planes, coffee and arrogant idols

— Я буду в порядке, Чим, да, рейс примерно через полчаса. Да, я зарегистрировался, буквально жду начала посадки, — Тэхён счастливо закатил глаза, пока его лучший друг продолжал лепетать ему в трубку. Он знал, что Чимин немного беспокоился за него, ведь это его первый в жизни полёт (но Тэхён был непреклонен в том, что он может это сделать, с ним все будет в порядке — пока он твердит себе это), — Слушай, перестань меня волновать, Чима! Я просто выпью кофе и так же просто сяду в самолет. Потом наберу тебе. — Ладно, ладно, я вижу, когда мой невротизм тебе ни к чему. Только не забудь позвонить после полета! Я знаю в какое время ты должен приземлиться. И чтобы не было никаких поздних звонков! — Хорошо-хорошо, мамочка Чим. — Пока, Тэ, береги себя! И если ты словили паничку во время полета, просто подумайте о хорошем! — Пока-пока, Чимини. Он убрал телефон, глубоко вздохнул, дважды проверил на экране время и место посадки и улыбнулся. Тэхен наконец-то собирался отправиться в путешествие в одиночку и, в целом, он был очень взволнован. Итак, чуть ли не в припрыжку, он направился прямо к первому попавшемуся Starbucks, хотя знал, что это прожжет немалую дыру в его кошельке. Кофе превыше всего, к черту деньги. Уже стоя в очереди, он схватился за свою спортивную сумку и улыбнулся, глядя на всех, кто суетился вокруг, улыбались и болтали, некоторые явно нервничали, но это было, скорее всего, от счастья, предвкушения встреч и волнения. И таким же был и он. Взволнованным, но нервным, он ехал навестить своего друга в Америку и не мог дождаться. Новое место. Новое окружение. Его друг собирался ждать его чуть ли не под самолётом, когда Тэхён сойдет с трапа, готовый забрать его в свой новый дом на следующие три недели, и парень просто не находил себе места от волнения. Достаточно скоро он уже держал в руке мокко-латте и выходил из кофейни. Сделав глоток, он тут же успокоился, и был готов идти к на посадку. Тэхён двинулся вперед, улыбаясь, проходя мимо большой группы людей, которые довольно громко болтали, прежде чем его попытки осчастливить себя были полностью разрушены. Всего через секунду его белоснежная футболка, которую он надел в первый раз (которую он купил в очень модном дизайнерском магазине), теперь была покрыта жидкостью шоколадного цвета, которая пролилась из его собственного стакана. «Какого…» Теперь его настроение было окончательно испорчено, когда он почувствовал, как другой человек сильно врезался в него, из-за чего его кофе, конечно же, оказалось на нём, а не на незнакомце, который только что испортил ему весь радостный настрой. — Твою же за ногу, моя рубашка от Гуччи! — Тэхён закричал, широко разинув рот, посмотрел на рубашку, которая никогда больше не будет белоснежной, вспомнил количество денег, потраченных на нее (он смог позволить себе очень дорогой подарок на день рождения), которые теперь были потрачены буквально впустую. Он не собирался плакать. Неа. Он не собирался плакать перед этим глупым незнакомцем. Когда он, наконец, поднял взгляд, пытаясь не обращать внимания на рубашку, теперь прилипшую к его груди, он увидел, что тот, кто врезался в него, пытался ускользнуть, не говоря ни слова. Тэхён не собирался этого терпеть. Он только что потерял рубашку, за которую отдал приличную сумму, и кофе, за которым стоял в очереди. Ни один чертов незнакомец не уйдёт после совершения злодеяния. Не под строгим присмотром Тэхёна. — Ты не думаешь, что ты, по крайней мере, должен извиниться передо мной, мистер?! — Он закричал. И он бы, возможно, обратил бы своё внимание на взгляды, которые впились в него со всех сторон, но не сейчас. Не тогда, когда он в таком настроении, он хотел лишь одного — извинений, но тот, кто толкнул его, всё ещё убегал. Подбежав, он потащил за собой свою сумку, успел быстро догнать другого и шагнул перед ним, — О, нет, ты же не серьёзно, ты настолько гребаный невежа?! Молодой человек перед ним, наконец, встретился с ним взглядом. Глаза мальчика были большими и удивленными, его волосы были убраны с лица, а его безупречная кожа слегка светилась в свете аэропорта. Подожди, подожди, подожди. Тэхён выкинул эти мысли из головы и продолжил стоять с суровым выражением лица. — Что ж? Что ты можешь сказать в своё оправдание? — При этом он указал на большое пятно на своей рубашке, просто чтобы подчеркнуть то, о чем он говорит. Мальчик перед ним посмотрел на его одежду и снова внимательно посмотрел на лицо Тэхёна. Был момент тишины, когда Тэхён всерьез подумал, что тот снова собирается снова удрать, но затем до его ушей донесся тихий голос. — И-и… — Как только мальчик собирался закончить свое предложение, над ними заиграл большой верхний динамик, напоминая пассажирам, что определенный рейс вот-вот закроется, и Тэхён громко выругался, когда мальчик перед ним не сказал ни слова, а после вовсе решил обойти Тэхёна и бежать через зал. — Эй! Как насчет моей треклятой рубашки?! — Тэхён закричал, но его не услышали. Какое ебаное начало полета. Когда он внимательнее прислушался к говорившему над ним, то быстро вспомнил, что его рейс, которого он ждал, вот-вот закроется, и что полный идиот, обливший его собственным кофе, чуть ли не заставил его пропустить самолёт. Чертыхаясь и хмыкая, Тэхён вздохнул и побежал к на посадку, натянуто улыбаясь стюардессе, которая, слава всем богам, пропустила его в самолет. Он застегнул куртку, стараясь, чтобы никто не увидел пятно от кофе, и еще раз проклял мальчика, который врезался в него, потому что это будет долгий и, по всей видимости, жаркий полет, в котором он точно не выживет в куртке, застегнутой до шеи. В какой-то момент ему придется сменить рубашку. Оглядываясь, прижимая свою спортивную сумку к груди, он проверял номера мест, пока не нашел своё. С легкой довольной улыбкой он заметил, что пара кресел рядом все ещё пустовали, а это означает, что либо у него нет попутчиков (на что он надеялся), либо их пока что нет. К счастью, его место было у окна. Устроившись поудобнее, он поставил сумку у ног и глубоко вдохнул. Ах, теперь ему просто нужно было забыть о невежественном незнакомце и просто сосредоточиться на счастливых мыслях, о том, как самолет взлетит в любую секунду. Он закрыл глаза и попытался сосредоточиться на болтовне вокруг него. Было проиграно обычное прохождение инструкций и правил безопасности, и Тэхён почувствовал, что место рядом с ним занято. Но это будет долгий перелет, прямо сейчас ему нужно было пережить только взлёт. Не открывая глаз, он ощутил, как самолет начал отрываться от земли. И именно поэтому Чимин так боялся отпускать его одного в Америку. Полёт и есть часть «этого». У Тэхёна всегда были небольшие проблемы с высотой, и теперь всё это становилось для него слишком реальным, но он был полон решимости сделать это без своего лучшего друга. Он уже взрослый, ему нужно пройти через это. Его руки сжались вокруг подлокотников кресла, и он посвятил себя дыхательным техникам, которые проходил с Чимином. Вдох. Выдох Вдох. Выдох. Сдох. Сосредоточься на своем дыхании. Самолет, казалось, выровнялся, и Тэхён улыбнулся, довольный собой за то, что преодолел самую сложную часть, у него даже хватило смелости выглянуть в окно и увидеть удивительный вид, облака в небе, лишь предвещающие предстоящее путешествие. Он был взволнован, даже если немного нервничал. Но сейчас было самое время расслабиться, ведь впереди было еще много часов пути. Оглядевшись по сторонам, он вспомнил, что так и не видел, кто будет его партнером по полету до конца дня, и когда он наконец огляделся, его дыхание перехватило в горле. — Ни за что на свете… — прошептал он, встретившись с прежними глазами лани. — Гм… — пробормотал мальчик рядом с ним, выглядевший немного нервным, но, похоже, не в силах разорвать зрительный контакт. — Это ты! Да какого ж… — Тэхён вздохнул и разорвал контакт, надул губы, глядя на свою испорченную футболку под пиджаком, и как раз в тот момент, когда он уже собирался забыться и смотреть в окно бог знает сколько часов, его пиджак слегка дёрнули. Когда он оглянулся, то заметил, что мальчик все еще смотрит на него, как будто чего-то ждет, — Чем же я могу тебе помочь? — Он спросил, немного язвительно, но Тэхён постарался забыть об этом и приглушить свой добрый характер. Вспомни рубашку, рубашку, которая стоила минимум несколько сотен зелёных, вспомни рубашку. — Извини… я тебя знаю? — спросил мальчик, убирая руку с куртки Тэхёна и устраиваясь поудобнее на своем месте. В голове Тэхёна на мгновение прояснилось. — …Чего? — Он спросил, он был сбит с толку, это было не то, чего он ожидал. — Я имею в виду, ты сказал «это ты», почему это должен был быть я? Я тебя откуда-то знаю? — Он продолжал спрашивать, почесывая затылок, как будто был искренне сбит с толку. Тэхён хотел заговорить, но снова замолчал, — Я встречаюсь со многими людьми, так что извините, если я вас не помню, вы тоже работаете в Big Hit? Поскольку слова продолжали слетать с его губ, Тэхён не мог удержаться от того, чтобы все больше и больше закипал. Приняв молчание за ответ, тот кивнул головой. — Хорошо, извините еще раз, должно быть, странно видеть меня здесь, извините, что я не помню вас, но я надеюсь, что мы сможем вести себя вежливо во время полета. Ага? — Улыбнувшись, мальчик кивнул головой и, казалось, закончил разговор для них обоих, переключив свое внимание на книгу, которую он держал в руках и, очевидно, принес, чтобы попытаться немного ускорить течение времени. Время шло, а Тэхён все ещё сидел статуей на своем месте, пытаясь сообразить, о чем, черт возьми, говорит другой. Как он должен был ответить на это? Как он мог автоматически подумать, что Тэхён знает, кто он такой? Что ещё за Big Hit? Смущение было недостаточно сильным словом для описания ситуации. Но все же парень ещё не извинился за то, что испортил его рубашку, и Тэхён будет проклят, если ему придется пересидеть этот полет без извинений. Сидя прямо, он слегка расправил плечи и сделал самое злобное лицо, нахмурил губы и кивнул головой, чтобы подбодрить себя. Повернувшись, он встретился взглядом с другим и усмехнулся. — О чем ты, мать твою, говоришь? — Он спросил, слегка расширив глаза, пока тот, наконец, не поднял голову от своей книги с растерянным выражением лица, — Я не работаю на Bag Hit или что ты там сказал! Я тот парень, которому не повезло, что такой идиот как ты столкнулся с ним прямо перед взлетом его самолета и заляпал его рубашку стоимостью в триста долларов мокко латте, а потом этот придурок сбежал без извинений! — Может быть, он и выкрикнул последнее предложение, но ему пришлось напомнить себе, почему он так разозлился, в первую очередь. Прошла секунда или две, Тэхён не был уверен, но наконец мальчик перед ним наклонил голову немного в сторону и заговорил. — Значит… ты не работаешь в Big Hit? Тогда откуда ты меня знаешь? — спросил он, как будто он только что забыл всю последнюю часть речи Тэхёна или намеренно игнорировал сказанное. — Да нет! — О, так ты фанат? Я думаю, я должен привыкнуть к этому, а? — Он лишь почесал затылок, как будто смутился. — Фанат? Что? — Как насчет автографа? У тебя есть одна из моих фотографий? Или я могу сделать это на салфетке или еще где-нибудь, все для моих фанатов! — Мальчик, казалось, оглядывался по сторонам в поисках того, на чем он мог бы написать свое имя, и Тэхёну совершенно надоело, что его не понимают. Он быстро схватил запястья друга и свирепо посмотрел на него. — Стой, просто прижми свою задницу к креслу! — Тхэхён прекрасно понимал, что другие пассажиры рейса сейчас смотрят на них, но его терпение было на исходе, — Это ты облил кофе всю мою рубашку от Гуччи! Почему ты не извинился в аэропорту?! — Ч-что? — Ты. Пролил. Кофе. На. Меня. — Когда? Тхэхён застонал и чуть не ударил парня по голове. Даже если этот парень и был чем-то знаменит, то уж точно не тем, что он гений. Даже нормальный человек не может быть настолько тупым, как можно забыть то, что произошло совсем недавно?! — Прямо перед тем, как мы сели на этот рейс. Ты столкнулся со мной и я вылил кофе на рубашку от Гуччи, — Чтобы доказать свою точку зрения, он расстегнул куртку и показал неприглядное пятно мальчику рядом с собой. — Мало того, ты решил просто сбежать, не сказав ни слова! Как это гостеприимно, где твои манеры? Ты знаешь, во сколько мне обошлась эта рубашка? — Он уже начинал разглагольствовать, но по выражению лица его было видно, что до него наконец-то дошло, поэтому он не собирался останавливаться. — Ради бога, извинись уже, тупой мальчишка. — …Ой. Извиняюсь, — Мальчик сказал, на его лице появилось нечитаемое выражение, он посмотрел вниз на рубашку, и тут его охватило чувство, будто они уже были знакомы раньше. — А, это ты тот парень с грязненьким ртом, да? — Извини меня? — ошеломленно ответил Тэхён. — Тот, который громко ругается в аэропорту. Неужели это все из-за того, что ты пролил свой кофе? — Мужчина выглядел так, словно теперь осуждал Тэхёна. — Извините, что столкнулся с вами, но вы могли бы и сами набраться хороших манер. Не все крутится тебя, понимаешь? — Извини, блять, меня? — Чувство в желудке Тэхёна было ужасным, он не мог терпеть, когда о нем плохо отзываются, когда он не сделал ничего плохого, а теперь он застрял рядом с этим болваном на следующие 12 часов своей жизни, и тот обвиняет его в том, что он плохой человек? Что? Какого хуя? — Это ты столкнулся со мной, а потом не извинился! В каком мире ты живешь, если считаешь это нормальным? Ты все еще чертов ребенок или что? — Нет, мне двадцать два, но я извинился, ты попросил меня извиниться, и я извинился. Неужели ты не можешь оставить все как есть? Без криков? — Выражение его лица заставило Тэхёна почувствовать себя еще хуже. — Чертов ребенок. Отлично. Пошло оно. Я отпущу тебя, придурок. — Он сложил руки на груди и упёрся спиной в кресло позади себя, пыхтя при этом. Игнорируя любые звуки, доносящиеся справа от него, он достал из сумки наушники и надел их на уши. Должен же быть способ успокоить себя. Нажав на плейлист, который Чимин составил для него перед отъездом, он расслабленно вздохнул, когда до его слуха донеслись звуки (G)-idle, его последней одержимости. Чим действительно хорошо его знал. Положив ноги на сумку, он позволил звуку их голосов успокоить себя. Забудь об идиоте рядом с тобой, забудь о том, что вы парите в воздухе с бог знает какой скоростью, просто подумай о том, что ты будешь делать, когда приземлишься. Увидишь своего друга. Вы поедите вместе американской еды. Расслабься. Расслабься. Расслабься. Наконец сон взял его в плен. По крайней мере, он смог оставаться спокойным на протяжении двух часов. Именно тогда надоедливый мальчик рядом с ним решил снова превратить его жизнь в ад. Толчки разбудили его. Тэхён пару раз моргнул, прогоняя сон из глаз, зевнул и позволил небольшому хныканью вырваться из его рта, когда он вернулся в мир живых. Он слегка пожал плечами и снял с головы наушники, прежде чем почувствовал еще один мягкий толчок в бицепс. Обернувшись, он увидел, что мальчик рядом с ним смотрит на него широко раскрытыми оленьими глазами. — Эм, тебе чем-то помочь? — Он спросил, насторожившись, гадая, что же такого произошло, что собеседник решил, что теперь можно попытаться завязать с ним разговор. Может, ссора и отошла на второй план, но Тэхён злопамятный и почти никогда не забывал, когда люди обижали его. — Просто хотел поболтать, уже два часа прошло, нам ещё долго лететь, да? — Мальчик спросил, ухмыляясь и демонстрируя два зуба, которые немного напоминали зубы кролика, но, увы, кролики милые, а Тэхён уверен, что этот мальчик не такой. — Ты разбудил меня из-за этого? Надувшись, он попытался стряхнуть лёгкую боль с шеи, которая возникла после долгого сна в неудобной позе. — Для вежливой беседы, если ты об этом. Да? — Мальчик-кролик говорил с легкой улыбкой. Он будто бы был идеальным человеком. Да, точно. Тэхён провел рукой по лицу, пытаясь как следует проснуться, хотя он был совершенно счастлив заснуть на своем кресле и надеялся, что так будет продолжаться до конца полета. Но тут включилось свойство приятности, и поскольку другой был в меру (в меру) дружелюбен, он мог бы попробовать завязать небольшой разговор. Только небольшой. — Хорошо, но за то, что разбудил меня после очень приятного сна, тебе лучше рассказать что-нибудь интересное, Кроль, — Зевнув, Тэхён прислонил голову к спинке сиденья и пристально посмотрел на собеседника. Мальчик выглядел растерянным. — Кроль? — Он спросил, заинтересовавшись, интересным прозвищем, которое выбрал для него другой, но Тэхён лишь пожал плечами. — У тебя зубы как у кролика. Как мне еще тебя звать? — спросил Тэхён, слегка покачиваясь, сиденья были очень неудобными, это могло затянуться на весь полет, — Разливщик кофе? Кофемен? Парень-Кто-Торчит-Мне-300-Баксов? — Можешь звать меня Чонгук, если хочешь, — мальчик — Чонгук — слегка улыбнулся, как будто он был просто оскорблён на самом деле, он звучал слишком мило, учитывая их последний разговор. — Нет, лично мне нравится Кроль, если честно, — Тэхён ухмыльнулся. — Ну а как мне тебя называть? Королева драмы? — Чонгук усмехнулся. — Это все, что у тебя есть, Чонгук? Отстой. — Я мог бы сделать и хуже, но я пытаюсь спасти отношения, Тэхён. По крайней мере, дай мне несколько очков за попытку. — Думаю, мы можем немного поболтать, могу дать тебе несколько советов, как оскорбить кого-нибудь. — Конечно, если ты хочешь потратить на это своё время. Они оба уставились друг на друга, и Тэхён слегка вдохнул, прежде чем мысленно прикинуть все плюсы и минусы того, чтобы провести остаток полета с человеком, который произвел на него наихудшее первое впечатление. К минусам относились необходимость подавлять ярость внутри себя и игнорировать тот факт, что его рубашка до сих пор испачкана в коричневый цвет, которая никогда не будет исправлена, а к плюсам: он получил немного компании на оставшуюся часть полета и, возможно, долю приятного разговора. Поэтому он решил пойти на поводу у своих добрых генов, а мать учила его, что лучше иметь друзей, чем врагов, так что в этом вопросе он пошел на поводу у своей интуиции. Пришло время поиграть роль пай-мальчика. Прошел час, и разговор был действительно интересным. С Чонгуком было о чем поговорить, у него было много мнений на случайные темы (Тэхён был уверен, что в какой-то момент разговор зашёл бы о том, существуют ли инопланетяне, но он не хотел бы начинать спор снова), но это было приятно, Тэхён веселился, настолько, насколько это вообще возможно. К тому же, у Чонкука было приятное лицо, если не обращать внимания на характер. — Можно мне спросить кое-что, Чонкука? — Тхэхён внезапно заговорил после нескольких минут неловкого молчания. Другой улыбнулся и кивнул, — Вспоминая тот спор, который у нас был, когда мы только познакомились, ты сказал что-то про Bug Hit, что это? Чонгук расхохотался, прежде чем покачать головой. — Нет-нет. Big Hit, Тэхён, это развлекательная компания, разве ты не знаешь? — Он спросил, наклонив голову, прежде чем потянуться в карман, чтобы достать броскую визитную карточку и передать ее, — Это то место, где я сейчас работаю. Я думал, что большинство людей имеют представление о том, что что такое… Видимо, я ошибся. — С его губ сорвалось тихое хихиканье. Тэхён посмотрел на карточку и прочитал, что там действительно написано «Big Hit Entertainment», и теперь он знал его полное имя: «Чон Чонгук», исполнитель. Итак, это было интересно. Маленький забавный факт о старом добром Тэхёне: он совсем не следил за айдолами. Да, ему нравились песни девчачьих групп, но это было только для того, чтобы заглушить мигрень и немного успокоить нервы. Айдолы-мужчины — нет, вообще не его. — А, так ты айдол. — прошептал Тэхён, глядя на Чонгука и кивая сам себе: да, он видел, что другой действительно может быть знаменит. — Да, я только недавно дебютировал, хотя, думаю, песня стала довольно известной. — Какая песня? — спросил он, в целом, достаточно заинтересованно. — Э… ты можешь послушать, если хочешь… — сказал Чонкук, на самом деле выглядя немного нервным и скромным. Айдол достал свой собственный телефон, к которому были удобно прикреплены наушники, разблокировал его, включил песню и предложил один из наушников мальчику рядом с собой. Тэхён принял его и вставил в ухо. Начавшаяся песня чуть не заставила его сердце остановиться. Мало того, что голос был совершенно ангельским (и он искренне не мог поверить, что он принадлежал мальчику, сидящему рядом с ним, который был таким грубым и невежественным, когда они впервые встретились), так и сама песня, слова которой проникали прямо в его грудь. Тэхён не мог остановить себя от того, чтобы закрыть глаза и слушать песню сердцем и душой. Припев начался, и его губы слегка разошлись, он сделал глубокий вдох, забыв о том, что находится в самолете, и даже забыв о том, рядом с кем сидит, песня просто говорила с ним, и к последним секундам он не мог сдержать ухмылку, расплывающуюся на его губах. Прошла минута или около того, и никто не сказал ни слова, глаза Тэхёна медленно открылись. Он выпустил воздух из лёгких но ощущение тепла осталось в его теле. Он открыл глаза и увидел Чонгука, смотрящего на него своими большими глазами, с улыбкой на губах. — На что ты смотришь? — спросил Тэхён, слегка задыхаясь, возвращая наушники своему владельцу, когда тот вернулся из того состояния, в котором находился. Чонгук снова улыбнулся ему, когда взял наушники. — Ничего, ты просто… выглядел так, будто тебе понравилось, вот и все. Как будто…— Чонгук попытался придумать что-то, что описало бы его состояние, — Как будто ты был в трансе или что-то в этом роде, я не знаю, но было приятно, приятно, что моя музыка могла сделать такое для тебя. — О… — Это и в правду было интересно услышать, — Песня красивая. Действительно красивой, Чонгук. — Хм… да, это так. Чонкук пристально смотрел на Тэхёна, пока тот говорил, и Тэ почувствовал, как от его пристального взгляда по позвоночнику пробежала искра. Ну, это было полтора оборота. Вместо этого он откашлялся и опустил глаза в пол. Нет, он не проходил через это сейчас. Чонгук не милый. Неа. — Тэхён? — Он был выведен из своего странного транса, когда голос Чонгука прервал его мысли (слава богу), и он посмотрел на мальчика, который смотрел на него с любопытством. Черт, ему только что задали вопрос. — Хм? Со смехом Чонгук повторил свой вопрос. — Зачем ты едешь в Америку? — Оу. Я еду туда, чтобы навестить друга детства, — Тэхён кивнул, улыбаясь, когда ему напомнили, почему он сейчас в самолете, — Его зовут Хосок, он профессиональный хореограф, поэтому он там, у него своя танцевальная компания и все такое. Я не видел его год или около того, я так взволнован! Честно говоря, он удивительный человек, я не могу дождаться, когда он покажет мне все вокруг, — Подняв глаза, он понял, что говорил уже достаточно продолжительное время, поэтому поджал губы и судорожно сжал руки, — Извини, я иногда не могу вовремя заткнуться. Чонгук посмотрел на него и тихонько рассмеялся. — Все в порядке, приятно видеть, с каким энтузиазмом ты хочешь увидеть своего друга. — Ага… На этом разговор ненадолго прервался, так как Чонгук вернулся к своей книге, а Тэхён решил достать свою Nintendo и поиграть в пару игр после того, как некоторое время смотрел в окно. У обоих были свои наушники, но Тэхён не мог удержаться от того, чтобы иногда поглядывать в сторону, чтобы увидеть брюнета. Даже если они начали не с той ноги (очень не с той ноги, честно говоря, нога должна была быть на лице другого человеке в этот момент), Тэхён должен был признать, что он был немного, самую малость, очарован. Отличный певец, милый, как кролик, имеются некоторые проблемы с характером, но он казался искренним, когда речь шла о вещах, которые его интересовали. Да просто сосредоточься на своей Nintendo, Тэхён. Ты больше никогда не увидишь этого проливальщика кофе. Внезапно его весёлому настроению пришел конец. — Какого хрена… — Тэхён почти закричал, когда самолет начал раскачиваться из стороны в сторону, как будто он вот-вот должен был упасть, его кулаки крепко сжимали подлокотники, когда он смотрел в окно на случай, если с двигателем что-то не так или что-то подобное. Следующее, что он почувствовал, как кто-то взял его правую руку в свою. — Это просто турбулентность, не о чем беспокоиться, — объяснил Чонгук, крепко сжимая чужую конечность, пытаясь сделать успокаивающее выражение лица. — П-Правильно, да, я знаю это. Конечно, он знал это, он знал, что такое бывает, но он не думал, что ему придется испытать это без Чимина рядом, который смог бы отвлечь его, а без него он не мог остановить себя от того, чтобы не залезть в свою голову и напугать себя. Самолет не упадет. Самолет не упадет. Самолет не упадет. Он даже не осознавал, что дрожит, пока Чонгук внезапно не притянул его лицо к себе, и их лбы не соприкоснулись, глаза смотрели друг на друга. Казалось, тот точно знал, что происходит, и Чонгук пытался его успокоить, пробуя некоторые техники, о которых он читал, чтобы подавить страхи, пусть даже ненадолго. — Ты в порядке, Тэ, просто сделай глубокий вдох, это всего лишь небольшой грохот, — Чонгук говорил так тихо, как только мог. — О, пошел ты нахуй, это больше, чем грохот, ты, придурок, — Тэхён не мог удержаться от того, чтобы не разинуть рот, хотя внутри он был вне себя от одной только возможности того, что он, вероятно, умрет, и Чимину придется организовывать его похороны. О боже, он оденет всех в, чёртовы, окровавленные шубы или что-то в этом роде. Его матери будет не до веселья, когда она явится на похороны собственного сына, а его измазанный в земле гроб будут опускать под песню какой-нибудь айдол группы. Чимин не справиться с его похоронами. — Эй, грязноротый, ты здесь? — О, тише ты. — Я просто пытаюсь помочь Тэ, — Чонгук улыбнулся, слегка удерживая пальцами плече Тэхёна, а сам игнорирует грохот самолета, — Просто сосредоточься на мне, ты справишься. — Ты уверен, что это не двигатель? — Тэхён выдохнул, когда его собственное сознание взяло верх над фильтром его рта, — Например, что, если что-то не так с топливом, или тот, кто создавал двигатель, сделал его неправильно, и он остановится в тот самый момент, когда мы достигнем определенной высоты, или что, если он… — Подумай о том, что я испортил твою рубашку Гуччи, и что меня это не волнует, потому что я могу купить сотню таких же прямо сейчас, потому что у меня полно денег. Глаза Тэхёна расширились, и он на секунду перестал дышать. И да, сейчас он был полон мыслей, которые наполнились небольшой долей ярости, когда слова Чонгука пронеслись в его голове. На эту ссаную рубашку он копил целых два месяца! Его лицо покраснело, когда он подумал об этом, а ощущение руки Чонгука на его плече заставило его напрячься еще больше. Сбросив руку, он резко отвернулся и переместил руки на грудь Чона, чтобы сильно толкнуть его. — Ты абсолютный мудак! Я потратила два чёртовых месяца, чтобы накопить на это, а тебе все равно, потому что ты вдруг стала богатенькой сучкой и можешь купить все, что захочешь, и теперь ты упоминаешь об этом, но ты когда-нибудь предлагал заменить её?! Нет! Ты просто болтала о себе без умолку, и вот я в бешенстве, потому что это все мои деньги, потраченные впустую… Все, что он мог почувствовать, это еще одну пару губ на своих собственных, прервавших его тираду. Его глаза расширились, когда он увидел, как Чонкук закрыл свои и поцеловал его. Все, о чем он мог думать, это мягкость губ другого (серьезно, каким бальзамом он пользуется?), прежде чем его собственный разум включился, и он быстро оттолкнул Чона. Он поднес руку к своим (опороченным) губам и завопил: — ЧТО ЗА НЕСКОНЧАЕМЫЙ ПИЗДЕЦ?