Мечтай

Taylor Swift – We are never getting back together

Надо сказать, я провалялась в постели еще три дня. И все эти три дня на моей тумбочке волшебным образом оказывалась всякая вкуснотища и записка с теплыми словами. И только это грело мне душу. - Все, хватит тухнуть, вставай и пошли! – грозно сказала Василиса как-то утром. - Куда? – простонала я в подушку. - Во внешний мир! – засмеялась подруга. – А то ты уже как мешок с картошкой – валяешься в постели чуть ли не неделю! - Хочу побыть мешком еще немного, иди сама. - Да ты сейчас корни в эту кровать пустишь, Захарра! - Ну и хорошо. Мы с кроватью будем жить долго и счастливо, и умрем в один день в окружении рыдающих внуков! - Не встанешь – этот день наступит прямо сегодня! Отрывай свою задницу от простыни и шуруй в ванную! - Мне плохо, я умираю! Это бесчеловечно поднимать больного человека с постели! – отчаянно защищалась я, обнимая подушку. - Не драматизируй, - отмахнулась Огнева, - а то я приведу Фэша, он выбросит тебя в окно! - А по-моему, это будет очень даже неплохо: свежий воздух, ветер в ушах! - Ага, а потом приземление в лужу. Как раз под нашим окном натекло! В конце концов она правдами и неправдами вытащила меня из кровати, впихнула в ванную, пригрозив запереть там, если я не выйду через десять минут. Быстро приведя себя в надлежащий вид, я оделась и пошла с Василисой в кафе, где они обычно завтракали. Народу было видимо-невидимо, мы с трудом нашли ребят, которые воевали с кем-то за свободный стул. - О, наша больная вернулась! – широко улыбнулся Маар, отодвигая для меня стул. - Вернулась, вернулась, - бурчала Василиса себе под нос, - это я ее вернула! Я улыбнулась, поискав глазами Ника. Не найдя его в радиусе нескольких метров, расстроилась и принялась за горячий тост. - А Фэш где? – спросила я. Вообще-то, мне было откровенно наплевать, где шастает братец, но где Фэш – там и Ник. - Они всегда опаздывают, - с набитым ртом ответила мне Римма, протягивая мне стаканчик с чаем. Кивнув ей в знак благодарности, я шумно отхлебнула обжигающий напиток. Чья-то рука тяжело опустилась мне на плечо, и я, даже не оборачиваясь, по участившемуся сердцебиению поняла, кто это. Подавившись чаем от волнения, я несколько минут надрывно кашляла под удивленным взглядом Ника. - Все нормально? – забавно двигая бровями, спросил Лазарев. От смеха я снова чуть не поперхнулась, но все же ответила: - Ага. В полном. Мы еще несколько секунд смотрели друг на друга, молча, пока передо мной не нарисовался Фэш. - Свершилось чудо! – громко провозгласил несносный брат. – Моя сестра вышла из подполья! Поаплодируем же, друзья! Под несколько хлопков друзей я отчаянно покраснела, уткнувшись носом в чашку и бормоча ругательства в адрес Фэша. Жаль, что он не услышал. Похлопав меня по плечу, Фэш уселся рядом с Риммой и приступил к завтраку.

***

- Да куда ты так несешься? – выдыхая клубы пара изо рта, смеялась Василиса. - Навстречу знаниям! – решила выпендриться я. - Уверяю тебя, в девятнадцатом ты наберешься не знаний, а матов. Марк прямо знаток матерых слов, знаешь. - А что, - не унывала я, - нужно расширять свой кругозор, пополнять словарный запас! Мы вошли в полутемный зал, где на сцене толклись несколько фигур. Боковым зрением я уловила, как Ник помахал мне украдкой, но Василиса потянула меня вперед, на седьмой ряд, где мы уселись. Дэлш, сложив руки на груди, сидела на третьем и неотрывно смотрела на сцену, где сейчас царила какая-то ахинея. - О горе мне! – завывала Маришка, как-то странно жестикулируя. – Ромео, как мне жаль, что ты Ромео!!! Отринь отца и… стойте, в смысле, отринь? Я что-то не врубаюсь! - Марина, - раздраженно ответила Дэлш, - отринь – значит отрекись. Не задерживай, давай дальше! - А почему нужно говорить отринь, если можно сказать отрекись? – продолжала тупить Маришка. Я хихикнула, уткнувшись в плечо Василисы. - Слушай, - прошептала я на ухо подруге, - она притворяется, или действительно такая тупая? Я раньше не замечала как-то. - Не знаю, - ответила Василиса тоже шепотом, - но вид у нее довольно серьезный. - А Ромео где? – не унималась я. - Шляется где-то, потаскун, - хохотнула Василиса. Затыкая рот руками, мы пытались смеяться как можно тише, но все равно казалось, что слышно нас на весь зал. Когда мы, наконец, пришли в себя, Маришка молчала. - Меня перенесла сюда любовь! – невнятно бормотал Маар, читая текст с бумажки. - Ее не останавливают стены. - Броннер! – рявкнула доведенная Дэлш. – Неужели за четыре дня нельзя было выучить ни строчки?! Какой из тебя Ромео, если ты в свои семнадцать читать не научился? - Я умею читать! – возмутился Маар. – Просто тут написано неразборчиво! - Заново прогоняем эпизод! – хлопнула в ладоши Дэлш. Маришка и Маар, то бишь Ромео и Джульетта, одновременно застонали. Маар порылся в карманах, достал еще какой-то ошметок бумаги и с трудом развернул его. - Молоко! Яйца! Хлеб! Колбаса! Памперсы! – выразительно прочитал он. – Ой, это не то… - Броннер!!! – заорала Дэлш. – Сейчас полетишь отсюда! - Да нашел я, нашел… Куда уйду я, если сердце здесь? Джульетта, ты как день! Стать у окна, убей луну соседством! - Маришка своим соседством кого хочешь убьет! – тихо рассмеялась Василиса. Я пихнула ее в плечо. Маар, тем временем, продолжал: - …одна, прижав ладонь к щеке. О чем она задумалась украдкой? - О боже, - прокомментировала я, - неужели Маришка умеет думать?! - Сенсация! – подхватила Василиса и нас снова скрутило. - Так! – рявкнула Дэлш, обернувшись. – Зал! Закройте рты!

***

- Ну пойдем, чего ты телишься! – воскликнул Фэш. Этот наглый субъект уже минут десять пытался уломать меня пойти гулять с ними. В ночь. В незнакомом городе. - Ну, - капризничала я, - я домой хочу, спать хочу… - Восемь часов, мать, куда спать собралась? - Пока дойду, пока умоюсь… - Будет пятнадцать минут девятого, и чего ты этим добьешься? Пошли с нами. - Хорошо, - сдалась я, - только купишь мне шоколадку! А я уже чувствовала, что добром это дело не кончится…