10.
13 сентября 2023 г., 15:24
Дверь громко хлопает, и теперь в комнате снова двое людей. Игнатова все также сидит на полу и не решается поднять свой взгляд, чтобы не наткнуться, по ее мнению, на осуждающую пару глаз. А вот молодой человек как раз таки боялся подойти ближе. Он хотел узнать все — о причине обмана, почему отказалась выступать и как так вообще все получилось. Но внутри сидело ужасно неприятное чувство, которое наталкивало его на одну мысль — неужели они не настолько близки, что она просто не смогла сказать правду?
Тишина убивала все. Каждый не знал, с чего начать и кто вообще должен сейчас говорить. Определено, Василиса. Но она боялась и надеялась, что Антон не начнёт сыпать ее с ходу за эту ситуацию.
— Вась, что происходит? — наконец первым заговорил Миранчук, но все также стоял на месте. — У тебя ведь не было проблем с коленом вчера, верно?
Девушка молчала. Громко выпустив воздух, она поднялась с пола и села на край кровати, закрывая лицо руками, которые оперлись об ее острые колени. Собиралась с мыслями, чтобы сказать ему очередную ложь. После этого Игнатова поставит точку в этих отношениях — какой смысл в этом, если она каждый раз так нагло ему врет? Девушка просто понимает, что на обмане ничего нормального все равно не построишь, но какая уже разница, если им все равно не по пути?
Она уедет обратно в Нижний Новгород, парень останется здесь. Отношения на расстоянии? Возможно. Но не когда им по 16-17, когда ему телефон дают всего на час в день, когда они совсем не смогут видеться. Все против них.
— Верно, — наконец ответила Игнатова и подняла свои глаза. — Антон, прости меня, что я соврала. Я короче поняла, что… что не хочу больше здесь быть. Не мое место, не моё дело, не моё призвание. Я хочу обратно в Нижний.
Где-то внутри Миранчука эти слова разбили самое главное — его сердце. Неужели все это время Василиса так прекрасно играла какую-то роль, показывая, что счастлива здесь и с ним рядом? А теперь прямо говорит о том, что ей здесь не нравится?
— Для чего тогда была вся эта игра? — тихо спросил футболист, убрав руки в карманы.
— Смотря какие эпизоды ты имеешь ввиду.
— Ну например, счастье в твоих глазах, когда готовилась к соревнованиям? Переживания из-за того, что плохо выступишь? И… получается, ты готова так легко закончить наши отношения?
— Почему закончить? — усмехнулась Василиса, ведь ей была интересна его точка зрения. — Не веришь в отношения на расстоянии?
— Не верю, — ни секунды не думая, ответил Миранчук. — Скажем так, прошёл через это. И я не понимаю, как так легко ты готова уехать?
— Антон, просто прости меня за все, ладно? Ты очень хороший, правда, и у тебя точно все будет хорошо. Спасибо тебе за это время. И с тобой рядом я ни разу не играла — все было искренне.
— Вась, я не могу так, — прикрикнул Антон, размахивая руками. — Скажи честно, когда ты отказывалась вчера, ты понимала, что это будет конец?
— Нет, — впервые не соврала девушка. — Я не знала, чем это закончится. Но так нужно было, просто поверь мне.
Не выдержав, парень оказывается рядом с Игнатовой и втягивает ее в поцелуй. Широкие мужские ладони оказываются на тонкой талии и прижимают сильнее к телу футболиста. Василиса стонет сквозь поцелуй и наслаждается тем, что сейчас происходит.
Молодых людей отвлекает стук в дверь, из-за чего они резко отпрыгивают друг от друга. Пытаясь восстановить дыхание и успокоить свои трясущиеся руки, Василиса открывает и видит перед собой своего же тренера.
— Вася, ждём тебя в главном корпусе по поводу того, что произошло вчера. Будут разбирательства на тему действий Артёма Евгеньевича, — сказала женщина и заметила за ее спиной Миранчука. — Если этот молодой человек в курсе и видел что-то с его стороны к тебе, то пускай тоже идёт.
— Что происходит? — нахмурился Миранчук, который не понимал, что именно она имеет виду.
— Чтобы через 10 минут точно была у нас, ждать не будем, иначе все обвинения автоматически будут для нас пустыми.
Мария Олеговна разворачивается и уходит по коридору к лестнице. Откуда они могли узнать о том, что случилось вчера?
— Вась? Что она имела ввиду по поводу Артёма?
— Антон, я побегу, — проигнорировала его вопрос девушка. — Я тебя потом сама найду, хорошо?
Оставив поцелуй на его щеке, Василиса вышла из комнаты. В данный момент Миранчук не понимал ровным счётом ничего. Слишком резко и так много навалилось на него, что мысли спутались в один клубок, не давая разумно мыслить.
Речь шла про хореографа девушки и про какие-то обвинения в его сторону. Наверное, вопрос про то, в курсе ли Антон этой ситуации, был задан не просто так? Именно это подтолкнуло его не сидеть на месте, а рвануть за ней в главный корпус, чтобы узнать все самому и достоверно.
***
— Можно? — Игнатова закладывает в аудиторию. — Да, Василиса, проходи. Ну вот теперь и поговорим всей дружной компанией, — сказала Мария Олеговна. И тогда девушка заметила, что рядом сидит Виталина. Теперь понятно откуда ноги растут, она рассказала все, что произошло вчера. Только вот Артёма не было. Дверь вновь открывается, и теперь в помещении появляется и Миранчук. Парень молча проходит и встаёт рядом с Васей. — Вы меня тоже, кажется, звали, — тихо произнёс Антон, убирая руки за спину. — Чем я могу помочь? — Виталина к нам пришла и рассказала о том, что на самом деле Артём Евгеньевич ночью перед последним выступлением приставал к Василисе, из-за чего она и отказалась выступать. Пытаемся разобраться, возможно ли такое, или обычное некорректное оправдание с подставлением человека, который столько сил вложил в программу Васи. — На самом деле, я замечал, как он последнее время постоянно пытался как-то коснуться Василисы, кидал странные взгляды, улыбки эти, — честно ответил футболист, ведь это то, что так сильно его бесило, а сам поверить не мог, что девушка скрыла от него такое. — Это правда? — теперь взгляд всех людей устремился на Игнатову, которая лишь просто кивнула. — Почему тогда не рассказала все той же ночью? Почему просто вот так подставила всех, резко отказавшись выходить на лёд? — А как мне надо было поступить? Ко мне приставал хореограф, мне защищаться пришлось обычными ножницами, только чтобы он ушёл. Никто не понимает, как низко я себя чувствовала… да и чувствую до сих пор, — не выдержала Василиса. — Я испугалась. Мне всего 16 лет, а до меня домогался чужой мужик. Это страшно! — Так, спокойно. Иди к Анастасии Васильевне, пускай даст тебе успокоительных, ты вся на нервах. Обещаем, что Артёма Евгеньевича в нашей академии больше не будет, — Мария Олеговна обняла девушку, ободряюще погладив по спине. — Мы проведём с ним беседу. Хотелось бы, чтобы и ты была на ней. — Нет, пожалуйста, — прошептала она, мотая головой и сильно зажмурившись. — Я не хочу даже видеть его. — Все, я поняла. Иди за таблетками, тебе сейчас лучше пропить какой-нибудь курс, — женщина провела ладонями по ее плечам. — И ты не отчислена, можешь себя успокоить по этому поводу. Игнатова чуть улыбнулась, но от этого не легче. Сбоку стоит молодой человек, перед которым она сейчас чувствовала больше всего вины. Дважды наврать про одну и ту же ситуацию — это уже потолок.***
— По одной таблетке утром, днем и вечером после еды. Пропей пока 2 недели, после посмотрим, — сказала врач, положив упаковку перед девушкой. — Психолог не нужен? Обычно после такого нужны беседы, потому что травмы серьёзные наносит психике. — Надеюсь, что справимся без этого, — пожала плечами Василиса, грустно улыбнувшись. — С молодым человеком, который стоит у кабинета, дружите? — чуть улыбнулась женщина, убирая все в ящик. — Ну если так можно сказать. — Просто сейчас я бы посоветовала тебе приводить время в компании тех людей, которые тебе близки, чтобы ты чувствовала себя в нужном месте и в безопасности. Можешь идти. — Спасибо, — на выходе ответила Вася и пошла к выходу. Пара так быстро шла в сторону мед.кабинета, что никто не решился даже поднять тот самый вопрос. Миранчук все обдумывал. Он хотел узнать все, в числе и причину того, почему девушка так яро скрывала правду. Главное сейчас не вывести ее на лишние эмоции, потому что каждый вокруг уже твердит, что ей необходимо нормализовать свое ментальное здоровье. — Ну что? — тихо спросил Антон, посмотрев на неё. — Буду пить успокоительное, — она покрутила коробочкой перед его лицом. — Надо бы узнать ещё насчёт тренировок. — Вась, какие тренировки? Приведи себя в порядок сначала, хорошо? Я думаю, что к тебе все пойдут на встречу, — парень приобнял её за плечи. — Малыш, почему ты не смогла рассказать мне правду? Сначала колено, потом какой-то бред по поводу того, что ты хочешь домой. Ты просто боялась? — Да, — истерично усмехнулась Игнатова. — Я боялась за твою реакцию, за то, что будут думать обо мне, как вообще потом обернётся эта история. Антон, это ужасно… До меня домогались. И если бы не было ножниц на тумбочке, то… — истерика вновь настигала Василису. — Тшш, — футболист сразу же обнял ее и прижал к своему телу, стараясь унять дрожь в руках. — Не надо этого вспоминать. Главное, что ты сейчас здесь, а я тебя в обиду не дам, — внутри молодого человека все кипело при мысле об Артёме. — Я убью его… — Нет, Тош, пожалуйста, не делай этого, слышишь? — дрожащим голосом проговорила Вася. — Тебе потом попадёт за это из-за меня же, не надо, пожалуйста. Пообещай мне, что не полезишь к нему. Все больше и больше девушкой овладевала истерика. Воспоминания делали больно, а осознание, что Миранчук и правда пойдёт разбираться с Артём, вселяло страх. Она просто хочет, чтобы Антон был рядом и никуда не лез. Чтобы он просто помог ей забыться и отойти от этого случая. — Хорошо, только успокойся, — прошептал футболист и прижался губами к ее лбу. — Обещаю. «Но это не точно» — пробежало в его голове.***
Приняв успокоительное, Игнатова уснула, держа за руку Антона. Две последние почти бессонные ночи давали о себе знать, поэтому, когда препарат начал действовать, девушка быстро провалилась в сон. Но перед этим Миранчуку ещё пришлось практически заставить ее хоть что-нибудь съесть на обеде, ведь, как оказалось, эти дни она не ела ровным счётом ничего. Когда парень удостоверился, что все хорошо и сейчас Василису ничего не беспокоит, он двинулся в корпус фигуристок, чтобы сделать то, что должен. Пускай потом Вася обидится на него, накричит, наругает, но он не может пропустить это мимо. Этот выродок обижает девочек, почему он должен оставаться безнаказанным? Увольнение из академии не считается, по мнению Антона. По пути Миранчук встретил тренера Васи и попытался узнать, где сейчас можно найти Артёма Евгеньевича. Женщину немного смутил этот вопрос, но парень смог как-то отмахнуться и свести к тому, что им просто надо поговорить. Как оказалось, хореограф был в своей комнате и собирал вещи. Он был удивлён тем, что Игнатова рассказала об этом, ведь, зная ее характер, был уверен, что она просто не сделает этого. Но не сделает она, сделают другие. Поэтому он даже не стал отнекиваться, все и так было понятно. — Вещи собираешь, да? — спросил Миранчук, оказавшись за спиной молодого человека. — А совесть нигде не нашёл, может затерялась где-то здесь? — Защитник явился, — усмехнулся Артём и выпрямился. — Ну и как тебе быть дальше с попользованной девчонкой? Ничего не смущает. Этих слов хватило для того, чтобы внутри футболиста все закипело новым ключом, поэтому буквально через несколько секунд его кулак встретился с лицом парня. Хореограф сразу же схватился за нос, из которого хлынула кровь. — Ты мразь, которая думает, что ей все позволено. Да тебя мужиком назвать нельзя, не достоин этого, — прошипел Миранчук, вплотную подходя к нему. — Тебя что ли назвать можно, малолетка недоделанная? Решил, что заделавшись в защитники этой подстилки, сразу героем станешь? Да как ты у неё толпа. Долго терпеть Антон не смог и нанёс второй удар. Тогда уже и Артём накинулся на футболиста, из-за чего между ними завязалась драка. Они в комнате одни, никто даже разнять не может. Некоторые вещи уже были на полу от того, как они просто толкали друг друга в разные стороны. И наконец Миранчук смог прижать Артёма к стене. У каждого лицо было в крови. — Вали отсюда по-хорошему. И так этот скандал замяли, а могли бы раздуть, чтобы тебя ни в одно приличное место не взяли. Статья уголовного кодекса по тебе плачет. Антон резко сильнее толкнул его спиной в стену, после чего, вытирая кровь, покинул комнату. Он сделал то, что должен был. Никому не позволит обижать Василису. Быстрым шагом молодой человек оказался в своей комнате, даже не обратив внимание на брата, который сидел с Витой. Те смотрят на разбитое лицо и костяшки парня и даже не знают, что сказать, все слова вылетели из головы. — Не надо ничего спрашивать. Вата есть? — спросил Антон и двинулся в ванную, чтобы хотя бы часть смыть водой. — И если Васю раньше меня увидите, ей ни слова не говорите. Ей не нужны сейчас лишние нервы. — Ты что-нибудь понимаешь? — спросила Колобова, смотря на Алексея. — Если бы, — тяжело выдохнул парень и закрыл лицо ладонями.
