказать, что он сожалеет. — Послушай, Джей-лад… — отчаянно вздохнул Брюс, легко поглаживая сына по предплечью. — Мне тоже не нравится наказывать тебя. Но есть такая вещь, как справедливость. Ты совершаешь неправильный поступок, и я, как твой родитель, должен наказать тебя за это. Ну, Джейсон хотел бы возражать против этого, но это не имело никакого смысла. Только не с Брюсом Уэйном. Не с человеком, который уже давно всё для себя решил. И вместо того, чтобы глубже погружаться в семейные проблемы, решал их поверхностно. Джей сбросил горячую, шлёпающую руку папы со своего плеча и резко взлохматил свои кудри. — Мне… — попытался Джейсон, но не знал, что именно ему сказать. Всё это было не правдой. Жесткое обращение Брюса никогда не помогало ему сожалеть искренне. — Я… сожалею, что тебе не повезло с приёмным сыном. Джейсон зажмурился. Он знал, что играл грязно. Но Брюс заслужил это. — Хочешь попытаться ещё раз? — грубо спросил Брюс, снова принимая удобную позу для шлёпанья. — Иди к чёрту, — прошептал Джейсон, падая на кровать и пряча голову в руках. Подросток почувствовал, как папа слегка поёрзал на кровати, а затем начал атаку на его бёдра. Джейсон всё ещё мог терпеть шлепки, но рана на сердце разрывала его грудь. Он хотел плакать и кричать о несправедливости, но новая боль на бёдрах отвлекла его от этого. — Мне очень повезло с тобой, Джейсон, — надтреснутым, но стальным тоном заявил Брюс, оставляя на верхней части бёдер отпечатки своей ладони. — Твоё непослушание не означает, что я считаю тебя хуже или лучше других. Тебе нужна корректировка отношения и дерзости, и я здесь, чтобы помочь тебе в этом. Джейсон слушал в пол уха о том, что говорил папа. Он пытался сосредоточиться на более худших вещах в своей жизни, чем порка, чтобы было легче не думать о боли на коже. Всё это не имело значения. Не тогда, когда Джейсон уже не ждал от Брюса ничего, кроме наказаний и критики. Он кусал одеяло и напрягал уставшие ноги, когда папа громко и сильно опускал ладонь на чувствительные бёдра. Это было одно из худших наказаний Джейсона за последнее время. Джейсон предполагал, что после дозы ремня он забудет о комфортном сидении и лежании, наврное, на неделю. — Оу, бл-чёрт! — выругался подросток от шлепка по ягодицам, который вырвал его из мыслей в реальность. Его кожа была такой тонкой и болезненной, что он не был уверен, что ремень не повредит её. Хотя папа никогда не шлёпал его до кровавых рубцов, но всё могло быть в первый раз, верно? Сегодня Джейсон абсолютно не собирался сотрудничать. Папина рука ударила ещё несколько раз по воспалённым ягодицам, а затем всё стихло. Джейсон тяжело дышал в одеяло, но всё ещё не плакал. Его тело немного тряслось от усталости и напряжения. Ему хотелось принять долгую, успокаивающую ванну с маслом и солью, чтобы расслабить тело, но это точно бы разъело его израненную кожу. — Хорошо, Джейсон, — произнёс Брюс, похлопывая сына по спине. — Можешь продолжать быть трудным, но мы всё равно закончим это наказание. Наклонись над столом. Джейсон прикусил щёки, когда поднимался на ноги. Его кожа пониже спины неприятно натянулась, как только он попытался сделать шаг в направлении к столу, заваленному школьными вещами и техникой. Уф, это было так неприятно. Он даже не хотел смотреть, в какой оттенок красного выкрашена его кожа. Это было явно темнее, чем любимая худи подростка. Он подошёл к столу и тупо лёг на него, показывая всей комнате свою воспалённую задницу. Прохладный комнатный воздух неприятно контрастировал с его остальной частью тела. Рукам и ногам было холодно, зато попа была грёбаной сауной. Папа больше ничего не говорил. Джейсон только услышал лязг металлической пряжки и сморщил лицо на этот звук. Но через секунду снова стало тихо, пока Брюс не зашагал куда-то в конец комнаты парня. Джейсон оглянулся, чтобы увидеть, что происходит, и недовольно замычал. — Да ладно, чёрт, серьёзно? — возмутился он, шлёпая ладонью по столу. — Ёбаная ракетка для тенниса? Я, по-твоему, кто?! — Непослушный мальчик, нарушающий правила и показывающий своё отношение, — равнодушно произнёс Брюс, похлопывая чёрной ракеткой по своей ладони. В эту коробку Джейсон сложил ненужные вещи, которые хотел передать в приют. Но теперь, когда Брюс нашёл новое применение этой ракетке, подросток собирался сжечь их. Большое спасибо! Только ракетку ещё не чувствовал его зад. Просто замечательно, как Брюсу всегда удаётся выставить его маленьким мальчиком. Когда он собирался возразить, что ему не нужен этот детский сад и он способен принять ремень, папа шлёпнул его горячий зад ракеткой для тенниса. Джейсон не смог сдержать лёгкий визг и шипение, в которое он превратился. Возможно, в таком состоянии, его зад мог принять любое орудие как нечто жестокое и беспощадное. — Сбегать из поместья ночью, Джейсон, — отчитал Брюс, два раза хлопая ракеткой по ягодице Джея и вызывая подёргивание ног. — Пить алкоголь в пятнадцать лет, — ещё два шлепка, чуть ниже первых двух. Джейсон колотил кулаком по столу и едва сдерживался, чтобы не прикрыть задницу. Это было чертовски больно, особенно на и без того отшлёпанной коже. Он был уверен, что сегодня Брюс сдерёт с него верхний слой кожи. — Дерзить и демонстрировать неуважительное отношение к отцу, — непоколебимо продолжал Брюс, два раза хлопая ракеткой по сидячим местам сына. Джейсон стукнулся лбом об стол и изо всех сил сжал губы. Он сможет. Он не доставит папе удовольствие слушать его крики и мольбы. Даже несмотря на то, что его зад не скажет за это спасибо. — Ругаться и материться, — ещё два сокрушительных шлепка по бёдрам, и Джейсон почти потерял равновесие. — Я не так тебя воспитывал, сынок. Горло Джейсона ужасно болело из-за того, что ему приходилось сдерживать тугой комок слёз. Он отчаянно сглатывал его, хотя рот подростка давно пересох. Джей пытался вспомнить, было ли ему также больно, когда он получил вывих лодыжки в одном из патрулей. Почему-то эти сравнения давали ему преимущество в отвлечении от боли в заднице. — В последнее время, ты стал более жестоким и неуправляемым, сынок. Даже на улицах, — добавил Брюс, давая ещё один шлепок по ягодице. Звук ракетки был приглушённым и не таким звонким, как от ладони, но это не мешало быть ему слышимым и отвратительным. — Так, может, ты, блять, перестанешь хлестать меня за каждый неверный шаг, а? — выкрикнул Джей, сам того не осознавая. Эта мысль давно крутилась в его голове, но только сейчас его тело и мозг выдохлись на столько, что это вырвалось из него без контроля. Он почувствовал холодный ветерок на попе, когда ракетка пронеслась по воздуху, чтобы оставить ещё один удар. Но орудие зависло в паре сантиметров от кожи так и не достигнув цели. Джейсон был готов рвать и метать от переполняемых эмоций. Но он не знал в какую сторону ему двинуться. Его глаза жгло от слёз. Лицо раскраснелось и тоже немного болело от твёрдой поверхности стола. Он медленно приподнял голову и посмотрел за своё плечо. Папа стоял с ракеткой в руках и болезненно смотрел на сына. На его лице была смесь эмоций и переживаний, но Джейсону, честно говоря, было плевать. Он хотел подтянуть штаны и сбежать отсюда как можно дальше. — Джей, я… — Брюс начал тихо говорить, одновременно роняя чёрную ракетку на пол. — Ты можешь встать, Джейсон. Джейсон быстро вдыхал и выдыхал. Он ни хрена не понимал этого человека. Что его так задело? Осознание того, что Джейсон мог стать жестоким, потому что к нему жестоко относился Брюс? Что ж, подростку хотелось посмеяться над детективными способностями летучей мыши. Сдерживая всхлипы и проклятья, Джей поднялся и быстро натянул штаны. Это причинило более короткую вспышку боли, чем при медленном подтягивании. — Джей-лад, я… — Брюс всё ещё выглядел так, будто это выпороли его, а не сына. — Идёшь на хуй, Брюс, — выплюнул парень, толкая папу плечом и выбегая из своей комнаты. Джей рванул по лестнице вверх и заперся в маленькой комнате на чердаке. Там хранились старые вещи и матрас, который подросток ещё ребёнком оборудовал одеялами и подушками, чтобы комфортно пребывать в полном одиночестве. Он рухнул животом на матрас и спрятал лицо в подушке. Его сдерживаемые рыдания быстро переросли в полноценную истерику. Джей отчаянно плакал и проклинал тот день, когда решил заработать на шинах Бэтмена. И тот, когда впервые шагнул на порог поместья Уэйнов. Всё, что было здесь хорошего — это роль Робина. Но, видимо, и с ней Джейсон справлялся паршиво. Он плакал и плакал, пока тело окончательно не устало и не погрузилось в тяжёлый сон. Когда Джей проснулся, он почувствовал себя ужасно больным. Боль в его заднице и бёдрах стала однородной и постоянной. Было ощущение, будто он сел на раскалённый камень, нагретый под солнцем пустыни. Лицо было опухшим и громоздким. Щёки, глаза и рот — сухими. Подросток попытался встать, но тело сопротивлялось. Было заманчиво пролежать здесь весь день и всю ночь, чтобы не попадаться никому на глаза, но Джейсон сильно хотел пить. Когда он всё же преодолел себя и сполз с матраса, в дверь чердака кто-то тихо постучал. Его сердце ёкнуло. Он надеялся, что там был не Брюс. Не хотелось бы встречаться с этим человеком так скоро. Джей, хромая, прошаркал к двери и отпер её. Он вздохнул с облегчением, когда увидел Дика. — Привет, маленькое крылышко, — натянуто улыбнулся старший брат, хотя это выглядело как гримаса. — Как ты себя чувствуешь? Джейсон впился в него свирепым взглядом и покачал головой. У этого паршивца ещё хватало смелости спрашивать. — Волшебно, — огрызнулся Джейсон и вернулся обратно к матрасу. Он не мог даже сесть на него. — Чего тебе, Дик-фейс? — Джейсон, мне очень жаль, что всё так закончилось, — сочувственно произнёс Дик, стоя в дверном проёме. — Я не знал, что Брюс до сих пор следит за тобой. — И какого хрена тебе должно быть жаль, Дикки, м? — проворчал Джей, чувствуя, как на глаза снова наворачиваются слёзы. — Будто это ты тот, кто вечно лажает и получает за это. Джейсон прислонил ладони к глазам и надавил на веки, чтобы сдержать очередной поток рыданий. Он не был грёбаной неженкой и мог обойтись без утешения. Мог ведь? — Джей, пожалуйста… — Дик вздохнул и сделал шаг в комнату. Он выглядел полностью виноватым и расстроенным. Возможно таким, каким Брюс ожидал увидеть Джейсона после наказания. Но после сегодняшнего наказания Джейсон не то чтобы не раскаивался, он ещё и послал своего папу… Дерьмо! Джейсон схватился за волосы и отвернулся от брата. Он мрачно разглядывал потёртые деревянные доски на стене, предвкушая что-то очень плохое. Ему серьёзно нужно было лучше следить за языком. — Что случилось, крылышко? — тихо спросил Дик, видимо боясь спугнуть шаткие нервы Джея. — Я послал отца на хуй, — просто сказал подросток, будто это было чем-то обыденным, хотя его желудок на этот раз перевернулся. — Он, наверное, будет изнашивать мою задницу, пока я не упаду в обморок. — Он этого не сделает, Джей, — быстро ответил Дик, мягко кладя ладонь на плечо младшего брата. — Брюс был очень странным, когда вышел из твоей комнаты. Хочешь рассказать, что там произошло? Джейсон напрягся от руки брата, но позволил оставить её. Медленно повернувшись обратно, он судорожно вздохнул и потёр под носом, избавляясь от маленьких слезинок, которые там остались. Дик всегда был таким чертовски милым и сочувствующим, и было трудно не отвечать ему взаимностью. И почему только Брюсу нужно быть варварским родителем? — Не знаю, — вздохнул Джей, всплёскивая руками. — Может быть, я случайно намекнул ему, что его вина в том, что я становлюсь более жестоким. — Ох… — Дик потрясённо посмотрел на младшего брата, и его руки несколько раз дёрнулись в надежде на объятие. — Ты не жестокий, Джей-бёрд, — мягко добавил старший брат. — Но я думаю, что твоя злость может проявляться именно из-за этого. Джейсон сглотнул образующийся комок в горле. Он взглянул на Дика затуманенным взглядом и попытался отмахнуться от всей этой слащавой доброты. Но Дик тоже был настойчив. — Иди сюда, маленькое крылышко, — медленно пробормотал Дик, давая брату время отстраниться или отказаться. Когда Джейсон не пошевелился, Дик притянул его за плечи к себе и нежно обнял, одной рукой потирая спину, а другой — лохматые волосы. Подросток закрыл глаза, снова тихо плача и впитывая доброту и утешение. Обычно Брюс тоже предлагал утешение после наказания, и Джей принимал его, когда был моложе. Но к тринадцати годам это стало глупо и совсем не помогало почувствовать себя лучше. Поэтому он перестал обнимать папу, и вскоре всё испортилось окончательно. — Я хочу воды, — пробубнил Джей в грудь Дика. Ему надоело плакать и быть таким чувствительным после наказаний. — Хорошо, давай спустимся на кухню, — ответил Дик, засовывая одну руку в карман своих штанов. — Вот, возьми это, — он протянул Джею небольшой флакон с белым кремом и несколько таблеток. — Не надо, — проворчал парень, отмахиваясь от болеутоляющих. — Я могу с этим справиться. — Можешь, — согласился Дик. — Но должен ли? Джейсон странно посмотрел на брата. Это был хороший вопрос. — Послушай, Джей-бёрд, я много раз был на твоём месте и знаю, как это паршиво. И я также знаю, что никакое наказание не убережёт тебя от других неприятностей. Джейсон просто моргал, глядя на руку Дика, но через несколько секунд он выхватил препараты и сунул в свой карман. Это бы значительно облегчило его никому ненужную боль. Тем более, что Дик был прав. Как бы сильно Брюс не наказывал сыновей, они всё равно продолжали нарушать правила. На зло ли? Эту загадку пусть решает сам Бэтмен. — И мы ещё раз поговорим с Брюсом о том, чтобы прекратить это обращение. Обещаю, — уверенно добавил Дик, держа Джея за плечи, пока они спускались на кухню.