|Nothing Special| |Ничего особенного|

Машина Эндрю уже стояла на подъездной дорожке, когда Нил подошел к дому. Когда он позвал Эндрю, тот не ответил. Нил закрыл за собой дверь, а затем услышал, как наверху лестницы загудела и зашипела стиральная машина. Он поставил пакеты с продуктами, которые купил по дороге домой, на скамейку в прихожей, вылез из туфель и поставил их на полочку рядом с ботинками Эндрю. Он успел вымыть последнюю тарелку в раковине, когда Эндрю наконец спустился вниз, завернутый в одеяло, которое Нил не забыл постирать этим утром. Он улыбнулся ему через плечо, незаметно вглядываясь в мешки под глазами, вслушиваясь в тяжесть его шагов. Нил вытер руки и повернулся к нему, а Эндрю наклонил голову вперед, чтобы Нил поцеловал его в волосы. Затем Эндрю, не произнося ни слова, отвернулся, но далеко не ушел. Обернув одеяло вокруг плеч, он пнул ногой один из кухонных стульев и повернул его так, чтобы сесть лицом к Нилу. Сев на стул, он прижал колени к груди, накрывая ноги, и положил на них подбородок. Нил порылся в одном из пакетов, которые он оставил на столе, пока не нашел королевского размера пачку конфет «Reese». Он протянул ее, подойдя к Эндрю. Пустое выражение лица Миньярда не изменилось, однако он поднял голову. Нил старался не улыбаться, пока снимал фантик и вытаскивал первую конфету. Эндрю открыл рот, чтобы Нил мог положить еду ему на язык, затем опустил голову обратно на колени и стал жевать. Нил знал, что лучше не делать изо дня рождения Эндрю большое событие. Мэтт предложил Нилу устроить двойное свидание с ним и Дэн, о каком-нибудь модном ресторане и выпивке после, но Нил отложил его до следующей недели. Они с Эндрю никогда не устраивали на день рождение Миньярда ничего особенного, и Нил не собирался менять такой расклад. Однако это не означало, что он не будет ничего делать. Нил вернулся к ингредиентам, которые купил в магазине. До того, как он пришел домой и увидел Эндрю, он думал, что они могли бы что-то приготовить вместе. Видимо, сегодня это не войдет в их план. Он посмотрел на Эндрю. — Ты будешь фетучине с курицей, сквошем и цуккини, если я его приготовлю? Эндрю ничего не ответил, но слегка склонил голову набок, и Нил смог легко прочитать выражение его лица: «Думаешь, сможешь?» — Я буду осторожен, — сказал Нил. На самом деле, Нил не был хорошим поваром. Он почти никогда не готовил блюда сложнее замороженной пиццы или спагетти с консервированным соусом, а все более сложное обычно считалось «готовым», когда он уставал возиться с ним. Эндрю с минуту смотрел на него, а затем пожал плечами. В этом жесте было больше энтузиазма, чем Нил ожидал. Он начал разговаривать, попутно взявшись за нарезку овощей. Уже на третьем рассказе о своем коллеге, который каждую неделю делился новыми заговорами против человечества, Эндрю наконец заговорил, чтобы поправить его в теории о следах выхлопных газов от самолетов. — Это барий, а не литий, — его голос был хриплым от непривычки. — Что это? — Тяжелый металл, который якобы содержится в химиотрассах (1). Нил рассмеялся. — Не могу дождаться, когда скажу Джейсону, что он даже не знает своих выдуманных фактов. Он наклонил разделочную доску, чтобы Эндрю мог увидеть проделанную работу. — Достаточно мелко? Эндрю снова поднял голову и осмотрел цуккини. Его глаза сузились. Нил положил разделочную доску на место и взялся за нож, аккуратно срезая кусочки, пока они не стали примерно одинакового размера. Он поднял бровь, глядя на Эндрю, который кивнул, а затем бросил их в кастрюлю на плите. В то время как курица шипела, Эндрю в своем одеяле-буррито подошел к плите и заглянул Нилу через плечо. Он мгновение молча смотрел, затем кивнул, уткнувшись подбородком в плечо Нила, и после вернулся на свое место. Пока Эндрю ел вторую конфету «Reese», а соус варился, Нил подобрал валик для ворса и пошел к дивану. Он еще много лет назад, когда они только завели кошек, смирился с тем, что будет постоянно покрыт шерстью, но Эндрю все равно был к этому неравнодушен. Нил как раз закончил убирать нежелательную почту с журнального столика, когда Эндрю позвал его из кухни. — Думаю, соус готов, кролик. Нил бросился к плите и снял сковороду с огня. Он взглянул на Эндрю, который все еще был завернут в одеяло, тщательно поедая очередную конфету «Reese» и не обращая внимания на то, что соус Альфредо почти приготовился. Каким-то чудом все было готово примерно в одно и то же время. Нил разложил все на две тарелки и отнес их в гостиную. Он почти поставил их на стол, но потом вспомнил, что нужно положить что-нибудь для защиты дерева. Он развернулся, но Эндрю уже стоял там, с двумя подставками в руках. Миньярд устроился на диване, пока Нил просматривал Netflix. — Хочешь посмотреть что-нибудь конкретное? — Нет. Нил задумался. Он не хотел включать что-то новое или что-то слишком напряженное, или что-то слишком сопливое. — «Милые обманщицы»? — Эндрю смотрел каждую серию по меньшей мере три раза, что означало, он может даже заснуть под нее, если захочет. — Давай. Они ели и смотрели, не разговаривая. Нил перестал пытаться понять сюжет и персонажей этого сериала и знал, что лучше потом попросить Эндрю объяснить, что вообще происходит. Они просмотрели три серии, прежде чем Эндрю не натянул одеяло на плечи и не сполз вниз, словно пытаясь впитаться в диванные подушки. — Хочешь прилечь? — спросил Нил. Эндрю уставился на экран и не ответил. — Я могу прикоснуться к твоим волосам? — попытался Нил снова. Эндрю вздохнул и, сдвинув одеяло, повернулся так, чтобы свернуться калачиком рядом с Нилом. — Подожди, — сказал Нил. Он встал, взял их тарелки со стола и отнес их на кухню. Он ополоснул их, убедившись, что все останки еды отлипли, и поставил их в посудомоечную машину. Он вернулся к дивану, где его ждал Эндрю, уютно устроившись в своем одеяле. Нил хотел было сказать, что он похож на поросенка в одеяле, в которого Эндрю и нарядился на Хэллоуин в прошлом году, ведь для костюма ему нужно было только обернуть одеяло вокруг плеч и надеть розовые ушки, но решил оставить это на потом. Нил сел обратно, взял одну из небольших подушек с конца дивана и положил ее себе на колени. Эндрю подвинулся и положил на нее голову. Нил наклонился, чтобы обмотать одеялом ноги Эндрю, а затем вытянул свои ноги на журнальном столике, устраиваясь поудобнее. Нил почувствовал, как расслабляется, поглаживая волосы Эндрю. Это было их привычкой на протяжении многих лет. Нил не мог сосчитать, сколько раз Эндрю вот так засыпал у него на коленях. Даже когда ему не хотелось других прикосновений, он был не против такого. Зная, что Эндрю успокаивается, Нил тоже успокаивался. Он знал, что есть не так и уж много способов помочь Эндрю, когда он был в таком состоянии, но, похоже, это было что-то. Нил убавил громкость, когда заметил, что глаза Эндрю закрыты. Он продолжал двигать рукой и позволил своей голове прислониться к спинке дивана. Ему никогда не удавалось заснуть под телевизор, как Эндрю; он всегда был слишком поглощен происходящим. Иногда Миньярд говорил, что смотреть, как он на что-то смотрит, было так же увлекательно, как и само шоу. Сытная еда, негромкий шум телевизора и тепло Эндрю рядом с ним сговорились против внимания Нила, и он позволил своим глазам закрыться. Он не стал произносить слова вслух, но позволил себе подумать о них: «С днем рождения, Эндрю.»