My personal angel

      Я узнала, что Лори беременна. И, черт побери, это было настолько обескураживающее, что несколько минут я просто молчала, смотря в одну точку и не в силах вымолвить ни слова. И, к слову, узнала я об этом не от Лори.  Рик пришёл ко мне на крыльцо с бутылкой виски в руках и разбитым сердцем. Он пришел, чтобы я вновь зализывала его раны, как в старые добрые времена. И я не против. Я так сильно люблю своего брата, что видеть его таким уничтоженным, делало больно мне. А затем одна фраза выбила из-под моих ног почву и веру в хорошее.  — Я думаю, что это ребенок Шейна.       Протягиваю руку и забираю бутылку с виски, сама делая большой глоток. Морщусь и возвращаю бутылку брату, но эти слова всё ещё больно бьются в голове, не в силах усмириться и усесться у меня в мозгу.  — Боже мой, — шепчу я, заламывая пальцы и качая головой в разные стороны. Насколько сильнее Шейн может разочаровать меня ещё? Что ему ещё нужно сделать, чтобы убить меня окончательно? — Мне так жаль, Рик. — Она пыталась самостоятельно сделать аборт таблетками, вызвать выкидыш.  — Дауж, рожать ребёнка в зомби-апокалипсис не самое умное решение. — Она приняла это решение без меня. Я просто увидел пустую пачку от таблеток на столе. А затем наблюдал как она выблевывает их обратно.  — Во что мы все превратились? — спрашиваю и вновь делаю глоток алкоголя. Кладу голову на плечо брата, пытаясь приободрить его, но прекрасно понимаю, что ему это мало чем поможет. — Я бы хотела сказать тебе, что всё будет в порядке, но обещать не буду. — Даже зная, что она и Шейн… — Рик не в силах выговорить короткое слово «трахались», поэтому мне приходится самой это добавлять у себя в голове. — Я всё ещё её люблю как и прежде. И Карл будет раздавлен, если узнает. — Лучше ему пока об этом не знать. — Он больше не тревожил тебя?       Хочу соврать брату, чтобы успокоить его, но не могу. Я так не привыкла врать близким людям и не хочу начинать привыкать. — Я в состоянии с ним разобраться. Но я не имею понятия, что с ним происходит. Кажется, конец света сломал его. И вытащил из него всё самое уродливое.  — Между вами раньше что-то было?       Ненавижу этот вопрос, но я сама виновата, что Рику приходится его задавать. Чувствую как алкоголь немного ударяет в голову и мне становится проще говорить об этом. Как никак, всё равно это прошлое. — Любви не было, если ты об этом. Я всегда правда воспринимала его как лучшего друга и друга моего брата. Мне неловко говорить с тобой об этом, но ты заслуживаешь правду. Это было один раз и я была очень молодая и тупая.  — Сколько тебе было? — Спрашивает Рик, сжимая челюсть. Кажется, убийств всё таки не избежать. — Семнадцать. Но всё было обоюдно и это в прошлом, не стоит сейчас бить его за это.  — Черт возьми, — проводит он рукой по лицу, пытаясь успокоиться. — Если бы я узнал это тогда, я бы убил его ещё тогда.  — Поэтому мы приняли решение держать это в тайне. И хорошо с этим справлялись, пока этот придурок не выболтал это при всех. — Он словно пытается забрать у меня всё. Лори, Карл, будущий ребенок, ты. Он будто специально забирает всё себе, присваивая. Пытается стать мной. Как я не замечал этого дерьма раньше.  — Если мне когда-то предстоит выбор, то я выберу тебя. Я всегда буду выбирать тебя, Рик. И даже до всех этих событий, ты мой старший брат.  — Но он пытается забрать тебя у меня, Мэди. Как и пытается забрать Лори и Карла. Он заявил на тебя права так, словно… Будто не оставил тебе выбора. Он ревнует тебя к... сама знаешь. И я не знаю кого он хочет заполучить больше: тебя или Лори.        Молчу, ведь Рик говорит правду. Шейн действительно сошёл с ума и пытается отобрать у моего брата всё, что он имеет. И, вероятнее всего, это длилось годами, просто мы были слепы. Я молчу о том, что это сам Уолш вселил меня идею спать с ним. Он подкрадывался медленно, но верно, подводя к этому, пока однажды я сама не попросила его об этом. И только сейчас я понимаю, что это была ни черта не дружеская помощь и забота о моей девственности. Шейн уже тогда был ублюдком, который совратил почти что ребенка.        Сглатываю вязкий ком в горле. Всё это выглядит очень неправильно. — Лори и Карл любят тебя больше всего на свете. И точно так же как и я, их выбор очевиден.  — Мне тяжело просить тебя об этом, — солнце уже садится, но я легко могу уловить немного покрасневшие глаза брата. Твою мать, как же ужасно он выглядит. — Но я не доверяю Шейну. Настолько не доверяю, что прошу тебя никогда не оставаться с ним наедине и всегда быть ближе к кому-то. И иметь при себе оружие даже в своей комнате.       Киваю, давая обещание. Я действительно начала запираться на ночь и держать под подушкой нож, но я в этом никогда не признаюсь вслух. Шейн меня сильно напугал, когда ударил стену в нескольких сантиметрах от моей головы. И Рик об этом даже не знает, но все равно просит меня быть осторожной. Боюсь представить, что было бы, если бы он узнал об этом.  — Как думаешь, — говорю я, всматриваясь в горизонт. — Мы когда-то сможем жить как прежде? Типа индейка на День благодарения, приставка с Карлом и шоколадное мороженое?  — Всегда удивлялся как ты можешь настолько любить мороженое, — усмехается Рик. — Не знаю. Хотел бы, но теперь это звучит как что-то из другой Вселенной.  — Да, — соглашаюсь я, подпирая голову кулаком. — Я жалею, что не забрала журнал с Джонни Деппом в тот день, когда Дэрил нашёл меня. — Что ты имела ввиду, когда говорила, что он спас тебя? Это ведь было не только о том, что он предложил тебя подвезти тебя в безопасное место.       Молчу какое-то время и мои глаза загораются каким-то новым чувством, когда разговор касается Диксона. Рик замечает это и его губы растягиваются в искренней улыбке. Он умеет читать меня, как никто другой. И сейчас я не должна объясняться перед ним за свои чувства, ведь он видит всё сам. — Когда я поняла, что надежды найти вас нет, как я думала, — смотрю на Рика, но уже не испытываю стыд за то своё решение. Оно оставило на моём сердце шрам, но я жива. А это самое главное. — Дэрил выбил из моих рук пистолет как раз в тот момент, когда я хотела выстрелить себе в голову. Сидя на кафеле в магазине, раненная и вся в слезах и грязи. Я хотела покончить с этим. У меня не осталось тех, ради кого стоило бороться и я решилась на это дерьмо. Он не только не позволил мне этого сделать, но ещё и привёл к вам. И мои слова сказанные тогда Шейну не было пустым обещанием. Я обязана ему жизнью, Рик.  — Но ты же с ним не из-за чувства долга? — Осторожно спрашивает он и это вполне логичный вопрос. — Конечно, нет. Я бы никогда не поступила с ним так, а тем более с собой. И к слову, мы не вместе. Типа, мы даже не спим вместе. Ну, точнее, только один раз, но это и вправду был только сон, ничего больше.  — Тогда почему ты не дала тогда отпор Шейну?  — Я бы все равно ничего не доказала, а выглядело бы так, словно я оправдываюсь. И, возможно, если он будет думать, что у меня кто-то есть, то наконец отвалит от меня. В ту ночь Шейн опять пришел ко мне и стал агрессивно вести себя, а Дэрил заступился. Я не нуждалась в этом, я отлично вмазала ему сама, но… Я не знаю как это объяснить. Дэрил едва стоял на ногах и по силе значительно проигрывал в тот момент Шейну, но он все равно встал передо мной, загораживая меня собой. Уолш специально провоцировал его, задевая меня. И Диксон как дурак велся, но он не думал о себе в тот момент. Как это отразиться на нём.  — Ты влюблена?       Этот вопрос звучит вполне спокойно и предсказуемо, поэтому я не удивляюсь и лишь пожимаю плечами. Оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает.  — Влюбляться в наше время не самая хорошая идея. И я не могу дать полное определение тому, что я чувствую. Но если бы выбор был между ним и шоколадным мороженым, то вероятнее всего, я бы выбрала его. — Черт побери, это много о чём говорит.       И фраза Рика звучит вполне серьезно, без насмешки. И сейчас я осознаю, что это и правда много о чём говорит.

Х Х Х

      Останавливаюсь в шаге от склонившегося над могилой Дэрила. Я не знаю как вести себя в подобных ситуациях, но я не могу быть в стороне. Я хочу поддержать его или просто быть рядом, разделяя его печаль. Он сидит здесь уже целый час и просто смотрит в сырую землю, на верху которой лежит белый цветок, который он видимо принёс сам. Я сажусь рядом с ним молча и смотрю на цветок, лепестки которого треплет легкий ветер. Дэрилу действительно больно от смерти этой девочки. Он искал её больше остальных, он едва не погиб, ища её. А она всё это время была в ангаре рядом с нами, но уже в роли ходячей. Боюсь представить, что почувствовала Кэрол, увидев родную дочь в этом обличии.        Протягиваю руку и ловлю ладонь Диксона. Не знаю хочет ли он видеть меня сейчас, но пусть он лучше прогонит меня, но я хотя бы попытаюсь быть рядом. Он не отдергивает и не убирает свою руку и я поэтому даю себе вольность и переплетаю наши пальцы. Упираюсь лбом в его плечо и закрываю глаза. Почему у меня нет способности забирать чужую боль? Я б с радостью сейчас воспользовалась этой супер силой.  — Ей было всего двенадцать. Двенадцать, Мэди.       Он не называет меня Монстром, а зовёт по имени. И это словно нож режет меня по больному. Он крепче сжимает мои пальцы, ища поддержки и я отдаю ему всю свою энергию. Я не знала эту девочку, но я страдаю за ней и разделяю боль остальных. Я верю, что она в лучшем мире и ей больше не придется переживать тот ужас, который мы проживаем ежедневно.       Но мне так страшно представить, что она чувствовала в тот последний момент, когда оказалась одна в лесу и увидела ходячего. Почему жизнь настолько несправедлива? — Мне так жаль, — искренне шепчу я, не находя больше слов. Мне бы хотелось владеть даром красноречия, но увы.  — Ты бы точно с ней подружилась, — с грустной улыбкой говорит Дэрил. — Мне кажется, ты можешь понять людей разных возрастов. Софие не хватало человека, который понял бы её. — Я бы хотела знать её. Карл сильно любил её.       Не хочу представлять, что на её месте мог оказаться мой племянник. Перед глазами всплывает эта картина и я дергаюсь от неё, крепко жмурясь, пытаясь прогнать подобные мысли. Я не хочу доживать до того момента, когда мне придётся увидеть его смерть. Я люблю его больше жизни, я не переживу, если с ним что-то случиться. — Ты потеряла кого-то, когда это всё началось?       Мы все стараемся не использовать слово «апокалипсис», ведь оно звучит слишком обнадеживающе. Нам хочется верить, что будущее впереди есть.  — Лучшую подругу. Мне пришлось застрелить её через неделю, после того, как всё началось. Мы были вместе с самого детства, с начальной школы. Она уже была ходячей, когда я узнала её. Узнала по браслету, который я же ей и подарила. Это было действительно ужасно, — замолкаю и уже чувствую, что он пытается поддержать меня. Он поворачивает ко мне голову и убирает упавшую прядь волос с моих глаз. Смотрит мне в глаза, в уголках которых уже начались собираться слёзы. Они не проливаются, но жжет глаза. — А ты? Кроме Софии.       Её имя мне удаётся выговорить с трудом. Я боюсь её именем сделать Дэрилу ещё больнее. Хотя не уверена, что это возможно. — Своего брата. Рик и другие оставили его прикованным наручниками на крыше в Атланте. На следующий день, когда я вернулся за ним, то его уже не было. Лежала только его рука, которую ему пришлось себе отрезать, чтобы выбраться из наручников. Атланта кишит ходячими, выжить там без руки нереально.  — Черт возьми, — почему-то чувствую свою вину перед ним. Возможно, потому что к этому причастен мой брат, а может потому что из-за меня ему пришлось вновь вспоминать этот кошмар. — Мне так жаль, прости меня.       Закрываю глаза и чувствую как Дэрил упирается своим лбом в мой. Наши носы соприкасаются, а его правая рука поглаживает мою щеку. Испытываю уже привычное чувство нежности, но огромный тяжелый камень всё еще грузом лежит на моей душе. Наши пальцы все еще переплетены между собой и в этом моменте столько интимности, но не пошлости. Это омерзительно, что я думаю о своих чувствах к Дэрилу на могиле маленькой девочки. Но мы цепляемся с ним друг за друга как за спасательный круг. Мы нуждаемся друг в друге. И почему-то мне кажется, что только мы способны дать эту поддержку друг другу. — Спасибо, — хрипит он и подносит наши сплетенные руки к губам. Он оставляет короткий поцелуй на моих костяшках и не убирает наши руки. Моё сердце замирает и делает кувырок.        Мне бы так хотелось встретиться с Дэрилом в нормальной жизни. Ходить в кино, завести собаку и родить ребенка. Мои представления об идеальной жизни не слишком яркие, но я была бы так счастлива будь у меня эта возможность.  — За что? — спрашиваю, ведь не совсем понимаю почему он благодарит меня, ведь это мой брат приковал его брата наручниками.       Рука Диксона плавно перемещается мне на затылок, но он ни на секунду не отстраняется от меня. Я прекрасно осознаю что наши чувства друг ко другу это утопия. Они будут нас тянуть вниз, ведь привязываться в это время, это означает, что ты сознательно обрекаешь себя на боль. Но мы так безрассудны, что готовы рискнуть всем, ради мимолетного счастья. Наши губы находятся в сантиметре друг от друга.  — За то, что ты появилась в моей жизни, — когда он говорит, то наши губы соприкасаются. Едва ощутимо, но это чувство обжигает меня как огонь.        Моя рука останавливается на его скуле. Сейчас мне плевать видит ли нас кто-то, это моя личная жизнь. И я заслуживаю на то, чтобы ощутить себя счастливой хотя бы на секунду. Поддаюсь вперед и накрываю его губы своими. В этом поцелуе нет вульгарности или пошлости. Он такой же невинный, как спящий кролик. Мы оба так сильно нуждались в этом, что этот поцелуй больше похож на крик о помощи. Мы оба так сильно хотим этого, так зачем насиловать себя предубеждениями и попытками держаться подальше друг от друга, лишь бы не привязываться?       Отстраняемся друг от друга и Дэрил притягивает меня к себе для объятий. Кладу свою голову ему на грудь, чувствуя легкое покачивание. Он убаюкивает меня словно младенца, держа в своих руках и поглаживая меня по волосам. Этот момент кажется таким правильным, словно вся моя жизнь имела смысл ради него. Всё к этому вело с нашей первой встречи, мы оба это чувствовали. Мы нашли отдушину друг в друге и оба почувствовали это, как только встретились взглядами впервые. — Знаю, что это прозвучит странно, но я просто не могу промолчать, — говорю я, и Дэрил на секунду замирает, словно боится услышать продолжение. — Но я недавно осознала, что между тобой и шоколадным мороженым я выберу тебя. Просто на заметку: обычно во всех выборах у меня выигрывает шоколадное мороженое. — Я чертовски рад это слышать, — смеётся Диксон вполне искренне, и я рада, что смогла хотя бы на чучуть отвлечь его от жестокой реальности. — Понятия не имею, как я жил без этого раньше.       Скорее всего, он говорит о моей умалишенности, но меня это все равно умиляет. Запускаю руки под его жилет, крепче обнимая.        Чувствую на себе чей-то взгляд и нехотя отстраняюсь от Дэрила, осторожно оглядываясь по сторонам. Нам нельзя терять бдительности, даже если очень хочется. Боюсь увидеть ходячего, но то, что я вижу, хуже ходячего.       Шейн стоит в метрах тридцати, недалеко от дома и наблюдает за нами. Я не могу видеть, что за эмоции он испытывает, но этот пронзительный взгляд вызывает у меня мурашки. Я действительно боюсь своего лучшего друга. У него нездоровая ревность, я боюсь, что он склонен на ужасные поступки. Диксон следит за моим взглядом и напрягается. Я чувствую как напрягается каждая его мышца. О, он ненавидит Шейна так же как и Рик. — Он ещё достаёт тебя?       Он спрашивает это холодно, словно скрывая свои истинные эмоции. Я ни за что не отвечу сейчас правду, ведь Дэрил убьёт его. Шейн правда достаёт меня, но уже не так агрессивно. Не знаю чего он хочет от меня, я так и не поняла. Вероятнее всего, он просто меня хочет. Как свой трофей, как кукла рядом, отобранная у Рика. Он привык, что я всегда была рядом и отдавалась ему на сто процентов душой, а после того как он уговорил, то и телом. Но сейчас, когда я больше не его, его это бесит. Он сходит с ума от того, что предпочли другого и оставили его ни с чем. И мне страшно, если он начнет мстить.       Моё долгое молчание напрягает Дэрила и он ловит пальцами мой подбородок, чтобы я наконец отвела взгляд от Шейна и посмотрела ему в глаза. Голубые глаза, которые смотрят на меня с теплотой, но настойчивостью. Он ждёт ответ. — Нет, всё в порядке, — вру неубедительно, но он не давит на меня.  — Я хочу, чтобы ты знала, что мне нужен лишь малейший повод для того, чтобы убить его.        Вот это меня и пугает. Поэтому я ни за что не признаюсь Дэрилу в том, что Шейн приходит иногда ко мне ночью и просит, чтобы я его впустила в комнату. Ловит меня, когда никто не видит и просит поговорить. И каким бы кретином он не стал, но я никогда не хотела его смерти. Я всё ещё люблю его как человека, с которым у меня тысячи воспоминаний и совместное прошлое. Я люблю его как человека, который всегда защищал меня. Часть моего сердца все равно всегда будет принадлежать Шейну, чтобы не случилось.  — Нет повода для беспокойства. Шейн никогда бы не навредил мне.  — Почему ты в этом так уверенна? — Потому что он любит меня, хоть и в немного извращенной форме, — морщусь, ведь это правда. — Всё это давит на него, а теперь я, как ему кажется, предпочла нашей дружбе отношения с тобой.  — Друзей не хотят, Монстр, — немного жестко говорит Дэрил. — А этот ублюдок спит и видит, чтобы заполучить тебя. — Кажется, Лори беременна от него, — шепчу я, всматриваясь в голубые глаза, которые не выглядят слишком удивленными. — Ты знал? — Все знали, что они трахаются, — хмыкает он. — До приезда Рика, разумеется.  — И я точно уверена, что он хочет заполучить Лори обратно, вместе с детьми. Поэтому я не знаю на кой черт ему сдалась я.  — Ты должна быть готова к тому, что малейший проступок с его стороны и его убью или я, или Рик. Он одержим какой-то идеей известной лишь ему. И он ни перед чем не остановится. Поэтому если он вновь хоть пальцем тебя тронет, ты не сможешь меня остановить.       Кусаю губу, ведь это слышать неприятно. Происходит полное дерьмо.  Дэрил поднимается на ноги и подаёт мне руку, помогая подняться. Шейна уже не было на его месте, но оно и к лучшему. Меньше всего мне бы хотелось вновь встречаться с ним.

Х Х Х

      Цепляюсь пальцами за сиденье машины, подпрыгивая на каждом горбу. В ушах стоит шум и перед глазами постоянно всплывает пережитый ужас этой ночью. Огонь, толпа ходячих и всепоглощающий страх. Я дышу слишком шумно, но ни Глен, ни Мэгги не обращают на это внимания из-за собственных мыслей. У Грин явно подступала истерика, из-за чего они с Гленом поменялись местами и теперь он сел за руль. Страшно представить, что сейчас чувствовала Мэгги. Она потеряла дом и некоторых родных на своих глазах, и не знает где её папа и всё ли с ним в порядке. Сочувствую ей и перегибаясь через сидение сжимаю её руку, пытаясь приободрить.        Мы не знаем куда нам сейчас ехать и что нам делать дальше. У нас больше нет безопасного места и мы все потеряны. Я волнуюсь за Рика и Карла, ведь я не видела их и не знаю, что с ними. Я волнуюсь за Дэрила, волнуюсь даже за Шейна.        Когда всё только началось, Диксон запихнул меня в машину к Глену, всовывая в руки автомат. Я была на грани истерики и у него не было времени возиться со мной, поэтому он позаботился о том, чтобы ему не пришлось волноваться ещё и за меня. Но сейчас на душе было так паршиво, что я бросила всех там и не узнала всё ли с ними в порядке.        Из-за отстойного вождения азиата меня начинает подташнивать. Я не знаю, что именно произошло и почему ходячие пришли на ферму. Их было так много, что мы не успели ничего сделать. Я помню пылающий амбар, руки Дэрила и его быстрый поцелуй мне в лоб. Отгоняю мысли о том, что это выглядело как прощание, ведь он бы никогда не поступил так со мной.       Но я видела все своими глазами. Ходячих было может с сотню, они словно собрались со всего леса. Чувствую как Мэгги в ответ сжимает мои пальцы. За такой короткий промежуток времени я смогла понять, что правда люблю эту девушку. Настолько искренний и светлый человек, что с ней невозможно не подружиться. И мне правда жаль, что всякое такое дерьмо случается с теми, кто этого заслуживает меньше всего.       Мы вторыми приезжаем на место встречи, о котором никто даже не договаривался. Между этой группой есть особенная связь, что они могут понимать друг друга без слов. И с моих плеч словно падает тяжелый груз, когда я вижу три знакомые фигуры.       Автомобиль даже не успевает до конца остановиться, когда я открываю двери и вываливаюсь с него.       Переступаю через трупы и врезаюсь в Рика, обнимая его. Меня потряхивает, но я так благодарна Богу, что они с Карлом живы.        Племянник тут же обнимает меня, цепко обнимая меня за талию. Кажется, что он напуган даже меньше, чем я.  — Вы в порядке, — шепчу как мантру, пытаясь принять этот факт. Я сходила с ума от волнения и эти несколько часов были самыми худшими за последнее время.  — Мы переживали за тебя. — Где остальные? — Спрашиваю я, оглядываясь по сторонам. Смотрю на Хершела, быстро осматривая его, радуясь, что он в порядке. Мне очень нравится этот мужчина. Он обнимает свою дочь, тяжело вздыхая. Они пережили столько горя, что страшно даже представить. — Ещё не приехали.        Прижимаю к себе ближе Карла, поглаживая его по голове. Рада, что он не играет сейчас роль независимого и взрослого парня и разрешает мне обнимать его. Это сейчас необходимо и мне, и ему. — Мне жаль, что это произошло, — говорю это Хершелу, на что он мне лишь коротко улыбается, пытаясь показать, что он в порядке. — Рано или поздно это все равно бы случилось, моя милая.       Он говорит со мной так по отечески и мне этого так давно не хватало. Мне кажется, что я обрела семью. Не по крови, но эти люди медленно становятся моей семьей. Когда остальных нет уже несколько минут, то меня начинает одолевать беспокойство. Кусаю губы и смотрю на Рика, который за ночь постарел словно на десять лет. Он не смотрит на меня и это начинает меня смущать. Он прячет глаза и моё сердце ускоряет темп. Не хочу беспокоиться понапрасну, но у меня неприятное предчувствие внутри. — Вот они!       Слышу знакомое рычание мотоцикла и выдыхаю, прикрывая глаза. Впереди едет Дэрил, а позади него ещё две машины. Отрываюсь от Карла и смотрю на остановившегося рядом с нами Диксона, позади которого сидит Кэрол. Он помогает ей подняться с мотоцикла, а затем выравнивается и смотрит на меня.       Мне так сильно хочется ударить его за то, что он так поступил со мной. Не спрашивая моего мнения запихнул в чужую машину, чтобы обезопасить, практически не давая возможности помочь остальным. Но смотря в его глаза понимаю, что не могу винить его в этом.        За секунду оказываюсь рядом, когда он кивком головы подзывает меня к себе, раскрывая руки для объятий. Висну на его шеё, сильнее вжимаясь в тело Дэрила. Мне приходится встать на носочки, ведь он куда выше меня. Диксон обхватывает меня за талию, обнимая и приподнимая над землей.        Если он рядом, значит я в порядке. Мы найдём новое убежище вместе.        Утыкаюсь носом в его скулу, оставляя мимолетный поцелуй на его щеке.  — Ты в порядке?       Он спрашивает это шепча мне на ухо, когда ставит на землю и осматривает. Быстро киваю и проделываю тот же трюк с ним, и слава Богу не нахожу ни крови, ни явных ранений. Наконец отстраняюсь и во мне появляется злость буквально в считанные секунды. Ударяю Дэрила по груди ладошкой несколько раз, пока он не ловит мою руку, останавливая. — А это за что? — усмехается он, но мне сейчас точно не до смеха.  — Сам знаешь, — щурюсь и вырываю руку, поворачиваясь к нему спиной и оглядывая всех, кто приехал.       Не досчитываюсь нескольких людей и прыгаю от одного лица к другому, пытаясь высмотреть то самое, которое мне нужно. Чувствую на себе пристальный взгляд Рика и внутренности сводит от осознания чего-то ужасного. Чувствую руку Дэрила на своих лопатках, словно он догадывается о чем я думаю. Отхожу от него и делаю несколько шагов вперед, с каким-то остервенением проходя мимо каждого из нашей компании. Замечаю на себе несколько жалостливых взглядов, но когда они замечают у меня в глазах горящую ненависть и ярость, то тут же отводят глаза.  — Ещё не все приехали?       Спрашиваю, словно кто-то может знать ответ. Смотрю на Лори, которая в секунду догадывается о чем я думаю. Перевожу взгляд на трассу, ожидая когда оттуда выедет ещё одна запоздавшая машина.  — Это все, — отрезает Рик.       Я вздрагиваю и замираю. Жду более конкретной информации, но её не поступает несколько долгих секунд.  — Патрицию укусили прямо при мне, — жалостливым тоном щебечет Бэт, и в любой другой ситуации я бы пожалела её и высказала о том, что мне жаль. Но сейчас мои мысли заняты одним человеком, которого я не вижу среди нас. — Андреа спасла меня, а затем я увидела, как она упала… — Говорит Кэрол, а мои глаза кажется начинают наливаться кровью.       Такое ощущение, что каждый решил прикинуться придурком, чтобы не отвечать на мой вопрос. Делаю глубокий вдох, чтобы не разнести тут всё к чертям и чувствую как Дэрил подошел ко мне сзади, дотрагиваясь до моего плеча. Резко отдергиваю его и отступаю, показывая, что не настроена на прикосновения.        Перед глазами темнеет и я в несколько шагов оказываюсь рядом с Риком, ожидая объяснений. Он не смотрит на меня, пока остальные наоборот не отводят глаз. Мне сейчас нужно убить кого-то. Мои нервы на пределе и ярость горючей лавой разливается по моим венам. Если я сейчас не услышу ответ на свой вопрос, я кого-нибудь изобью.  — Где, черт побери, Шейн?       Я сама не узнаю свой голос. Он пропитан злобой и жалостью к самой себе из-за чего мне хочется скинуться с крыши. Рик не смотрит на меня и это меня ломает. Я сразу почувствовала, что что-то не так. Он отказывается смотреть на меня, словно ему стыдно. И моя интуиция ещё никогда не подводила меня. — Где он?! — Срываюсь и бью брата по плечу, желая получить ответ. Не смотрю на Карла, взгляд которого как никогда взрослый.        Чувствую, что глаза начинает жечь, а в носу неприятно покалывать. Плохо контролирую себя и отхожу от Рика, чтобы случайно не навредить ему. Делаю резкие шаги из стороны в сторону, зарываясь пальцами в волосы, пытаясь взять себя в руки. Нихрена не получается и уже иду в сторону машины, чтобы вернуться на ферму и найти Уолша.        Все смотрят на меня с недоумением, не понимая, что я делаю. Когда я подхожу к дверце со стороны водителя, то от автомобиля меня оттягивает Дэрил, сильно сжимая мои плечи, чтобы я не вырвалась.  — Тебе лучше отпустить меня.       Мой голос звучит холодно, но я итак держусь из последних сил. У меня нет сейчас желания играть в послушную и милую девушку. Знаю, что в будущем придется попросить прощения за моё такое отношение к нему сейчас, но если я сейчас дам слабину, то проиграю. — И куда ты собралась?  — Найти его. — Ты его не найдёшь, — говорит Карл и я прикусываю язык, чтобы не послать родного племянника. Оборачиваюсь и с яростью смотрю на него, но он даже не сжимается и не показывает, что ему страшно. — Лучше отпусти меня, Дэрил. Я убью каждую ходячую тварь на ферме, но я найду Шейна.       Сама не верю своим словам и хватка Диксона ни на секунду не ослабевает. Это только больше злит меня и в сию секунду я выгляжу так устрашающе, что Рику приходится завести Карла за спину. Я бы никогда в жизни не смогла навредить своему племяннику и поэтому мне хочется ударить своего брата. Дэрил отпускает меня, когда Рик кивает ему. Делаю несколько резких шагов и останавливаюсь напротив него. Хершел понимающе отходит в сторону, а Глен готовится в случае чего разнимать нас.  — Ты сама видела в какого человека он превратился, Мэд. Это был уже не тот Шейн, с которым ты… — Я спросила где он, — шиплю, но где-то внутри стучится ужасное и просто отвратительное осознание случившегося.  — Я убил его.       Отшатываюсь и не верю услышанному. Мне кажется, что мне послышалось, но чувство вины и стыда в глазах Рика доказывают, что это правда. Будто сквозь толщу воды слышу ошеломленный вздох Кэрол. Осколки моего сердца падают мне в ноги и на одну секунду мне кажется, что я умираю.        Мне кажется, что я умерла вместе с Шейном.  — Ты лжёшь, — шепчу я и цепляюсь за воротник его рубашки, с мольбой всматриваясь в его глаза. Очень хочу услышать о том, что это шутка. Мне сейчас это жизненно необходимо. Мои ноги дрожат, а с лица ушла вся краска. Пусть лучше мой брат окажется дерьмовым шутником, чем убийцей лучшего друга. — Ты не мог это сделать.       Мой голос срывается, а по щекам стекают слёзы. Я даже не убираю их, ведь в этом нет никакого смысла.  — Клянусь, у меня не было выбора.       Мои пальцы немеют и я с ужасом отстраняюсь от Рика. Прикрываю рот рукой, чтобы своей истерикой не созвать всех ходячих в округе. Смотрю на брата, но вижу перед собой лишь убийцу моего родного человека. Внутри я понимаю, что это несправедливо по отношению к нему, но ничего не могу с собой поделать. Рыдания бесконтрольно вырываются из моей груди и я оседаю на асфальт, царапая ладони в кровь. Чувствую взгляды полные жалости, но мне чертовски плевать на это.  — Он пытался убить меня и был опасен для нас всех.       Рик оправдывается, но я этого почти не слышу. Моё тело сильно трясется от рыданий и я с трудом чувствую хватку Дэрила, который удерживает меня, чтобы я не рухнула на землю окончательно. У меня не получается сделать вдох и мне кажется, что я скоро задохнусь. Господи, мы даже не успели попрощаться. Мне даже не дали с ним попрощаться.       А в последний наш разговор мы сильно поссорились и я угрожала ему тем, что скажу Дэрилу или Рику, что он пристаёт ко мне. Твою мать.         Подгибаю под себя колени и роняю на них голову, чтобы никто не видел моих слез. Если то, что говорит Рик правда, то я не имею права осуждать его. Но я так сильно люблю Шейна, что не верю, что он был способен на подобное.  — Он угрожал мне тобой, Мэделин! — срывается Рик. Кажется, он не хотел рассказывать этого, но я вынудила его своим неверием. — Он сказал о том, что избавившись от меня больше никто не сможет защитить тебя. Он начал говорить омерзительные вещи. — Если бы ты знал его чуть лучше, то понял бы, что он блефует! — срываюсь я. Кошусь в сторону Лори, которая не плачет, но на её лице написан явный шок, а рука неосознанно лежит на животе. Бог ты мой, это и вправду ребенок Шейна. — Шейн никогда не смог бы навредить мне, ты знаешь это.       Не укладывается в голове происходящее и я закрываю лицо руками. Я не в силах смотреть на Рика, мне нужно время.  — Он хотел привязать тебя к себе и держать ближе, поэтому он давил на тебя тогда, — Рик не вдается в подробности, но я понимаю сразу о чем он говорит. Замираю не в силах пошевелиться, чувствую как усиливается хватка Дэрила, который тоже понимает о чем речь. — Я виноват перед тобой в том, что не рассмотрел в нём этого дерьма ещё тогда. Он гребаный эгоист и собственник, а тебе было лишь семнадцать. А сейчас, когда ты наконец смогла дать ему отпор, то у него сорвало крышу. Он готов был убить меня, Мэди. А потом, вероятнее всего, убил бы Дэрила.        Я ненавижу это. Ненавижу то, что Шейн действительно оказался таким человеком.  — Он любил меня, — звучу жалко, используя последний аргумент, пытаясь выбелить умершего друга.  — Какой-то гребаной извращенной любовью. Он насмехался надо мной, что я не смог уберечь свою младшую сестру-подростка. И я ненавижу себя за это.       Плачу ещё сильнее, когда приходит осознание того каким же ублюдком он оказался. Он бы и вправду убил бы Рика, а затем возможно Диксона. Ради собственных целей и какого-то сумасшедшего удовлетворения. Он хотел получить все, что имел Рик. Он был законченным эгоистом, а апокалипсис забрал у него остатки человечности. Но я продолжаю любить его и от этого ненавижу себя сильнее.        Дэрил прижимает меня ближе к себе и я наконец позволяю себе вжаться в его тело, уткнувшись в его грудь и продолжая плакать. Цепляюсь за его жилетку и футболку, слыша успокаивающий шепот над ухом и короткие поцелуи мне в макушку. Я не заслужила этого человека. Я определенно не заслуживаю его.  — Тише, Монстр, — шепчет Дэрил мне на ухо. — Он не стоит твоих слёз. — И у нас новая проблема, — смотря на меня произносит Рик. Его глаза покраснели и когда эгоистичная часть меня немного притупляется, я думаю о том, что сейчас чувствует мой брат, которому пришлось убить лучшего друга. Чувство вины убило бы меня. — Кажется, мы все инфицированы. Шейн очнулся ходячим. Вирус внутри нас, и когда мы умираем, то превращаемся в одного из них. Ох ты ж блин. А это полное дерьмо.