Протей меняет тысячи обличий

Снейп не видел Поттера уже довольно долгое время. Или, правильнее сказать, сам Снейп видел Поттера и Поттер видел его после событий на Астрономической башне, но как Джон Принц он не видел его долгое время. После того, как Гарри выяснил, что Снейп обманул его на счет матери, вместо того, чтобы разочароваться в нем, он будто еще больше проникся к нему. Сдавшись под напором гриффиндорца, он стал привечать его чуть ли не каждые выходные. Во избежании неловкости Снейп теперь всегда использовал волосы одного и того же человека, хоть их запас и таял на глазах. Летом от Поттера не было ни одной весточки и Северус чувствовал беспокойство, не имея возможности отправить письмо самому, он не желал изыскивать способы переписки. Вместо этого до конца августа он просидел как на иголках. Министерство было захвачено, и вскоре Лорд предложил ему должность директора Хогвартса. Тридцать первого августа Северус вошел в замок, ожидая, что его не допустят в кабинет директора, но горгульи пропустили его наверх без пароля. Среди вещей Дамблдора он нашел письмо для него, в конверте совершенно неожиданно оказалась коса волос. В приписке к письму Альбус пояснил их происхождение: молодой любитель камерной музыки решил сменить образ, а директор благоразумно собрал волосы на всякий случай. Также в письме содержались сведения о мече Гриффиндора, первым делом Альбус советовал создать искусную копию и выставить ее в кабинете, а оригинал спрятать. Помимо этого Снейпу напомнили о миссии Поттера, о его роли в этой миссии. Потратив время на создание копии меча Гриффиндора, Снейп гнал от себя мысли о судьбе Гарри. Уже не раз Гарри избегал смерти, а однажды пережил даже непростительное заклятие, так может и в этот раз смерть не заберет его. До первого снега Снейп искал следы Поттера и однажды ему посчастливилось встретить его в лесу. Он шел по следу странно оставленных вещей, и обнаружил следы заклинаний собственного производства. Несколько часов он следил за огороженным чарами местом, идея выманить Поттера пришла к нему, когда он окончательно закоченел. Приняв привычный облик Джона Принца, Снейп вызвал патронуса. Они сидели на берегу озера под согревающими чарами, Гарри смотрел на меч и улыбался. — Я очень рад тебя видеть, последнее время не было возможности даже написать тебе, — Гарри обвел рукой лес, — никаких сов. Хотя Гермиона с удовольствием бы получала газеты и тут. — Куда вы сейчас направляетесь? — Не знаю, плана нет. Мы были в Годриковой Впадине. — Я знаю, слышал. Гарри кивнул. Отложив меч в сторону, он нашел своей рукой руку Снейпа и сжал ее. — Джон, позволь мне увидится с тобой… Я знаю, что скоро все это закончится, и никто не знает, как… И пока мы живем в этой неопределенности, я бы хотел увидеть тебя еще раз. — Хорошо, Гарри, — голос Снейпа охрип. Гарри порывисто поднял руку Северуса и поцеловал внутреннюю сторону ладони, затем, подхватив меч, направился к пологу заклинаний. Снейп тоже поднялся, услышав хруст веток в стороне, он заметил Рона Уизли, и, усмехнувшись, аппарировал прочь. Усевшись за директорский стол, Северус хмуро уставился на пустой портрет Дамблдора. Альбус часто отсутствовал. Итак, Поттер влюбился в Джона Принца, а виноват в этом Альбус. Он продолжал снабжать Снейпа волосами неизвестного маггла даже после собственной смерти, подталкивая зельевара к встречам с Поттером, дал ему задание передать меч, наверняка понимая, что Гарри доверяет личине Джона Принца. Однако, хуже всего было другое, сам Снейп сжился с чужой личиной и был готов ответить на чувства молодого парня. Радовало только одно — Снейп вряд ли доживет до следующего рождества.