Бенгальский огонек

      Каминная сеть — стресс. Я может и не попала в Лютный, но это путешествие стоило пару дней моей жизни.       Тебе просто не понять, что и где. Пепел абсолютно везде. Из камина ты выходишь грязным, грустным и помятым. Это отвратительно.       Возможно этому можно обучиться или привыкнуть к подобным последствиям, но это точно не будет моей жизненной целью. Какой идиот их придумал…       — Я одна такая бракованная, или вы тоже чувствуете себя пожеванными? — говорить до сих пор было трудно. Почти что через каждое слово я откашливалась от пепла.       — Да нет вроде… — Джордж посмотрел меня и тут же зажал рот рукой.              — Нормально мы себя чувс. Мерлин! — Фред тоже перевел на меня взгляд.       Похоже выгляжу я сейчас, как черт из табакерки… Мне срочно нужна миссис Уизли. Я натянула мантию, закрывая большую часть лица, и пошла к своей спасительнице.       — Миссис Уизли, тут такое дело… Мне нужна ваша помощь.       — Что такое, крошка? Мерлин, как я могла забыть, что ты впервые так путешествуешь! Просто ты так уверенно все делала… Сейчас, сейчас… Тергео. — Женщина взмахнула палочкой и успокаивающе мне улыбнулась. — Это нормально так себя чувствовать, Эбигейл, особенно в первый раз. — Она погладила меня по голове. — Скажу по секрету, ты еще хорошо справилась. Часто первое перемещение вызывает головокружение тошноту и прочие не самые приятные последствия.       — Значит справилась я плохо. Прямо сейчас я полностью чувствую весь этот спектр чувств. Даже хуже, ваши описания довольно легкие…       — Попей водички, отдохни и подумай о чем-нибудь приятном, я сейчас проверю Гарри. — Глаза женщины молниеносно расширились. — Стоп. Где Гарри?! Мерлин, так и знала, что он запнулся. Прости, невестка, мне срочно нужно найти этого ребенка. — Она развернулась и побежала к мужу. — Артур, быстрее, нужно проверить все другие камины. Гарри мог погибнуть!       Да уж, день с самого начала не задался. Волшебники — садомазохисты. Кто в здравом уме захочет привыкать к подобному? Чувствую, что с аппарацией у меня будут большие проблемы… Говорят она намного хуже.       Похоже, что Гарри все-таки нашелся. — Думала я, смотря на приближающуюся ораву рыжих макушек, окруживших черноволосого паренька и маленькую кудрявую девочку. Слава Мерлину, когда они подошли, я уже чувствовала себя человеком, а не чьим-то завтраком.       — Привет, Гермиона, — поприветствовала я гриффиндорку легким кивком головы.       — Привет, Эбигейл. — Улыбнулась она мне. — Мои родители были очень счастливы, что снова смогут тебя увидеть. Они говорили про какое-то новое открытие, что-то связанное с раком и блокировкой опухолей. Вроде бы…       До сих пор удивляюсь, что стоматологи так увлечены подобными аспектами медицины.       — Я тоже очень ждала нашей следующей встречи. В прошлый раз мы так и не обсудили недавно прошедшую национальную конференцию по профилактике и раннему выявлению рака. А там такие темы интересные были. Например, возможность блокирования роста эпителиальных опухолей на ранних этапах с использованием веществ, способных влиять на факторы роста… м-г-м.       Договорить я не смогла. Фред безжалостно заткнул мне рот рукой.       — Эбигейл…       — Мы и без того знаем, что ты умная.       — Избавь мое прекрасное лицо от твоей пакли. Ты до сих пор в саже! — Я отбросила мешавшую мне говорить руку. — Так уж и быть, не буду засорять ваши бедные головы.       И всей этой дружной компанией мы отправились в полчище жутких тварей — Гринтгонс.       Помимо того, что я планирую взять пособие для сирот, еще я хотела бы вложить заработанные деньги в банк. Я уже обсудила этот вопрос с Биллом.       У гоблинов вполне себе неплохая экономика. И есть возможность положить деньги под процент. Хоть и этот самый процент будет небольшим.       За саму процедуру открытия счета и за охрану сейфа придется заплатить, но если я положу деньги и не буду их использовать до окончания школы, то это принесет мне некоторый доход. И я считаю это того стоит.       Я решила оставить сотню галеонов на свои нужды, а все остальное положить в банк.       Пособие на этот год оказалось до смешного маленьким — шестнадцать галеонов, шесть сиклей и девять кнатов. Ровно на одну мантию и набор учебников, без защиты от темных сил. Похоже, Министерство тоже считает, что это литературное безобразие не обязательно для покупки. Мило.       Гоблин заинтересовался способом моего заработка. Даже откуда-то прознал, что это именно я вяжу материалами из Запретного леса, предлагал контракт, будь я наивной дурочкой, не читающий мелкий шрифт, согласилась бы, наверное.       — Интересное предложение. Материалы с меня, ручной труд мой, а семьдесят процентов с продажи получаете вы?       Лицо гоблина становилось все противнее и противнее с каждым произносимым мной словом.       — Забавно, дайте-ка подумать… Подумала. Ищите другую дуру, сэр. Пусть я и кажусь вам неотесанной сиротой, но ваше предложение даже с учетом этого — издевательство и оскорбление всего бизнеса в целом. Я хочу поменять гоблина ответственного за мой сейф. Сейчас же.       Не понимаю как Билл может с ними работать. Это отвратительно.       Но, в целом, своим походом в Гринтгонс я довольна, ведь мне даже повысили ставку на ноль один процент, когда я пригрозила им, что полностью откажусь от их услуг. Сговорчивые они… И жадные.       Кстати, Уизли, конечно, бедные, но не нищие. В сейфе у них лежит далеко не один галеон. Тем более это было бы очень странным стечением обстоятельств, если при двух сыновьях с хорошо оплачиваемой работой у родителей был бы всего галеон в запасе.

***

      — Миссис Уизли, если вы не против, я хочу отдать одну свою мантию Джинни, она мне стала маловата. Понятное дело, она тоже была куплена у старьевщика, но до сих пор находится в отличном состоянии.       Изначально я собиралась перепродать эту мантию за галеон или около того, но радость в глазах девочки, от произнесенной мной фразы, стоит гораздо больше злосчастного галеона.       — Ну что ты, Эбигейл, ты не должна. Мы вполне способны собрать собственную дочь в школу.       Джинни немного расстроилась, но против матери выступать не стала.       — Миссис Уизли, вы тоже должны меня понять. Я все лето провела у вас и никак вам при этом не отплатила.       — Не думай о подобных глупостях, ты нам уже как родная. О каких деньгах может идти речь?       — Вот именно. Джинни тоже мне уже как родная сестренка. Не вижу ничего плохого в том, чтобы сестры донашивали за собой вещи. Это нормально.       — Ну, если ты так говоришь, тогда хорошо. Спасибо, Эбигейл. — Женщина мягко мне улыбнулась.       — Ура, спасибо, невестка! У тебя очень красивые мантии!       — Рада слышать. Ну все, пойдемте. Нам еще учебники покупать.       Но до этого еще было время.       Мы встретили Ли, тот торчал возле стенда с холодными и влажными чудо-хлопушками доктора Фойерверкуса.       — Вы себе просто не представляете, как тяжело жить в одном доме с младенцем. Я чуть с ума не сошел! Ладно. Забудьте… Я и без ваших напоминаний знаю, что вы никогда не жили в одиночестве и всю жизнь ваши дома были заполнены криками, воплями или чем похуже, но я-то к такому не привык!       — Ли, мы прекрасно понимаем, что новорожденные — исчадья ада. — Посочувствовав гриффиндорцу, я попыталась оказать свою своеобразную поддержку.       — Именно. Поэтому жалуйся сколько хочешь. — Близнецы поддержали мой акт милосердия.       — Мы тебя не осудим.

***

      Подойдя к магазину «Флориш и Блоттс» мы, наконец, со всеми воссоединились. На верхнем окне книжного красовалась огромная вывеска: Гилдерой Лохарт подписывает автобиографию.       — Мы сейчас увидим самого Лохарта, — в восторге пролепетала Гермиона. — Он же написал почти все учебники из нашего списка!       — В приличном обществе это назвали бы просто грязным способом заработать деньги на детях, но это твое право, Гермиона, почитать автора бульварных романчиков или нет.       Гриффиндорка лишь удивленно посмотрела в мою сторону.       — Как так получилось, что ты знаешь содержание книг Лохарта, змейка?       — Мне не обязательно знать содержание, чтобы понять в чем тут дело. Столько женщин в одном месте никогда не соберет автор учебников, каким бы смазливым он бы ни был.       — В этом есть зерно истины, принцесса, но говори потише, наша матушка его большая фанатка.       Коротышка нервозного вида приплясывал вокруг стола, то и дело щелкая большой фотокамерой, из которой при каждой вспышке валил густой пурпурный дым.       — Не мешайся! — рявкнул он на Рона, пятясь назад и наступив ему на ногу. — Не видишь, я снимаю для «Ежедневного пророка».       — Тоже мне! — Рон потер отдавленную ногу другой.       Лохарт услыхал его восклицание, посмотрел в нашу сторону и вдруг вскочил с таким видом, как будто в магазине приземлилась летающая тарелка.       — Не может быть! Неужели это сам Гарри Поттер!       Толпа расступилась. Лохарт ринулся к мальчику, схватил его за руку и потащил к столу. Позируя перед фотографом, он с силой затряс руку вспыхнувшего до корней волос Гарри.       Мне, конечно, было его жаль, но не настолько, чтобы вмешиваться в происходящее.       — Гарри! Улыбнись шире! — Лохарт и сам ослепительно улыбнулся. — Мы с тобой украсим первую полосу! Леди и джентльмены! Какие незабываемые минуты! Позвольте обратиться к вам с одним маленьким заявлением. Юный Гарри пришел сегодня во «Флориш и Блоттс» купить мою книгу с автографом, но ему не придется тратить деньги. Я дарю ему все мои книги.       Зрители снова зааплодировали.       — Это еще не все. — Лохарь слегка тряхнул мальчика, отчего его очки сползли на кончик носа. — Знай, Гарри, ты получишь гораздо больше, нежели просто мой автограф. Отныне ты и твои друзья получат в свое распоряжение живого меня. Да, леди и джентльмены. Я с превеликим удовольствием и гордостью сообщаю вам, что с первого сентября я приглашен занять пост профессора защиты от темных искусств в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс»!       Наконец-то, Добби свободен, ой, то есть Гарри. Поэтому, заметив в конце зала Джинни, он пошел к ней, пошатываясь под тяжестью сочинений Лохарта.       — Это тебе, — сказал он, укладывая все книги в котел, стоявший рядом с ней на полу. — А я себе сам куплю. Учись хорошо!       И вот на ринг выходит главная блондиночка Слизерина, и слава Мерлину, это не я.       — Вижу ты счастлив, Поттер! — раздался за нашими спинами голос. — Не успел войти в книжную лавку и тут же попал на первую страницу «Пророка»! Вау, тут еще и самое нищее семейство магического мира имеется. Ух ты, сколько покупок! Небось твои родители, Уизли, теперь месяц будут ходить голодные.       Рон ринулся на Малфоя, но Гарри и Гермиона успели схватить его за полы мантии.       — Рон! Сейчас же перестань! — крикнул мистер Уизли, продираясь сквозь толпу. — Идите на улицу. Это не магазин, а сумасшедший дом.       — Кого я вижу! Артур Уизли!       Это был мистер Малфой. Как только он сделает свое грязное дело, я точно с ним поговорю, а пока я могу лишь ждать, скрываясь среди толпы. Бесит!       — Здравствуйте, Люциус, — холодно приветствовал его мистер Уизли.       — Слышал, что у Министерства прибавилось работы. Все эти рейды, знаете ли! Хоть сверхурочные-то вам платят?       С этими словами он сунул в котел Джинни руку и среди глянцевых книг Лохарта откопал старый, потрепанный учебник «Руководство по перевоплощению для начинающих».       — По-видимому, нет. — Вздохнул он. — Стоит ли позорить имя волшебника, если за это даже не платят?       — У нас с вами разные представления о том, что позорит имя волшебника, мистер Малфой, — отрезал он.       — Это очевидно. — Малфой перевел белесые глазки на родителей Гермионы, которые со страхом взирали на разгорающуюся ссору. — С кем вы якшаетесь! Ниже падать некуда.       Тут уж Артур Уизли не выдержал. Пнув ногой жалобно звякнувший котел, он ринулся на мистера Малфоя, схватил его за грудки и швырнул на книжную полку.       — Как ты смеешь их оскорблять! — крикнул он, ловя падающие на него тяжеленые книги.       — Так его, отец! Врежь ему хорошенько! — кричали близнецы.       — Артур! Не надо, прошу тебя, — умоляла миссис Уизли.       — Джентльмены! Пожалуйста, прекратите! — надрывался продавец, стараясь навести порядок.       — Чисто сумасшедший дом! А ну валите все отсюда! — громыхнул чей-то голос.       Хагрид уже спешил на подмогу. Он с легкостью преодолел завалы книг и в мгновение ока растащил в стороны сцепившихся драчунов. У мистера Уизли была рассечена губа, а у мистера Малфоя красовался под глазом здоровенный фингал — след от удара толстенной «Энциклопедией поганок». В руках у старшего Малфоя все еще был учебник Джинни.       — Вот твоя книжка, девочка. Получше твой отец не в состоянии купить.       Ну а теперь можно и вмешаться.       — Я так понимаю воспитанием в аристократических семьях, занимаются лишь единицы. — С этими словами, я взяла из рук блондина учебник. — Как бы сильно бы вы не призирали своего собеседника, мистер Малфой, вы не должны переходить на личности. По крайней мере, это то, чему учили меня. До свидания. И не думайте, что если я на одном факультете с вашим сыном, я буду придерживаться его позиции. Кстати, миссис Малфой понравилась шаль? Пусть она бережет ее, не думаю, что смогу сделать для нее что-то новое, видите ли, ваши слова заставили меня задуматься, что мое происхождение, статус и количество галеонов в сейфе, не достойно вашей семьи. Что ж, еще раз до свидания.       Я незаметно переложила крестраж в свою сумку и отдала учебник Джинни. У меня ему будет надежнее.       Малфой мне ничего не сказал, но в его глазах появился страх, похоже он тот еще подкаблучник. Он выразительно посмотрел на сына, и оба поспешили убраться восвояси.       — Наша змейка вытащила свои маленькие ядовитые зубки!       — Вы видели в каком состоянии Малфой покидал лавку? Он будто шел на смертную казнь, принцесса, ты крута!       Миссис Уизли была далеко не так счастлива как близнецы, но все равно меня поблагодарила.       — О, привет, Эбигейл, я тебя не заметил! Как прошли твои каникулы?       — И тебе привет, Хагрид. Я отлично провела время в доме семьи Уизли, мне очень понравилось.       — Что же, рад за тебе, ну это, больше не буяньте! Пошли-ка скорей на улицу.       Магазин покинули всей компанией. Продавец хотел было остановить их, но он был Хагриду ровно по пояс, и благоразумно передумал. Мистер и миссис Грэйнджеры дрожали от страха, а миссис Уизли кипела от ярости.       — Хороший пример ты подаешь детям… Подраться прилюдно… Боже! Что подумает Гилдерой Лохарт.       — Лохарт был наверху блаженства! — успокоил Фред мать. — Не слыхала, как он просил того типа из газеты вставить в репортаж сцену сражения? А я слыхал. Совсем на популярности помешался! Может быть туда вставят еще и выступление Эбигейл!       — Ага, так и вижу. Двенадцатилетняя волшебница шантажирует аристократа. Сенсация! Мистер Малфой оказался подкаблучником! Что же с ним сделает Нарцисса Малфой, когда узнает, что лишилась своего личного поставщика искусных шалей. Подаст на развод?! Бедный Драко Малфой, с кем же останется маленький слизеринец?! Мы все выясним, продолжение читайте в следующем выпуске.       — Мерлин, Эбигейл, ты похлеще Скитер будешь!       Похоже обстановку я все-таки разрядила. Вон как все лыбу давят. Молодец я.       В «Дырявый котел» вся компания вошла уже прощаясь. Грэйнджеры покинули трактир через противоположный выход, ведущий на улицу маглов. Мистер Уизли начал было расспрашивать их, как действуют автобусные остановки, но, поймав взгляд жены, покорно замолк.       Пора было возвращаться в «Нору».       Перед тем как взять щепотку «летучего пороха», я пару раз перекрестилась. Да, этот вид транспорта явно не для меня!

***

      Тридцать первое августа наступило слишком быстро. Пусть я и соскучилась по учебе, но я буду еще больше скучать по стряпне Миссис Уизли.       В последний вечер она устроила грандиозный ужин: сварила, нажарила, испекла все что только могло придумать мое воображение. Конечно, и без моих пирогов семья не осталась.       Чарли написал, что все его коллеги, как и он сам, будут ждать в нетерпении следующих летних каникул и надеются, что я не оставлю без внимания их голодные тушки.       Вечер закончился фейерверком, Джордж с Фредом зажгли бенгальские огни, и чуть не полчаса по стенам и потолку плясали красные и голубые звезды.

***

      Утром собирались долго. И хотя все семейство проснулось с петухами, казалось, никто ничего не успевает сделать.       Обитатели «Норы», полуодетые, с тостами в руках, сталкивались на лестнице, жуя на ходу. Я же смотрела на это, как на довольно странное кино, ведь свои вещи я собрала еще вчера.       Наконец, все разместились в машине, миссис Уизли с Джинни сели на переднее сиденье, оно в длину не уступало садовой скамейке. Обернувшись назад, где удобно устроились Гарри, Рон, Фред, Джордж и Перси, она немало удивилась:       — Маглы не так уж глупы, как нам представляется. Такая вместительная машина! А по виду ни за что не скажешь.       Мистер Уизли включил зажигание, и груженный сверх меры фордик тяжело выкатил со двора.       — Я забыл хлопушки! — взвыл Джордж.       — Они у меня. В поезде отдам.       — Но как ты узнала.       — Джордж, что ты, что твой брат, совершенно не умеете собираться. — Я укоризненно посмотрела на них. — Да, Фред?       — Моя метла! — Фред перевел на меня взгляд.       — В багажнике.       — Эбигейл! Ты чудо!       Слава Мерлину, дневником Тома Редла Джинни в этой жизни не обзавелась. Надеюсь, что на поезд мы приедем вовремя.       Без двадцати одиннадцать мы остановились у вокзала Кингс-Кросс. Мистер Уизли кинулся через дорогу за тележками для багажа, и скоро вся наша компания чуть ли не бегом поспешила на платформу.

***

      Мои старания оказались абсолютно бесполезными! Тупой домовик и его замашки Бога!       Пусть это и не мои проблемы, но я честно старалась, чтобы никто гремучую иву не покалечил! Хорошо, что хоть с дневником все прошло по плану.       В поезде мы не прекращали болтать. Тео и Блейз за лето вытянулись и теперь были слегка выше меня. Хорошо, что разница не такая уж и большая. Иначе бы я чувствовала бы себя коротышкой среди великанов. Ведь на близнецов я уже смотрю снизу вверх.

***

      — Ну здравствуй школа…       Поездка на каретах запряженных Фестралами мне понравилась. Пусть и из моих знакомых их видели только я, Тео и Невилл. Они им, кстати не понравились. А как по мне вполне себе забавные зверюшки.       Конечно, эти два идиота не додумались послать письмо. Я уже и не надеюсь на их сознательность.

***

      На утро два гриффиндорца получили свою заслуженную взбучку. Я не садистка, но это заставило меня улыбнуться. А что? Я же не святая, имею полное право наслаждаться чужими унижениями!       На первой полосе газеты красовался кстати не только Гарри, но и мой затылок. Вот она популярность!

***

      Профессор Спраут была маленькая, кругленькая ведунья, платье у нее вечно было в земле.       Гилдерой Лохарт, напротив, был, как всегда, безупречен, его бирюзовый плащ развевался, золотистые локоны переливались под идеально сидевшей шляпой того же цвета, отделанной золотой каймой.       — Всем привет! — с сияющей улыбкой приветствовал он учеников еще издали. — Я показывал профессору Спраут, как вылечить Гремучую иву! Но, пожалуйста, не подумайте, что профессор меньше меня разбирается в гербологии! Просто мне доводилось иметь дело с экзотическими растениями во время моих странствий…       — Дети, теплица номер три! — распорядилась профессор Спраут, явно расстроенная. В ней сегодня не было и следа обычного, живого и приветливого, расположения духа.       Мы довольно зашумели. В прошлом году мы занимались только в теплице номер один. В теплице номер три растения были куда более интересные, даже опасные.       Профессор вынула из-за пояса большой ключ и отперла дверь теплицы. Оттуда на нас повеяло теплом, запахом сырой земли, удобрений и тяжелым ароматом гигантских, размером с зонт, цветов, свешивающихся с потолка.       Все было бы прекрасно, если бы не один раздражающий тип.       — Гарри! Ты мне нужен на пару слов. Вы не возражаете, профессор, если Гарри опоздает минуты на три?       Судя по недовольному лицу, Помона Спраут возражала.       — Вот и отлично, — заявил Лохарт и захлопнул дверь перед носом профессора гербологии.       Профессор Спраут стояла у деревянной скамейки в центре теплицы, на которой лежали около двадцати пар наушников-заглушек. Подождав, пока Гарри займет свое место рядом с Гермионой, профессор начала урок.       — Сегодня мы будем пересаживать мандрагоры, — сказала она. — Кто хочет рассказать о свойствах этого растения?       Гермиона тут же подняла руку. А я просто посмотрела с улыбкой на профессора и перевела взгляд на неуверенного Невилла. Спраут намек мой поняла. Видимо, не одна я заметила любовь мальчика к этому предмету.       — Невилл, не расскажешь?       По Гермионе было видно, что она расстроилась, но не сильно.       — Я?! Эм, ну, Мандрагора, или мандрагорум, — сильнодействующее средство для восстановления здоровья, — довольно тихо начал Лонгботтом. — Мандрагору используют, чтобы вернуть человеку, подвергшемуся заклятию, его изначальный облик. Мандрагора является главной составляющей частью большинства противоядий. Но и сама мандрагора небезопасна. Плач мандрагоры смертельно опасен для всех, кто его слышит.       — Совершенно верно. Десять баллов Гриффиндору. Мандрагоры, которые сейчас перед вами, — рассада, совсем еще юная.       Профессор указала на глубокие ящики, и весь класс подвинулся вперед, чтобы лучше рассмотреть. В ящиках росли рядами торчащие из земли пучки лилово-зеленых листьев — в каждом около ста маленьких мандрагор.       — Возьмите наушники, — распорядилась профессор Спраут.       Толкаясь, ребята бросились к скамье, никто не хотел весь урок сидеть в розовых из искусственного меха.       — Когда я скажу: «Наденьте наушники», постарайтесь надеть так, чтобы абсолютно ничего не слышать. Когда можно будет наушники снять, я подниму вверх большой палец. Наденьте наушники!       Я же против розовых ничего не имела, поэтому в драке не участвовала. Профессор Спраут, как и я надела розовые, засучила рукава мантии, крепко ухватила одно растеньице и с силой дернула.       Вместо корней из земли выскочил крошечный, испачканный землей, безобразный младенец. Листья росли у него прямо из макушки, кожа бледно-зеленая, вся испещренная разноцветными точками, и было очевидно, что он истошно орет.       Профессор Спраут взяла из-под стола большой цветочный горшок и посадила мандрагору в темный влажный компост, оставив снаружи только пучок листьев. Затем она отряхнула от компоста руки, подняла вверх большой палец и сняла наушники.       — Поскольку наши мандрагоры совсем еще маленькие, — пояснила она, — их вопли могут максимум часа на четыре оглушить. Я уверена, что никому из вас не хочется пропустить первый День занятий, поэтому следите, чтобы наушники плотно закрывали уши. Когда урок окончится, я подам знак. С каждым ящиком будете работать вчетвером, компост вот здесь в мешках. И следите, чтобы жгучая антенница не коснулась вас щупальцами, она жжется.       Говоря это, профессор довольно сильно шлепнула темно-красное колючее растение, тянувшее исподтишка к ее плечу длинный щуп, — щуп мгновенно убрался.       В нашей группе была я, Блейз, Тео и Невилл. По-моему мы отлично сработаемся.       — Спасибо, Джексон. — Неуверенно промямлил мальчик.       — За что?       — Я видел, что это именно ты надоумила профессора спросить меня. Хотя ты и сама могла ответить. И получить баллы для факультета.       — Я и без этого получу кучу баллов. А тебе пора прекращать стесняться. Вот скажи, что плохого случится, если ты ответишь неверно? Правильно — ничего. Тем более ты отлично разбираешься в гербологии. Так что мы, с ребятами надеемся на твою помощь.       — Да, Невилл, ты был крут.       — Уверен, что твой ответ был лучше того, что собиралась сказать Грейнджер.       — Все. Давайте начинать работать.       Наушники были надеты, и мы начали пересаживать мандрагоры.       Профессор Спраут легко справилась с первым саженцем, на то она и была профессор гербологии. Дело, однако, оказалось не такое приятное. Мандрагоры не желали расставаться с насиженным местом и переезжать в отдельный горшок, они корчились, брыкались, молотили острыми крепкими кулачками, скрежетали зубами. Но после первой попытки дело пошло быстрее. У Невилла Мандрагоры вообще чуть ли не ластились. Вот что значит будущий герболог!

***

      — Рон, у меня к тебе деловое предложение. За лето Салем очень подружился с Коростой. Он у меня вообще птица любвеобильная. Как тебе такая идея. Короста поживет в моей комнате, чтобы они могли видеться почаще. А я дам тебе деньги на новую палочку, а то с твой ты рискуешь кого-нибудь убить. Тем более твоя мама очень переживает за твою учебу, а с этим, я вообще не уверена, что хоть какие-то заклинания у тебя получаются.       — Ты же не собираешься скормить ее своему соколу?!       — Нет, конечно. Это было бы очень невыгодной тратой ресурсов. Тем более летом мы вполне неплохо провели время, ты так не считаешь? Я уже думаю о вас всех, как о своей семье. А для семьи мне ничего не жалко. Ну так что, согласен?       — Ну, наверное, давай… Ты вроде не такая уж и слизеринка…       — Тогда договорились. Скажи про свою палочку профессору Макгоногал, пусть она сводит тебя к Олливандеру. Не думаю, что она будет против. Я дам тебе восемь галеонов, на палочку должно хватить. Тогда передашь мне Коросту после ужина, хорошо?       — Хорошо! Спасибо, невестка! Ой, прости, это все из-за моей семьи. Я привык, что они так к тебе обращаются…       — Ничего, я привыкла.       Гриффиндорцы в моих планах драться с Лохартом не должны, так что какое состояние у его палочки роли не играет. И без блюющего слизнями Рона, я как-нибудь этот год проживу.       Для чего это мне? Ну, если крыса — Хвост, тогда попробую освободить Блэка. Есть у меня некоторая привязанность к этому волшебнику. Да и Дементоров в школу я не хочу. Я хочу максимально спокойно учиться в школе. Говорит девочка, которая уже на пол пути к открытию Тайной комнаты… Ладно, я хочу спокойной жизни… и денег. И тайные записи Слизерина посмотреть, ну и на Василиска… В общем у меня много желаний и я много чего хочу!

***

      — Двойной портрет, мистер Криви. Лучше не придумаешь. И мы оба его подпишем! — распоряжался Лохарт.       Услышала я пока направлялась в сторону кабинета. Бедный Поттер. Я совсем забыла об этом эпизоде.       Колин повозился немного со своей камерой, сделал снимок, и тут как раз прозвенел звонок на урок.       — Идите в классы! Быстрее! — скомандовал Лохарт и сам устремился ко входу. Он все еще держал за плечи Гарри.       Когда все расселись по местам, Лохарт громко прокашлялся, и в классе стало тихо. Он протянул руку, взял «Тропою троллей» — экземпляр, принадлежащий Невиллу — и поднял его, демонстрируя собственный подмигивающий портрет на обложке.       — Это я, — сказал он и тоже подмигнул. — Гилдерой Лохарт, рыцарь ордена Мерлина третьего класса, почетный член Лиги защиты от темных сил и пятикратный обладатель приза «Магического еженедельника» за самую обаятельную улыбку. Но не будем сейчас об этом. Поверьте, я избавился от ирландского привидения, возвещающего смерть, отнюдь не улыбкой!       Гилдерой замолчал, ожидая смеха. Несколько учеников довольно кисло улыбнулись.       — Я вижу, вы все купили полный комплект моих книг. Как это прекрасно! Пожалуй, начнем урок с проверочной работы. Не пугайтесь! Я только хочу проверить, как внимательно вы их прочитали и что из них усвоили…       Лично я ничего не купила, но он похоже этого не заметил.       Вручив каждому листки с вопросами, он вернулся к столу.       — Даю вам полчаса, — сказал он. — Начинайте.       1. Какой любимый цвет Гилдероя Лохарта? — Цвет тюбика отбеливающей зубной пасты — сиреневый.       2. Какова тайная честолюбивая мечта Гилдероя Лохарта? — Наводнить рынок составами для сохранения шевелюры вашего собственного изобретения.       3. Каково, по вашему мнению, на сегодняшний день самое грандиозное достижение Гилдероя Лохарта? — Ваше появление на свет. …       54. Когда день рождения Гилдероя Лохарта и каков, по вашему мнению, идеальный для него подарок? — 26 января, а идеальный подарок — чтобы люди разучились смотреть фактам в лицо, то есть благорасположение между всеми людьми, магами и немагами. Будет еще лучше, если вы будете смотреть на все это с бутылки доброго восьмилетнего шотландского огневиски двойной выдержки в руках!       В сущности я отвечала на вопросы верно… Если что скажу, что это просто мой авторский стиль. Все-таки оценки мне нужны хорошие.       Спустя полчаса Лохарт собрал работы и быстренько просмотрел их.       — Ай-яй-яй! — покачал он головой укоризненно. — Почти никто из вас не помнит, что мой любимый цвет сиреневый. Я об этом пишу в книге «Йоркширские йети». А кое-кому не мешало бы повнимательнее читать «Встречи с вампирами». В главе двенадцатой я черным по белому пишу, что идеальный подарок для меня в день рождения — благорасположение между всеми людьми, магами и немагами. Но, разумеется, я не отказался бы и от бутылки доброго огненного виски Огдена!       Рон уставился на Лохарта недоуменным взглядом. Сидевшие впереди Симус Финниган и Дин Томас тряслись от едва сдерживаемого смеха. Гермиона же, наоборот, вся обратилась в слух.       — Меня удивили две работы. Мисс Гермиона Грейнджер прекрасно знает мою честолюбивую мечту. Да, я хочу избавить мир от зла, а вот Мисс Эбигейл Джексон, просто поражает своей внимательностью к деталям. Хоть и пару пунктов я бы и изменил, но на все вопросы вдвоем ответили верно. Ваши работы заслуживают самой высокой оценки! Где вы девочки? Покажитесь.       Гермиона подняла дрожащую руку. Я просто слегка помахала ладошкой.       — Отлично! — излучал восторг Лохарт. — Десять баллов каждой! Но, мисс Джексон, почему я не вижу у вас на столе учебников?       — Понимаете, мистер Лохарт, у меня не было денег на такую роскошь… Поэтому я просто запомнила наизусть все ваши книги. Вы просто поразительный писатель! Строчки отскакивают у меня от зубов. Такое ощущение, что я читала не учебник, а повесть или балладу. Вы гений литературы!       — Ну, что вы. Я рад, что вам так понравилось. Жаль, конечно, что у вас нет печатного варианта, но так уж и быть. Вы меня поразили! Еще десять баллов Слизерину!       Тео, который сидел возле меня, все старался сдержать смех. Он успел прочитать мои ответы.       — Я не понимаю, как ты можешь наговорить столько гадостей, пока льстишь человеку. У тебя дар!       — Я знаю, Тео, знаю. Но покупать подобную трату бумаги, я даже в страшном сне не решилась бы. С радостью бы послала бы его куда подальше, но мне нужны хорошие оценки. …       — Сегодня я вас научу, как обуздывать самые мерзкие создания, существующие в мире магов и волшебников. Предупреждаю: вы будете лицезреть в этой комнате нечто действительно ужасное. Но не бойтесь, пока я рядом, ничего плохого с вами не случится. Единственно, что я прошу — сохраняйте спокойствие. Ведите себя тише, — понизив голос, погрозил пальцем Лохарт. — Они могут перевозбудиться.       Весь класс затаил дыхание, Лохарт сдернул ткань.       — Да, это они, — драматически произнес он. — Только что пойманные корнуэльские пикси.       Симус Финниган не сдержался и так явно хихикнул, что даже Лохарт не принял его смешок за вопль ужаса.       — Что такое? — расплылся он в улыбке.       — Но… но ведь они совсем… неопасные, — выговорил сквозь смех Симус.       — Не скажите. — Лохарт покачал головой. — Их забавы могут быть чертовски неприятны.       Пикси были ярко-синие, ростом сантиметров двадцать, с заостренными мордочками. Оказавшись после темноты на свету, они пронзительно заголосили, точно в класс ворвался полк трубачей, заметались по клетке, стали барабанить по жердям и корчить рожи, не то дразня зрителей, не то забавляя.       — А теперь посмотрим, как вы с ними справитесь! — И он открыл клетку.       Что тут началось! Светопреставление! Пикси выскочили из клетки, как маленькие ракеты, и разлетелись во все стороны. Два проказника схватили за уши Невилла и взвились с ним под потолок. Штук пять-шесть, разбив окно и осыпав осколками стекла последний ряд, вылетели из класса. Остальные принялись крушить все, что попадало в их проворные ручки, с яростью разъяренного носорога. Били пузырьки с чернилами и залили весь класс, рассыпали корзину с мусором, рвали в клочки книги и тетради, срывали со стен картины, швыряли в разбитое окно сумки и учебники. Не прошло и пяти минут, как весь класс сидел под столами. Только бедняга Невилл, держась за люстру, болтался под потолком.       — Чего вы испугались? Действуйте! Гоните их обратно в клетку! Это ведь всего только пикси, — кричал Лохарт.       Он засучил рукава, взмахнул волшебной палочкой и быстро произнес:       — Пескипикси пестерноми!       Его слова, однако, не укротили разбушевавшуюся нечисть. Один даже выхватил у Лохарта волшебную палочку и выбросил в окно. Лохарт охнул и нырнул под собственный стол. Очень вовремя — люстра не выдержала и Невилл упал прямо на то место, где секунду назад стоял профессор.       Тупая обезьяна с палочкой. Удивлена, что он заклинание не выдумал…       — Иммобулюс. Пескипикси Пестерноми… Коллопортус.       Замороженные Пикси не смогли сбежать от заклинания, поэтому как миленькие оказались заперты в клетке. Лохарт — идиот.       — Браво, мисс Джексон, браво. Я рад, что вы смогли использовать заклинания только после одного просмотра! Я был не уверен, что вы справитесь без моей помощи, поэтому показал заклинание. Пятнадцать баллов Слизерину! Класс, урок закончен. Перечитайте мои книги и выпишите все неизвестные вам заклинания. Я ушел.       Класс же все еще сидел под столами, и желания вылезти от туда у них как-то не появилось…       — Как обычно всех спасает Джексон. Ничего нового, расходимся! — первым заговорившим был Блейз.       — Вы будто непрофессионального профессора впервые в жизни видите! Чего вылупились? — Поддержал друга Тео.       — Невилл, сходи к Помфри. Твое падение точно не обошлось без последствий, — обеспокоенно проговорила я.       Все нормально, Эбигейл. Это новый учебный год. Ничего удивительного. Ты что правда собиралась спокойно учиться? Рассмешила. Это же Гарри Поттер, здесь учеба стоит далеко не на первом месте…