слабость

«Все напрасно. это не имеет смысла. я глупая. я ненавижу…» в давящей в ребра тишине треск сломавшегося грифеля заставил меня проснуться от мыслей. я не смогла дописать свои чувства, мои глаза были переполнены слезами, и вслед за треском карандаша я услышала звук бьющихся о страницы тетради соленых капель. снова щемит где-то в груди, голова раскалывается, в ушах звон, тело дрожит и чтобы я не делала, оно меня пожирает. _ сугробы снега сильно отражали дневной свет, и мои глаза слезились от яркости, холода и перманентной боли, наверное. я все думаю о нем, но это глупо. сконцентрировавшись на ходьбе, чтобы не упасть (снежные дороги сильно заледенели, а мои сапоги жутко скользят), я не заметила, как дошла до середины улицы. знакомый дом, покоившийся среди голых кустарников, деревьев и огромных булыжников снега, который никто не посещал лет, наверное, десять, я вижу каждый день по дороге домой. вспомнила, как заходила туда с друзьями в детстве. в памяти осталось лишь зеркало, висевшее в коридоре в залу. _ я привыкла к шуму в классе, в котором ничего толком не слышно. признаюсь, мне даже приятно, ведь в такой обстановке мысли не успевают бомбардировать мой разум. - «только бы я его не встретила… или, наоборот, вот бы он был сегодня в школе!» все бестолку. он в школе. вот, идет навстречу. поймала его взгляд. глаз толком не видно из-под челки, но они большие и самые томящие на свете. время замедляется. по телу пробегает дрожь, как когда слышишь свою фамилию на уроке, или как когда вот-вот случится неизбежное, но только раз в 10 сильнее. приподнимаю руку, легко рассекая воздух вокруг, в знак приветствия. получив взаимный жест от него, иду дальше. могу обернуться, иногда — он просто идет дальше. ему явно плевать. а может, даже раздражен. «господи, когда она перестанет мне махать». дальше — еще максимум час дрожи в руках, ногах и переодическое поекивание сердца. неприятно, но все равно это стоит того, чтобы увидеть его милую мордашку раз в день на три секундочки. _ после школы сил совсем нет. таблетка от головы не помогла. сигарета — нет. пока курила — вспомнила. последнюю затяжку сделала в апреле, в день своего рождения. дальше — четыре месяца без мысли о курении. октябрь. наша с ним прогулка, я начинаю влюбляться и самая счастливая, его уход, моё желание курить, а потом и новая зависимость. пустота. я поела. нет сил, нет чувств, помимо тревоги и пустоты. и усталости. падаю в кровать, рядом — тумба со всяким дерьмом. канцелярский нож. я бы порезала себя, если бы это не перестало помогать месяц назад. пытаюсь найти новое спасение, но пока безуспешно. в руках телефон, в наушниках что-то совсем тяжелое, наверное блэк метал, который я нашла в его плейлисте, и выученные движения: ввод пароля, зайти в вк, листать вниз, найти его в диалогах, зайти, перечитать, зайти на страничку, прочекать всё еще триллион раз и снова плакать. а потом сначала. _ я на него зла. но я в него влюблена. если бы я решилась. слушайте, как бы это было. в моей комнате чисто. дома, конечно, никого. на полу несколько куч вещей с бумажками «сестре», «родителям и брату», «подруге». я надела самое красивое, что у меня есть. в сумке — ножи (несколько, потому что кухонные, и скорее всего туповаты, хотя я пыталась их наточить), пачка сигарет, телефон и веревка. выхожу из дома. - я стою. волнуюсь, но так свободно и приятно на душе. сегодня все закончится. у того заброшенного дома, курю сигарету. подъехала машина. он вышел, и я его крепко обняла. очень крепко. тут я все осознала. я его слишком люблю. не смогу сделать задуманное. но пути назад нет. — ээ, привет… — он это сказал, потому что слишком долго мы так стоим. отпустила. правда, долго — прости. — взгляд потупился вниз. само происходит. — в общем, мне нужно в заброшку. никто не согласился, а тебя не спрашивала. но раз уж ты приехал, зайдем? — давай. — он пошел вслед за мной. — ты говорила, что не куришь. — мы шли по глубокому рыхлому снегу сквозь густые колючие кусты. — не курила. до встречи с тобой. — я шла немного вперед, не желая видеть его взгляд сейчас. — можно и мне? — он это сказал. так безразлично и холодно. ему наплевать, что он — причина моей и своей гибели. я остановилась. достала пачку. открыла, вытащила сигарету, спички и дала ему, в ожидании, пока он закурит и мы пойдем дальше. мы зашли. воняло приятной сыростью. окна быти выбиты, каркас дома был перекошен чуть влево, и казалось, он вот-вот рухнет. смелости становилось все меньше. в моей голове все перемешалось. вот почему я сделала все иначе. вдох. — слушай. мне нужно было не в заброшку, мне нужен был предлог для встречи с тобой. — я сняла рюкзак, открыла его и вывалила содержимое на скрипучий пол из гнивших досок. — я сейчас кое-что скажу. пожалуйста, не пугайся. я ничего не сделаю, правда. если ты не начнешь убегать. в общем, по моему плану, сегодня в заброшенном дома на этой улице должны были быть найденными мёртвыми два подростка. я все продумала. веревка — привязать, нож — вспороть живот тебе, потом, окрававленный твоими внутренностями нож я бы воткнула в себя — было бы наслаждение… — его взгляд, полный непонимания и страха, кое-что мне напомнил. — ЧЕРТ! точно, самое важное забыла! с чего я все это затеяла. я в тебя влюблена. но ты сам виноват, ты дал мне ложные надежды. моя вина лишь в моей наивности и глупости. — я заметила его попытку возразить, или, может закричать, неважно — он хотел что-то сказать. — нет, сейчас ты не можешь что-то мне говорить, даже если вдруг это взаимно, ничего не выйдет. у меня психические отклонения, как видишь. — я аккуратно и медленно присела, чтобы не спугнуть котенка и сняла куртку на пол. затем свитер. — я сделаю глупые вещи, раз уж все равно наговорила многое. — его взгляд опустился на мои ляжки. они были в шрамах и свежих глубоких порезах. — чутье подсказывает, ты тоже таким балуешься. нет? да? все равно. я поняла, я не смогу этого сделать. — я раскололась. теперь я сидела вся в слезах и тихо всхлипывала. он испугался, наверное, растерялся и наконец его разморозили мои слезы. как только он сделает шаг, я резко подниму голову и возьму нож, чтобы он, испугавшись, отошел. всё произошло в один миг. я ничего не слышу и не вижу. но я осознаю. нож пронзил мне живот, и пока у меня осталась горстка сил, я его вытащила, вроде бы, так крови выльется больше и быстрее. темнота. я только услышала звон упавшего ножа, грохот моего тела и скрип половиц. конец. я не знаю, что будет дальше. я мертва.