Фея в кроссовках

…Она долго-долго блуждала в большой и темной пещере, и огонек ее факела все меньше с каждой секундой освещал окружающее пространство. Вот он ярко вспыхнул и погас, Мелодия очутилась в кромешном мраке, и застыла на месте от страха. Она одна, зашла так далеко, что без факела не выбраться, и никто не поможет ей… …Приходила в себя фея тяжело, ощущая, что ей очень тепло. Открыла глаза, и поняла, что лежит под теплыми шкурами, а над головой голубой купол, искрящийся в бликах огня. - Очнулась, наконец,- произнес кто-то,- целый день лежала, я уже волноваться начала. Мелодия, резко повернув голову на голос, увидела девушку лет двадцати, чьи темные глаза с радостью смотрели на нее. Она была одета в куртку и штаны на меху светло-серого цвета, длинные темно-коричневые волосы заплетены в косу. - Где Луна?- спросила фея, обнаружив, что хрипит, а горло болит еще сильнее, чем раньше. - Ты о барсе? Здесь он, у входа лежит – ему такое тепло, как тебе, не нужно. Фея приподнялась на локтях, и увидела вторую половину хижины – с маленьким костерком, обложенным крупными и закопченными камнями, и участком стены, занавешенном шкурами, от которого веяло холодом – возле него лежала Луна, спящая. Тут силы ее кончились, и Мелодия снова опустилась на шкуры. - Ты, наверное, из Долины меж гор?- спросила девушка,- я слышала от родителей, что они всегда ходят с барсами и тиграми. - Я была в долине, но это не мой родной дом,- покачала головой фея,- а сейчас я где? Это вы меня нашли? - Я Заури,- представилась девушка,- вчера, к вечеру, мужчины из нашего селения возвращались с охоты, и наткнулись на тебя и барса. Им сразу стало ясно, что ты либо мертва, либо без сознания – на тебя намело порядочно снега. А вот барс еще держался, хотя попытки защитить тебя вконец обессилили его. Мужчины смогли к тебе подойти, выяснили, что ты жива, и как можно скорее доставили тебя и барса в эту хижину. Ты не приходила в себя день, а барсу было достаточно просто хорошо поесть. Как ты себя чувствуешь сейчас? - Лучше,- улыбнулась фея,- я только мечтать могла о таком тепле. Вот бы еще поесть… Девушка с готовностью протянула ей небольшой кусок мяса. Фея сразу поняла, что он вяленый, и откусила кусочек от него. Правда, проглотить она его сразу не смогла – мясо оказалось жестким, и его пришлось тщательно пережевывать. - Правильно, не торопись,- одобрительно кивнула Заури,- не то тебе плохо станет - наверняка давно не ела. - Дней пять,- отозвалась фея, поразмыслив немного,- и до этого неделю еду почти не находила. И спохватившись, что до сих пор не назвала имя приветливой девушке, представилась. - Красивое имя,- произнесла Заури с улыбкой – она вообще улыбалась очень часто, и так открыто, что сразу внушала к себе доверие,- очень походит тебе. Мелодия смущенно улыбнулась, не переставая жевать. - Это же мясо медведя?- спросила она. И, увидев кивок девушки, продолжила расспросы,- вы все время на них охотитесь? - Нет, если только они первыми нападают. А вообще их тут мало, они в горы невысоко забираются. - А сколько людей в селении? - Всего 5 хижин, и в каждой 3-4 человека. Дети днем собираются в одной хижине, чтобы было веселее, а вечером возвращаются, чуть раньше охотников. Они охотятся недалеко, и уходят ниже по склонам, только если добычи нет. А те, кто не на охоте, охраняет селение от случайно заходящих сюда хищников. - Понятно,- протянула фея. Она прожевала последний кусочек, и почувствовала, что более-менее наелась. Зато захотелось пить, и стоило ей только сказать об этом, Заури протянула ей большую деревянную чашу, полную воды. - Я растопила много снега, знала, что тебе пить захочется,- говорила девушка, пока фея большими глотками осушала чашу,- ведь мясо очень сухое. Мелодия кивнула, протянув пустую чашу обратно девушке. - Я думала, здесь никто не живет,- протянула фея,- но мне повезло, иначе я замерзла бы насмерть. Девушка подтверждающе кивнула. - Да, ты ведь не возле селения лежала, а около тропы. Если бы не снег, мы не смогли бы здесь жить – из снега мы делаем хижины, да и воду из снега легко растопить. В этих горах есть еще одно селение – в четырех днях ходьбы, на другой горной гряде. Мелодия, пока Заури говорила, почувствовала, что силы начали возвращаться к ней, и поднялась на ноги. Небольшая слабость еще оставалась в теле, но она не помешала фее дойти до противоположного конца хижины, и подойти к Луне. Мелодия погладила ее по голове, разбудив – барс тут же поднял голову, глядя на нее голубыми глазами. - Я рада, что с тобой все хорошо,- прошептала фея,- и путь, что я выбрала, не стал для тебя смертельным. - В этих горах только голод способен убить барса,- произнесла Заури,- но дичь здесь водится, и твой барс сможет прокормиться сам. А если вдруг ему не повезет – мы его накормим. Мелодия от всей души поблагодарила девушку. И, подумав о том, что скрывают стены хижины, внезапно захотела выйти наружу. - Нет, ты еще слаба, да и подлечиться нужно,- решительно возразила на эти слова Заури,- я начала делать тебе одежду, будет готова завтра. А ты к тому времени выздоровеешь. - Одежду для меня?- переспросила фея удивленно, округлив глаза,- вот это да! Буду очень благодарна! - Да пустяки,- с улыбкой отозвалась Заури,- не в легком же платье тебе по сугробам идти. Да и обувь у тебя очень ненадежная для зимнего времени. Мелодия согласно кивнула. Она вдруг ощутила, что холодные струи воздуха от входа заставляют ее дрожать, и поспешно вернулась обратно под шкуры. Луна снова заснула, а Заури принялась сшивать шкуры, что лежали возле нее. Фея предложила помочь, но девушка решительно отказала, и предложила поспать. Укрывшись шкурами до подбородка, Мелодия закрыла глаза, и скоро уснула… Она слышала сквозь сон чьи-то громкие голоса. С неохотой открыв глаза, фея увидела, как по шкурам неподалеку от нее прыгает девочка лет пяти, с растрепанными черными волосами, а ее пытаются успокоить Заури и какой-то мужчина. - Не хочу! Не хочу! Не хочу!!- верещала девочка пронзительно,- хочу играть! С барсом!! - Виталли, от тебя к себе не подпустит,- произнесла увещевающе Заури,- а Мелодия спит, и не может уговорить его сделать это. Девочка обернулась, посмотрев на фею. И тут же завопила: - Не спит, не спит, не спит!! И, с поразительной быстротой оказавшись возле Мелодии, начала канючить, не переставая прыгать: - Скажи барсу, чтобы он меня покатал! Придя в себя от удивления и резких звуков, Мелодия поинтересовалась: - Ты всегда так кричишь? И кто так просит? Вежливо надо просить, а не требовать. Девочка замерла на месте, и протянула умоляюще: - Ну, пожа-а-алуйста! Я очень хочу покататься на нем! - Луна мне друг, а не домашний зверь, и кроме меня никого не подпускает к себе,- сказала фея,- мои просьбы тут ничего не изменят. Пришли всего три секунды – а Виталли уже взахлеб ревела, вереща: - Хочу покататься! Хочу! Хочу-хочу-хочу!!! Поморщившись от слишком громкого звука, Мелодия спряталась под шкурами – здесь было чуть потише. А девочка продолжала реветь и требовать свое, и никакие уговоры Заури и мужчины не могли ее остановить. «Мне жаль ее,- думала фея,- но я не могу просить Луну быть другом этой девочки – ведь она уже выбрала меня. И везла меня на себе, только когда я охотилась, или сильно ослабела». Она вылезла из-под шкур, чтобы сказать это Виталли. Но тут вмешалась Луна – мгновенно поднявшись на лапы, она глухо заворчала, оскалившись, словно говорила, что ей надоели капризы девочки. А та тут же замолчала, испуганно глядя на барса. Вид у Луны был такой грозный, что Мелодия на всякий случай подошла к ней. - Видишь, он сам не хочет играть с тобой,- сказала Заури.- Давай же, ложись. - А погладить?- снова заканючила девочка, но уже обычным голосом,- можно хотя бы погладить? - Пока нет, иначе она тебя покалечит,- покачала головой фея, положив ладонь на голову Луны,- но если ты больше не будешь будить ее так, может, она и даст тебе приблизиться к ней. Виталли посветлела лицом, и уже без пререканий забралась под шкуры. А Мелодия осталась с Луной – после долгих и громких воплей спать расхотелось совершенно. Если бы у нее была одежда, она могла бы прогуляться по снегу, проветриться… - Извини за Виталли,- обратилась к ней Заури со смущенной улыбкой,- она очень непослушная, а когда видит что-то новое, сразу хочет потрогать это. Если не даем – истерику на час закатывает, или больше. - Понятно,- протянула фея,- да, это было неприятно. Но хотя бы не долго. - Точно,- усмехнулся мужчина,- и все благодаря барсу. Нам бы своего барса, но они тут редко проходят, и не стремятся с людьми дружить. Теперь фея смогла его разглядеть – ростом чуть выше Заури, широкоплечий, с густыми и короткими черными волосами и серыми глазами. На нем были одежды, похожие на одеяние Заури, только цвет их был темнее, густо-серым, а кое-где - черным. - Я Морро,- представился мужчина,- я был с четырьмя соплеменниками, когда мы нашли тебя и барса. Рад, что ты быстро поправляешься. - Благодарю, что вытащили меня и Луну,- отозвалась Мелодия горячо,- боюсь подумать, что было бы, если бы вы нас не нашли… Она не договорила – Луна, встав, направилась к выходу, и в мгновения исчезла за шкурой, скрывающей проход. - Хочешь пойти с ней?- спросила Заури. Фея кивнула. - Я дошила штаны и куртку. А сапожки можешь пока мои одеть, завтра только твои будут готовы. Просияв, Мелодия начала ее благодарить, а потом, когда Морро вышел, переоделась. Одежда была как раз, а сапожки чуть большеваты. Сказав девушке свое мнение об одежде, фея, наконец-то, вышла наружу – через узкий проход. Тут же ее лицо обожгло холодом, но Мелодия уже жадно смотрела вокруг – на темно-фиолетовое, с мелкими крапинками-звездами, небо, на белеющий в темноте снег, и будто светящиеся хижины других селян. От радости, что захватила все ее существо, фея закружилась на месте, раскинув руки в стороны, и ощущала очень сильную энергию гор, даже не жалея, что не может ее вобрать. Заметив Луну, сидящую на снегу чуть дальше по тропе, Мелодия подошла к ней, спросив: - Хорошо здесь, да? Может, в таком месте ты бы хотела остаться навсегда? Барс посмотрел на нее глазами, светящимися зелеными огнями, и не спеша отправился по тропе, во тьму. Фея знала, что пришло время Луне поохотиться, и продолжила смотреть вокруг. Она даже различила в темноте вершины гор, но тут голос Морро позвал ее, и Мелодия вернулась в хижину. - Хорошо, да?- спросила Заури радостно, лежа под шкурами,- завтра погуляешь подольше, а пока лучше поберечь силы, и подлечиться. Мелодия кивнула. Она сняла сапоги, а остальную одежду оставила – нужно было согреться после выхода наружу. Морро почти погасил костерок, и теперь хижина освещалась очень слабо. Фея юркнула под шкуры, и, чувствуя тепло, разливающееся по телу, думала о завтрашнем дне… Завтра она, едва проснувшись, и получив от Заури новые сапожки, помчалась из хижины на природу. Погода была ясная и морозная, фея понаблюдала, как дети играют в снежки, а в конце сама приняла участие в игре. Устав, она немного прошлась с Луной по тропе, щурясь от ослепительно сияющего снега. В новых одеждах ей было тепло, и в хижину Мелодия вернулась, когда почувствовала, что очень устала. Там она беседовала с Заури, рассказала о том, как им с Луной повезло убить медведя, и дремала. А Луна ближе к вечеру ушла охотиться, а в остальное время либо лежала возле выхода из хижины, либо бродила неподалеку от селения. Прошли четыре дня. Мелодия ела досыта и полностью выздоровела. Теперь она могла по несколько часов гулять и играть с детьми на улице, и не выбивалась из сил. Луна вечер и часть ночи охотилась, и довольно успешно - только раз Заури и Морро кормили ее. Виталли больше не капризничала, кардинально переменившись, и утром четвертого дня Луна позволила ей себя погладить, но недолго. Жить среди гостеприимных людей снегов было очень хорошо, и интересно. Они поклонялись звездам, и каждый вечер, когда загорались первые звезды, выходили из хижин и благодарили звезды за прожитый день. Дети выходили тоже, но только слушали, как и Мелодия. Фея чувствовала, что готова продолжить путь, как и Луна. Поэтому утром пятого дня ее пребывания в селении она прощалась с Заури и ее родными, стоя вместе с барсом на тропе. - Я благодарна вам за все,- говорила Мелодия,- вот бы все люди на моем пути были бы такими же гостеприимными, как вы. - Хорошо, если будет так,- отозвался Морро. - Будешь проходить мимо второго селения – передавай им привет от нас,- сказала Заури,- мы очень редко видимся, им будет интересно узнать, как мы живем. - Обязательно передам,- пообещала фея. Виталли тихо плакала: - Почему они уходят? Пусть поживут еще! Хотя бы несколько дней… - Это невозможно,- произнесла Заури, обнимая девочку за плечи,- Мелодии и Луне нужно продолжать путь. - Пока!- попрощалась Виталли, и уткнулась в шкуры матери, плача. Мелодия махнула на прощание рукой, и пошла по узкой тропе, меж глубоких сугробов. Луна неторопливо шла впереди, и фея едва видела ее – так ослепительно сиял снег под яркими лучами солнца. На горизонте высились горные вершины со снежными шапками, и Мелодии стоило усилий воли не заглядеться на них – тропа пошла под уклон, и можно было от одного неосторожного шага проехать вниз. Вскоре тропа повернула налево – туда, откуда фея пришла. Она свернула на звериную тропу, и теперь протаптывала себе тропку. И внимательно смотрела на следы перед собой – Морро показал ей отпечатки лап каждого обитающего здесь зверя, и она хорошо запомнила следы медведя. Но сейчас их не было – только полузанесенные следы какого-то барса. Внезапно, когда они обогнули скалу справа, задул пронзительный ветер. Мелодия порадовалась, что у нее такая теплая одежда – тело было надежно ею защищено от холода, и оставалось только нос и щеки отогревать, время от времени. Луна же чувствовала себя хорошо, и даже порезвилась немного в снегу, когда фея остановилась ненадолго, чтобы передохнуть. Голод так же не грозил Мелодии – Заури и Морро дали ей несколько вяленых кусков мяса. Фея уже разделила их, и по расчетам, могла питаться ими неделю, съедая по 1 в день. Луна охотилась, как обычно, вечером, и приходила в очередную пещеру, где ночевала Мелодия, когда та уже спала. Так, в пути по снежным горным тропам прошло 5 дней. Тропы вели их то в гору, то под уклон, а под ногами снег был таким глубоким, что можно было провалиться в него по пояс, если ступать неосторожно. Фея научилась шагать так, что погружалась в снег самое большое по колено, а Луна, как обычно, шла по снежной толще, лишь чуть-чуть проваливаясь в нее лапами. На третий день пути началась метель, и длилась целый день. Мелодия с удовольствием укрылась от колющих лицо снежинок в пещере, едва стало темнеть. А днем раньше они увидели издали барса, крупнее, чем Луна. Он не стал на них нападать, скрывшись за скалой, чему фея порадовалась. Иногда встречались следы медведя, но его самого фея и барс не видели, к счастью. Наконец, обогнув очередную вершину горы, Мелодия увидела на горизонте не очередную гору, а лес, занесенный снегом. Это зрелище порадовало ее – хоть горы внушали уважение, за путь по ним несколько надоели, и хотелось увидеть что-нибудь еще, кроме них. Пройдя по тропе еще пару поворотов, фея вышла на широкую площадку меж скал, на которой виднелись домики людей снегов. У ближайшего домика, к ее удивлению, лежали две большие собаки, что мгновенно поднялись и побежали к Мелодии и барсу. Они громко лаяли, и, подбежав поближе, начали кидаться на путников, скаля зубы. Луна тоже оскалилась и глухо зарычала, а когда собаки подскакивали очень близко к ней и фее, отгоняла их мощными ударами передней лапы. После этого собаки держались на расстоянии, но лаять не перестали. Вдруг раздался короткий свист, из-за крайней хижины показался парень в теплой одежде, и собаки помчались к нему. - Привет,- поздоровалась с ним Мелодия, когда он подошел к ней почти вплотную,- не думала, что собак здесь увижу. В другом селении их не было. - Там холоднее, а у собак наших не такая теплая шерстка, как у твоего спутника,- усмехнулся парень,- а вот здесь теплее, в самые холода собаки в хижинах спят. Пойдем ко мне в хижину, погреешься. Фея с готовностью последовала за парнем – она уже соскучилась по теплу, да и одежду не мешало просушить после метели, особенно сапожки. Собаки остались снаружи, а Луна зашла за Мелодией в хижину, улегшись возле входа. Оглядевшись, фея подумала, что снова оказалась в первом селении – так все убранство походило на домик Заури и Морро. Но шкуры, все же, были здесь немного другие на полу, да и вместо Морро был незнакомый парень. Мелодия решила сперва просушить курточку и сапожки, положив их рядом с очагом. - Я Куэрто,- представился парень, внешне похожий на Морро, только волосы короче и черты лица немного другие,- а тебя как зовут? - Мелодия,- отозвалась фея, удобно устроившись на шкурах вместе с хозяином. - Значит, шла мимо первого селения? - Да. Я до него еле добралась – припасов с собой не смогла набрать, а охота даже у Луны не шла. Нас нашли мужчины из селения, и принесли в домик Морро. Благодаря нему и Заури я поправилась и окрепла. - А Луна – твой барс?- уточнил парень. Мелодия кивнула. Он не стал спрашивать что-то о ней, попросив рассказать, как там жители первого селения. И усмехнулся, услышав, что Виталли час истерила, когда не смогла покататься на Луне. - Правда, Луна ее немного воспитала,- добавила Мелодия,- когда мы уходили, она была спокойным ребенком. Помнится, Морро посетовал, что у них нет своего барса. От этих слов Куэрто рассмеялся. - Это обязательно нужно услышать остальным селянам,- сказал он,- вечером мужчины вернуться с охоты, и сами услышат от тебя эту историю. Сейчас во всем селении только две девочки и одна старушка, в теплую пору они ходят в лес за ягодами. Только эта пора очень короткая, всего месяц, поэтому они почти все время в хижинах сидят. Он немного помолчал, глядя на Луну – она устроилась у входа и вылизывалась. А затем спросил: - А ты давно в пути? - Да,- отозвалась Мелодия,- не один месяц точно. А впереди еще много земель, о которых я ничего не знаю. - И родные отпустили тебя одну так далеко от дома? Или ты сбежала? - Нет, это они посоветовали мне путешествовать, узнать больше о людях и местах, где они живут,- произнесла фея с воодушевлением,- Луна присоединилась ко мне в долине меж гор, и сейчас ближе нее у меня никого нет. - До нас только слухи доходят об этой долине,- сказал Куэрто задумчиво,- люди и барсы с тиграми объединяются для охоты, и войти в долину никто не может. Мелодия кивнула, соглашаясь. - Это верно. Но меня долина почему-то пропустила, и я буду хранить ее секреты. - Это правильно,- одобрил парень. И, словно вспомнив что-то, смущенно протянул: - Я, наверное, уже утомил тебя вопросами? Ведь сперва нужно накормить гостя, а я забыл об этом из-за любопытства… - Ничего страшного,- отозвалась фея с улыбкой,- хотя от еды и воды я не откажусь. Куэрто тут же дал ей хороший кусок вяленого мяса, и чашу воды. Утолив голод, что Мелодия игнорировала до этого, она решила прилечь, и, завернувшись в шкуры, задремала. Проснувшись, фея ожидала увидеть вокруг стены пещеры, но вместо этого обнаружила, что спит в хижине, под теплыми шкурами. Приятное разнообразие… Она хотела уснуть вновь, но сон не шел, поэтому Мелодия откинула шкуры и села. В хижине кроме нее никого не было, видимо, Луна охотилась, а Куэрто куда-то ушел. Решив посмотреть, стемнело ли уже, фея обулась, и, укутавшись в куртку плотнее, вышла из хижины. Собаки тявкнули на нее, пару раз, и негромко – видимо, поняли, что Мелодия теперь своя. Вокруг царила ночная темнота, шел мягкий снег, сквозь хлопья которого фея увидела неподалеку три хижины. Из одной, самой ближней к ней и большой, доносился смех, поэтому Мелодия пошла туда. Войдя, фея увидела много людей – почти все были мужчинами и парнями, и всего 5 девушек. Лица сияли улыбками, и среди незнакомых людей Мелодия увидела Куэрто. - Я только что говорил о новостях из первого селения,- обратился он к фее,- и мы вспомнили времена, когда охотились вместе. Мелодия понимающе кивнула, заметив, что все обернулись, и смотрят на нее. - Я назвал им твое имя,- продолжал Куэрто,- расскажешь о том, как барс усмирил Виталли? Фея с готовностью кивнула, и скоро все смеялись и хвалили Луну. Так же Мелодия рассказала о городе, где она играла с мальчиками – и все, что она там увидела, было селянам в новинку. - Это был интересный рассказ, девочка,- произнесла старушка, когда Мелодия закончила говорить,- а теперь время поблагодарить звезды за прошедший день. Фея улыбнулась при мысли, что традиции у двух селений одинаковые. Она вместе с селянами постояла под звездами, глядя, как они ярко сияют над головой. - Можешь остаться у меня в хижине на ночь,- предложил Куэрто, когда вечерний ритуал завершился,- здесь живет мой брат и его жена, но и для тебя места хватит. Мелодия с радостью согласилась переночевать у Куэрто. Но вначале ей захотелось еще немного подышать свежим воздухом перед сном. Она смотрела на хижины и снег вокруг, на лес внизу…. И думала о том, куда пойдет дальше, и какие люди ей встретятся. Ей нужно дня два передышки, после чего можно будет продолжать путь. Задумавшись об этом, фея не заметила, как начала подмерзать. Поспешно вернувшись в хижину, она обнаружила, что хозяева уже спят. Она улеглась на свободное место, и, укрывшись шкурами, вскоре уснула. Завтра с утра она узнала у Куэрто, что мужчины идут на большую охоту. - Мы забираемся высоко в горы, и ловим много горных козлов про запас,- говорил он,- близятся холода, и будет сложнее охотиться, так что запас еды нас спасет. Берем нескольких собак, а оставшиеся собаки продолжат охранять селение от хищников. Ты тоже можешь пойти, если хочешь. - С радостью,- тут же отозвалась фея – на вершины гор она не забиралась, и ей очень захотелось сделать это.- А когда мы выходим? - Как только все соберут необходимое,- отозвался парень,- думаю, час точно есть. Можешь погреться в хижине напоследок – охота дня два-три длится. Мелодия воспользовалась приглашением, и ушла в тепло. Луна спала возле входа, как обычно, и фея, сев рядом с ней, сказала, что они идут охотиться. - Тебе достанется хорошая добыча,- говорила она,- и людям из селения заодно поможешь. Луна подняла голову, и, посмотрев на фею, лизнула ее в щеку. Улыбнувшись, Мелодия принялась хорошо осматривать свою одежду и обувь, чтобы не было даже маленькой дырочки. Все было цело, поэтому Мелодия опустилась на шкуры, и, закрыв глаза, начала представлять, каково это – взбираться на вершину горы. А совсем скоро кто-то тронул ее за плечо, и голос Куэрто сказал: - Пора выходить, Мелодия. Поднявшись, фея обулась, и вышла на улицу. Мужчины уже собрались на площадке между хижин, и у всех за плечами висели странные мешки, прикрепленные ремнями к плечам. Женщины молча стояли рядом, глядя, как беспокойно бегают вокруг собаки, и слушая рассуждения мужчин о предстоящей охоте, надежды на хорошую добычу. Луна сидела рядом с Мелодией, глядя на горные вершины, словно тоже предвкушала предстоящий пир. - Ты умеешь стрелять?- спросил у нее мужчина с покрытой снегом небольшой бородой. - Умею,- кивнула фея,- только в животных не стреляю, если они на меня не нападают. - Понятно,- отозвался он,- тогда будем надеяться на скорость и силу твоего барса. Он наверняка побежит быстрее всех нас, и первым настигнет добычу. Мелодия лишь пожала плечами – она не знала, как в сравнении с барсами охотятся собаки. Еще немного подождав тех, кто замешкался, они пошли по тропинке, которая привела фею в селение. Мелодия присоединилась к идущим, оказавшись почти в хвосте, а Луна шла рядом. Сперва идти было легко – тропинка вела ровно, и кое-где даже чуть вниз. Но потом она начала уклоняться вправо, поднимаясь на склоны гор, и сил теперь уходило намного больше. Тут Луна обогнала фею, и вместе с собаками побежала впереди, то и дело, оглядываясь. А люди поднимались на некотором расстоянии друг от друга, чтобы в случае падения одного сзади идущие успели отойти в сторону. Тропинка вскоре пропала, но они еще не взбирались, а шли по заснеженным камням, то и дело, меняя направление. Мелодии показалось, что они хотят обойти гору по спирали, когда начался крутой подъем. Тут в дело пошли деревянные заостренные палки, а на обувь селяне надели металлические штуковины, чтобы меньше скользить. Мелодия сразу же поняла, что на такие высокие горы опасно забираться – камни обледенели, и даже на больших и неровных камнях можно было соскользнуть в пропасть. Но фее один из мужчин одолжил железный крюк на сапог, и с его помощью ей удавалось прочно стоять на камнях. Она заметила, что собаки тоже притормозили, и теперь Луна одиноко шла впереди, ловко карабкаясь по камням. Через некоторое время они вышли на тропу, почти пологую. Все тут же разошлись в стороны, искать пещеру, и после часа поисков, уже в сумерках, нашли ее. Все уже к этому времени очень устали, поэтому опустились на каменный пол, отдыхая. Немного пожевали мяса, и улеглись, мгновенно уснув. Завтра с утра они продолжили забираться в гору. Солнце уже было высоко в небе, когда они увидели нескольких горных козлов. Луна тут же помчалась за ними, чуть поодаль от нее бежали собаки, а охотники натянули луки и начали стрелять. Удалось попасть только двум мужчинам – козлы успели отбежать на приличное расстояние и теперь увеличивали его, ловко прыгая с уступа на уступ. Мужчины, разделив убитых козлов так, чтобы удобно было нести, решили разбиться на три группы, в каждой – по 7 человек, не считая Мелодию. Одна группа пошла вслед за козлами, вторая продолжила путь по тропе, а третья, где оказалась Мелодия, пошла в обход горы, рассчитывая зажать козлов в клещи. Обходить гору пришлось долго – тропы не было, и почти весь путь они карабкались вверх. Но к радости мужчин, они пошли здесь не зря – за поворотом они увидели горного козла, и тут же две стрелы попали ему в бок. Те, кто попал в него, остались освежевывать козла, а Мелодия и остальные мужчины пошли дальше. Снова пришлось взбираться вверх, и вскоре они заметили на горной гряде выше них еще троих козлов. Место для стрельбы было неудобное, мешал уступ, поэтому пришлось осторожно идти дальше, и надеяться, что козлы не убегут. Они перепрыгивали с камня на камень, но не быстро, и все еще оставались в зоне полета стрелы. Наконец, одному мужчине, идущему первым, удалось выстрелить, и попасть в ближайшего козла. Остальные козлы тут же бросились бежать, а мужчины не стали их преследовать – двоих козлов для семерых вполне было достаточно. После дележки мяса (даже фее достался небольшой мешочек, который можно было повесить за спину), они пошли обратно к месту, где разделились – так условились заранее. Шли еще дольше, чем до этого – теперь мешал груз за спиной. А когда добрались до места, увидели первую группу, и Луна тут же подбежала к фее, обнюхивая ее – словно проверяла, в порядке ли она. Собаки радостно бегали возле мужчин, да и мужчины улыбались – смогли убить пятерых козлов, и двое были на счету Луны. Пока мужчины рассказывали, как собаки догоняли легко раненного козла, а в это время Луна лакомилась мясом своей добычи, подоспели мужчины из второй группы. Им повезло меньше всех, всего одного козла они смогли убить. Всего получалось восемь убитых козлов – хорошая добыча, радостно говорили мужчины. Мясо перераспределили снова, только Мелодии не дали больше. - Теперь пойдем обратно в селение,- произнес Куэрто довольным тоном,- будем огибать самую высокую гору в окрестностях – на ее вершине мужчины, убившие козлов, благодарят звезды за удачу и щедрость. Твой барс помог нам, поэтому ты тоже можешь пойти. И поблагодарить за охоту того, кому направляешь свои молитвы. Фея, подумав о Викториане, чуть не прыснула – было бы забавно поблагодарить его за охоту. Это ведь помощь людям, а он говорил, что ей не стоит им помогать… - Выйдем еще ночью, чтобы проводить звезды, и встретить восход солнца,- продолжал Куэрто,- так что, будь готова. Мелодия тут же забыла о Викториане – перспектива встретить восход солнца на вершине высокой горы была захватывающей и волнующей. Наверняка, это очень красиво… Они начали обратный путь, и шли до вечера – пока не увидели каменный карниз, подходящий для того, чтобы укрыть их от ветра и снега. Только начало вечереть, но все так устали, что почти сразу заснули. Фее показалось, что она спала несколько мгновений – оттого не хотела открывать глаза, почувствовав, что чья-то рука тормошит ее. Но человек не оставлял своих попыток разбудить Мелодию, поэтому она поневоле открыла глаза и села. - Пора идти,- произнес едва различимый в темноте силуэт Куэрто,- все уже готовы. Фея поспешно вскочила на ноги, и увидела сидящую рядом Луну. Они присоединились к мужчинам, идущим по тропе, и каждый нес немного мяса от убитого зверя, и фея тоже. Сначала идти было легко, но потом тропа завернула на гору, и началось восхождение. В темноте лезть по скалам было очень тяжело, и ободряли только силуэты карабкающихся впереди парней, и облик Луны. Забираясь все выше, Мелодия вдруг почувствовала, что становится труднее дышать. Кто-то из мужчин сказал, что уже недалеко, а вокруг начало постепенно светлеть. Теперь взбираться стало легче, и вскоре фея вслед за другими забралась на вершину горы, и, встав у края, опасливо заглянула вниз. Туман, скрывающий землю, лежал вокруг плотным одеялом, а небо над их головами переходило из темно-синего цвета в бледно-голубой. Мужчины достали куски мяса, и, положив на снег, начали негромкое обращение к звездам, и солнцу. Мелодия не слишком прислушивалась – ее все больше захватывал наступающий рассвет. Кромка неба напротив нее начала алеть, и вдруг выплыло солнце, красное, осветив лучами все вокруг. И теперь, сквозь клочья тумана, можно было увидеть далекую землю, и другие горы вокруг. Снег начал сверкать, и фея поспешно зажмурилась, чувствуя, как из глаз текут слезы. Мужчины все продолжали свой ритуал, а вскоре фея с удивлением увидела среди сугробов костерок, на котором охотники поджаривали свои кусочки мяса. - Мы съедим их тут же, чтобы показать звездам, что убитые козлы будут кормить нас дальше,- объяснил Куэрто (он тоже убил одного козла),- а Луна съест свою добычу сырой, как обычно. Присоединишься к ритуалу? Мелодия кивнула. И, зажарив свой кусочек мяса, с аппетитом его съела (А Луна приканчивала свою порцию, довольно большую). Закончив ритуал, они все еще некоторое время постояли на вершине горы, глядя, как солнце рассеивает туман вокруг гор. А фея вдруг подумала о том, каким восход солнца видит Луна. Спускаться было теперь, когда каждый камень и сугроб освещался, очень легко, и вскоре они шли по тропе к остальным, что ожидали их. Всем не терпелось дойти до селения, поэтому рассказ о восхождении и ритуале оставили на потом. Идти было очень легко, почти все время он спускались с горы, и иногда даже бежали, а то и ехали по гладким склонам. Время в пути проходило незаметно, и уже на следующее утро они подошли к селению. Женщины и дети тут же выбежали навстречу, радуясь приходу охотников и принесенной ими добыче. Мужчины разделили мясо на более мелкие куски, а после женщины занялись им, принялись нанизывать на специальные толстые нитки, чтобы вялить его в хижинах. Пока они этим занимались, мужчины начали рассказ об охоте. Мелодия подключилась к женщинам, сделала свою гирлянду с кусочками мяса (ей предстояло забрать это мясо с собой, и про Луну не забыть). И заодно поделилась своими впечатлениями об охоте и Ритуале Благодарения после нее. Этот день она провела в селении. А назавтра, с рассветом, попрощавшись с гостеприимными хозяевами, направилась к лесу, что виднелся внизу. За спиной у нее висел объемный мешок с мясом, для нее и Луны (мясо для себя она не досушила, планировала сделать это во время одного из привалов). Барс резво бежал чуть впереди, явно радуясь тому, что они снова в пути: тропка бежала с горы, идти было очень легко и ему, и фее. Погода была ясная, и в хорошем настроении, Мелодия шла вперед до самого заката. Для ночлега она нашла пещерку в нижней части последней горы, что была у феи на пути, и даже смогла развести костер (научилась этому у охотников, они же и дали ей специальные палочки для этого), чтобы подсушить мясо, и отдать Луне часть ее добычи. И спалось у костра намного теплее и уютнее. Утром они продолжили спускаться к лесу, а в сам лес вступили днем, под хороводом снежинок. Здесь было снега по колено, и Мелодия продвигалась медленно, а вот Луна шла легко, точно по камням, и забегала вперед, чтобы поохотиться. Одну ее добычу она показала фее – это был заяц, белый, как снег кругом. Вскоре, однако, от него не осталось ничего, кроме нескольких пятен крови на снегу, которые фея быстро миновала, продолжив путь. Сама Мелодия ела мало – мясо ей уже приелось. И когда она под вечер наткнулась на дерево с ярко-красными ягодами рябины, то очень обрадовалась, и, сорвав пригоршню ягодок, сбрызнула их соком все оставшееся мясо, чтобы придать ему кисло-сладкий вкус. Для ночлега она сделала себе домик в снегу – прорыла яму в большом сугробе, и легла в этой яме. Луне, конечно, здесь не поместилась, поэтому спала снаружи. Ночью Мелодия поняла, что в лесу есть хищные звери – ее разбудили грозный рык, звучащий вместе с шипением и мяуканьем Луны. Видимо, между ней и каким-то хищником шла борьба, но вскоре она закончилась, и все стихло. Подумав о том, что было бы с ней, если она оказалась в этом лесу без Луны, фея порадовалась своему везению, и быстро уснула. Медленно, в путешествии по заснеженной тайге, проходили дни. Запас мяса у Мелодии постепенно закончился, чему она больше обрадовалась, чем огорчилась – настолько оно ей надоело. И теперь питалась орехами, которые находила под снегом и в дуплах, и редкими ягодами (они ей особенно нравились, сладкие от мороза). А Луна, как обычно, охотилась на зверей, которых могла поймать. Как-то они, выйдя на небольшую поляну, наткнулись на убитого оленя – его только начала есть рысь. Луна тут же начала драться с рысью, а Мелодия поспешно спряталась за деревьями, настолько страшна была битва двух хищников: звучало их яростное рычание, шипение, летели клочья меха и снег вскоре окрасился кровью. Вскоре рысь, раненая барсом (он укусил ее за переднюю лапу), начала отступать к деревьям, за которыми и скрылась, потерпев поражение. А Луна, потеряв только часть своего густого меха, принялась за оленя, жадно поедая его мясо. Она смогла съесть только половину оставшейся туши, остальное Мелодия разделала, воспользовавшись острыми костями, и, оставшись на этой поляне до следующего утра, разрыла снег до земли, развела костер, и подсушила мясо над огнем. Она оставила его до утра, улегшись спать под снегом, а Луна сторожила мясо, и ела кусок сырого мяса, что предусмотрительно оставила ей фея. Так у Мелодии снова появилось в меню мясо, по которому она даже успела соскучиться за пару дней на орехах и ягодах. Впрочем, она и Луне его давала, так много его осталось. За дни пути по лесу они ни разу не видели людей – видимо, места были совсем глухие. Иногда они видели следы медведя, чаще – следы волков, но самих хищников, к счастью, не встречали. Тайга все тянулась, день за днем, и фея, вспоминая ее размеры, что видела, находясь на горе, думала, что еще неделю по лесу идти придется. Погода была хорошая, и даже когда случались метели, в чаще леса шел только небольшой снег, а ветер вообще не долетал, из-за плотно сомкнутых крон деревьев. Пару раз Мелодии пришлось ночевать прямо на снегу, слишком мало снега было, чтобы сделать снежный дом, и она немного подмерзала. Через несколько дней фея заметила, что лес уже не такой густой, ветер свободно гуляет меж деревьев, а снега под ногами стало больше. Видимо, тайга закончилась, и начался обычный сосновый лес. И снова Мелодия могла ночевать под снегом, в тепле, да и Луна так могла защитить ее лучше, если вдруг появятся хищники. В один из ветреных дней фея вдруг обнаружила, что лес закончился, а впереди виднеются домики какого-то селения. Этот вид порадовал ее – она уже давно хотела вновь повстречать людей, да и пожить на одном месте для разнообразия было хорошо. Поэтому Мелодия пошла вперед быстрее, чем раньше, и вскоре поравнялась с первым домом. Ее и барса встретили пустые улицы, что при довольно теплой погоде было очень странно. Собаки не лаяли на них, лежа в снегу, из труб домов не шел дым. Стояла почти полная тишина, только ветер где-то раскачивал деревья. Что же не так с этой деревней? Проходя мимо очередного дома, Мелодия увидела лежащего на снегу человека. Она только направилась к нему, как налетевший вдруг ветер сбросил с его лица ткань, и фея с ужасом увидела, что лицо человека было покрыто странного вида ранами, желтыми и большими, а глаза уставились в одну точку. А запах от него, что почувствовала вдруг Мелодия, заставил ее отшатнуться подальше – так мог пахнуть только труп. Этот человек умер от какой-то болезни, что убила и других жителей деревни, даже собак… Осознав, что они зашли в деревню, где распространилась смертельная болезнь, фея стремглав бросилась прочь, вместе с Луной. Наконец, они выбежали за деревянную ограду, и, добежав до леса, что был в некотором отдалении, остановились, переводя дух. Мелодии казалось, что она еще чувствует неприятный запах разлагающейся плоти, и она поспешно сорвала несколько хвоинок с маленькой елочки, и, растерев их в пальцах, вдохнула их запах. Вместе с вонью ушел страх и чувство близости смерти, и фея порадовалась тому, что они так быстро покинули эту деревню. Теперь ей не хотелось снова заходить в какую-то деревню, и встречать людей, хотелось идти и дальше вместе с Луной. И снова потянулись дни странствий. Лес вскоре перешел в широкую степь, иногда встречались пригорки, а через три дня после деревни им попалось большое озеро. Его Мелодия старательно обошла – не рискнула идти по льду, очень скользкому, хоть и прочному. На пятый день после деревни они снова шли по лесу, и голые ветви лиственных деревьев простирались над феей и барсом. Мелодия думала начать искать орехи (запас мяса кончился вчера), как заметила странность в поведении Луны – она начала отставать от нее, хотя раньше всегда шла наравне или впереди. Присев рядом с барсом, фея посмотрела ему в глаза, и увидела, что они стали какими-то мутными. Объяснения всему этому не было, и Мелодия решила просто понаблюдать за Луной, как она будет вести себя дальше. Весь день барс шел рядом с ней. А вечером, когда наступало время Мелодии устраиваться на ночлег, а ему – охотиться, он не ушел, а лег рядом со снежным домиком феи. Это еще больше встревожило Мелодию, и наутро она решила его осмотреть, вдруг он получил рану, которая до сих пор не зажила. Но едва она прикоснулась к барсу, он оскалился и зарычал, и фея поспешно отошла на два шага, недоумевая. Она хотела идти дальше, но Луна легла на снег, и не хотела следовать за ней. Поэтому фея провела на этом месте, среди деревьев, еще один день. Проснулась на следующее утро она, слыша мяуканье Луны. Сначала Мелодия подумала, что барс дерется с каким-то хищником, но вскоре поняла, что слышит только мяуканье, и больше ничего. Поэтому поспешно вылезла из домика, посмотреть, что встревожило Луну. И замерла на месте от потрясения – на шерстке Луны в нескольких местах виднелась кровь, словно ее кто-то поранил. Но ведь она ни с кем не дралась уже больше недели! А Луна продолжала жалобно мяукать, отчего Мелодии хотелось плакать. Что же с ней произошло? Неожиданно фея вспомнила о деревне и болезни, что там распространилась. Неужели Луна заразилась ею? И теперь умрет?! Мяуканье Луны стало еще пронзительнее, прервав мысли феи. Она очень хотела помочь как-то барсу, но понимала, что ничего не сделает. И оставалось только смотреть, как мучается ее друг, как кровь, текшая из новых ран, окрашивает снег вокруг него. От осознания своей беспомощности Мелодия горько заплакала, умоляя барса не умирать. Она очень хотела, чтобы Луна выжила, но стоило ей взглянуть на барса, и становилось ясно, что ее надежды напрасны. Уже в сумерках Луна начала яростно рычать, кусать сама себя за лапы и тело в тех местах, до которых могла достать. Не в силах видеть все это, фея отвернулась, зажала уши руками, и горько плакала от жалости и боли. Ну почему она здесь бессильна? Почему вынуждена смотреть, как умирает ее единственный друг?! Она плакала долго, а когда успокоилась, то поняла, что наступила тишина. Обернулась, и обмерла от ужаса, увидев Луну – она застыла, пытаясь укусить себя за бок, с раскрытой пастью, ее лапы были все искусаны, а под ней растекалась лужа крови. Глаза, широко открытые, с большими зрачками, смотрели в одну точку, и Мелодия поняла, что ее друг умер. Умер, а она даже не видела, как это произошло…. Не попрощалась с ним… Закрыв лицо руками, фея глухо зарыдала, оплакивая Луну, горюя по тому, что снова осталась одна. Они же просто прошли через ту деревню…. Неужели неизвестная болезнь была так опасна? Тогда почему она сама еще жива и здорова? Может, и она уже заразилась, и скоро тоже умрет? Но эта мысль не волновала ее – боль и горечь от смерти Луны усилилась вновь, и слезы полились с удвоенной силой. Они все текли и текли, очень долго, а когда Мелодия смогла успокоиться, то повалилась на снег, забывшись сном… Разбудил ее запах разлагающейся плоти, исходящий от Луны. Поспешно поднявшись на ноги, фея увидела, как ее мертвого друга уже клюют несколько ворон. Прогнав их, Мелодия решила похоронить барса, чтобы его никто не съел, и начала разрывать снег в том месте, где ночевала. Получилась очень большая яма, в нее фея перетащила тело Луны, а сверху прикрыла несколькими лапами ели, чтобы отбить запах гнили. И уже после начала засыпать Луну снегом, вспоминая все пережитое с ней: как Луна нашла ее, еще детенышем, Ритуал Слияния, прогулки по пещерам, охоту. Как вместе они ушли из долины, боролись против генерала и его воинов, как Луна везла ее, обессиленную, к воде и лесу, и как они вместе путешествовали по горам и тайге. Они были вместе очень долго, и Мелодия не знала, что делать дальше, как жить одной. Боль вернулась вновь, и Мелодия тихо плакала, а потом, успокоившись, сформировала холмик, на который положила еще несколько еловых лап. Но уйти прочь не смогла, села на снег рядом, глядя на зеленый бугорок, благоухающий хвоей, думая о барсе. Она забыла о том, что нужно идти дальше, забыла о том, что цель еще не достигнута – боль перекрыла все эмоции и стремления, и уже ничего не хотелось. Она обнаружила, что теребит выбившийся из-за ворота куртки амулет из зубов медведя, и, сорвав его с шеи, положила возле могилки Луны, в память и благодарность ей. Фея сидела так очень долго, и в какой-то момент поняла, что начала замерзать. Ей нужно было идти дальше, хотя бы для того, чтобы не замерзнуть. Поэтому Мелодия поднялась и, долгим взглядом пронзив холмик, под которым лежала Луна, едва нашла в себе силы отвернуться от него, словно Луна еще была жива, и нуждалась в ее помощи. Похожие чувства фея испытывала, когда уходила из долины, очень хотела вернуться, но знала, что не может. Вновь вспомнила о Рамине, но теперь не чувствовала той, давней, боли – горечь от потери Луны была сильнее прошлых эмоций. Она думала об этом, почти не осознавая, куда именно идет, и иногда чуть не налетала на стволы деревьев. Вскоре лес закончился, потянулся луг, но фея едва заметила это, почти не видя ничего вокруг, только поляна с могилкой барса была перед ее глазами. Так луг закончился, снова потянулся лес, а Мелодия видела только могилку. Из-за этого она свалилась в неглубокий овраг, чудом не сломав себе руки и ноги, и долго выбиралась из него, обращая уже больше внимания на действительность. Выбравшись из оврага, она продолжила путь, думая, что еще не устала, и рано останавливаться. Пока она шла, боль, владеющая ее душой, заменилась апатией. Мелодия уже не знала, зачем идет вперед, и, осознав это, остановилась, улегшись на снег. Ветер нес с собой вереницу снежинок, укрывая ее пуховой периной, а она лежала, смотря в одну точку, и не ощущала в душе никаких чувств… Фея не знала, как уснула, но разбудил ее какой-то звук. Открыв глаза, Мелодия увидела старца, очень легко одетого - в штаны, рубаху, и обувь наподобие лаптей. Старец был абсолютно лыс, зато седая борода доходила до середины груди. - Ты странствуешь одна?- поинтересовался он ровным голосом,- ночуешь на снегу, а не в его толще? Так проще замерзнуть насмерть. Мелодия присела, обнаружив, что на нее намело порядочно снега. - Я не захотела делать снежный дом,- отозвалась она, поднявшись на ноги, и отряхиваясь. А после направилась вперед. - Куда идешь?- догнал ее голос старца. - Вперед,- произнесла фея, обернувшись,- как и всегда. - А зачем? - Потому что это все, что у меня осталось. - И ты не знаешь, что будет ждать тебя в конце пути? - Нет. - И нет цели, к которой ты идешь? - Была. Но это уже не важно. Мелодия отвечала таким же ровным тоном, как и старик. Но по его голосу чувствовалось, что в нем есть сила и энергия, а ее голос звучал безжизненно. - Идем,- властно сказал старец, направившись влево. - Зачем?- спросила Мелодия, не собираясь просто так следовать за незнакомцем. У нее не осталось чувства страха, просто сказывалась привычка. - Будем тебя лечить. Но сначала ты расскажешь, что произошло. Его голос говорил о том, что выбора нет. Фея подчинилась, и пошла за старцем, то и дело, проваливаясь в снег. А вокруг уже опускались сумерки, делая стволы деревьев еще темнее. После недолгого марша по лесу, они дошли до хижины из веток, небольшой. Внутри было прохладно, на земле лежала только травяная подстилка. Мелодия села на нее рядом со старцем, скрестившим ноги. - Рассказывай,- сказал старик, пристально глянув на фею,- что произошло, отчего ты потеряла цель, стала как мертвая. Мелодия сказала, что подружилась с барсом, и вместе они проделали долгий путь. Как они прошли через деревню, где распространилась смертельная болезнь, и о событиях после. Говоря о предсмертных мучениях Луны, фея ощутила, что боль вернулась, но плакать она не стала – видимо боль, все же, успела притупиться. - Смерть близкого существа – всегда тяжелый момент в жизни,- произнес старец, когда она закончила говорить,- но с этим нужно смириться. И научиться смотреть на это иначе, не как на потерю. Конечно, от моих слов тебе этого не понять, поэтому будешь жить здесь, пока не научишься этому. Мелодия хотела возразить, но поняла, что ей все равно, и согласилась…