Танцы

Каждому Азерофаэлю положен свой Кроули. Демон, на левом плече Александра Романова, был скорее, ангелом хранителем. Люцифер ведь тоже ангел? И как то в районе девяностых, Шура Думский сказал: —"Я интроверт и социопат, как мне объяснить, что бы ты понял?!"— Как то, Александр Романов, в районе месяца назад, сказал: —"Когда тебя нет, на меня глядят, странные глаза, из дальнего угла."— а Михаил ответил: — Конечно это бесы, конечно бесы, кто же ещё?— Только Думский, тогда боялся, а Романов, сейчас и бровью не повёл. Ведь это сказал, его личный ангел, который мигом падёт, если кто то обидит Сашу. Иногда, ему всё же казалось, что стоит прикоснуться к жёлтым взъерошенным волосам, можно дотронуться до рогов, а подняв взгляд, встретить алые радужки, безжалостных глаз. Но ведь они танцуют! Истинно, танцуют! Маргарита, на кровавом балу, вальсируют ангел и демон. Безумный вальс, под джазовый оркестр саксофонов и рояля, под адские фанфары. И вот, они кружат, в невыносимо полной пустоте! То рискуя свалиться в раскалённую лаву, то быть поглощенными чернотой, что помнит каждый их шаг. А стоит им чуть отступить- будет река, что давным давно замёрзла. Её, не нужно бояться. Она поёт, подпевает оркестру, поёт, для тех кто слышит, в песне этой, есть волшебство, невиданное ранее никем, и Миша шепчет: —"Доверься глубине!"— и Саша понимает - неверный шаг, и ты на дне. А ему кажется, что он уже тонет. Тонет он, и горит его тело, опускаясь на дно, которого и вовсе не видно и сквозь лёд, слышит он рояль, саксофон теряется в звуке воды, маэстро, вальс! И вот, уже Саша совсем не боится. Теперь, они кружатся по кухне, в московской квартире, под околоджазовые мотивы "Дайте танк (!)", и Миша подпевает: — Наверное это бесы, конечно это бесы — И Романов вторя ему: — Конечно бесы, кто же ещё!