Я всё же признаю

*** Спустя почти полгода подготовки Григорий Пшеницын он же сейчас Пётр Владыкин всё ещё сильно выделялся среди солдат своего полка и сложно сказать толи из-за меньшего телосложение нежели другие призванные, толи незаурядным умом и богатой жизненной склёпкой вызывающих уважение. Бесспорно регулярные рацион и постоянные тренировки позволили нарастить немного мяса на жилы и кости, но победа в честном кулачном бою песня не о нём. Несколько дней назад поступило распоряжение отправляться его дивизии на линию одного из фронтов. Может быть, кто-то вспомнит «Тяжело в учении, легко в бою» вот только сотни тел павших от пренебрежения верхушки не разделят ваших слов в полной мере. Гул барабана, запах крови и копоти въевшиеся в мундир они топтались на месте не в силах переломить ситуацию в свою сторону: враг укрепился в выгодной позиции и артиллерией сводит любое наступление к тиру по живым мишеням. Помогая с перевязками на биваке, Гриша заметил волнение в стороне офицерских палаток. -Что эт с ними? -Не слышал? Новые «стратеги» завтра прибывают видать бояться свою отличную службу по шапке получить. -Столько своих сохранили и совесть не мучает. Сходи потом к Степченко он тебе паёк приберёг. Закончив с раненым, он по настоянию старших отправился к нужной палатке. -Что, братцы, такие хмурые или кто кашу пересолил? Подсевший к ним мужчина располагал к себе знал службу и в насущных темах был сведущим. -Кстати, слышал ваши дальше всех к ним продвинулись это как так? -Да есть у нас один счастливый валет в сапоге. Вон он идёт. *** Ситуация была патовой раз сам Император обратился к нему за помощью и как человек чести он не мог отмахнуться. Дорога не близка, информации мало, времени на размышления в обрез здесь каким стратегическим умельцем не будь с наскока не возьмёшь. Прибытие в расположение инкогнито позволило бы разведать положение сил и секреты, которыми местное командование не поделится. Обойдя около семь биваков, генерал-фельдмаршал приметил интригующие упоминания двадцать четвёртого батальона, толковые люди некогда не лишние. Не без труда отыскав нужные костёр Суворов по-свойски завязал беседу. Братцы и прям были занятные. -Кстати, слышал ваши дальше всех к ним продвинулись это как так? -Да есть у нас один счастливый валет в сапоге. Вон он идёт. Скорее всего глаза и уши играли с ним злую шутку. Сердце аж удар пропустило. В приближающейся хрупкой на вид фигуре проявлялись статные черты, отблески костра играли в пшеничных волосах… «И что мысли в голову лезут?!»- подумал он. -Пусть на вид и не скажешь, но многих дармоедов за пояс заткнёт. -Пётр. - парень отвлёкся от миски и протянул новому знакомому руку. -Александр. В первый раз он почувствовал, как по телу бегают мурашки от простого рукопожатия одновременно странное и приятное чувство. -Я тут думаю, как их артиллерию подвинуть. Может какими мыслями поделитесь? -Ну эт запросто. Петь, ты ж там набрасывал озадачь человека. -А… что? -осоловелые глаза удивлённо моргнули пару раз. -Еже ли в сон клонит… -Н-нет! Просто от огня пригрелся. Артиллерия, да? Заворожённый видом Суворов сконфуженно кивнув осознав свои действия. -В тайную к ним пробрать, учинить диверсию и одномоментно с этим провести наступление. Хоть и рискованная, но тропа к ним есть. -И какая же? -С правого боку за отвеской если верно подметил. Хотя тут не скажу однозначно. Улыбка расцвела на лице мужчины: «А мысли у нас сходятся…» -Ну что ж разрешите отклонятся. – постояв пару секунд в раздумьях он опустил руку на затылок парня, кончиками пальцев касаясь его волос. – Мягкие… -Что?- на щеках парня виднелся лёгкий румянец. -Отправляйся как ты спать солдат завтра нас всех ждёт непростой день. *** Общее построение никто не ждал т него божьего откровения. Напряжение пробежало меж рядов, когда человек в мундире генерал-фельдмаршала взошёл на импровизированный помост. -Братцы, рад приветствовать вас сегодня! По распоряжению его высочества Императора вы переходите под моё командование. И первым, что я должен сделать, приняв сею ответственность — это вырезать заразу сгубивших наших товарищей польстившись вражеским барышом. В связи с чем был изменён план нашего дальнейшего продвижения. Ваши командиры получили приказы и передадут их незамедлительно. Вольно! Разойтись! Расположение циркулировало в отлаженном ритме. Гриша заканчивал свою работу как внештатного писаря, когда командир сообщил, что Владыкина вызывают в генштаб. От чего пришлось успокаивать парочку самых скорых на расправу сослуживцев в первую очередь заткнуть поток нелицеприятности в сторону нового командующего. Провожая взглядов силуэт парня, командир сказал: «Я не могу знать какой исход будет у этой встречи, но от чего-то чувствую облегчение сродни выданье дочки по любви за знатного хлопца.» -Командир, вы часом головой не ударились!? Отбросив все формальности не, кто бы не стал утверждать, о пригодности первого встречного. -Да, подвешенный язык умеет выдавать волка за пса! - всеобщее согласие отразилась на лицах мужчин. -Однако не стоит бежать вперёд конницы. *** У палатки генерал-фельдмаршала стояло несколько офицеров отваживающие любой любопытный нос. Поравнявшись с ними, Гриша поприветствовал их и доложил: «Пётр Владыкин. Двадцать четвертый батальон. Прибыл по распоряжению главнокомандующего.» Те, в свою очередь проверив наличие оружия пропустили его, провожая недоумевающим взглядом. Сердце всё отчётливее билось в груди возможно он ошибся и человек на помосте со вчерашний знакомцем разные люди, но тут ничего не попишешь. Чего ждать от этого человека? Выкопали ли вчерашние мысли вслух глубокую могилу под его скорый труп? -До наступления вы займётесь обучением основных войск. Отобранные единицы в этом плане перейдут под моё непосредственное начало. Выступаем, как только основные силы прибудут. -вход в палатку резко распахнулся, и парень чуть не отпрыгнул, когда человек, о котором он думал оказался внезапно столь близко. - Заходи не стой у двери как незваный гость. Отдав честь присутствующим, Гриша отошёл в неприметный угол палатки и старался не вслушиваться в разговоры начальства дабы не заработать проблем на свою голову, но обсуждения так и притягивали его внимания. *** Волнение и отчуждённость парня оседали горечью в груди Суворова. Всякий раз цепляясь взглядом мягкие черты или мелких веснушек на коже приходилось всё тщательнее контролировать взбудораженные эмоции. При свете дня можно было рассмотреть зелёные глаза с тонкой медовой каймой. Разгорающийся в них интереса был столь тёпл как Июльское солнце в зените. -Возвращаясь к вопросу учений не допускаете ли вы недовольств со стороны войск? На эти слова он только улыбнулся: «Солдат ученье любит, было бы с толком.» В палатке остались только они. -Вы удивили меня, Владыкин. -Прошу прощения, но не представляю, чем удостоился таких слов. -Правда? Вчера я подумал, что, если хочу больше узнать о пути к недругу стоит спросить тебя. -Моя совесть перед товарищами чиста. А вам со всем уважением усы не к лицу. -Ха-ха-хахаха…Уж так и не к лицу? -замешательство парня навек отложилось в его памяти. – Я хочу, чтобы ты помог моим разведчикам. Мужчина был выше всего на пол головы, однако Гриша ощущал себя крошечным рядом с ним. Странный интерес тянул его ближе. -Вечером у отвеса. Скажешь от меня… Свободен. – попрощавшись веснушка скользнула за пределы палатки. -Да, друг впервые вижу тебя таким. - генерал потягивал очередную чашку кофе – Ни одна красивая фрейлина не смогла добиться такого за годы, а парнишке хватило короткого разговора. - Александр Михайлович не кажется ли вам это ложным умозаключением? -Мысли ваши. Надеюсь только к нашей с вами следующей встречи не застать вас с разбитым сердцем.