Останься до завтра

      @cynosumeru 19:03       «Нервный альпинист время от времени срывается на свою жену.»       Ответы на запись:             @tighnari01 19:04             «Напомни, почему я все еще с тобой общаюсь?»             @superkave 19:04             «Ахахахаха, шутки Сайно с каждым днем все лучше и лучше!!!»             @haitamscientist 19:06             «Данная шутка настолько тривиальна и проста, что у адекватного человека не появится и намека на какую-либо улыбку. С подобного могут смеяться только отсталые от нашего общества. Советую самосовершенствоваться, а не деградировать.»

Ответы на комментарий: @superkave 19:07 «ТЫ НА КОГО НАМЕКАЕШЬ, А?!»

***

      Освещение в комнате было плохое: все лампы выключены, двери плотно закрыты, одни лишь неровные отблески от уличного фонаря помогали рассмотреть лицо собеседника, что было в точности такое же, как и у девушки напротив. Они переговаривались совсем негромко, почти шепотом, боясь, что кто-то может услышать. Однако один из них, юноша, иногда не выдерживал и повышал голос, из-за чего сразу же ловил осуждающий взгляд девушки.       Их разговор на прямую цеплял семейные обстоятельства и собственных родителей, что занимались непонятной для детей работой, из-за которой пренебрегали их же желаниями и целями. Тем не менее, мнение у ребят отличалось. Девушка была за нейтральное отношение ко всему, юноша — категорично против пассивности.       — Люмин, сколько можно уже молчать? Мы так всю жизнь молчать будем? Сначала Академия, потом подработка где-нибудь в Снежной, а потом полноценно будем продолжать их неизвестное дело? — заспорил в очередной раз с сестрой Итэр, — у меня, например, есть свои планы. Свои мечты. Да черт, я вообще-то свою жизнь планирую, а не кто-то другой!       — Тише ты, — шикнула девушка, — я понимаю, но и ты подумай: что мы сейчас сделаем? Попытаемся оспорить факт поступления в Академию? Ты же их знаешь, Итэр, если они сказали, хоть головой об стенку бейся — все бесполезно, — договорив, она устало вздохнула и сжала ладонь Итэра, — я бы тоже хотела… Планировать свою жизнь. Но давай пока повременим с разговором о том, что нас ждет и чем они вообще занимаются?       Юноша долго смотрел сестре в глаза, будто бы искал там какие-то ответы на свои вопросы, старался выпытать их и чужие мысли в том числе. Но потом лишь тихо вздохнул и согласился.       — Хорошо, поднимем эту тему перед отъездом из Сумеру. Ни позже, ни раньше.       — Договорились.       Люмин улыбнулась, но в ее глазах этой улыбки не читалось. Она еще тогда, при ссоре с Итэром, поняла, почему ей нет особого дела до некоторого вранья и приказов родителей. Все свои семнадцать лет жизни девушка желала лишь одного — быть с семьей. Сначала с родителями и братом, потом же и с малышкой Паймон. Просто проводить вместе счастливые будни, смеяться над шутками и анекдотами матери, слушать истории отца. Конечно, Люмин понимала, что так всю жизнь продолжаться не может: все трое пойдут своими дорогами, хоть и не в одночасье, но они разбредутся. Даже «неразлучные близнецы». Просто такова жизнь, с этим ничего не сделаешь. Но если у Итэра с Паймон были цели, то девушка не могла найти что-то, что могло ее зацепить. Вот откуда и берется начало слов Итэра про «куклу». Однако это не значило, что Люмин не было дело до желаний брата, поэтому она не против, если после их картинка идеальной семьи треснет.       — Люми?       Девушка даже вздрогнула. Он так редко ее так называл…       — Пойми, все не заканчивается на нас. Мир бескрайний, твое счастье не может быть только здесь, — он сжал ее ладонь и вновь испытывающе взглянул в глаза, но в этот раз намного мягче, — подумай над этим.       — …Хорошо.       Стоило ей произнести это слово, как в дверь звонко постучались. Так стучалась только Илга: громко, напористо и буквально кричаще «Я сейчас раздроблю эту дверь к чертям!».       — Я вхожу! — и стоило этой фразе разнестись в коридоре, как дверь распахнулась на всю, а в комнату зашла высокая женщина, — вы чего в темноте сидите? Зрение испортится. Ладно, это потом. У меня для вас спецзадание.       Близнецы, переглянувшись между собой, с непониманием посмотрели на мать, которая все еще стояла около двери, уперев руки в бока. Она отбрасывала тень из-за света, который шел с коридора, и из-за этого выглядела еще выше.       — Нужно сходить в магазин. Есть добровольцы?

***

      Вышагивая вдоль дороги, девушка бездумно оглядывала полупустые улицы. Сейчас было еще не слишком поздно, но народ все равно в это время дня уже не толпился в спальных районах. Хотя тут и днем особо не толпились. В основном здесь жили либо студенты, либо маленькие семьи, и, скорее всего, родители выбрали этот район как раз таки из-за этого — тишина, магазины поблизости, да и Академия находилась не так далеко, как от других спальных районов города. Самый лучший вариант, ничего не скажешь.       Люмин тоже нравились эти улицы. Она привыкла к тому, что в других странах люди всегда встречались в любое время суток, причем совсем не в маленьких количествах. Здесь же, в спокойствии со звуком иногда проезжающих мимо машин, девушка чувствовала себя комфортно. И это спокойствие вокруг давало подумать обо всех проблемах, что накопились за очень долгий срок.       Все, что близнецы и Паймон знали о родителях — это то, что на их континенте они были очень важными людьми, что в итоге привело к очень длительной командировке по другим странам. Близнецы уже и не помнили толком, как выглядел их родной дом. Однако же, как можно быть настолько важными, чтобы иметь знакомства даже с сёгуном Инадзумы? Правительницей Цисин Ли Юэ? Иметь связи, благодаря которым вы можете устроить своих детей в самую знаменитую академию Тейвата, при этом совсем не утруждаясь? Словно это пустяк. Осознание этого до безумия пугало Люмин. Как? Кто они, родители?       Когда мимо пронесла еще одна редкая машина, девушка отвлеклась и поняла, что чуть не прошла супермаркет.       В нем тоже было не особо людно и все так же тихо. Вынув телефон из заднего кармана шорт, Люмин открыла список, который отправила Илга. В нем было не так уж и много продуктов, но… и не мало. Итэр же, взглянув на него, гордо заявил, что «у него очень сильная сестра и справится с этой ношей сама». Фыркнув, девушка взяла тележку и прошла в один из отделов. Краем глаза она заметила небольшую баночку оливок. В списке их не было, да и дома оливки любила только Люмин; Итэр и Паймон морщились от одного лишь названия, Алвис тактично молчал, а Илга лишь пожимала плечами. Но денег у девушки было достаточно, поэтому она отметила в мыслях, что возьмет одну банку после.       — Так… Молоко, творог, сыр, спагетти, овощи… Остались консервированные грибы. А там и оливки, — на лицо сама собой наползла улыбка. Жаль, она не может их съесть по пути домой…       Люмин шла прямо вдоль полок с консервами, оглядывая каждую баночку и ища нужные. Она настолько засмотрелась, что совсем не заметила препятствие впереди: тележка неожиданно затормозила, во что-то врезавшись, а сама девушка перемахнулась прямо в нее, чуть ли не угодив лицом в пачку со спагетти. Взвизгнув как-то запоздало, она повисла животом прямо на перекладине тележки, что не приносило явного удовольствия.       Вернувшись в стоячее положение, она отошла чуть назад, потерла «раненный» живот под футболкой, и тут же поняла, что налетела на человека, ползающего по полу. Это заставило ее тут же вспыхнуть.       — Вы знали, что залазить под полки с продуктами тупая идея? Что вы там искали? Портал в Нарнию? Так его обычно в шкафу ищут! — она даже не взглянула на человека, что, в конце концов, вылез на поверхность, — вы знаете, что из-за вас я чуть не перевернулась в тележку? Не хотите, может там, извиниться?       Люмин едва отдернула свою руку, которая уже хотела приподнять края футболки и показать талию, где точно осталась красная полоса от железки. Может, это и ее кожа чувствительная, но разве это она виновата, а не тот, кто ползает под полками?       — И-извини?       Тело пробило током от знакомого голоса. Наконец, Люмин удосужилась взглянуть на виновника сей аварии. И тут же медовые глаза округлись, а активно жестикулирующие руки рухнули вдоль туловища.       Прямо перед ней, на полу, сидел растрепанный Сайно. Его белые волосы были распущены, челка не прикрывала глаза, а была зачесана назад, видимо, ладонью и совсем недавно. Темный расстёгнутый бомбер слегка сполз, оголяя мышцы плеч. Девушка тут же зачем-то отметила в голове, что Сайно в общем выглядел по-домашнему: под бомбером черная майка, такие же черные шорты. Рядом с парнем лежала перевернутая набок корзинка, а продукты, что совсем недавно лежали в ней, были разбросаны чуть дальше. Видимо, опрокинулась при столкновении.       — Ой…

***

      Юноша, негромко выругавшись, полез в карман. Пока он стоял у этих полок и задумался, совсем забыл, зачем вообще здесь стоял. Нагрузка в Академии навалилась с новой силой, в понедельник уже первый день открытых дверей, дела местных матр только удвоились, а ведь еще нужно было поддерживать более-менее приемлемые оценки и готовиться к скорой сессии. Сайно часто был не согласен с некоторыми решениями Академии, но в этот раз они совсем не спланировали график, отчего не только преподаватели, но и студенты не могли справиться со всем. Это жутко раздражало. И самое раздражающие было то, что со всеми этими проблемами, он все никак не мог сосредоточиться на своей подруге, с которой впервые увиделся совсем недавно. Первой мыслью парня, наверное, было, что ее голос идеально подходил к внешности. Мягкий, но не слащавый, спокойный, но не тихий. И выглядела Люмин так же. Мягкая, спокойная. Ну, конечно, еще любознательность так и искрила из глаз, но мы ведь про первое впечатление?       Собственно, Сайно размышлял, что было бы неплохо позвать ее на прогулку и познакомиться получше, поговорить в реальности, а не через искажающий гаджет. Но и эти размышления отвлекли его, заставляя копаться в карманах в поисках телефона, где он в заметках написал небольшой список. Когда он наконец оказался в ладони, вместе за ним вывалились ключи от квартиры и, неприятно звякнув, укатились под полку с консервами. Это заставило юношу едва не вскипеть от раздражения, но вместо этого он сделал несколько глубоких вздохов и, поставив корзинку с продуктами на пол, опустился на колени. Вот, пальцы коснулись холодного металла. И тут же ключи отскочили дальше, словно назло. Еще пару раз вздохнув, Сайно опустился еще ниже, взглянув прямо под полки. Он вновь протянул руку, однако достать не получилось.       Оглянувшись по сторонам, юноша убедился, что находится в этом отделе один, а потом и вовсе залез под полку, думая, что сейчас выглядит до смеха нелепо. Было бы отлично, если здесь случайным образом не окажется Аль-Хайтам. Даже если он жил почти у самой Академии, это не значит, что подобной возможности нет.       Наконец-таки ключи оказались в ладони. И только Сайно попытался вылезти из-под этой злосчастной полки, как кто-то в него въехал. Больно практически не было, но толчок заставил его чуть отстраниться, и парень не увидел, а скорее услышал, как корзинка перевернулась. После этого послышался приглушенный взвизг. Пока он вылезал, то слушал нотации каким-то знакомым голосом.       Подняв рубиновые глаза, даже не вставая с пола, сначала юноша увидел светлые бежевые кеды, потом стройные ноги, джинсовые шорты, футболку с каким-то принтом, а потом… Раздраженные медовые глаза и светлые короткие волосы. Как иронично. Только он о ней думал, она здесь и появилась.       Единственное, что получилось вымолвить от удивление, получилось хриплое:       — И-извини?