Мечтай

Linkin Park – Numb (Piano)

Капли барабанили по асфальту. Где-то вдалеке шумели машины. Пел сверчок, тихо, почти неслышно, но пел. То и дело улицу сражали вспышки молний, а за ней – раскаты грома, от которых у меня мурашки бежали по коже. Выдохнув, я помедлила крыльца, над которым висел надежный козырек, кое-как спасающий от дождя. Жар заливал мне щеки, сердце стучало в груди, словно раскаты грома. Пальцы дрожали, когда я зябко обняла себя за плечи, пытаясь защитить их от порывов ледяного ветра, завывающего, словно какой-то тоскующий зверь в клетке. Шелестели оставшиеся листья на деревьях, готовые вот-вот оторваться от своих веток и полететь далеко-далеко на крыльях ветра. А потом, неслышно опускаясь на промерзлую землю, просто исчезнуть. Беззвучно исчезнуть. Я завидовала им, честно. - Пойдем, - улыбаясь, сказал Ник и, найдя мою руку, крепко сжал ледяную ладошку своей, горячей. Он потянул меня вперед, и я последовала за ним, ощущая себя, словно во сне. Кажется, мы бежали. То и дело сворачивали куда-то. Несколько раз я поскальзывалась, едва не падала, но каждый раз Ник ловил меня. От прикосновений его рук меня бросало то в жар, то в холод. Я забыла, как дышать, думать, говорить. Я забыла о дожде, о ветре, о том, что на мне красуется насквозь мокрый топ, забыла обо всем на свете. Я была собой, и одновременно витала где-то в мечтах. В какой-то момент мне стало смешно. И в эту секунду я задохнулась, осознав, что едва дышу, и согнулась пополам. Удивительно, но Ник рядом со мной тоже схватился за живот. Его рука по-прежнему сжимала мои пальцы. Пытаясь отдышаться, мы хохотали, как сумасшедшие. Так нелепо все было – дождь, который хлестал нас по щекам, ветер, едва не сбивающий с ног, машины, так и норовившие обрызгать нас водой из луж. Все было так правильно, но в тоже время как-то нереально, слишком ярко. В эти прекрасные минуты я была готова к тому, чтобы проснуться и понять, что все произошедшее – потрясающий сон. Но я не просыпалась. И это было волшебно, правда. В какой-то момент наш смех вдруг одновременно затих, улетучился. Я дышала часто и неглубоко, обжигая горло ледяным воздухом. Я повернула голову и время остановилось. Наши глаза встретились. Ник тоже пристально смотрел на меня, без привычной улыбки на губах. В его глубоких глазах со светло-коричневыми крапинками я видела свое отражение. Я была словно не я, и мне плевать, как странно это звучит. У меня вдруг подогнулись ноги, и, сделав шаг назад, я опустилась прямо на бордюр. Сил что-либо говорить, делать или двигаться не было. Я уперла локти в колени и пыталась отдышаться. По-прежнему шел дождь. Поглядев на меня секунды две, Ник сорвался с места и взбежал по ступенькам магазина. Несколько минут, пока его не было, показались мне часами. Секунды растягивались, приводя меня в чувство, пытаясь заставить мыслить. Я закрыла глаза. Ледяные капли дождя капали мне на спину, за шиворот, на волосы, с которых и без того бежала вода. В кедах хлюпала вода, джинсы внизу были мокрыми и забрызганы грязью. Мне было плевать. Неожиданно я поняла, что дождь больше не капает на меня. В изумлении я задрала голову и, только тогда открыв глаза, уперлась взглядом в ярко-желтый зонтик. - Отличный цвет, - вслух прокомментировала я, в упор глядя на Ника, который сидел рядом. - На солнце похож, - ответил Ник, тоже глядя на меня. Мы молчали, напряженно вглядываясь в темноту. Интересно, сколько сейчас времени? Казалось бы, прошло несколько лет. Фонарь, горевший рядом, вдруг замигал и погас. Мы втроем – я, Ник и Солнечный Зонтик – оказались в полной темноте, где Солнечный Зонтик был просто зонтиком. И это полная чушь, я знаю. Но Ник по-прежнему оставался Ником, а я – Захаррой. И это тоже чепуха. В такие моменты всегда хочется сказать что-нибудь важное, весомое и значимое. Что-то, что в будущем можно будет с удовольствием вспоминать и улыбаться. Но, к сожалению, в такие моменты в голове звенит пустота. У меня изо рта вырывался пар, складываясь в причудливые узоры. Капельки дождя блестели в свете луны. Глаза слезились, потому что я боялась моргнуть. Вдруг все исчезнет? - Это твоя книга? – спросила я ни с того ни с сего. – У меня на тумбочке, с запиской. Он помедлил, изучая мои пальцы в своей ладони. А потом, растопырив свои пальцы, приставил к ним мою ладонь. Несколько секунд мы просто смотрели на наши руки, лежавшие одна на другой. - Смотри, - вдруг сказал Ник, водя ногтем по моей ладошке, - одинаковые. - Что? – удивилась я, присматриваясь. Наши головы почти соприкасались – темная и светлая. - Линии, - задумчиво отозвался он, - они почти одинаковые. Я присмотрелась. Действительно, одинаковые. Чудо. - Книга моя, - сказал Ник через несколько минут, - нравится? - Очень, - искренне ответила я. Он улыбнулся, посмотрев мне прямо в глаза. Сердце подкатило к горлу, но я не отвела взгляд. Это был волшебный момент. Полная темнота, пустая улица, ночь, дождь, Солнечный Зонтик… И тут… Мощная струя воды из лужи вырвалась из-под колес несущегося мимо нас автомобиля, и окатила нас с ног до головы. Воды было настолько много, что мне захотелось схватить себя крепко-крепко, и хорошенько выжать, как губку. А потом ту же процедуру повторить с Ником. - О боже… - выдохнула я, вытирая лицо ладонями, - что это было? - Машина – монстр, - засмеялся Ник. И только сейчас я поняла, что дождь больше не молотит каплями по асфальту. Было морозно и тихо. Я вгляделась в темное небо и онемела. - Ник, - сказала я, не узнавая своего голоса, - скажи мне, что ты тоже это видишь. Парень задрал голову и безумно улыбался маленьким танцующим снежинкам. - Снег! – завизжала я, чувствуя себя шестилетней малышкой. – Снег! Настоящий! Снег, Ник!!! Снег, представляешь!!! Хохоча, как дети, мы прыгали вверх, махая руками и пытаясь поймать снежинки в ладони. Но они таяли, едва коснувшись кожи. А потом мы вместе качались на качелях, соревнуясь, кто выше. Я будто взлетала к небесам, навстречу снежинкам, и с каждым разом сердце подпрыгивало в груди. Я уже не осознавала, что смеюсь, но слышала смех Ника и смеялась от этого еще громче и звонче. В эти моменты я будто на самом деле взмывала ввысь, было так потрясающе, что дыхание сбивалось, будто падала в пропасть, когда сердце пульсирует где-то в горле. В эти минуты меня словно окунали в ледяную воду, заставляя дрожать, и бросали в огонь, когда щеки горели.

Теперь я знала, что все это – не сон.