Пять раз когда Америка Чавес называла доктора Стрэнджа папой

      Америка не имела ни малейшего понятия о том, как в этом мире отмечают праздники. В тех многочисленных реальностях, где ей пришлось побывать, ни о каких подобных вещах и речи не шло. Узнав о том, что у его ребенка уже давно не было никаких праздников, Стивен решил, что это Рождество будет особенным. Во-первых, это их первое совместное Рождество, а во-вторых, у Стивена и самого уже давно не было праздников.       Когда он был врачом, то обычно на Рождество руководство госпиталя устраивало вечеринки с выпивкой и живой музыкой, что конечно было неплохо, но ужасно скучно и фальшиво. Последнее душевное Рождество, которое Стивен мог вспомнить — последнее Рождество его сестры, ведь через две недели после этого она утонула, во время прогулки по обледеневшему озеру. В тот праздник они приехали в небольшую квартиру, которую Стивен снимал во время обучения, купили всякой еды и почти весь день провели за просмотром всяких рождественских фильмов, а потом ходили на каток. Все последующие праздники потеряли свою значимость и искру. И теперь, с появлением Америки, у Стивена появился шанс на еще одно потрясающее Рождество.       В Санктуме стояло несколько рождественских елей, украшенных шариками и мишурой, еще на перилах висели многочисленные гирлянды и сосульки, которые Стивен сделал с помощью магии. Выглядело очень круто и празднично. Маг решил, что приготовит для них свою фирменную лазанью с курицей. Именно такую когда-то готовила его сестра Донна.       Америка увлеченно резала из бумаги снежинки, схемы которых нашла в интернете, а Стивен ушел за продуктами в ближайший супермаркет. И хотя еще не наступило Рождество, подготовка к нему очень нравилась девушке. В комнате играла музыка, и Чавес иногда подпевала исполнителю. Даже Плащ Стивена трепал своим подолом в такт музыки, явно проникнувшись духом наступающего Рождества.       — Америка, спустись и помоги мне, пожалуйста, разобрать пакеты, — попросит Стивен и отложив ножницы с бумагой, девушка бежит на первый этаж.       Она с неким трепетом осознает, что прошел почти год с тех пор, как она стала жить в этом мире и пока что ее все устраивало. Стивен в самом деле стал для нее настоящим родителем и она боялась его потерять. Иногда ей снилось, что Стрэнджа убивает какой-то очередной монстр и от этого становилось не по себе.       — Хочешь помочь мне с готовкой? — спрашивает Стивен, стаскивая с себя свитер и оставаясь в тонкой серой футболке и джинсах.       На кухне, в углу одной из тумб, стояла маленькая елочка, обмотанная серебристой мишурой, а на окне висела еще одна гирлянда. Кухня Санктума и без этого была самым уютным местом в доме. Америке нравилось забираться на мягкий диванчик у окна, особенно, когда на улице шел дождь. Она пила какао и слушала стук капель по внешней части подоконника и оконным стеклам.       — Да, конечно, — соглашается девушка, вытаскивая из пакета перцы и томаты, — что мы будем делать? — ей правда нравилось то, как готовил Стрэндж, ведь это было вполне сносно. Побывав в мирах, где не было вообще никакой еды, Чавес стала относиться к ней как-то иначе.       — Лазанью, — ответил Стивен, — это не сложно. Сможешь пока помыть томаты? — интересуется он, приготовив место для раскладывания листов теста.       — Конечно, — кивает Америка и забрав овощи, идет к мойке, — это какое-то особое блюдо? Раньше ты его не готовил.       Это в самом деле было так. За все то время, что Чавес жила здесь, Стивен чего только ей не готовил, но вот лазанью — никогда. Обычно они покупали ее в небольшом ресторанчике в паре кварталах от Санктума. Домашняя лазанья с курицей действительно была особенным блюдом для Стивена Стрэнджа.       — Можно сказать итак, — Стивен никогда не говорил о своем прошлом, как и Америка. Им так было проще — не трепать раны друг друга. Но если же Чавес решала что-то рассказать о своей жизни в утопической параллели, откуда она была родом, то Стивен относился к этому с пониманием и уважением. Также он чтил память двух женщин, которые дали жизнь этому замечательному ребенку, — я уверен, что тебе понравится.       Большую часть готовки Америка лишь помогает Стивену чем-то незначительным вроде нарезки овощей или взбивании яиц для пирога. Стивен тем временем готовит мясо для лазаньи, разрезая его на небольшие кусочки. И хотя обычно использовался фарш, Стрэндж помнил, что Донна готовила именно так.       — Мы будем одни? — на самом деле Америка рассчитывала на то, что к ним присоединятся та милая доктор и Вонг.       — Скорее всего да, — сообщает Стивен, — Вонг не фанат Рождества, а Кристина дежурит.       Он в самом деле звал их присоединиться к их небольшому семейному празднику, но Палмер не смогла поменяться с кем-то из коллег, а Вонг сказал, что привык отмечать Китайский Новый Год, который еще не скоро.       — Ну и ладно, — Чавес принимает эту новость совершенно спокойно, хотя сначала Стивену показалось, что это ее расстроило, — думаю, что мы не хуже отметим и вдвоем.       — Конечно, — заверил ее Стивен.       Стрэндж отправляет лазанью в духовку и готовит тесто для пирога с клубникой, хотя именно выпечка не была его сильной стороной, он старался делать все так, как показывали в видео. Америка заканчивает делать салат из морепродуктов с фунчозой, после чего подносит к губам бутылку с соевым соусом.       — Я бы не советовал тебе его так пить, — отметил Стивен, — живот болеть будет.       — Ладно, папа, — усмехается Америка, — ладно, пошли смотреть те рождественские фильмы про которые ты говорил.