покопайся в моих сохрах

-покопайся в моих сохрах, там есть много-много фраз. все о том, какой ты классный эгоист и три два раз — напевал себе под нос Антон, листая на старом компьютере страничку Арсения в «Вконтакте» и слушая музыку в наушниках. за окном медленно падал снег, освещяемый желтым уличным фонарем. в комнате было тепло от обогревателя и вязаных носков на ногах, в душе было тепло от чужой солнечной улыбки. батареи совсем не грели. -пролистай мои плейлисты, слушай ночи напролёт. в каждой песне там поётся про тебя, блин, идиот — с грустной улыбкой Антон думает, что Арсений действительно идиот, ничего непонимающий, невидящий. вроде послышался звук открывающейся двери. вкладка со страничкой Арса уже закрыта, а Антон читает новости. присутствие в комнате еще одного человека неоспоримо. холод пробежал по спине, с коридора очень дует. -ты не поймёшь намёков, природная ошибка. а тебе даже если говорить прямым текстом, не доходит ничего — поет уже про себя и делает вид, что не знает, что Арс уже вернулся. -привет, Тох — легонько хлопнув того по плечу, и оставаясь позади Антона, здоровается сосед. приходится развернуться и хотя бы ради приличия посмотреть на него и поздороваться в ответ. а Арсений улыбается. улыбается так ярко, тепло, по родному, что даже не сразу чувствуется, какая у него холодная рука. -убери руку, ты ледяной, и так холодно — взгляд опускается с руки вниз и взгляд цепляется за что-то яркое. носки. такие же как у Антона. его бабушка связала им обоим, чтобы не мерзли. -все-все, не морожу тебя. чай будешь? -да — только и слышится от комка из свитера и кудряшек за компьютерным столом. -ты настолько сентиментален, что тебе нравится такая музыка? — через несколько минут спрашивает Арс, параллельно шебурша чем-то на кухонном столе. -че? -не слишком ли сопливо для парня? — это он о чем? — думает Антон и, демонстративно изображая непонимание, смотрит на Арса. -у тебя наушники сломались, видимо — пожимая плечами и ставя кружки с чаем на стол, говорит парень, направляясь в сторону своей кровати, находящуюся по левую сторону от компьютерного стола. Антон быстро закопошившись, ставит музыку на паузу и вынимает шнур из системного блока, разглядывая его на наличие внешних повреждений. -ты, кстати, неплохо поешь, мне понравилось — вот так просто он говорит об этом, отпивает свой чай и смотрит на него. а у того сердце сделало кульбит и готово вырваться из грудной клетки. это ведь был комплимент? ведь да? -аа, как много ты слышал? — надеясь, что это не звучит жалко, тихо спрашивает Антон. -ну почти пару песен. ты не слышал как я зашёл? чай пей, остынет -неа — все же беря кружку двумя руками, чтобы согреть их, он делает глоток и чуть ли не давится -ты пел про кого-то? — а взгляд пронзительный, готовый уловить каждую эмоцию, чтобы выявить правду ли ответит, или солжет. -ну, да, но. — мнется Антон, не рассказывать ведь всю правду, можно и недоговорить -а ну-ка, ну-ка, расскажи мне — взгляд потяжелел, голос стал жёстче, а лицо напряглось. -да нечего рассказывать — глаза бегают и он смотрит куда угодно, но не на Арса. ложь — выявляет Арсений, и подходит ближе к парню, встает, опираясь на подлокотники стула, и вглядывается в глаза: зрачки расширены, будто до предела. стоит опустить взгляд ниже и можно увидеть искусанные губы, которые Антон прямо сейчас решил облизать, слишком уж близко они находятся друг к другу. сердце заходится в бешеном ритме, но чьё? в тишине комнаты отчётливо слышится учащенное дыхание, общее на двоих. в секунду Арсений обхватывает Антона за шею и приближается к нему, целуя. неуверенно, боязно, пока тот не отвечает ему. -ты весь замерз, пойдем — ведя его к своей постели и укладываясь на нее, он похлопывает по месту рядом с собой, приглашая лечь рядом. Антон быстро ложится и его тут же укрывают огромным тёплым одеялом, обнимают и не отпускают. тепло. -так ты, знал? -конечно, но сомневался. в себе, в основном. а сегодня. решился -блин, я же смотрел на., а ты, ты чего ждал там? — пристыженный Антон закутался глубже в одеяло, укладывая голову на грудь Арсению. -тебя? — нежно, полувопросительно отвечает тот, целуя парня в макушку, и обнимая ещё крепче — грейся давай, сосулька. -ты не отпускай, я и согреюсь — ближе прижимаясь к парню, бубнит куда-то в одеяло Антон. -ты мне потом покажешь свои сохранённые? -угу — отвечает он сонным голосом. он готов показать ему и сохраненки, и плейлисты и мир. отныне, Антона греет не только бабушкины носки и улыбка Арсения, адрессованная фотографу, но и сам Арсений.