I've got my eye on you

ксавье категорически отрицает, что совсем не знает уэнздей. он единственный, кто очень долго наблюдал. он замечает те детали, которые невидимы даже для энид. ему все еще больно признавать, что она стала для нее первым другом в конце концов, ксавье и уэнздей говорили все каникулы. технически, не говорили, а переписывались, но это все равно дает ему плюс десять очков по отношению к другим. сильно за полночь он перелезает на крышу офелии-холла, затем на балкон. свет погашен, и на секунду ему хочется развернуться и уйти (но голова снова работает медленнее сердца). уэнздей появляется у окна будто из ниоткуда. жутковато — в ее стиле. — ксавье? выходит на балкон тихо, едва слышно закрывая за собой окно. энид уже спит и будить ее совсем не нужно. — извини, мне не спалось. видел, что ты в сети… решил поговорить с кем-нибудь. идиот — мелькает в голове. худшее из всех оправданий, что можно было представить. уэнздей молчит в сомнении несколько секунд. — хорошо, — говорит — давай поговорим. до рассвета с балкона верхнего этажа офелии-холла слышен шепот. он говорит много даже неприлично много рассказывает о детстве, об отце, о том, как всю жизнь не клеилось с нормисами, что мать ушла без объяснений, когда ему было четыре. и что у отца новая семья — в ней нет места проблемному сыну. она говорит меньше: о семейной забаве топить пагзли о том, что любовь родителей ее пугает о нормисах, убивших ее скорпиона и что иногда она очень скучает по фестеру. солнце восходит над невермором. и ксавье решается спросить. — как думаешь, мы бы могли однажды… он не успевает закончить. она прерывает. — ксавье, если ты не заметил, в прошлом семестре произошло многое. и мне нужно время. я все еще не могу привыкнуть к друзьям. — так я твой друг? — не заставляй меня произносить этого вслух. он улыбается. ведь он всегда замечал детали.