Они рядом

      Искра слабо мерцает за потрескавшимися пластинами металла. Все силы уходят на то, чтобы сдержать всю тьму планеты в себе. Он не тот, кто был раньше. Нет, он не тихий архивист с идеалами об мире. Не Орион Пакс. Теперь его имя Оптимус Прайм. Он тот, кого ждали долго, и ему дали этот шанс проявить себя. Это была дорогая возможность, честно сказать, и всё же... почему же теперь он думает, что это... несправедливо? Даже не так. Словно кто-то толкнул его с уютного мирка.       Он медленно поднимает взгляд наверх. Ничего не видно. Вокруг тьма. В центре планеты ничего нет. Великая Искра так хорошо прячется. А вот тьма заметна, поэтому её и нашли. Из глубин тела раздаётся хрип. Вот как. Быть избранным, оказывается, очень непросто. И больно. Тьма ведь любит шептать обещания, давить на слабости, и ведь он не глупый. Он знает, что это часть его стези. Терпи. Краем глаза видит движение. Точно. Иногда здесь появляются стражники. Похоже, Верховный Совет боится, что он поддастся тьме. Отчего-то это вызывает сладкую улыбку.       Вновь пытается пошевелиться. Лёгкий удар тока напоминает, насколько это бесполезно. Цепи, что сковали его, были ничтожны в сравнении с другим знанием. Ему некуда возвращаться. Наверху его чествуют как героя. Ему нельзя показывать себя, ведь богов любят низвергать и ломать на кусочки. Кому-то нужно это делать, чтобы другие были счастливы. Избранные на самом деле молчат.       Тихий голос пронзает тьму. — Кто же я?