идиот

      Весь остаток дня был в нашем распоряжении. В меня вселилась толика надежды, что все может измениться. Хоть и не сразу, но измениться. В противном случае придется съезжать отсюда и возвращаться в общагу, так как другого выхода я вряд ли найду.       Артем после нашего разговора сразу стал покладистым. И это либо радовало меня, либо напрягало. Он провел небольшую уборку в доме, затем, чтобы никому не пришлось заморачиваться с готовкой, заказал доставку и спросил меня, чего хочу. В итоге мы сошлись на паре салатов, небольшом наборе роллов и чего-то безалкогольного. Обстановка в доме мало чем смахивала на новогоднюю, да и по правде говоря, после всего произошедшего в последнее время настроения новогоднего совсем никакого не было. Грустно и невкусно, как говорится.       По телевизору показывали новогодние выпуски, и это чуть-чуть добавляло боевой дух священного праздника. Но, если взглянуть в окно, там новым годом пахло лишь отчасти. Солнце светило ярко, отчего плотный слой снега становился рыхлым и перемешивался с грязью. Однако это не помешало некоторому количеству людей веселиться и наслаждаться последними минутами этого года.       Пока Артем заморачивался с организацией праздника, я решила впервые за долгое время позвонить родителям по видеосвязи в своей комнате. Наверняка они уже успели хотя бы чуть-чуть выпить перед застольем, зная их. Какое-то время шли гудки, и вот, я вижу счастливые лица своих родителей. Ну да, это же не они меня проклинали, когда я уезжала из своей дыры. — Привееет, — поприветствовала их я с небольшим чувством неловкости, помахав в камеру. — Ну здравствуй, дочурка! Не звонишь, не пишешь, все хорошо у тебя? — спросила мама.       И я задумалась: если я скажу все как есть, они прикажут немедленно возвращаться в свой родной город. Но и соврать им я тоже не могла, потому что я в принципе редко кому врала. — Да все хорошо, не переживайте. После каникул планирую сессию закрывать… — промямлила в итоге я, о чем в итоге и пожалела. — Не понял, а что случилось?! — со строгостью в голосе спросил отец. — Да заболела неудачно именно перед сессией, да так неудачно, что температура 38 долго не спадала, — и вот, впервые я соврала. Теперь и об этом жалею. Но лучше уж сказать так, чем сказать, что меня избил одногруппник. — Ну давай, не болей, сессию закрывай как можно скорее! — пожелала мне мама, затем с подозрением осмотрела обстановку на моем фоне, — погоди-ка… Это у вас в общаге такие комнаты выдают?       Так и думала, что что-то пойдет не так! И как теперь отмазаться перед ними? Если скажу, что снимаю сама, они мне и на слово-то не поверят. А если — что живу у подруги, они покрутят пальцем у виска. Как сложно-то врать, оказывается! Внезапно лица родителей переменились на озадаченное. Казалось, что у них сейчас волосы дыбом встанут. Ну, либо поседеют раньше срока. Я не поняла сначала, что не так, пока не увидела, кто сзади меня, и сама чуть на месте не вскочила. — Тыыы живешь с ним?! — спросила мама, возмущаясь. — Здрасте, теть Лиз, — тепло улыбаясь, поздоровался Артем, — ну а что такого? — Ну, доченька, сама себе могилу закопала! В скором времени приедем к вам, оценим обстановку, — сказали напоследок родители, прежде чем отключиться.       Я точно влипла. Хотя, зная их, опять же таки, такое может случиться совсем нескоро, и пока что есть время обдумать все детали предстоящего. Возможно. Я опустилась на пол с кресла от позора, который испытала только что. Хотя это все равно ничем не хуже того случая, когда меня на глазах большинства студентов избили. — Ну спасибо, — фыркнула я, стрельнув взглядом в партнера, — они думали, что я буду жить в квартире, когда замуж выйду. — И в чем проблема? — по-прежнему не понимая ситуацию, спросил Шатохин, затем он подошел ко мне и погладил по макушке, — да не переживай ты так, вряд ли что-то плохое произойдет. Да и они должны знать, что мы с тобой пара теперь.       Я тяжело вздохнула, кивнув. Дико не хотелось забивать себе этим голову, так что мы вместе вернулись в зал и продолжили смотреть телик, ожидая доставку.

***

      Несколько часов пролетели как миг. Было крайне непривычно проводить столько времени с Артемом после всего этого, но к этому времени я начала уже привыкать. Быть может, он действительно понял, в чем была проблема все это время, и наконец в наших отношениях появится заветная гармония? Без понятия. Но на данный момент хотелось только одного — чтобы весь этот ужас поскорее закончился и остался где-то позади. Я многого прошу?       За окном уже прилично стемнело. Я вышла на балкон, чтобы подышать свежим воздухом и скурить последнюю сигарету. Сигаретный дым тут же перемешался с паром, и меня немного отпустило. Хотя и напрягаться уже было незачем. Все ведь хорошо? Да? Артем ушел в ванную, и это была какая-никакая возможность побыть наедине со своими мыслями, коих была просто куча. Пожалуй, первое, что я сделаю, когда вернусь в уник — стану всячески избегать Глеба. Плохого он сделал гораздо больше, чем хорошего, и я ничего общего не хочу больше иметь с этим человеком. Написать заяву на него? Это подождет. Жертва не хочет сознаваться в содеянном, хорошо так покрывая его. Чертовка. Но я найду на это время и соберу все доказательства. А вдруг его отмажут, ты не подумала, Сандра? Это было слишком сложно для моего понимания на данный момент. Но он обязательно ответит за все, более чем уверена.       Сигарета кончилась ровно в тот же момент, как мои мысли отключились, и я уже наслаждалась каждой минутой. Я вышла из балкона в перемешанных чувствах. Одновременно с ванной комнаты вышел и мой парень. Полотенце едва прикрывало низ его тела, но это не мешало мне полюбоваться его торсом. Я подошла ближе с чувством неловкости. Мы посмотрели друг на друга, затем Артем смущенно направился к себе. Неужто я так его засмущала? Вроде бы, все свои. А потом как?       Понадобилось минут пять, чтобы он вернулся в зал, где я удобно расположилась на диване. Он присел рядом, пристально посмотрев на довольную меня. До следующего года оставались считанные минуты. Пора было открывать шампанское, что мы и сделали. Налили в бокалы, и, когда наступил бой курантов, мы тут же их опустошили. Не стали делать банальщину по типу написать желание на бумажку и выпить его, нам же все-таки не по пять лет, чтобы верить в волшебные свойства переработанного дерева. И теперь уже можно шутить про то, что хлеб уже прошлогодний. Вышли на балкон, чтобы понаблюдать за фейерверками. Это поистину было чудесно и волшебно. В какой-то момент будто в детство вернулась. Прекрасно. — С новым годом, — ласково произнес Артем, приобняв меня за плечи. — И тебя, — многозначительно улыбаясь, ответила я.       Так мы и простояли, пока не начали мерзнуть. Перед выходом скурили по сигарете и вернулись в дом. А там уже вовсю шансон играл. Было слышно с других квартир, как люди веселились. Но и у нас тоже все было довольно неплохо, размеренно и тихо так. Большего и не надо было. Это первый новый год, который я встречала вне дома, и это чертовски мне нравилось.       Нами было принято решение посмотреть какой-нибудь фильм. Выбор остановился на форсаже. Мы сели на диван, отбросив в сторону шампанское, ибо мне, по крайней мере, уже начало становиться от него дурно. А напиваться вусмерть, увы, в планах у меня не было. И так мы сидели, наблюдая за сюжетом, не промолвив ни словечка. Скука смертная. Разве это действительно может быть кому-то интересно? Минуты шли медленно за просмотром сия шедевра кинематографии, отчего я готова была уснуть. Это больше тема Артема, чем моя. И поэтому я не могла сказать ничего против этого, молча наблюдая. В комнате практически царила тишина, и ее нарушали лишь голоса с этой коробки. Час ночи. Спать практически не хотелось. Я быстренько пролистала соц сети и увидела кучу поздравлений от друзей и знакомых с праздником. Да, с праздником.       И в какой-то момент в комнате начала обладать какая-то особая атмосфера. Фильм уже не казался таким интересным, хотя он и до этого был неинтересным.       Я внимательно посмотрела на своего партнера. Чутка взъерошенные волосы, футболка, которая идеально лежала на ее владельце, этот манящий родной запах парфюма вперемешку с порошком и сигаретами. Он заметил мой взгляд, и я резко переключилась на фильм. Но тот, видимо, принял это за вызов. И пока я в действительности вцепилась взглядом в экран, он в это время решил начать свою тактику, опустив свою руку мне на колено. Он плавно поглаживал мою ногу, отчего я едва вздрагивала, ибо больно уж непривычно было. Но я продолжала стоять на своем. Хотя было слишком сложно сдерживать себя уже на этом моменте.       Он наклонился ко мне, убрал пряди с моей шеи и томно дыхнул в нее. Волна мурашек на моей коже тут же начала свое нашествие. Он обжигал ухо своим горячим дыханием, перемещаясь той же рукой по талии. Румянец на моем лице мигом появился, и со стороны я была похожа на помидор. Но, черт, это уже было хорошо… Но я боялась опять обжечься. После ряда случаев, которые почти привели к этому, но этого не случилось. — Перестань, — резко заявила я, убрав руку со своей талии. — Мне казалось, что ты этого хотела, прости, — грустно вздыхая, извинился Шатохин.       Я тут же поднялась с дивана и ушла к себе, чувствуя себя еще больше неловко. А может, зря я на него так? Или же нет? В прошлый раз он расстроил меня тем, что не может так со мной поступить, и я боялась, как бы он не сказал того же самого опять. А я что тогда, что сейчас не была против. Я предполагала, что такое может рано или поздно произойти, и мое тело чувствовало, будто готово уже. Но можно ли думать, что он в действительности боится мне навредить, зная о произошедшем, либо это наоборот отталкивало его от меня в том же самом плане?       Я рухнулась на кровать, напрочь отказываясь верить в происходящее только что. Отсутствие света в комнате и тишина добивали меня еще больше. Я считала звезд за окном, когда дверь неожиданно открылась, и вошел Артем. Он виновато посмотрел на меня и сказал: — Извини, но я правда не понимаю, чего ты хочешь. — Это уже давно в прошлом, Артем. Я сейчас готова к тому, чего ты ожидаешь и я не в меньшей степени, — вырвалось у меня в порыве эмоций. Ну правда, сколько можно ворошить прошлое? На то оно и прошлое, чтобы забыть как кошмарный сон.       И он без слов подошел ко мне ближе. Я аж присела на край кровати от такого. С каждым его шагом мое сердце почему-то начинало предательски биться чаще, а ладони потеть. Смотря на него снизу вверх, он выглядел таким властным, каким я не видела ранее. И это в какой-то степени меня возбуждало…       Он, окончательно подойдя ко мне, тихоньку толкнул меня, но этого хватило, чтобы я обратно легла. И навис надо мной сверху. Аж резко напомнило ту ситуацию, когда мы гуляли одним осенним днем, также навис надо мной и почти что поцеловал, но нам помешал нечто по имени Глеб. Но сейчас можно с уверенностью сказать, что он нам не помешает. Мои зрачки начали разбегаться из стороны в сторону, не останавливаясь на одной точке, нет-нет. Я легонько обхватила его плечи, ожидая какого-никакого продолжения. Он опустился ниже и начал исследовать мое тело губами, отчего я тут же начала вздрагивать. Мои ноги невольно согнулись в коленях. Он оставлял поцелуи чуть ли не на каждом участке моего тела, что заставляло меня издавать едва слышные вздохи. — Я уточню заранее, ты точно уверена, что хочешь этого? — обеспокоенно спросил парень, посмотрев прямо в мои глаза. — Д-да… — полушепотом сказала я, давая понять, что я не против всего того, что сейчас может произойти. В пределах разумного, конечно.       Он прижался ко мне всем своим телом, и я сильнее ощутила запах его парфюма, до невозможности родной. Руками он залез ко мне под одежду, отчего мурашки начали накрывать шведский стол, а популяция бабочек в животе начала возрастать. Это уже было хорошо, даже лучше, чем я ожидала. Внезапно он прильнул к моим губам, и мы погрузились в такой поцелуй, какой был впервые для нас обоих. Расстояние между нашими телами тут же сократилось. По ощущениям было, будто мы слились в единое целое, и я бы не хотела, чтобы они прекращались.       Он снял с себя верхнюю одежду, тем самым оголив свой торс. Я уже видела это, но это все равно не мешало мне им восхищаться. И я также, хоть и с чувством неловкости, сняла с себя футболку, откинув ее в ту же сторону, что и Артем. — Значит, мой мозг не обманул меня, ты действительно худая, — с каплей насмешки и некой долей восхищения сказал Артем. Ох, знал бы он, какой ценой…       Оставалось буквально чуть-чуть прежде чем мы в действительности сольемся воедино, и я предвкушала, как оно будет. Хотелось бы все-таки, чтобы соитие запомнилось на приятной ноте. А не на той, что произошло той ночью…       Понадобилось еще немного времени, прежде чем я и он наполовину оголились. Артем тем самым опустился еще ниже и нащупал то самое место, о котором многие парни стесняются говорить. Он начал потирать этот участок, и я вмиг стала изгибаться, словно мартовская кошка. Доля секунды, и он запускает в меня один палец, и из моих губ вырывается глухой стон. Откуда он знает про это все вообще? Потому что, по крайней мере, у меня не было времени изучать собственное тело, а когда появилось, то было уже как-то неловко. Но он так умело справлялся рукой, будто бы я попала в постель к опытному парню, а не вчерашнему другу. Может, я чего-то действительно не знаю о нем? Но это уже неважно, ведь любые его действия заставляли меня хотеть отдаваться ему все сильнее. — Тебе нравится? — неожиданно спросил Шатохин, на что я молча кивнула.       Еще миг, и он в два счета расправился с моим нижним бельем, из-за чего я невольно прикрыла все рукой. И дабы убрать эту неловкость, он продолжал всячески раскрепощать меня своими прелюдиями. И это помогло. И ни слова о том, чтобы я сделала того же самого с ним. Но, видать, его и так все устраивало.       Поняв, что уже можно начинать, Артем достал из кармана штанов пачку контрацептивов, вытащил один, также умело надел на своего друга. Затем наклонился ко мне и прошептал: — Я постараюсь не навредить тебе, Сандра.       Доля секунды, и он медленно вошел в меня. От боли и непривычных ощущений я чуть было не взвизгнула, но вскоре они сменились приятным чувством. Он вновь прижался ко мне, медленно двигаясь и лаская мое ухо своим горячим дыханием. Я не стала сдерживать себя, и из моего рта начали проноситься тихие стоны. Я обхватила его спину руками, поддаваясь тазом в такт его движениям.       Темп нарастал с каждым толчком, а стоны становились чутка громче. Тишина в спальне, которую нарушали вздохи и стоны, была поистину прекрасна. Я откинула голову назад от потока непривычных и приятных ощущений, и в глаза внезапно бросилось, как фейерверки все еще продолжали свое шоу. В честь нас конечно же, подумала я. Толчки становились грубее, но мне это по-прежнему нравилось. Более не хотелось проводить аналогию с той ночью, потому что ежу понятно, что эта ночь гораздо ярче и приятнее. — Не хочешь поменять позу? — предложил шатен.       Я угукнула, и мы перешли в позу на четвереньках. Он приобнял меня сзади и вновь вставил свой член. Он также не ограничивался и предварительными ласками, губами проходясь по моей шее, что заставляло мои стоны вырываться сами и с усиленной громкостью. Буквально несколько толчков, и я начала чувствовать подступающую волну оргазма. Еще пара толчков, и мы кончаем одновременно. Он отпускает меня, и я, обмякшая, падаю на кровать, не в силах поверить в происходящее. Это было настолько волшебно, что аж действительно не верилось. Мы быстро накинули свою домашнюю одежду и легли в обнимку. — Это было прекрасно, — с одышкой произнесла я, кратко поцеловав парня, — люблю тебя. — И я, — ответил Артем.       А большего в эту ночь и не нужно было, чтобы она запомнилась надолго. И таким образом мы оба уснули.