Энтропия

— Выбирай. — Учтиво протянул Валентино, открывая гардеробную. Энтони выдохнул. Неужто его удостоили чести принять решение о том, что надеть, самостоятельно. Он молча прошёл в небольшое помещение и дрожащей рукой потянулся за неброскими тёмными брюками. Осмотрелся в поисках верха. Взгляд уцепился за вельветовый красный пиджак с глубоким вырезом, который было решено скрасить белым топом. Паук принялся скрывать наготу, в то время как Валентино прожигал его оценивающим взглядом. Сам оверлорд, что неудивительно, выглядел как всегда безупречно. Из под расстегнутой шубы виднелась белая рубашка, которая была заправлена под ремень брюк, элегантно обтягивающих его тонкую талию. — Что это за кастинг? — Еле слышно нарушил тишину Энтони. — В моей порностудии. — Мотылёк с самодовольной ухмылкой прищурился. — Я же торгую телами. Застёгивая пуговицы пиджака, Энтони едва заметно дрогнул, прогнал мурашки, и гулко сглотнул: — Значит.... Ты будешь выбирать... — Он сделал паузу, поразмыслив над тем, как правильнее было бы выразиться. — Наиболее достойный тебя товар?... — Не меня... Хотя бы достойных того, чтобы участвовать в съёмках. — Оверлорд хмыкнул. — Подходящих единицы, а обдолбанных дешёвой наркотой подстилок развелось предостаточно. Валентино, сверкнув золотым клыком, прошёл к столу, взял стопку бумаг, вернулся обратно и деловито протянул пауку, показывая мелким шрифтом напечатанный на них текст. "Контракт." Глаза вцепились в него и стремительно забегали по строчкам. Мотылёк выдержал длинную паузу, чтобы паук дочитал до конца. — Найди десять отличий между этими бумажками и тем, что подписывал ты. — Он сжал когтистыми пальцами стопку, и бумага тотчас разгорелась ярким пламенем. — Это, если сравнивать, ничего не стоящая фальшивка. — Там что-то про должность и процент от суточной выручки, который вернётся предприятию. — Энтони осёкся. — И о том, какое обращение... Допустимо для работника. — Улавливаешь суть? — Вопрошал Валентино, наклоняясь к демону. — Ни единого слова про душу и покровительство над ней. Я владею только их телами. В память мгновенно ворвались события того дня, когда текст контракта, где упоминалась душа, мелькал перед глазами, застревая где-то в чертогах разума. — Я подписал это, потому что у меня не было выбора... — Начал было оправдываться паук. — О, нет-нет... — Перебил его Валентино, легонько проводя когтями по щеке. — Выбор есть всегда, ты же помнишь? — Взгляд потемнел. — Впрочем, ты его сделал. Ты выбрал меня, мой ангел. — Подытожил оверлорд. Воздух ощутимо становился всё более густым, а тишина вязкой и липкой, словно смола. Энтони прочистил горло и, ссутулившись, мелкими шагами, будто боясь провалиться сквозь пол, посеменил в сторону двери. Остановившись в паре шагов от неё, он, не оборачиваясь, бросил через плечо: — Это ты выбрал меня... — Слова предательски застревали в горле. — А я не.... — Паук глубоко вдохнул, тщетно пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Не мог отказаться. Валентино молчал всего несколько секунд, но этого хватило, чтобы Энтони почувствовал себя стоящим на ватных ногах у самого края обрыва. И каждый миг словно приближал его к падению. Оверлорд выдохнул. Как-то измученно. — Тебе напомнить, что ты сам принял решение не поддаваться метке? Было бы иначе - ты бы обрёк себя на мучительную смерть. — Мотылёк мгновенно оказался напротив. Он прищурился. — Тот сукин сын никогда не знал, как обращаться с теми, кого приручил. Паук отрывисто втянул в себя воздух и сглотнул подкатившийся к горлу ком. Глаза жгло. Он опустил голову и поправил пиджак. — Почему тебя это беспокоит? — Энтони медленно поднял наполненные слезами глаза и нырнул в омуты напротив. Он не мог понять, что именно выражает его взгляд. Хищный, язвенный прищур исчез. Там мелькало то ли беспокойство, то ли следы озадаченности. — Нам пора. — Резко отрезал мотылёк, крепко схватил паука за запястье и потянул за собой.

***

Энтони томился в беспокойном ожидании неизвестно чего и наблюдал, как за тонированным окном мелькают смутно знакомые районы. Они отдавали серостью и без света неоновых вывесок, казались мёртвыми. Впрочем, даже когда всё вокруг мерцало, особой погоды это не создавало всё равно. Валентино молчал, лишь изредко клацая когтями по экрану телефона и недовольно морщился. Паук уже давно сделал вывод, что у него постоянно какие-то проблемы, он же... Из господ.

***

Лимузин затормозил, скрипнув колёсами, выдернув паука из прострации. Швейцары словно материализовались из воздуха, и, ожидая хозяина, распахнули двери с обеих сторон. Валентино вытянулся во весь свой исполинский рост. Энтони неохотно последовал его примеру. Улица встретила лёгким прохладным бризом, но дрожь в теле не унималась,и тому причиной были отнюдь не погодные условия. Он растерянно топтался на месте и косился на слуг, стоящих рядом с оверлордом, покорно склонив головы. Тот что-то им говорил, указывая куда-то в сторону. На большой парковке было пусто, за исключением усыпанного бликами черного спорткара. — Полная чушь. Это абсурд. — Цедил Валентино. — Его там быть не должно. Мотылёк выдыхал алый дым, поправляя очки. — Можете идти. — Он прошёл вперёд, кивнув Энтони, чтобы тот не отставал.

***

По-настоящему огромный зал, тут и там небольшие кожаные диванчики. Барная стойка, проходящая чуть ли не по всему периметру, высокие стулья возле неё, разнообразие напитков в меню, обрамлённом неоновой подсветкой. В воздухе витал лёгкий аромат алкоголя, мохито и, вероятно, парфюма. Но до чего же он был гадский. Энтони поморщился. Стало как-то мерзко. Везде сновали разукрашенные бестии, то и дело поправляющие на себе сверкающие тряпки, обтягивающие их грудь и бёдра словно канцелярские резинки мешки с картошкой. Так вот, о чём говорил Валентино. Тут же не всегда такой аншлаг? Или... Паук нахмурился и неуверенно схватился за локоть оверлорда. Тот вальяжно зашагал вперёд по красной ковровой дорожке, словно шёл на подиуме. Все стихли и расступились, открывая взору паука двери...Нет, ворота, к которым, судя по всему, его и вёл мотылёк. Энтони огляделся, тут и там натыкаясь на презрительные взгляды резко стихшей толпы. Отовсюду его буравили глаза самых разных демонов. Что в них было? Какие выражения застыли на их недовольных, забитых всевозможной косметикой, лицах? Паук гулко сглотнул. Это совершенно точно была зависть. Чистая, что ни на есть, всепоглощающая зависть. И предназначалась она ему. Путь, что он проделал под руку с Валентино, уже успел показаться вечным, когда ворота напротив наконец открылись. И снова длинный, широкий коридор. В полумраке он казался весьма устрашающим и демон крепче сжал локоть под шубой оверлорда.

***

Преодолев ещё пару лестниц, ведущих наверх и снова пройдясь по коридору, пункт назначения был достигнут. Кабинет. Снова роскошный кабинет Валентино. В нём, разве что, больше не было ответвлений, за исключением ванной комнаты. Почти такой же, что и в особняке, дубовый стол возле окна, через щель между шторами которого пробивался одинокий лучик света. Диванчик, обитый тканью с золотой вышивкой. Здесь, в отличие от душного зала, пахло исключительно дорогущим парфюмом оверлорда и не менее дорогущим коньяком, нотки аромата которого Энтони смог разобрать только после того, как уже присел на мягкую мебель. — Хочешь выпить? — Спросил мотылёк, располагаясь в кресле. Паук сдержал желание закатить глаза. И снова этот пижон ведёт себя спокойно, словно удав. — Зачем я здесь? — Демон задал встречный вопрос. — Это же твои шлюхи, так? Что я должен делать? Валентино, нахмурившись, хмыкнул: — Я хочу, чтобы ты помог с выбором. — Что? — Энтони округлил глаза и упёрся ладонями в колени, пытаясь унять дрожь. — Я должен помочь тебе выбрать тех, кого трахать будет чуть менее мерзко? Оверлорд широко улыбнулся. — Вижу, ты становишься смелее, ангелочек. — Мотылёк постукивал когтями по столу, прожигая паука взглядом. За дверью послышалась возня. — Ты меня понял.