Зимняя лихорадка

Рейх сел напротив России. Он любил наблюдать за действиями своей омеги, за его мимикой, за его движениями. Можно было подумать, что Рейх одержим русским. хотя он и на самом деле был им немного одержим. После завтрака Россия убрал тарелку в рабовину и подошёл к Рейху, обняв тгго со спины. Он положил голову альфе на плечо, руками обвивая торс мужчины. Рейх улыбнулся. Затем он посадил Россию к себе на колени, утыкаясь носом в белую макушку. Вдыхая аромат цветущего сада и нетерпких, сладких персиков нем успокаивался. Все эмоции сходились на нет, уходило всё, кроме умиротворения и любви. Иногда Рейху казалось, что у него не совсем здоровая любовь, но ему по большей части было всё равно, главное, что его омега рядом. Рейх отстранился от макушки Росси. Он плавно и размеренными движениями подхватил Россию под пятую точку и понёс его в свой кабинет на второй этаж. Открыв дверь с ноги он прошёл мимо шкафов с вещами к столу, и посадил на него Россию. Устроившись между ногами омеги он нагнулся так, что их лица были напротив друг друга. —Можно? — мимолётно спросил Рейх, пока его руки медленно прокладывали путь от живота до грудной клетки —Разрешаю— томно вздохнув ответил Россия. Он закрыл глаза, но был готов поклясца, что Рейх сейчас улыбается Начав растёгивать рубашку России альфа прилькнул к шее пассии и начал оставлять дорожку багряных, тёмных, мокрых меток, идущих от шеи до ключицы, которая была вся в укусах и такихже метках, оставленых Рейхом ранее. Когда рубашка была расстёгнута Рейх отлип от шеи и откинул рубашку куда-то под стол. Его это сейчас не особо волновало. Точнее вообще не волновало. Рейх начал играть с сосками пассии, оттягивать их, покусывать и посасывать. В то время как Россия приглушённо постанывал, эти стоны были похожи на некий скулёж. И, честно признать, Рейху это чертовски нравится, от этого он заводится сильнее. Феромоны омеги ударили в голову сильнее обычного. —Ну же.. Не томи Рейхи.. — постанывая, жалобно проскулил Росси. Ему было мало того что делал сейчас альфа, он хотел большего. Без слов Рейх стянул с себя рубашку и штаны, на нём остались лишь боксёры, как и на России. Стянув столь мешающую вещь с себя и омеги, Третий подошёл к тумбочке и достал от туда тюбик с прозрачной жидкостью, смазкой. Подойдя обратно к омеге Рейх выдавил обильное количество смазки себе на пальцы. —Готов?— ухмыльнувшысь спросил Рейх. Вместо ответа последовал краткий кивок, говорящий, что омега даёт согласие на дальнейшие действия. Рейх подставил к аналу первый палец. Когда палец оказался в России, Рейх услышал протяжный стон удовольствия. Спустя минуту он добавил ещё один палец, а затем ещё один. Когда омега сам насаживался на пальцы Рейх вытащил их, слыша огорчённый, грустный стон. Преставляя свой член к дырочке России Рейх медленно вошёл на половину. По кабинету раздался звонкий, громкий стон. Давая привыкнуть пассии Третий подождал пока Россия привыкнет пять минут. Сначала он двигался медленно и аккуратно, постепенно наращивая темп и делая толчки более резкими и грубыми. Третий Рейх вдалбливал тело России в стол, со стороны омеги слышались громкие, не сдерживаемые, сладкик стоны. Перед тем как кончить Рейх вошёл в Россию по самые яйца и издал грубый рык. И вот, Рейх кончает в Росси, омега издал последний самый громкий и сладкий стон и пытался отдышатся после такого марафона. Рейх вышел из России и тут же сел на кресло, утянув за собой Россию. —Ну что, понравилось?~— всё что спросил Рейх у России. —Как мне моржет может не понравится секс с тобой, Рейх? Что уже не так в себе уверен, да? — последнее он говорил с некой усмешкой, открыто смеясь над Рейхом. Рейху шутка не понравилась и он укусил шею пассии. —Росс, помни одно-я, всегда в себе уверен— говорил он это усажи,вая Россию себе на член— если я захочу, я буду трахать тебя по кругу сколько захочу, сладкий) — закончив эту фразу Рейх ухмыльнулся. У них снова начался секс-марафон на 3 часа. Неся полу-спящего Россию на руках в спальню, Рейх снова рассматривал картины на стенах. Снова открывая дверь с ноги Рейх ложится на кровать вместе с Россией и укрывает двоих одеялом. — Спокойной ночи, сладкий— шёпотом проговорил Рейх уже спящему омеге. Примерно через три минуты альфа тоже отрубился в обнимку с Росси. Конец