Я узнаю твою шею, Индиго.

Просыпаясь подавленной, Ася всё таки решается придти сегодня в школу, всё равно она сможет врезать, избить, но не разобраться словесно. Она никогда не умела разъяснять конфликт, словами; – да и не особо нужно было. Брюнетка считала, то что разбираться таким образом не её конёк, да и не учил её никто говорить красиво. Доебались - отвечай силой, не показывай свою слабую сторону. *** Заходя в класс, её взгляд опрокидывается на пустую парту Андрющенко. Где же она? Почему не в школе? Тем временем Лиза которая с температурой под 40, еле переставляя ноги, заходит в класс и чуть ли не упавши мимо стула, всё таки садится на своё место; – доставая тетрадь и книгу с химии. Самочувствие Лизы, было настолько плохим, что как будто она щас потеряет сознание. Ася садится на своё место, не отрывая взгляда от Андрющенко; – как тут в класс заходит Виолетта. Она увидела что с Лизой, что-то не то, и быстро села возле неё. — Эй, Лизок всё в порядке? Взволновано спросила — Виолетт, у меня температура. Мне плохо. – медленно кладёт голову на парту, прикрываясь руками, ведь голова при такой температуре будет болеть. — Зачем ты тогда в школу пришла? с удивлением, и недовольством проговаривает Виолетта; – ей хотелось накричать на Лизу, ведь та как никак волнуется за неё, а она в таком состоянии приходит в школу, полумертвой. — Я же прогуляла уроки позавчера, нельзя их пропускать больше; – еле еле выговаривает слова. — Давай мед. пункт. Ася лишь наблюдает за этим, она всегда с собой носила маленькую аптечку; в ней имелось почти всё: - от таблеток против головной боли, до проносного, пластырей, и даже шприцов. Конечно же, там имелись таблетки против температуры; услышав разговор Лизы и Виолетты, она не могла, не вставить свои 5 копеек. — Что болит? Шёпотом зовёт Лизу. — Голова, горло. — Пойдём выйдем, я тебе таблетку от температуры дам, а потом отведу домой. – Вилка такими радостными глазами смотрела на Андрющенко, ведь Ася и вправду забила на мнение других, что они подумают о ней, если она будет возиться с тихоней индиго. — Можно выйти? Поднимаясь с места, выкрикивает брюнетка, учительнице с химии. Женщина была миловидной и доброй, и сама заметила состояние Лизы. — Выходи, только не долго. Ася кивнула, подошла к индиго, приподняла её, ведь той было действительно плохо; – она бы сама не поднялась. Придерживая Лизу они вышли с класса. Учительница не задавала вопросов, куда ушла ещё и Андрющенко ведь было видно, что ей очень плохо. — Пошли присядем. Подержи пока таблетки, я сбегаю за водой, в столовую. Лиза лишь устало кивнула. Через 5 минут, приходит Ася с водой, и видит побелевшую Лизу, которая еле еле держится, чтоб не потерять сознание. — Индиго, держись. Запихивает ей таблетки в рот, наклоняет голову назад, и начинает поить водой, чтоб запить таблетки. Дела совсем плохи. Ася звонит классной руководительнице, отпрашивает с уроков себя и Лизу, заходит в класс собирая её вещи, в портфель, Ася говорит химичке, что они уходят. Учительница согласилась отпустить Асю, ведь видела что Лиза не дойдет одна. Брюнетка прощается с Вилкой и Кирой, и выходит с класса вместе с Лизой. Через 10 минут, они уже дома у Аси. — Ложись спать, тебе надо отдохнуть. Лиза отключилась моментально. Ей действительно нужен был отдых. Спала она около 4 часов. Уже начинало темнеть, т.к зима, Лиза была не в состоянии идти домой. — Ась, мне плохо. Произнесла девушка хриплым, тихим голосом. А та лишь, принесла таблетки от боли в горле, и теплый чай с мёдом. — Достань конфеты в рюкзаке. Произнесла Андрющенко; – она очень любила сладкое, и ей даже повезло, что она работала на кладбище, ведь там было множество конфет. Иногда даже печенье. — В каком отделении? Спросила зеленоглазая, роясь в рюкзаке у Лизы, в попытках найти конфеты. — В среднем. И в среднем отделении были не только конфеты, а ещё то, что Ася не должна была видеть. Там была её фотография. Ася застыла на месте. — Всё в порядке, чего застыла? В недоумении спросила Андрющенко. — Всё в поря.. дке. Запинаясь ответила та. Лиза посмотрела на неё удивлённо, и больше ничего не говорила. В сердце что-то ёкнуло, а мысли были только одни: «Зачем она носит мою фотографию с собой?». Она решила, что не будет начинать разговор об этом, а лишь тихо достала конфеты, и отдала их Лизе. — Спасибо большое. Угощайся. И тут Елизавета вспоминает, то что там были не только конфеты, а и фотография. Наверное поэтому, Ася застыла на месте. Как стыдно.. не дай Бог она меня начнёт расспрашивать про это. — Я пожалуй откажусь. Асе было жутко есть эти конфеты, мол они же с кладбища, как она их вообще ест, ещё и домой тащит, подумала та. Но самой главной мыслей было то, зачем Андрющенко носит её фотографию. Лиза не хотя встаёт с кровати, и начинает собираться домой. Она знала, если она уйдёт, то может не дойти, но и напрашиваться остаться, она тоже не будет. — Ты куда? спросила Тарасова, приподняв бровь. — Домой, куда ещё, уже темно, уроки надо делать. — В таком состоянии, надо лежать, а не уроки делать. Я тебя никуда такой не пущу. — С чего вдруг, ты указываешь что мне делать? Ох, и острый был язык у Лизы, нарывается. — Ну если ты хочешь упасть и сдохнуть по дороге, то пожалуйста, тебя никто не держит, делай что хочешь. Злостно ответила та, думая, что Лиза поведётся на её манипуляции, но нет. — Хорошо, я ухожу. Захлопнула дверь и ушла. В голове Аси прозвучало типо «Что блять? Ну и пусть пиздует. Бегать ещё буду за кем-то». Из-за непослушания Лизы, Асе хотелось её уебать. Но та не делала этого, надо было выгонять свою злость, но точно не на Андрющенко. Ася не слышит хлопка двери в подъезде, что-то не то. Она жила на первом этаже, и очень часто слышала как захлопывается дверь в подъезде. Но в этот раз, она услышала лишь падение. Открыв дверь, она увидела лежащую без сознания возле подъездной двери Андрющенко. — Сука. Прошептав, та кинулась забирать её на руки. – А я говорила никуда не идти; подумала про себя брюнетка, занося Лизу в квартиру. — И сколько можно творить какую-то хуйню, заебала уже, все из-за дурной головы. Пиздец какой-то. Тихо произносила девушка, держа на руках тело индиго. Легко положила её на кровать, а сама легла рядом. Так они и уснули, Лиза обняла её во сне, а та приняла её объятья. Но всю ночь телефон Аси разрывался от звонков Киры, которая не могла к ней дозвониться, хорошо, что он стоял на безвучном, так бы разбудил эту сладкую пару. Утром, в квартиру Аси, ворвалась та же Кира которая вызванивала ей всю ночь. Увидев как они вместе спят, она крикнула на всю квартиру: — АСЯ, И КАК ТЫ БУДЕШЬ ОПРАВДЫВАТЬСЯ ТЕПЕРЬ, А? Обе девушки подскочили с кровати, переглянулись, и Ася произносит: — Медведева, что ты здесь делаешь? Брюнетка посмотрела в телефон и увидела кучу пропущенных от подруги. — Во-первых доброе утро. Во-вторых надо закрывать квартиру. В-третьих объясняй, что происходит. — Ну.. — Я же знаю, что вы трахались. Смеясь произносит блондинка. — Кира, засунь свою больную фантазию, куда подальше. Лизе было плохо, я просто присела рядом и уснула. Ты вообще тупая. Нервно ответила Ася, она кипела, хотелось уебать Киру, но поскольку это была её близкая подруга, она это не делала, из уважения к ней. — Я же шучу, чего ты. — К ебени матери твои шутки. Фыркая произносит брюнетка. — У тебя ж её нету. Сказала Кира, и смех троих девушек раздался по квартире. Ася пошла кормить своих гостей, и через пару минут спрашивает: — Индиго, как самочувствие? — Горло болит немного, а так температуры больше нет. И стоп, а почему я оказалось у тебя, если я уходила вчера вечером. В непонятках произнесла Лиза. — Ты упала в обморок в подъезде, я говорила тебе сразу, не иди не иди, но нет, ты ж упрямая как баран. Лизе стало стыдно. Она обычно никому не доставляла проблем, но не в этом случае, Ася уже скоро раз её спасает. — Ась, мне надо на кладбище. Тихо произнесла Лиза. — Никакого кладбища, пока горло не пройдет. И в школу мы сегодня тоже не пойдём как я поняла. — Кстати, Кира. А зачем ты мне наяривала столько раз? — Та уже не важно. Хорошо, что не разбудила вас, сладких. Ася с Лизой засмущались. — Кира блять. Ася была злой, но всё равно такой милой когда злиться. — Всё, всё, молчу, молчу. С улыбкой на лице сказала Кира. Чуть позже Кира ушла домой, и девушки вновь остались вдвоём. — Блять, ты видела что мы проснулись в обнимку? Спросила Ася с ошарашеным лицом. — Давай сделаем так, чтоб больше этого не повторилось, я лягу спать в другой комнате. И тут сердце Лизы разбилось вовсе. Она не хотела, признавать то что Ася не испытывает к ней чувств, Лизе по правде понравилось спать вместе с Асей, ведь она чувствовала себя в безопасности. — Если станет плохо, мне скажешь, и я тебе дам таблетки. Девушка развернулась и ушла в другую комнату, оставив Лизу в своей комнате. Было уже около 12 ночи, Ася легла спать, в то время как Лиза обнимала одеяло и тихо плакала, чтоб её никто не услышал. Но поскольку у Аси была бессонница, она услышала тихий рыдающий голос, который проговаривал: – «Она меня ненавидит, за что мне это». Ася зашла в свою комнату, включила свет. Лиза подорвалась с кровати, и Ася увидела её стеклянные глаза. Было понятно, что Елизавета плакала. — Кто ненавидит? Ася стала в пороге, скрестив руки на груди. — Ты все слышала? В страхе и стыде, дрожащим голосом спросила Андрющенко. Хотелось провалиться сквозь землю. — Да, слышала. — Тарасова, не твоё дело. Грубо ответила индиго. — Боже, ну и реви дальше. Я же по нормальному. – Выключила свет, и ушла спать, выпив снатворное, чтоб быстрее уснуть. Слёзы Лизы не приносили ей радость, и из-за этого она старалась быстрее уснуть. Она не могла себе простить того, что накричала на неё когда той было плохо. Теперь и ей, хочется рыдать. Лиза почти захлебываясь, уснула где-то через часа полтора, после сильной истерики, ей хотелось убить себя, повеситься, чтоб её никто не помнил.