Лучшее лекарство

До комнаты мы дошли не сразу. Путаясь в дверях и стенах, мы, наконец, тяжело дыша, ввалились внутрь. Садящееся солнце золотисто-алыми лучами заливало пространство, делая его почти волшебным. Хотя, сейчас мне всё казалось особенным. Я аккуратно опустил Маку на кровать, и она протянула ко мне руки, зазывая в свои объятия. Противостоять этой искусительнице было просто невозможно! Я снова пробовал на вкус её губы, горячую кожу шеи, попутно стаскивая с груди мешающее полотенце. Мака же обвивала руками мои плечи, ласкала спину, дразняще спускаясь к талии. Её дыхание сбилось, когда я языком провёл по её груди, а сердце бешено затрепетало под моими руками. В ответ, её пальцы соскользнули по моим плечам на грудь и медленно двинулись вниз по животу. Я сдержанно застонал, теперь моё сердце билось так же беспорядочно. Губами я провёл ниже, к красивому плоскому животу, одной рукой продолжая ласкать грудь моей повелительницы, а другой снимая с неё надоевшее полотенце. Через пару секунд махровая ткань улетела куда-то вниз, а вслед за ней последовала и другая такая же, сорванная с меня. Я вернулся к губам Маки, с удовольствием играя с её языком своим и слушая приглушённые стоны от моих ласк. Мои руки обвили её бёдра, приподнимая к себе, давая привыкнуть к новым ощущениям. Она потрясающе гибко и изящно выгнулась, воспламеняя и без того горящего меня, и крепко обвила руками. Я осторожно просунул колено между её ног. Поняв, что я от неё хочу, Мака медленно приподнялась и обхватила меня ногами. Я поцеловал её в шею, затем, проведя губами по щеке, впился в её рот, проникая и лаская её языком. Затем, отстранившись на пару сантиметров, заглянул в глаза. - Мака… потерпи, любимая! Будет больно, знаю, но это быстро… - Я знаю, Соул… - Мака напряжённо улыбнулась. - И… я люблю тебя! Её глаза светились, кожа пылала под моими руками, и сейчас ей был нужен только я. Лишь я один мог ей помочь. - Я люблю тебя, Мака! С этими словами я резко вошёл в неё. Повелительница непроизвольно вскрикнула от боли, и я быстро закрыл её рот поцелуем. Она ответила, слабо, всё ещё приходя в себя, и я не двигался, давая возможность привыкнуть к нашему единению. Постепенно её руки перестали стискивать мои плечи, да и сама она расслабилась, получая удовольствие от нашего поцелуя. - Всё в порядке, Соул, - оторвавшись от моих губ, улыбнулась Мака. Я снова завладел её губами, начиная всё ещё осторожно двигаться в ней. Спустя несколько минут она окончательно расслабилась и стала извиваться в такт моим движениям. Губами я переместился к ней на шею, и, переплетая поцелуи с короткими фразами, подстёгивал её желание. Наши движения становились всё быстрее, дыхание обжигало, фразы терялись в исступлённых стонах. Каждое прикосновение ощущалось как огонь на невероятно чувствительной коже. Мака уже громко стонала, пробуждая мои животные инстинкты. В то же время, я продолжал любить её красоту, нежность, грацию. Её глаза и голос говорили мне больше, чем любые слова. Так же, как и мои – ей. Понимая друг друга с полувздоха, чувствуя себя единым целым, мы взлетали всё выше и выше к звёздам. И вот, с нашими именами на губах, они взорвались над головой ослепительным дождём. - Мака! - Соул! Мы лежали, уставшие, безумно счастливые, окрылённые новыми невозможными ощущениями. Мака удобно примостилась у меня на груди, а я обнимал её, перебирая влажные пшеничные пряди. Наши сердца, успокоившись, продолжали биться в унисон. - Люблю тебя, Мака… - целуя макушку девушки, тихо сказал я. Она что-то сонно пробормотала и ровно, глубоко задышала. Пусть поспит. Завтра будет счастливый, новый день. - Ничего себе, у вас почти на 80 процентов повысился уровень резонанса душ! Отличная работа! На сегодня вы свободны. - Спасибо, сенсей! – Звонким голосом поблагодарила Мака учителя, подбежала ко мне и, схватив за руку, поволокла в коридор. - Ну, ты чего? – хотел было возмутиться я. Вытащив в коридор, Мака тут же обняла меня, целуя в губы. - Спасибо! - За что? - За то, что мы теперь в форме! Я вопросительно приподнял бровь. - Теперь я поняла, - заглядывая мне в глаза, сказала Мака, - у меня есть панацея от всего, хоть от болезни, хоть от неудач. Ты – моё лучшее лекарство! Я нежно обхватил ладонями её лицо. - А ты – моё, Мака! Она заулыбалась, а затем как-то странно усмехнулась. - Соул, а ты не хочешь, случайно, ещё немного поднять наш уровень резонанса душ, мм? Я улыбнулся ей в ответ. - Нам не хватит нормы даже в триста процентов…