два косяка, 50 $ и я тебя трахну

чан ненавидел чанбина, он абсолютно точно терпеть его не мог. чанбин был тем типом, что появлялись из ниоткуда, трахали до потери сознания и исчезали глубокой ночью. чану нравился чанбин из-за шарма, за красоты, внутреннего стержня, но он ненавидел его за то, что тот его использует нагло и беспощадно. главное, чан позволяет ему делать это, даже сам того не понимая, он вновь и вновь лезет на рожон — специально выводит чанбина, доводя его до ручки, чтобы у со глаза красным пламенем горели, чтобы тот его хватал и трахал до отключки. — бешеный ублюдок, — шипит чан, дергаясь на стуле, к которому был привязан. чан опять приполз к чанбину. тц, не ново. — строптивая сука, — чанбин смеется, разрезая футболку чана ножом. — ты! давай, расхуярь всю мою одежду, у меня же много новой, ублюдок, — чан плюет чанбину под ноги. — плеваться будешь, когда твой рот будет занят моим членом, — чанбин разрезает одежду чана полностью, не оставляя на нем ни клочка ткани. чан ненавидит чанбина за его решительность. сейчас они в квартире чанбина. чан не может прожить без чанбина и дня, без его решительности, без его упора и, главное, без его садистских наклонностей. чан до усрачки любит этого ублюдка. — я думаю, ты хочешь сегодня пожестче, раз сам приполз, — чанбин хмыкает, отходя от бана. — для такой течной суки, как ты, у меня есть кое-что интересное, тебе точно понравится. — ну уж нет, давай оставим с тобой старые способы удовлетворения, — чан злится, он боится неизвестности. он боится чанбина, ведь этот ублюдок может придумать что угодно. — не бойся, куколка, папочка просто сделает тебя красивее, — чанбин подходит ближе к чану садясь на его колени. — чану нравится, когда его бини сидит на коленях? чанбин закусывает кожу вокруг шеи с болью оттягивая ее: — а так, чани нравится? или надо укусить сильнее? чанбин кусает за это же место, сильнее давя зубами, чан вскрикивает, и только после чанбин отстраняется с некой ухмылкой на лице. чан смотрит на со слезящимися глазами, но чанбина не остановить, он приближается носом к другой стороне, нюхая ее. чану страшно от мыслей о том, что сейчас сделает чанбин, он вдыхает больше воздуха в легкие, пока чанбин хихикает, вновь кусая за кожу чана. — эй, а ты заделался в псины, да? — гулко выдыхает чан с шипением, пока чанбин усиливал силу укуса на шее. — ублюдок, больно же. чан дергается, сглатывая, а чанбин отстраняется от кожи бана. смотря на кожу чана, чанбин наслаждался, утопая в своих слюнях. бину нравилось смотреть как бан стонет от боли, как шипит и как красочно возмущается. со это приносило удовольствие, такое, что внизу тянуло до боли. чанбину хотелось чана сожрать вместе с его костями. со облизывается, вновь принимаясь за укусы. чан орал от боли, ведь в этот раз бин не давал передышки. он кусал больно, с оттягиванием кожи, с легким нудящим почесыванием. хотелось скинуть бина на пол, но тот крепко держался за талию чана. он кусал лишь шею и плечи, не поднимаясь выше и не спускаясь. — ну, давай, скажи, что тебе не нравится, — облизывает кожу чана со. — иди нахуй, — цедит чан. — а твоему члену нравится, — чанбин хватает чана за подбородок, сжимая его с силой, чтобы чан не сумел увернуться от чанбина, пока тот его будет целовать. целовать так, что у обоих тянуть будет. целовать так, что чан откроет рот, прося большего, а чанбин проникнет своим языком в разгоряченный рот чана и исследует там все по-новой. целовать так, что эмоции переполняли бы обоих, чтоб слюна текла по подбородку. чанбин отрывается от чана, слизывая слюну, а затем прислоняется к губам, сильно закусывая нижнюю. — блять, — шипит чан снова поддаваясь вперед к чанбину. — моему мальчику хочется целоваться, — чанбин оглаживает голову чана, пока сам чан льнет к рукам чанбина. чан редко, но признается, что слышать от чанбина «мой мальчик» — самое приятное в мире. чанбин слезает с колен чана, садясь на пол перед ним. он раздвигает ноги чана, чтоб удобнее уместиться возле сокровенного. со наклоняет голову к бедрам чана, начиная их выцеловывать. сначала чану нравилось, а потом поцелуи стали дольше, больнее, начали перерастать в засосы, от которых тянуло внизу. тянуло так, что член дергался от каждого нового засоса. — дай мне кончить, чанбин, — чан стонет, почти скуля. — ты чертов ублюдок. — да, ну, — чанбин фыркает, начиная выцелолывать бедра чана с новой силой. как говорится, чем больше наушники, тем лучше звук, вот и чанбину нравились бедра чана до безумия, что их хотелось все искусать, все испробовать и пометить. — хватит, — скулит чан, а чанбин даже не дергается, он даже глазом не моргнул, продолжая сие действие. со сильнее кусал, засасывая кожу, а у чана в голове помутнение разума и бан перестает понимать, чего от него хочет чанбин, он лишь действует приказам своего бини, ведь ему хорошо. ему хорошо, когда губы чанбина проходятся по бедрам чана. ему хорошо, когда зубы со кусают его. — моему мальчику хорошо? — прекрасно, — выстанывает чан, отдаваясь ощущениям. чанбин ничего не говорит, он уходит в комнату, а возвращается уже с ножом и с зажженной свечой. чан сглатывает, не зная, что с ним сделает чанбин. — теперь мы поиграем, хорошо, чани? — не хочу… — мы же все равно поиграем, — чанбин хихикает, поднося нож к правой руке. — давай так, за каждый крик ты получаешь каплю воска, за молчание поцелуй, договорились? чан недовольно мычит, отрицая все игрушки бина. — считаю за согласие, начнем. чанбин подносит к коже чана нож, бан чувствует, как чанбин давит на нож и проводит по коже чана, чтобы получился маленький, неглубокий порез, чан пытался не кричать, он даже язык прикусил, но боль была настолько сильной, что чан вскрикивает, когда чанбин убирает нож. — ну, милый, ты сам выбрал, — со хмыкает, капая воском на рану чана. чан орет, слезы брызгают из глаз, а чувствительность усиливается в разы. чанбин дотрагивается до чанового члена, проходясь по нему рукой. — остановись, прошу, — чан умоляюще смотрит на чанбина, тот же глазами дьявола оглядывает его. — нет, — звучит тихое от чанбина. чанбин вновь наносит порез, чан молчит, концентрируясь на члене и руке чанбина, которая ухватила его и не спеша двигалась, затем еще один порез, и еще, и еще. пока на чан не начал весь истекать кровью, чанбин не успокоился, и сказав, что так не интересно, ведь чан больше ни разу не пискнул, он взял свечку и стал ей капать на порезы на руках, на ногах, чтобы чан орал от боли, а затем он сжал член чана и капал по меленьким капелькам рядом с членом. — остановись, бини. — нет. чанбин капает в последний раз, проводя еще пару раз по члену чана. и после того, как чан кончил, он задувает свечку. со отвязывает бана от стула, ведет его в ванну. — повторим? — после твоей смерти больной ублюдок, — чан говорит это в самое ухо.