Наследники Гекаты

Гарри решает, что они должны уйти, как следует британцам — не прощаясь. Мозесу возвращают его андроидов и надежду на возвращение.

Остальные постояльцы и хозяин отеля принимают фарс за драму

— Ты не моя, Ольга! Сожаление так явственно проступило на лице Малфоя, что Гермионе стало за него даже неудобно перед всеми присутствующими. Ольга с какой-то даже неподобающей торопливостью подбежала к Мозесу и застыла за его плечом. — Вот и отлично! — бодро заявил Гарри. — А Олаф? — недовольным тоном напомнил Мозес. — Фините! — Гарри наставил палочку на второго андроида, который вот уже сутки бродил по комнате туда-сюда с намерением выпить перед обедом. Олаф Андварафорс тут же остановился и, повернувшись к Мозесу, замер в ожидании. — Теперь вы довольны? — спросил Поттер у Мозеса. Тот утвердительно потряс брылями и отхлебнул из кружки. — Значит, действуем, как договорились? Мозес исподлобья пристально смотрел на Гарри. — А зачем вам это, Поттер? — вдруг спросил он. — Что — это? — Зачем вы нам помогаете? Гарри пожал плечами. — Не знаю. Просто мне кажется, что так будет правильно. Гермиона чуть заметно утвердительно кивнула, а Малфой закатил глаза от острого желания назвать Поттера прекраснодушным дебилом. Ну зачем лезть в эту авантюру? Зачем рисковать, производить массу вторичных действий и телодвижений? Зачем подправлять память маглам, остающимся в этом отеле? Ушли бы просто, и все! Судя по всему, Мозесу тоже хотелось закатить глаза от недоумения, но конструкция его оболочки-скафандра не была рассчитана на такое действие. Гарри оглянулся на окно. Светает. — Итак, приступаем! — поставил точку Поттер. — Все по местам. Ждите вертолет и не забудьте вовремя освободить инспектора Глебски, чтобы наша версия выглядела убедительно. Гермиона, где одежда Хинкуса?

* * *

Гермиона стояла у окна лестничной клетки на втором этаже и смотрела на ослепительно-белую равнину. Только две тоненькие полоски от лыж нарушали пейзаж, убегая в сторону Бутылочного Горлышка. "Как он там? Справится ли в одиночку? Почему я уступила и отпустила его одного? А если..." — Стоп! — громко сказала она сама себе. — Прекратить панику! Он справится! Он обязательно справится! С чердака раздался грохот ботинок. Драко быстро сбежал вниз. Ботинки его были в снегу. — Вертолет летит! — Далеко? — Его еще не видно, но уже слышно. — А направление то? — По звуку точно не определить, но слышен он с той стороны. — Тогда пошли паковаться. — А инспектор? — Его хозяин освободит, я уже позаботилась. — Хорошо.

* * *

Воспоминания инспектора Глебски (отрывок из книги "Отель у Погибшего Альпиниста")

Мы вышли в пустой холл, по которому гулял ледяной ветер, и хозяин пробормотал: «Давайте выйдем, Петер, вам надо подышать свежим воздухом…» Я оттолкнул его и двинулся к лестнице. Мимоходом я с глубоким злорадством отметил, что входная дверь снесена начисто. На лестнице, на первых же ступеньках, мне стало дурно, и я вцепился в перила. Хозяин попытался поддержать меня, но я отпихнул его здоровым плечом и сказал: «Убирайтесь к черту, слышите?..» Он исчез. Я медленно пополз по ступенькам, цепляясь за перила, миновал Брюн, испуганно прижавшуюся к стене, поднялся на второй этаж и побрел в свой номер. Дверь номера Олафа была распахнута настежь, там было пусто. Добраться бы до дивана, думал я. Только бы добраться до дивана и лечь… И тут я услышал крик. — Вон они!.. — завопил кто-то. — Поздно! Будь оно все проклято, поздно! Голос сорвался. Внизу в холле затопали, что-то упало, покатилось, и вдруг я услышал ровное далекое гудение. Тогда я повернулся и, спотыкаясь, побежал к чердачной лестнице… Вся широкая снежная долина распахнулась передо мной. Я зажмурился от солнечного блеска, а потом различил две голубоватые, совершенно прямые лыжни. Они уходили на север, наискосок от отеля, и там, где они кончались, я увидел четкие, словно нарисованные на белом, фигурки беглецов. У меня отличное зрение, я хорошо видел их, и это было самое дикое и нелепое зрелище, какое я помню. Впереди мчалась госпожа Мозес с гигантским черным сундуком под мышкой, а на плечах ее грузно восседал сам старый Мозес. Правее и чуть отставая, ровным финским шагом несся Олаф с Луарвиком на спине. Билась на ветру широкая юбка госпожи Мозес, вился пустой рукав Луарвика, и старый Мозес, не останавливаясь ни на секунду, страшно и яростно работал многохвостой плетью. Они мчались быстро, сверхъестественно быстро, а сбоку, им наперерез, сверкая на солнце лопастями и стеклами кабины, заходил вертолет. Вся долина была наполнена мощным ровным гулом, вертолет медленно, словно бы неторопливо, снижался, прошел над беглецами, обогнал их, вернулся, спускаясь все ниже, а они продолжали стремительно мчаться по долине, будто ничего не видя и не слыша, и тогда в это могучее монотонное гудение ворвался новый звук, злобный отрывистый треск, и беглецы заметались, а потом Олаф упал и остался лежать неподвижно, а потом кубарем покатился по снегу Мозес, а Симонэ рвал на мне воротник и рыдал мне в ухо: «Видишь? Видишь? Видишь?..» А потом вертолет повис над неподвижными телами и медленно опустился, скрыв от нас и тех, кто лежал неподвижно, и тех, кто пытался еще ползти… Снег закрутился вихрем от его винтов, сверкающая белая туча горбом встала на фоне сизых отвесных скал. Снова послышался злобный треск пулемета, и Алек сел на корточки, закрыв глаза ладонями, а Симонэ все рыдал, все кричал: «Добился! Добился своего, дубина, убийца!» Вертолет так же медленно поднялся из снежной тучи и, косо уйдя в пронзительную синеву неба, исчез за хребтом. И тогда внизу тоскливо и жалобно завыл Лель... * * * Грузовой люк вертолета распахнулся. — Быстрее! — показался в его проеме Гарри. Из снежного вихря, поднятого винтами могучей машины, показалась Ольга с закутанным Мозесом на руках. Быстро и осторожно положив его в вертолет, она на мгновение снова исчезла в вихре, чтобы вновь появиться из него с огромным сундуком. С трудом пропихнув его в люк, она сама запрыгнула в вертолет и, протянув из него в снежную стену длиннющую руку, втащила вовнутрь Олафа с Луарвиком на плечах прямо вместе с лыжами! Гарри дернул какой-то рычаг, и грузовой люк захлопнулся. Он быстро пробежал из хвостовой части через пассажирский салон в кабину пилота и с облегчением понял, что тот по-прежнему находится под Империусом и полностью послушен. — Взлетаем! — скомандовал он. Турбины взвыли, набирая обороты, снежная карусель распалась под взлетающим монстром и картинка за стеклами кабины вновь засверкала красками. Двери отеля были распахнуты, если не сказать — разворочены. Несколько темных фигурок застыли перед ними. Одна из них размахивала руками и, кажется, рвала на себе волосы. Для этих наблюдателей разыгравшийся на их глазах фарс на всю жизнь останется реально произошедшей трагедией. Ну что ж, шалость удалась. — Направление на солнце, — скомандовал Поттер пилоту. — Перелети на ту сторону хребта и жди команду! Пилот коротко кивнул головой. Глаза у него были стеклянные. Гарри поощряюще потрепал его по плечу, и тот весь забился от радости служения. Впрочем, штурвал он держал крепко и надежно. Вернувшись в пассажирский салон, Гарри обнаружил Мозеса, стоящего перед креслом, в котором полулежал бритоголовый мужчина в дорогом черном костюме. — Это он? — Да, — кивнул Мозес, — это Чемпион. Что с ним? — Отдыхает. Мозес хмыкнул. Было странно видеть его без обычной кружки в руке. Впрочем, Ольга быстро исправила ситуацию, вытащив неизвестно откуда эту чертову кружку и подав ее своему хозяину. Руки у нее были уже нормальной длины. — Открой! — приказал ей Мозес, кивнув на сундук. Мгновенно исполненный приказ — и вот из сундука появилась слегка помятое лицо Гермионы и вслед за ней уже весьма помятая физиономия Малфоя. — Вы побыстрее не могли? — возмущенно прошипела девушка. Гарри подскочил к сундуку, подхватил ее на руки и бережно усадил в кресло. Малфой протянул руку, чтобы ему тоже помогли выбраться. И ему помогли — Ольга одним рывком на вытянутых руках выдернула Малфоя из сундука и посадила рядом с Гермионой. Драко при этом ощутил телом не мягкие женские руки, а нечто, напоминающее железные ребра фестрала. Его даже слегка передернуло. Вертолет, мерно гудя, удалялся от отеля. Через нижний иллюминатор были видны острые пики хребта, который они сейчас перелетали. Рядом с люком валялся зловещего вида пулемет с патронной лентой. Головки пуль сияли чистым серебром. — Это ты стрелял? — спросила Гермиона. — Вот еще! — возмутился Поттер. — Тут специалистов по стрельбе навалом. Гермиона закрутила головой и вскоре убедилась, что специалистов действительно навалом. Между последним рядом кресел навалом друг на друге лежало несколько мужчин в темной одежде. — И кто из них стрелял? — Тот, который сверху, — невозмутимо ответил Гарри. — Я приказал ему стрелять мимо людей и сундука, но не слишком далеко, чтобы потом эти серебряные пульки нашли в снегу. Гермиона показала Гарри большой палец. — Ты чертов везучий ублюдок, Поттер, — подал голос оправившийся Малфой. — Почему тебе всегда удаются даже самые дурацкие затеи? Гарри улыбнулся и пожал плечами. — Может быть, потому, что они не совсем дурацкие? Мозес с каким-то новым выражением на лице смотрел на ребят и прихлебывал из своей кружки.