19:43

Чимин сидит за столом в светлой кухне, которая сейчас казалось особенно уютной. На улице идёт сильный ливень, из-за чего рассерженные из-за мокроты дорог и грязи, водители сигналят друг другу чуть ли не каждую минуту, чтобы те ехали быстрее, хотя каждый знал, что это никак и ничем не поможет. Пак слегка дует на горячую чашку с его любимым чёрным чаем, после чего вдыхает приятный аромат. Он много раз пробовал другие чаи: фруктовые, травяные, с добавлением цветов и даже те, что были привезены далеко из заграницы, но в один момент Чимин просто перестал пробовать – не нашёл того, что смогло бы затмить послевкусие чёрного чая. Часы на кухне тикают, а волнение внутри парня возрастает с каждым малейшим движением минутной стрелки. Его муж задерживается на работе уже больше, чем на два часа, а смски или звонка от него Пак не получил, что заставляло сердце биться быстрее обычного, а пальцы стучать по поверхности белого стола. В голове непроизвольно мелькают мысли об авариях, которые в последнее время стали подозрительно частыми, о несчастных случаях, похищениях с целью выкупа и даже убийствах. Голубоглазый резко выдохнул и прикрыл глаза, стараясь разом отогнать все гнетущие мысли как можно дальше. Взяв в руки чашку, Чим обнаружил, что чая там больше нет, а значит отвлекать себя больше было не чем. Вновь взглянув на часы, на которых было 19:43, рука уже потянулась к телефону, чтобы набирать номер любимого, хотя блондин знал, что Юнги не любит звонки, особенно во время работы и его дороги домой. Но что ещё делать, когда сердце отказывается успокаиваться и просто требует услышать голос до боли родного человека. Как только тот взял в руки телефон – услышал, как входная дверь открылась, а после и привычный знакомый голос мужа. Чимин мгновенно же откладывает телефон и выезжает к Мину, осторожно преодолевая небольшой порог, отделяющий кухню от коридора. Да, именно "выезжает", а не выходит. Почему? Всё просто. Он не может. Не может ходить. Чимин – 22-летний инвалид, у которого полностью парализованы ноги. Инвалидная коляска, в которой он уже два года, стала для него постоянной спутницей, без которой у парня не было бы возможности даже передвигаться по дому. Конечно, Пак Чимин принимал таблетки, антибиотики, лекарства и даже научился ставить себе уколы, чтобы можно было следовать рекомендациям врачей, но никаких изменений за всё это время не произошло, а желание бороться падало и опускалось ниже с каждым днём, когда он только открывал утром глаза. Тем не менее, блондин научился делать большинство вещей сам: приготовить простой завтрак, одеться(это конечно занимало много времени, но главное сам факт: он сделал это сам), обмыться, но всё же это давалось парню с трудом. Повседневная жизнь сама по себе давалась парню очень сложно, но разве есть что-то невозможное, когда рядом любимый человек? Есть ли что-то, что может разрушить желание быть полезным и желанным для него? Оказалось, что есть. Только увидев Юна, Чимин смог облегчённо выдохнуть, но его минутное спокойствие сразу пропало, когда младший заговорил с ним. – Привет, Минни, что-то случилось? Ты задержался, наверное, на работе было много рабо... - не успев договорить, Чимин резко замирает. - Ты пил? Пак уже знает ответ на этот вопрос. Он знает этот взгляд Юнги, знает его повадку, знает даже то, как он опирается на стену, когда пьяный. Мин стоит молча, смотрит пристально, заглядывая младшему прямо в душу, где не было ничего кроме искренней любви и теплоты. – Ты же мне обещал, что больше никогда в жизни не будешь пить, - едва блондин закончил говорить последнее слово, как почувствовал резкий, обжигающий кожу удар. Снова. Чимин несколько секунд молчал, стараясь сдержать дрожь н столько в голосе, но и дрожь, которая хотела пройтись по всему телу, заполняя каждый уголок страхом. – Юнги.. – заткнись! Сколько можно?! - старший сразу начал кричать, но блондин знал, что это всё действие алкоголя и старался просто молчать, позволяя Мину выплеснуть всю злость и агрессию на себе. – я пахаю на работе, как проклятый, а ты только и делаешь, что раздражаешь меня своим бубнением! Я сам буду решать, что и когда мне делать! И уж точно это решать не жалкому инвалиду, - Юн, шатаясь и держась за стену, прошёл в спальню, мгновенно же падая на кровать и погружаясь в крепкий пьяный сон. Чимин вытирает краем водолазки слезу со щеки, которую всё же не смог сдержать после "жалкому инвалиду". Да, Пак знал, что он жалкий и бесполезный и даже не отрицал этого. Есть ли смысл отрицать очевидное? Что он может сделать, если даже без помощи Юнги не может выехать из дома в небольшой дворик перед подъездом многоэтажки? Друзей у него не было, ведь после свадьбы он полностью сконцентрировался на браке и миссии выстроить крепкую семью. По видимому, он не справился, если сейчас получает болезненные пощёчины и оскорбительные слова в сторону себя. Пробыв на месте ещё несколько минут на том же месте, голубоглазый всё же слабо выдохнул и толкнул колёса коляски, направляясь на кухню. Чимин открыл холодильник, после чего осмотрел его содержимое и всё же уловил взглядом бутылку минералки, которая была на второй полке. До неё Паку не дотянуться. Конечно же он попробовал, но ничего, кроме парочку подряпин на бледной коже не получил, после чего всё же решил ограничиться обычной водой и таблеткой от головы для Мина на завтрашнее утро. Парень вновь посмотрел в окно за которым открывался вид на красивый ночной год, который сейчас был окутан туманом. – красиво, - срывается тихое описание вида с губ Чимина, после чего он слабо выдохнул. В этом виде есть некое отображение самого блондина: красивый, светящийся, завораживающий, но густой туман – его инвалидность, которая приглушает все предыдущие качества.