Эхо далёких звезд

And when every time I set a course into the dark night You would follow me silently, with searchlights (STARSET — ECHO)       Доехав до космопорта и пройдя через проходную, я прошёл в медкабинет, чтобы медики провели предварительные проверки по самочувствию (давлению, пульсу и все дела. Анализы я сдавал ещё два дня назад, и они показали хороший результат. А силовые тренировки проходил до вчерашнего дня, так что для подобных перелётов я был вполне себе готов). Убедившись, что со мной всё замечательно, я прошёл в раздевалку космонавтов, где уже было ещё трое человек.       Блондин с короткими волосами, голубыми глазами и довольно юным лицом (тогда как мы с ним одного возраста, обоим под сорок лет) — Геннадий Орехов, биолог, доктор наук, доцент, в общем умный парень, хоть иногда и ведёт себя словно ребёнок и многие вещи воспринимает словно с ним шутят. Его оттенок кожи можно охарактеризовать как «светлый металик». Да и сам пошутить порой любит. Но когда дело принимает серьёзный оборот, сразу вспоминает, что уже давно вырос из «детских штанишек», как говорила мне моя бабушка когда я был маленький.       Следующим членом звездного экипажа был брюнет с зелёными глазами и грубовылепленным лицом, кожа которого отдавала лиловым окрасом — это у нас крутой программист и хакер под ником Ассемблер (потому что в совершенстве знает глубинные языки программирования и именно с его помощью была написана большая часть кода нынешней программы полётов), хотя в настоящем мире его имя Макс Капустин. Хоть внешне и суровый малый, при более близком общении, нормальный парень, который и за словом в карман не полезет и поможет, чем сможет. И не только в плане переустановки системы на компе, но и во многом другом тоже.       Ну и последняя по очереди, но не по значению всеми любимая наша Анна Сизова — миниатюрная рыжая девушка, под метр пятьдесят, со смазливым личиком покрытым веснушками, а также большими и чистыми, как небо, голубыми глазами. Как и цвет её кожи, который отдавал синеватым оттенком. Но несмотря на столь невинный вид, Аня не так проста и наивна как кажется на первый взгляд. Имеет чёрный пояс по айкидо, докторскую степень по математике, а также «золотые руки» растущими из плеч, а не как у многих. Инженер экстра-класса, способная с закрытыми глазами собрать и разобрать не только бытовую технику, но и целый космический корабль. Если Аня с нами, то за безопасность и герметичность корабля, можно не волноваться.       И вся эта троица, вместе с вашим покорным слугой, должны первыми отправиться за пределы нашей Галактики. С десятками тысяч растений, грибов, животных и людей (только в виде ДНК кода и парой клеток, которые будут быстро выращены на новой планете) на борту, а также механизм терраформирования, если планету нужно будет подкорректировать, чтобы на ней можно было в дальнейшем жить без особых проблем. Может показаться, что четверых членов экипажа мало для заселения целой планеты, но как показали предыдущие колонизации, для освоения новой планеты бывает достаточно и двух человек. Остальное всё сделает автоматика, за которой должны следить именно мы. И всё бы ничего, но путешествий подобного рода ещё не было, поэтому я слегка волновался и не знал, что ждёт нас за пределами Галактики? Ведь никто так далеко ещё не путешествовал и не знает, как поведёт себя корабль в межгалактическом пространстве? Но смотря на других членов экипажа, я не подмечал, что они об этом сильно переживают. Словно это слетать до ближайшего спутника нашей планеты и обратно. Правда, до спутника В-135 всего лишь полмиллиона километров. Тогда как до ближайшей Галактике, расстояние уже исчисляется в парсеках и световых годах. А это не так-то уж и не мало. — О, это ж Витя. Чё как, друг? — задорно поприветствовала меня Аня, дав пять. Ассемблер просто поприветствовал кивком, продолжая переодеваться, за отдельной ширмой, так как рядом с нами девушка. Один лишь Гена, не заметил моего присутствия, продолжая что-то слушать в плеере. Не обращал до тех пор, пока я не прислушался, пытаясь понять, что он слушает. Что-то очень древнее. Примерно из начала двадцать первого века. Но мотивчик мне нравится.       Я тронул Гену за плечо. Тот даже подпрыгнул от неожиданности. — А, Вить, это ты, — выдохнул Гена, снимая наушники. — Чего крадёшься? — Я то не крадусь, — подметил я. — Это ты уши заткнул, что ничего не слышишь. Что хоть слушал?       Он дал мне наушники. — Хм… неплохо. Не думал, что ты поклонник старины. Такую музыку слушали больше тысячи лет назад. Где ты вообще такое откопал? — По каким-то развалинам недавно шарился и случайно нашёл чудом уцелевший жесткий диск, — объяснил он, перематывая на следующую песню. — Иногда можно и что-то из прошлого послушать. Не думаю, что это было классикой тех времён, но и не проходная музыка точно. Интересно только, что нас будет ждать за пределами нашей галактики? — Поначалу ничего, — вставил слово Макс. — Насколько известно нашим астрофизикам на данный момент, в межгалактическом пространстве нет ни звезд, ни планет, ни вообще чего-либо, верно говорю, Вить? — Ну это не совсем точно, — задумался я. — Пустого пространства в Космосе как такового нет. Примерно пять процентов — это так называемая тёмная материя. Остальное пространство занимает тёмная энергия, из которой в основном и состоит пространство Космоса. Но так как расстояние до другой галактики намного дальше до любой нашей звездной системы, то именно мы будем настоящими первопроходцами дальнего Космоса. — Интересно только сможем ли мы вернуться назад? — с сомнением спросила Анна. — Я как-то привыкла к нашей планетке, хоть она порой и не очень дружелюбная. Что нас будет ждать дальше — неизвестно. А неизвестность, как говорится, частенько пугает. — Ну, если останемся тут, то так ничего и не узнаем, — подытожил я. — Так что собирайтесь и вперёд, к новым открытиям, друзья мои.       И сделав последние приготовления, на нас всех надели скафандры, сделали последние настройки автоматики корабля, подкорректировали навигацию, мы вчетвером погрузились на корабль, который через пару минут успешно стартовал и за несколько минут покинул плотные слой атмосферы и вошли в открытый Космос. Центром было принято решение, что корабль должен отойти от нашей планеты на значительное расстояние, чтобы включать ускорители двигателей. Которых наши механики конструкторы назвали ДИП-двигатель (иными словами «двигатель искривления пространства»). И хотя испытания на живых организмах Дип система была испытана (и все кошки и собаки возвращались из испытаний живыми), испытания на людях пока что не было. Так что мы будем первопроходцами в этом деле. Отлетев от нашей планеты на приличное расстояние, я, как командир экипажа, спросил всех членов своей команды. — Ну что, все готовы творить историю?       Остальные члены команды одобрительно кивнули, Я переключил пару тумблеров на приборной панели и нажав кнопку активации ДИП двигателя, поначалу ничего не произошло. Но когда звезды и планеты пролетали в иллюминаторе чуть ли не со скоростью света, я понял, что подобные двигатели работаю иначе, чем разработанные ранее. Подобные двигатели не двигают корабль сквозь пространство, а проводят пространство в движение вокруг корабля. Поэтому и никаких последствий для экипажа собственно и нет.       Звезды, планеты и другие космические объекты кончились и началось пустое межгалактическое пространство дальнего Космоса. И даже уже было видно светлую точку, которая была ближайшей галактикой. Но неожиданно корабль сильно затрясло и что-то видимо пошло не так. Наш корабль словно втянуло в бесконечно тёмное пространство тёмной материи. Причём в полной тишине. Только разве что песня в наушниках Гены продолжала играть: «Если всё станет сложно Выйди из берегов И просто сделай то, что, Будет тебе в прикол!»* — Ну, из берегов-то мы уже вышли, — подметил Макс. — Покинули границы нашей галактики. — Теперь осталось сделать тот самый прикол, — дополнила Анна. — Где мы вообще? — Не знаю, — честно ответил я, смотря, то в пустоту, то на приборы, которые чудом ещё работали. — Но навигация не сбилась, значит мы идём верным курсом. Главное только…       Договорить я не успел: внезапно корабль сильно тряхануло, мы, словно пробили ткань самого мироздания и оказались в небесах, очень похожих на наше небо. За исключением того, что снизу всё сильно отличалось. Судя по такому количеству деревянных домов, планета уже была обитаема, хоть местные жители не сильно продвинулись в технологическом плане. Но не это было самое странное в этом месте: неожиданно рядом с нами пролетел огромный клыкастый ящер, зелёного цвета, который врезался в корабль и тот направился в сторону ближайших лесонасаждений. Сам же ящер исчез в огромном чёрном пятне, тёмной энергии, имевшего чёткие границы, красного цвета. Как именно оно тут, оказалось, думать времени не было. Так как мы все приготовились к резкому столкновению с этой новой, но вполне себе обитаемой планете.       Совершив жёсткую посадку, я спросил у остальных членов экипажа: — Все живы? — поинтересовался я, у которого было множество синяков и ушибов. — Бывало и хуже, — махнул рукой Макс, хотя у самого оказалась рассечена бровь, а также несколько порезов и царапин. — Сойдёт, — ответила Анна, потирая ушибленное плечо. — Жизненно важные органы не задеты, — отозвался Гена, который пострадал меньше всех, получив только пару шишек на голове. — И пусть всё пошло не по плану, — подметил Макс, отстёгиваясь от своего места. — Главное то, что мы всё-таки выжили, а это уже не мало. — Теперь понять бы, пригодна ли эта планета для нашей формы жизни, — высказала дельную мысль Анна, смотря на экраны мониторов. — Я, конечно, видела деревянные домики внизу, но это вовсе не означает, что местное население дышит кислородом, как мы. Гена, твой вердикт? Ты же у нас биолог, в конце концов. Тебе и решать. — Сейчас-сейчас, — задумчиво ответил наш весельчак, наблюдая за показателями мониторов. — Радиационный фон — в пределах нормы, атмосферное давление нормальное, атмосфера состоит из 70% азота, 25% кислорода и остальные 4,999% примесь других газов. Следовательно, здесь всё точно как у нас. Даже чуть лучше. Меньше различных загрязнений. Дышать можно без скафандра. — Это уже радует, — подметил я. — Главное теперь понять дружелюбное ли будет к нам местное население? И на какой стадии развития они находятся? — А также надо выяснить, что это за зияющая трещина у них в небе? — подметила Анна. — Что-то она мне не нравится. — В любом случае, если будем и дальше сидеть здесь, то ничего не узнаем, — подытожил я, открывая шлюз корабля, осматриваясь по сторонам, среди деревьев и вдыхая свежий лесной воздух. — Кто со мной на разведку?       Со мной вызвались пойти Гена и Анна, перед этим обработав свои незначительные раны в медицинском модуле, который чудом уцелел, несмотря на то, что самому кораблю крепко досталось и чинить его нужно будет довольно долго. Хорошо, что образцы ДНК тоже не пострадали, иначе вся наша Одиссея была бы зря. У Макса повреждения оказались куда более серьёзные, с которыми обычный модуль не справится — Ассемблер вывихнул ногу, помимо рассечения брови, поэтому вынужден был остаться на корабле, прокладывая нам, троим безопасный курс в сторону местного аналога города, села, деревни или как ещё населённые пункты в этой части Вселенной называют? И будем надеяться, что настроены они всё-таки мирно и мы зря, помимо необходимых устройств для исследования местности взяли ещё и оружие. Примитивные лазерные резаки, для нарезки каменистых космических пород, но сомневаюсь, что тут и такое видели. Главное — это первый контакт. Потом всё пойдёт гораздо проще. По крайней мере, мне так казалось поначалу…