Дурачок

      Так редко удаëтся урвать минуты спокойствия наедине. А уж целый вечер дома, только вдвоëм, ещë и перед выходным – вообще что-то исключительное. Йоонас и Олли, так и не сумев выбрать фильм на вечер, решают просто заняться «ничего не деланием». Им комфортно просто быть вместе, рядом, без цели и результата. Достаточно того, что они есть друг у друга.       Но бесконечные ленты в соцсетях всë же наскучивают Порко, поэтому он убирает телефон и смотрит на Олли, что лежит рядом и залипает в гаджете. Йоонас садится на кровати, думает, как отвлечь Олли, заставить обратить внимание на себя. И в голову ему приходит совершенно глупая, но такая заманчивая идея.       Он сползает ближе к краю кровати, наклоняется и прихватывает зубами ягодицу, прикрытую хлопковыми шортами. Олли вскрикивает, дëргается и резко разворачивается, ненароком стукнув коленкой по челюсти не успевшего увернуться проказника.       — Ты сдурел?!       Йоонас не отвечает, только тихонько стонет и потирает челюсть и щëку, которую случайно прикусил.       — Ну ты и дурачок, — вздыхает Олли и поднимается к нему, — дай посмотрю.       Йоонас убирает ладонь и отдаëт своë лицо в тëплые руки Матела. Олли нежно касается подбородка, приподнимает, осматривает.       — Ничего страшного, до свадьбы заживëт, — улыбается он и проводит большим пальцем по скуле Йоонаса. Тот кладëт свою ладонь поверх пальцев Олли и прижимает их к своей щеке. Слëзы, которые брызнули из глаз от боли прикушенной щеки, уже высохли. Одно только прикосновение Олли способно заставить любую боль исчезнуть. Как физическую, так и душевную. Олли волшебник, не иначе. Поэтому мысль, внезапно возникшая в голове, кажется такой правильной и естественной, что Йоонас удивляется, как не пришëл к ней раньше.       — Олли, давай поженимся? — тихо спрашивает парень, совершенно неожиданно для Матела.       Олли теряет дар речи и ошарашенно смотрит на него. А взгляд Порко выражает такую преданность и надежду, что невольно хочется сравнить его с маленьким пуделем.       — Йоонас, это не смешно, — ворчит Олли, убирает свою руку, снова ложится и берëт в руки телефон.       — Да брось, — Йоонас плюхается рядом и пальцами касается напряженной спины Олли, рисуя узоры на чëрной футболке, — я серьëзно. Я тебя люблю, ты меня тоже. Что нам мешает?       — Йоонас это не делается так просто, это ответственный шаг, ты это понимаешь? — спрашивает в ответ Олли, но не решается посмотреть в глаза.       — Олли, ну мы же и так давно вместе живëм, вместе работаем. Дети нам не грозят, сам же понимаешь? У нас всë намного проще...       Олли не с чем спорить. Но он продолжает молчать, не давая ни положительного, ни отрицательного ответа.       — Хотя... — начинает Йоонас, но Олли его перебивает, закрывая ладонью его рот, пока тот не успел сказать очередную «глупость».       — Нет, даже не смей этого говорить... Йоонас! — он одëргивает слюнявую руку под заливистый хохот Порко.       Но Матела не теряется и вытирает свою ладонь о футболку шутника.       — Эй! — Йоонас хватает руку Олли и после минутной возни большими усилиями опрокидывает парня на спину, навалившись сверху и полностью обездвижив.       С губ обоих срывается тяжëлое дыхание.       — Олли, просто скажи, ты согласен или нет? Я от своих слов не отказываюсь, я совершенно серьëзно, — говорит Йоонас, запыхавшись, но не отпуская Олли.       Тот отводит глаза, закусив нижнюю губу.       — Если нет, то нет. Просто скажи, я не обижусь, — совсем тихо добавляет Йоонас и отпускает парня.       Олли садится, прижавшись к спинке кровати, глубоко вздыхает и всë же решается сказать:       — Йоонас, это сложно... Просто... Я понимаю, что жениться – это нормально, но мы же с тобой совсем не вписываемся в рамки «нормального»... То есть... Да, я тебя люблю, и ты знаешь, как сильно, просто... Не знаю... Я боюсь... — он опускает глаза на свои пальцы, которые всë это время теребил.       — Эй... — Йоонас берëт одну его руку в свою и сжимает, — я понимаю. Я не буду торопить или настаивать. Не хочешь, так не хочешь. Проживëм и так. Главное, что мы любим, — он подносит к губам его кисть, а после укладывается на Олли, разместив голову на его животе.       Олли сразу начинает перебирать пальцами кудрявые пряди, расслабляясь. Мысли потихоньку выстраиваются по порядку, и Олли обдумывает каждую, прежде чем снова спросить:       — Йоон...       — Мм?       — Ты правда хотел бы детей? — тихо говорит Олли, не совсем понимая, какой ответ он действительно хочет услышать.       — Да, — легко отвечает Йоонас. — Представь, маленькие люди бегают по квартире, такие же кудрявые и голубоглазые, одна – моя копия, а второй – как ты.       — Двое? — усмехается Олли.       — Да, мальчик и девочка, — мечтательно произносит Йоонас, — озорные, шумные, любопытные, но такие сообразительные, что ты их пакость не сразу заметишь.       — И как их зовут? — спрашивает Олли.       — Я пока не придумал, — улыбается Порко. — Думаю, на это у нас будет ещë время.       Олли только тихо смеëтся, в то время как Йоонас млеет от прикосновений длинных пальцев к своим волосам.       — Йоон, а где моë кольцо? — снова спрашивает Олли, и Йоонас давится воздухом от неожиданности.       Он вскакивает и разворачивается лицом к парню.       — Олли... кхм... Я...       — Да брось, я пошутил, — смеëтся Олли и любуется глупой улыбкой, раплывающейся по лицу Порко.       И тот быстро находит выход из этой ситуации.       Он снимает одно из любимых колец со своего пальца и берëт правую руку Олли. Матела сначала выдëргивает еë, но Йоонас повторяет своë действие, и Олли решает поддаться его настойчивости.       — Олли Элиас Матела, — торжественно начинает парень, — не важно, выйдешь ты за меня или нет, я всë равно обязан подарить тебе кольцо, как знак моей вечной любви к тебе.       Он надевает украшение на безымянный палец правой руки парня под его напряжëнный взгляд.       Олли отнимает свою руку, смотрит на неë, параллельно что-то решая для себя.       Йоонас не вмешивается в его размышления, лишь смотрит на него влюблëнными глазами, даже не смея надеяться.       — Я выйду за тебя... — едва слышно говорит Олли севшим голосом и тут же прочищает горло.       — Что? — Йоонас действительно не расслышал и был уверен, что ему показалось.       — Я выйду за тебя, Йоонас Хенрик Порко, я буду твоим мужем, а ты моим! — почти кричит Олли и набрасывается на Йоонаса, покрывая поцелуями его лицо, руки, шею, слушая его радостный смех.       — Олли, ты серьëзно? — он всë ещë не верит, это всë будто сон. Определëнно, самый прекрасный.       — Да, я хочу пожениться! Хочу, чëрт возьми! — Олли обнимает его, стискивает как можно крепче, на сколько хватает его сил.       И Йоонас не противится. Он просто не способен. Это самый счастливый день в его жизни. А может, один из самых счастливых, ведь кто знает, что их ещë ждëт впереди?