В базе ни одного Хан Джисона

Ожидаемо, что Хван проснулся первый, он и сам рассчитывал именно на это. В планах, конечно, было встать и позаботиться о Феликсе, но тот весь извернулся за ночь, и спал теперь где-то под одеялом верхом на Хёнджине. Было слышно его сопение из-за забитого носа. Хван приподнял одеяло, думая, как ему встать, не разбудив при этом Ли, а тот, словно моль, пополз на появившийся свет, задирая хёнджинову футболку, неприятно впиваясь отросшими ногтями в кожу. А голову удобно устроил на подушке, и не подозревая, что оставляет глубокие следы бедному парню, так и не слезая с него. Опустив руку, Хван осторожно переплёл их пальцы, чтобы Феликс цеплялся за них, и отвёл в сторону, подальше от оголившейся кожи. Болезненно выдохнув, парень повернул лицо к Феликсу, и нос Ли, до этого уткнувшийся в щёку, теперь был чуть выше губ. Соблазн велик, особенно чтобы отомстить за царапины, но Хёнджин скинул парня с себя... чтобы всё равно наклониться, прижимаясь к его губам. Ну, Хван явно творил вещи и похуже, чем поцелуи спящих парней, так что на угрызения совести рассчитывать не приходится. Пальцы как-то слишком уж самовольно зарылись в чужие тёмные волосы, пока их хозяин самозабвенно изучал мягкие губы. Свободная рука скользнула по шее к щеке, поглаживая словно бархатную кожу. Интересно, что снилось в этот момент Феликсу, что он начал незаметно отвечать на поцелуй, даже дыхание затаил. Хван приоткрыл глаза и увидел, как затрепетали ресницы Ли. Парень оторвался от его губ, и теперь украдкой любовался, словно в любой момент его взгляд может быть замечен. Феликс, видимо, передумал просыпаться, глубже задышал, восстанавливая дыхание. Удивительно, но Хёнджин успел изучить кухню снизу доверху, сходить в магазин, приготовить завтрак, даже относительно прибраться, а Феликс всё спал. Видать, сильно его вчерашний день потрепал. Решив немного "отдохнуть", Хван вышел на балкон, закурив сигарету, но не прошло и двух минут, как услышал очень громкое и недовольное пыхтение, шебуршание и нытьё какое-то. Пришлось вернуться, чтобы застать Феликса, сидящего на кровати и запутавшегося в одеяле. Красный, опухший, так ещё и обиженно надулся, едва приоткрыв глаза. Особенно выделялись губы, которые, словно утёнок, вытянул парень. — И всё равно милашка, хотя выглядишь как чёрт из табакерки, — Хёнджин опустился на край кровати, любуясь этим сонным нечто. — Помог бы лучше, — пожаловался Ли, с трудом разлепив веки. В одеяле он как в смирительной рубашке. — И что мне за это будет? — Хван многозначительно дёрнул бровями, приближаясь к Феликсу, а тот на удивление только зажмурился, чуть поджимая губы. — Да что с тобой? — рассмеялся парень, хлопнув Ли по колену. — Ничего! Я тут немного застрял, вот что! — эта огромная гусеница сделала неловкую попытку встать, но лишь упала обратно, чуть не приложившись головой о спинку кровати. — Думал, что я тебя поцелую, да? Да? — на этот раз Хёнджин улёгся сверху, игриво двигая плечами. — Вот ещё. Мне тебя в кошмарах хватает, — шея устала держать голову, и Феликс откинулся на подушку, смотря в потолок. В повисшей тишине начал шуршать уже Хван, поднимая и вертя Ли в разные стороны, пока парень наконец не выкатился на кровать, освобождённый от одеяльного плена. Так залезть в пододеяльник и не вылезти обратно определённо талант. Хёнджин пялился на Феликса, он отвечал тем же, хлопая глазами. — Пойдём, бабочка, — наконец выдал Хван, схватив Ли за запястье. Притащились они на кухню, где Феликс почти что насильно был усажен за стол. — Завтрак перед работой к вашим услугам. — Ты где это всё откопал... — даже растерялся парень. Да в этой квартире за всю её историю не было столько еды одновременно. — Знаешь, у тебя тут не только забегаловка внизу есть, но и нормальный магазин за углом, — с явным осуждением в голосе сказал Хёнджин, усевшись напротив. — А ещё у меня нет времени и денег на него, — в ответ закатил глаза парень, закидывая в рот небольшое печенье. За этот месяц в больнице дедушки он уже заплатил, а вот следующий, как сказали, выйдет дороже. А как же иначе. — А почему ты даже не навещаешь дедушку, раз столько тратишь на него? — словно мысли прочитал. — Откуда- — Не забывай, что в полиции я "под прикрытием". Я знаю почти всё о тебе ещё со времён... казино, — даже не задумываясь, признал парень. — Поверь, узнать это не так-то сложно, если захотеть. А я захотел. Так что? — Мы не общаемся. Я просто отплачиваю ему за то, что он не кинул мелкого меня, — равнодушно пожал плечами Феликс, продолжая завтракать. — Что-то ещё интересует? — Каким ты был в детстве? — Хван положил подбородок на руку, опираясь ею же на стол. В воображении тут же возникла уменьшенная копия Ли, весь из себя такой нежный цветочек в костюмчике и с недовольным взглядом. — Хм... не знаю даже. Мы жили в херовом районе, даже на еду и одежду не всегда хватало, — призадумался Феликс, постукивая палочками по губам. — Частенько подворовывали у тех, кого считали плохими. Иногда мы бегали в район богатеев и играли с мелкими детьми оттуда на деньги. — Профессиональный шулер с детства? Понимаю, — протянул Хёнджин, тихо хмыкнув. Тут же на него начал давить немой взгляд Ли. — Ну... у меня было среднестатистическое детство. Детский сад, школа... но после смерти родителей всё, что у меня было забрали родственнички и "фьють" смылись, — парень провёл в воздухе линию, словно показывая, как именно смылись те люди. Тут же он усмехнулся. — И вот, пошла жизнь под откос. Меня нашла шайка Уджина и предложила отомстить, если я присоединюсь. — И ты согласился? — недоверчиво прищурился Феликс. — Посмотри где я, — развёл руками Хван. — Ну, если думать в общем, а не о том, что я сижу у тебя дома. — Догадался, спасибо, — закатил глаза Ли, возвращаясь к еде. — Поломанным людям стоит держаться вместе, не думаешь? — Ты поэтому за мной бегаешь? — совершенно спокойно поинтересовался Феликс, пока тянулся к другому концу стола за салфеткой. Они стояли возле Хвана, и тот резко схватил Ли за руку, когда она оказалась в области доступности. — Есть в тебе что-то, что меня привлекает... Но лучше забудь, по крайней мере пока, — парень отпустил чужое запястье, откидываясь на спинку. И совсем тихо добавил: — Пока не дожили. — До чего дожили? — Ли уловил в глазах напротив что-то такое, что не даёт покоя. О чём-то подобном и говорил Хван, да? — До момента... когда ты доешь! Мы опаздываем, давай быстрее, — Хёнджин за пару шагов обошёл стол, запихнув в рот Феликса большой кусок чего-то, что под руку попалось. "Чем-то" оказался кекс. — Ну фы пифдеф!— громко пробубнил Ли, размазав по щеке взбитые сливки. И снова до салфеток он не дотянулся, рука замерла прямо в воздухе, когда кожи коснулся язык Хвана, собирая сладкий крем. — Плять... Феликс закрыл глаза, активно жуя кекс, пока его лицо буквально вылизывал Хёнджин. С такими гостями и собаку можно не заводить. Ли с трудом проглотил выпечку, взглядом, полным осуждения, сверля Хвана. Тот как раз почти закончил своё увлекательное дело, что самое странное, оставив сливки на губах Феликса. Он-то думал, что они станут главным интересом парня. Какое-то странное проявление уважения личного пространства? Или что это за черт. — Как думаешь, что сейчас с тобой будет? — поинтересовался Ли, угрожающе медленно поднимаясь с пугающей улыбкой. — Тебе написать адрес кладбища? — парень попятился к стене, вдоль неё небольшими шажками двигаясь к двери. Путь преградила рука Феликса, которая резко оказалась впечатана рядом с плечом Хвана. Возможно, теперь он самую каплю сожалел о содеянном, но по крайней мере смерть будет счастливой. Ли схватил Хёнджин за загривок, наклоняя его голову. Тот уже успел мысленно попрощаться со всеми знакомыми и незнакомыми, не сразу сообразив откуда такой сильный вкус шоколада и чего-то отвратительно приторного. Поцелуй медленно набирал обороты, но стоило Хвану положить руки на талию Феликса, он отстранился, неприятно оттягивая волосы. — Раз уж начал, то и заканчивай нормально, — Ли провёл языком по нижней губе, окончательно отпуская парня. И заперся в ванной, включая воду. — Так, это у меня крыша поехала или... — Хёнджин выглянул в коридор, пялясь на дверь, за которой скрылся Феликс. — ...какой он приторный, — почмокал парень, чувствуя во рту явно дешёвый крем. Так и не избавившись от привкуса, он неторопливо начал убирать всё, что вывалил на стол в качестве завтрака. Ли из ванной практически вывалился, весь красный с мокрыми всколоченными волосами, торчащими во все стороны. Развалившийся на кровати Хван был проигнорирован, пока парень искал одежду и переодевался, словно ураган носился по комнате, хватая всё подряд. Наконец он остановился, гордо рассматривая себя в зеркале. Сзади его вдруг обвил руками Хёнджин, присоединяясь к любованию отражением. — Небольшой аксессуар. Выглядит лучше, не думаешь? — Хван чуть поднапрягся, унося Феликса от зеркала. Тот, снова оказавшись на полу уже возле двери, скептично поднял взгляд, смотря в чужие глаза. — "Небольшой" – ключевое слово, — саркастично согласился Ли, пинком доставая из-под тумбочки кроссовки. — Мы только к обеду приедем... Мог бы и разбудить. — Я пытался... вроде того, — уклончиво заявил Хёнджин, хмыкнув. И наклонился, обуваясь. — Но зато не придётся ехать на автобусе. — Ага, я видел твой мотоцикл. В следующий раз, если уж устроишь слежку, не ставь его под окнами, — усмехнулся Феликс, похлопывая согнувшегося парня по спине. Вот как всё-таки он его заметил вечером. — Дверь закрыть не забудь, ключи на тумбочке. И Ли просто вышел из квартиры, насвистывая что-то под нос. Слишком наиграно он изображал хорошее настроение. Хван парня только у мотоцикла и догнал, когда тот удобно устроился верхом, держась за руль. Даже по сравнению с Хёнджином байк выглядит массивно, так что и Феликс на его фоне очень уж мелкий. Хван кинул ему ключи от квартиры, сгоняя со своего места. К участку они подъехали вовремя, почти одновременно с машиной Минхо. Ли обошёл автомобиль, с улыбкой помогая выбраться и Джисону. Хёнджин смотрел на эту тошнотворно милую парочку показательно изображая рвотные позывы, пока Феликс стучал по его спине, не выдерживая переизбытка чувств. — Какие вы приторные, — поделился Хван, подходя к парням. Уши обоих стремительно покраснели, а на лицах появились смущённые улыбки. Точнее, что творилось на лице Джисона оставалось только гадать из-за маски, но Хёнджин знает его слишком хорошо. — Придётся немного подождать, думаю. Вы сами всё поймёте, я не могу сказать, извиняйте, — заранее примирительно вскинул руки парень. — То есть ты даже не намекнёшь, — заключил Минхо, закатывая глаза — Давайте хоть в участке посидим. — Какой там раз ты "чудесным образом" выздоравливаешь настолько, чтобы заявиться сюда, но не достаточно, чтобы работать? — явно саркастично поинтересовался Джисон, наигранно постукивая пальцем по подбородку. Хван только улыбнулся, видя заметные перемены в друге. В лучшую сторону. Это в большой степени заслуга Минхо, надо будет отблагодарить его как-нибудь. Все четверо завалились в участок, провожаемые строгим взглядом Чана, и поднялись на второй этаж, рассевшись по всем горизонтальным поверхностям. Джисон удобно устроился на плече старшего, чувствуя себя очень уж неуютно в участке. В какой-то момент он вдруг в упор посмотрел на Хвана и, резко подорвавшись с места, потащил его вниз, в допросную. — Напугал, господи, — выдохнул Хёнджин, усевшись в кресле. Хан сел напротив, скрестив на груди руки, и ненадолго замолчал. — Спрашивай, давай. — Тебе нравится Феликс? — прищурился парень, наклоняясь над столом. Он заметил, как друг смотрит на Ли, как только они встретились сегодня. Даже сидя наверху, Хван всё пялился и пялился... — А ты у нас теперь в любовные гуру записался? — насмешливо наклонил голову Хёнджин, чуть щурясь. Конечно, Хан и до этого тонко чувствовал чужие эмоции: пришлось научиться, чтобы лишний раз не попадать под горячую руку. — Да, я признался хёну, — гордо вскинул подбородок парень. — А вот ты почему не молчишь? Не думаю, что ты такой тип. — Не хочу ему навредить, — решил вдруг не убегать от вопроса Хван, твёрдо смотря в глаза Джисона. — Если я умру, ему будет гораздо больнее, зная о моих чувствах. — Почему это звучит так, словно ты собираешься умереть..? — Никто не знает, когда на нас выйдут и попытаются избавиться. А раз я буду считаться предателем, мне конец, — пожал плечами Хёнджин, опуская взгляд. Оба затихли, думая о своём. — Феликсу будет больно, если ты не скажешь. А если у него тоже есть чувства? Он будет жалеть, что не успел сказать о них, — наконец подал голос Хан. — Да ладно, он только что расстался со своим недо-парнем, я тут не в тему! — на эмоциях взмахнул руками парень. — Ну, не то чтобы я не делал чего-то "не в тему", но как факт... — ...Я ничего не понял. Что ты делал? — Чисто теоретически, я целовался с ним этим утром... дважды, — Хван показал два пальца, как и Джисон уставившись на них, словно впервые видел. — Но первый раз он спал, а второй вообще сам устроил, — оправдался парень, поднимая руки. — Знаешь, думаю, он после поцелуя догадался бы, что нравится тебе, — не совсем отошёл от шока Хан, закрывая рот ладонью. — Да ладно, это твои поцелуи на вес золота, — заявил вдруг Хёнджин, заставив друга густо покраснеть. — Зная, какого Ликс обо мне мнения, ему глубоко плевать на то, сколько раз мы поцелуемся. — А тебе откуда знать? — лицо Джисона продолжало стремительно краснеть. Хотя, если присмотреться, то и уши Хвана медленно, но уверенно меняли цвет, просто под волосами не заметно. И все же для Хана такие разговоры явно не что-то привычное. Хотя раньше они обсуждали и более личные вещи, но от этого напрямую зависело здоровье парня. А теперь, когда речь шла о чём-то, касающегося влюблённого Хана, его даже такие невинные разговоры заставляли покрыться румянцем. И Хёнджин действительно рад за него. Видеть не страдания, а счастливую улыбку дороже всех денег, что он получил за свою работу. — Неоткуда, но сейчас я ни слова не скажу ему. Только когда вы оба будете в безопасности, а я останусь жив... тогда и признаюсь, — Хван дразняще щёлкнул парня по носу, удаляясь в сторону двери. — Чего сидишь? — Не сижу, идём. Хочу с хёном поговорить. Далеко они не ушли, Джисон резко остановился и прислушался, направляясь к кабинету Криса. Хван слегка растерялся, следуя за ним. Парни притаились у двери, сзади к ним незаметно подкрались Минхо и Феликс, вопросительно наклонив голову. Старший Ли приоткрыл дверь, чтобы лучше слышать, и случайно заметил, как подрагивают руки Хана. Парень сделал к нему шаг, незаметно взяв ладонь в свою. Джисон даже не заметил, полностью сосредоточившись на чём-то в кабинете, но дрожать перестал. Наверняка со стороны это выглядит подозрительно: одна парочка подслушивает разговор, другая стоит рядом и вертит головами, неловко косясь друг на друга. А потом вдруг дверь широко распахнулась, едва не ударив Джисона. Тот отшатнулся прямо в объятия Минхо, нервно выдыхая. — Подслушиваете? — устало поинтересовался Крис, поджимая губы при виде всей четвёрки. И задержался на Хане. — Минхо, ты зачем его привёл? — Хван сказал, — только пожал плечами Ли, оборачиваясь к названному. — Мы мешаем? Он просто так резко остановился, — Феликс неуверенно кивнул в сторону Джисона, сжимая низ футболки. — Не знаю, как сказать... Чанбин увольняется, — Чан глянул за спину, на одиноко стоящего посреди кабинета Со. Парень, приблизился, виновато смотря на Феликса. Наверняка заметил опухшие глаза, поджимая губы. — Мне придётся переехать, слишком я... расклеился, — Чанбин поднял глаза, вдруг пересекаясь взглядом с Джисоном. Хан вцепился в руки Минхо, вжимаясь в него так, словно надеялся, что сможет так скрыться. — Вы тут не одни, — лицо Со застыло, пока он медленно произносил слово за словом. — Да... не одни, — отстранённо согласился Ли, делая с Ханом шаг назад. — Хван, можно тебя, буквально на минуту? А потом я пойду, надо... собрать вещи, — у Хёнджина явно не было выбора, и он потащился за старшим, кивая кому-то из оставшихся парней. — Хани, что с тобой? — прямо в ухо тихо спросил Минхо, легонько поглаживая по плечу. Реакция младшего сильно взволновала его. — Хён, его голос... — Джисон поймал взгляд Феликса, виновато потупив свой. — Я уверен, что знаю его. Мы не виделись, но я слышал его много раз, все три года. Хан зажмурился, не зная, как отреагируют остальные на его слова. Всё же через несколько долгих минут тишины, осторожно приоткрыл один глаз, и взор сразу упал на Феликса. Ли поджал губы, лицо ничего не выражало. Только взгляд стал пустым и отстранённым. Ему не придётся объяснять, что имел в виду Джисон, сам понял. И, не сказав ни слова, направился к выходу, где его уже на улице перехватил Хёнджин. Он был один и, даже не глянув на остальных, схватил запястье Феликса, утаскивая куда-то. Джисон только вздохнул, уводя за собой старших. С ними говорить придётся пока ему. Парк неподалёку был идеальным местом, чтобы обсудить без лишних ушей. Мало того, что людей посреди буднего дня не так много, да и всем всё равно на то, чем кто занимается. Минхо не заметил за ними никакой слежки, но всё равно иногда настороженно оглядывался, пока Хан рассказывал, что помнит из прошлого. Крис внимательно слушал все доводы, и, казалось, был удовлетворён, даже пропал скептичный настрой касательно "способности" Джисона. Голос Чанбина действительно довольно узнаваемый, и запомнить его не так тяжело, особенно если слышать на протяжении трёх лет. Ну а его реакция только подтвердила. — Не могу поверить, что столько лет среди нас был предатель... — Крис сдавил пальцами переносицу, низко опуская голову. Даже плевать, что Со не был очень близким ему человеком, но Чан точно доверял ему, считал другом. — Ну, у него... есть какие-никакие принципы... — вдруг решил добавить Джисон, похлопывая старшего по плечу. — Меня он не трогал ни разу. — Ты меня успокаиваешь? — грустно усмехнулся Чан, поднимая на младшего взгляд. — Констатирую факт... и пытаюсь утешить, — согласился парень. — Ну, просто по вашим рассказам, он не так плох. Так что, думаю, в нём действительно есть что-то... хорошее. — Странно, что ты говоришь это о помощнике... ну, — Минхо пожал плечами, мол сам понимаешь. Действительно, ход мыслей Хана где-то за гранью. — Он даже не просто помощник, кажется... правая рука, что-то такое, — сомнительно покачал головой парень. — Но я говорю только о его отношении ко мне. Не считая Хвана, он единственный, кто не... не трогал меня, в общем. Джисон затих, пока старшие переглянулись, догадываясь, о чём говорит Хан. Минхо протянул руку, утешающе сжимая ладонь парня. Как бы говоря, что всё позади, и он больше не даст его в обиду. Крис мягко улыбнулся, тихо прощаясь. Не стоит им мешать. Да и самому надо о многом подумать.

***

Хёнджин привёл Феликса в тот же самый парк, но с другой стороны, занимая максимально скрытый от глаз уголок. Парень взял в руки лицо Ли, заглядывая в пустые глаза. — Ликс, посмотри на меня, — вкрадчиво попросил Хван, и Феликс действительно сфокусировал взгляд на нём. — Это из-за тебя. — Что..? — осипшим голосом переспросил Ли. Зачем он говорит это? Чтобы привить чувство вины? — Он хотел бросить всё из-за тебя. Ты... изменил его взгляд на многие вещи, — кажется, последние слова дались парню с большим трудом. — Я говорил с ним. И вчера, и сегодня. — И... — Дай я договорю, потом уже будешь думать, — словно через силу процедил Хван. Так он и продолжил, выдавливая из себя слова. — Вчера я с ним поговорил, и он пообещал, что признается тебе во всём, но, видимо, испугался и смог только расстаться с тобой. Зато пошёл к Уджину, и пытался уйти... Но не вышло. Ему пригрозили, и заставляют переехать, — Хёнджин опустил голову, глубоко дыша. — А затем он признал, что сначала сблизился с тобой из-за подозрения, что ты связан с Джисоном, но это дело я полностью забрал себе, а ему от тебя так просто не отвязаться... и ты можешь быть полезен, — парень поднял взгляд, смотря исподлобья. Лицо Феликса всё ещё было словно каменная маска, но в глазах блестели слёзы. — Перед тем как уйти, он просил передать всё это. И что он сожалеет. И... — Хван тяжело вздохнул, поднимая глаза к небу. — И что он почти влюбился бы в тебя, если бы не вина за свой обман. Хёнджин снова взглянул на Ли, что ни слова не сказал, даже не шелохнулся, зато по щеке скатилась крупная слеза, капая на руку Хвана. А затем ещё и ещё. Но Феликс просто стоял, и лишь едва заметно подрагивали губы. Хёнджин притянул его, крепко обнимая, словно скрывая от остального мира. Ли тихо плакал, не говоря ни слова, даже когда Хван нашёл взглядом скамейку рядом и сел, положив голову парня на свои колени. В районе бедра накапала лужица слёз, намочив брюки, но Хёнджин не шелохнулся, поглаживая волосы Феликса, хотя нога ужасно чесалась. Дыхание Ли начало замедляться, и моргать он стал намного медленнее, пока окончательно не задремал, и даже сквозь сон слёзы не прекращали стекать по щекам.