Ну и как в него не влюбиться?

Минхо просто устал, трехчасовой сон в течение продолжительного времени до добра не доведет. Навалилось всего сразу – бесконечный круговорот домашки в природе, стресс на этом фоне, бессонница и сонливость одновременно, ну короче надо пропить витаминки, и само как-нибудь пройдет. Времени нет буквально ни на что, но он все равно выбирает почитать, читает вообще всю художку, даже записывается в библиотеку из-за скудного запаса литературы в доме. Он осуждает себя, когда после пар идет за очередной книгой. Ну нет бы поспать или поделать заданий хотя бы на день вперед, чтобы не за секунду до выхода как обычно. Не может он себя заставить сесть за учебу, когда перед глазами лежит книга-бестселлер с кучей отзывов на Лайвлибе. Пока Минхо не надоест, он будет читать. Он будет погружаться в сюжет, пропитываться историей героев, представлять себя на их месте, рисовать себе все декорации и эмоции персонажей в подкорке сознания. Чтобы испытать хоть толику чувств, чтобы, оставляя последние строчки прочитанными, еще несколько дней восторгаться, додумывать сюжет, прокручивать любимые моменты в голове. Пока ему не надоест, он продолжит жертвовать сном, позволяя себе расслабиться и отвлечься от осточертевшей рутины третьекурсника. Прямо сейчас Минхо находится в слащавом романе, наблюдает за дуболомством главных героев, неспособных на протяжении, кажется, уже более трети рассказа признать простой разговор сокрушающе важным в отношениях. Но черт, Минхо так нравится. Секунду назад он сидел за столом, иногда поглядывая на открытый практикум по матанализу и взвешивая все за и против. Теперь же он идет по школьному коридору – шестнадцатилетний Ли Минхо, смотрящий на своих тупоголовых любителей-играть-в-молчанку-друзей, и мечтающий тоже влюбиться. А вот и потенциальная жертва – Бан Кристофер Чан – спортивная звезда школы, ведущий каждого мероприятия, получающий больше всех валентинок и так далее по списку. Стоит, прижавшись к стене у кабинета биологии, и переговаривается с одноклассниками о предстоящих экзаменах. И смотрит на Минхо. Прямо в глаза, пронзительно, пока тот в слоу-мо проходит мимо и перестает слышать что-либо вокруг. Минхо из реальности ненадолго прикрывает книгу и ухмыляется как такому клише, так и появлению второстепенной пары почти на середине книги. Ответа на вопрос, почему он начал играть именно за этого персонажа, нет. Возможно, из-за способности назвать своих друзей тупоголовыми (обоснованно, между прочим). Минхо знал Чана, пересекался на межвозрастных олимпиадах, пару раз помогал в подготовке сцены перед школьными концертами, но не знал, что Чан запомнил его. Или просто так пялится? – Привет, Минхо, – не просто так, даже имя знает, – я видел тебя возле медпункта сегодня, все нормально? – Чан подходит, когда Минхо переобувается и натягивает куртку в холле на первом этаже. – Привет? Да? – от шока интонация поменялась с утвердительной на вопросительную, Чан на это улыбнулся, – Всё в порядке, просто болела голова, а ты… – Ах, да, Бан Чан, – он протягивает руку для рукопожатия, – мы с тобой в прошлом месяце участвовали в олимпиаде, поздравляю с призовым местом, кстати. – Да, спасибо, Чан. – Минхо пожимает руку в ответ и смотрит в искренние глаза собеседника. – И, я знаю тебя, просто не ожидал, что ты подойдешь. – На самом деле я хотел пригласить тебя на соревнования по плаванию в эту субботу. Я там буду выступать, плыть дистанцию на скорость. Может, это немного скучно, но мне было бы приятно увидеть тебя на трибунах. Что думаешь? Придешь? Двадцатиоднолетний Минхо хмурится на столь необычное знакомство и желание продемонстрировать себя в одних плавках человеку, с которым ты разговариваешь первый раз в жизни. Но это все еще книжка про школьников. – О. Да, хорошо. Во сколько? Чан протягивает ему свой телефон, и пару секунд Минхо пялится на цифры на экране и хлопает глазами, не понимая, что от него требуется. До него все же доходит, контакт «Минхо, младший, школа» сохраняется в телефонной книге, школьники благодарят друг друга бог весть за что. – На всякий случай, вдруг что-то отменится, тогда я напишу. Хорошо добраться до дома! – говорит и взглядом окидывает уже одетого Минхо, – Я бы напросился проводить тебя, но у меня еще два урока. Интересно. Минхо действительно приходит на соревнования. На тело нового друга посмотреть не удается с тем фактом, что соревнующиеся практически все время находятся в воде. Однако Минхо отмечает массивность плеч, в целом очевидную и под рубашкой. Через минуту после окончания соревнования на телефон от неизвестного номера приходит сообщение «спасибо, что пришел. подождешь? я быстро». Минхо улыбается, печатает в ответ нечто утвердительное и добавляет контакт «Кристофер», хоть Чан этим именем и не пользуется. Упущение, считает Минхо. Они прогуливаются по городу, иногда от неловкого молчания переходя к теме сложностей в учебе, чановых экзаменов и планов на будущее. Заговаривают про увлечения и узнают, что оба слушают одну и ту же музыку, смотрят одни и те же фильмы и все такое прочее. В школе они пересекаются чаще, здороваются, иногда обедают в столовой вместе, и Чан знакомит младшего со своими друзьями. Минхо начинает нравиться в компании старшеклассников (точнее, одного конкретного), которые в каком-то смысле мудрее Минхо, опытнее. Оттого беседы с ними куда интереснее разговоров с его все ещё тупоголовыми друзьями. Чем больше они общаются, тем сильнее Минхо осознает, что влюбился. Вот так, быстро и бесповоротно, как и хотел, с замиранием дыхания от каждого лёгкого прикосновения. А потом на вечеринке случается его первый поцелуй. Не с Чаном. С какой-то девчонкой, тоже старшеклассницей. Она строила ему глазки весь вечер и подсела, когда тот остался один. Сама же его поцеловала, Минхо не особенно сопротивлялся. – Целуешься ты не очень, – сказала она, когда не почувствовала ответа на свои действия и увидела даже некое отвращение на лице Минхо. Встала и ушла. Открывая вид на тяжелый и мрачный взгляд Чана. Вот так один поцелуй разрушил все мечты Минхо о прекрасном будущем с Чаном, в котором они вместе ходят по Икее, выбирая посуду в их новую квартиру, спорят, чья очередь выносить мусор, каждый день засыпают под Нетфликс в обнимку и, может быть, даже берут из приюта кота («нет, Чан, мы не будем заводить собаку»). Все картинки в рамках-сердечках пронеслись перед глазами и, посерев, распались на мириады частиц в воздухе. Настоящий Минхо прикрывает книгу и решает, что семидесяти страниц на сегодня достаточно. Либо делать паузу, либо не спать всю ночь, наблюдая за превращением второстепенной пары в таких же олухов, которые, вероятно, будут бегать друг от друга ближайшие сто страниц. Ну почему везде обязательно добавлять эту дешевую драму? Минхо таки откладывает книгу и принимается за домашнее задание, не желая в случае чего воплотить в реальность фанфик с метками «Преподаватели» и «Насилие» рейтинга NC-21. Возьмет завтра с собой, первая пара – лекция, можно прийти пораньше и занять место на галерке, где его чтиво будет сокрыто за телами сонных студентов, приходящих только ради отметки в листе посещаемости. Новый день, новая локация, план удался. Минхо дожидается окончания переклички и чуть сползает по спинке стула, удаляясь из поля зрения преподавателя, требующего внимания к своей бессмысленной болтовне. Книга открывается, и из нее золотистым светом вылетают буквы, окутывая Минхо и перенося его в другой мир, где он на пять лет моложе и в пять сотен раз счастливее. Их с Чаном общение поскуднело, количество встреч вне школы сократилось, но в таком подвешенном состоянии их отношения находились, на удивление, всего неделю. Наверное, стоит взять в расчет мудрость Чана, а еще наличие у него глаз и мозгов. С помощью этих органов ему удалось воспроизвести события того вечера и вспомнить выражение лица Минхо после случившегося. Минхо не рискнул подойти к нему и объясниться, потому что ему не за что объясняться, Чан первым отдалился, он тут старший и теперь должен взять ответственность. Ах да, а еще они никто друг другу. – Привет, – ловит младшего после уроков в том же месте, что и в первый их разговор, – извини меня. – Привет, и ты меня. Минхо удивленно смотрит то в глаза напротив, то по сторонам. С каждой секундой тишина становится все более неловкой. Они стоят так еще минуту, и наконец Чан выдает: – Можно проводить тебя до дома? Зайдешь за пижамой и пойдем ко мне на ночевку, мама запекла мясо, сказала, что будет очень рада тебя видеть. Что? – Что? Откуда твоя мама знает меня? – Чан хмурится, как будто Минхо задает слишком банальный вопрос. Как будто у Минхо провалы в памяти, и сейчас окажется, что они с Чаном уже сто лет как поженились и перезнакомились со всеми родственниками. Минхо готов в это поверить. – А. Я ей про тебя рассказывал. Ну так что? Пока они идут до дома Минхо, тот звонит маме и спрашивает разрешения. Чан заходит в дом, производит на родителей Минхо очень хорошее впечатление, даже оставляет номер своей мамы на всякий случай. Перед уходом Минхо приходится выслушать что-то вроде «наконец-то ты нашел себе нормального друга» и «Чан, присмотри за моим оболтусом». Забрав одежду, необходимые предметы личной гигиены и контейнер с яблочным пирогом, без которого их бы не отпустили, Минхо и Чан направляются домой к старшему. Проходят мимо школы и шутят, что она их не отпускает. Пару раз Чан хватается за плечо Минхо и пальцем указывает на еле заметные на темнеющем небе звёзды. У Минхо в этот момент отключается сенсорная система, но в миллионы раз обостряются внутренние чувства. В глазах Чана есть много больше звёзд, чем на небе, там тысячи галактик. В чановом доме тепло, ужин рядом с ним – таким уютным – еще вкуснее, чем мог бы быть. Его мама настолько много знает про Минхо, что младшему даже становится как-то стыдно, что он до сих пор не посвятил Чану ни одного панегирика. Без лишних деталей интерьера, плакатов и цветов, но комната Чана, освещенная приглушенным фиолетовым, обладает невероятной силой притяжения. Минхо даже проверяет это падением на кровать – приземление отличное. Он смеется, пока Чан не сваливается рядом, частью своего тела прижимаясь к другому. Несмотря на необычайно сильное гравитационное поле, из-за которого эти двое сейчас в таком положении, воздух с каждой секундой становится все более разреженным, словно сознание Минхо вслед за выскочившим из груди сердцем покинуло тело и летит всё выше, выходя за пределы мезосферы. Он вот-вот задохнется, и, пока этого не произошло, решает задать уже долго крутящийся в голове вопрос. – Можно называть тебя Крисом? – дрожащим голосом спрашивает вот эту чушь, как будто нет ничего важнее. – Можно. Тебе всё можно. – Чан поворачивает голову, вместо потолка теперь рассматривая острый профиль. – Что ещё, например? – голова Минхо также поворачивается, и взгляд устремляется в глаза напротив. – Всё. – Даже поцеловать тебя? – Да. Минхо до безумия медленно, миллиметр за миллиметром, придвигается еще ближе к Чану, пока их носы не соприкасаются. Старший, не собираясь двигаться, лишь улыбается, и эта улыбка заставляет Минхо окончательно потерять голову и податься вперед. Он целует как может, неумело сминая губы, пока Чан не кладёт руку на затылок младшего и не отвечает на поцелуй, углубляя его. А в конце коротко чмокает в щёки и нос, делая момент ещё более сокровенным. – Крис. – на выдохе с улыбкой, Минхо как бы пробует это имя. – Крис-то-фер. Минхо начинает тихо смеяться от счастья, прикрывая лицо руками, он точно сошел с ума. Чан аккуратно гладит его по волосам и не может сдержать улыбки. – Давай посмотрим фильм, – старший поднимается с кровати и берет с полки портмоне для дисков, – выбирай. Вряд ли есть что-то, что может удивить Минхо еще сильнее сегодня, даже наличие такого артефакта как DVD-проигрыватель в комнате Чана. Этот крутой парень, школьная знаменитость и лучший из лучших оказался обычным чудаком, оттого в него ещё сложнее не влюбиться. Звонок вернул Минхо в реальность. Спасибо хоть не на поцелуе. Как же сильно ему хочется навсегда остаться в той вселенной, бесконечно обниматься с Чаном и никогда не возвращаться к ужасам взрослой жизни, а ведь дальше только хуже. Минхо не понимает, почему все люди в мире должны мучиться и почему только он один так сильно обеспокоен проблемой вечного страдания. Он смотрит на пресные лица своих одногруппников и не соображает, по какой причине студенты до сих пор не устроили восстание против миллиона пар в один день и кучи домашнего задания. Наверное, слишком устали для этого. Минхо приходит домой, и сил его хватает только чтобы заварить рамен. Он смотрит на торчащую из книги закладку. Осталось прочитать совсем немного, но глаза уже закрываются. На самом деле, он не хочет дочитывать. Настоящая жизнь Минхо настолько скучная и тошная, что возможность вскоре потерять этот островок безопасности, рядом с Чаном и его коллекцией фильмов на дисках, больно режет сердце. Так всегда: с хорошей книгой не хочется расставаться, особенно когда всё ощущается так правдоподобно. Минхо, засыпая, представляет Чана рядом с собой. Он может поклясться, что его губы горят как после поцелуя. Завтра начнется очередной день сурка; завтра, в перерыве от этой рутины, ему придется потерять то дорогое и ценное, что он только обрёл. К удивлению, Минхо просыпается относительно бодрым. Ему снилось что-то хорошее, что-то с Чаном. В голове нет точного образа, детальная картинка не рисуется и во время чтения, но Минхо может почувствовать. У него появляется огромное желание вновь увидеть Чана. Ну и пусть это будет последний раз, все равно ему придется сорвать этот несчастный пластырь, так чего тянуть? Он собирался потратить это время до пар на огромное задание на следующую неделю, но ключевые слова здесь – «собирался» и «следующую». Минхо заваривает крепкий чай и отправляется в свои (теперь уже свои) самые счастливые шестнадцать лет. Истории второстепенных пар всегда интереснее, быстрее и легче, чем у главных героев. Не успели Минхо и Чан до конца разобраться со своими проблемами (например, проговорить очевидное на всякий случай, обозначить границы и определиться со статусом отношений), как на них вновь свалились двое тупоголовых, нуждающихся в помощи. Пришлось заморочиться, чтобы устроить им встречу тет-а-тет, которой они оба так противились. После промежуточных экзаменов Чана у них наконец-то появилось больше времени друг на друга. Они устраивают первое свидание, с кино, попкорном и прогулкой по городу. На нём же Чан предлагает Минхо встречаться. Младший вновь смеётся от счастья, и Чан хочет слышать это вечно. Минхо тянет его к себе домой, чем очень радует маму. В этот раз он подготовил панегирик. Это не просто признание в любви, это настоящая хвалебная речь Чану, которую Минхо рассказывает воображаемой публике; он просит не перебивать и не смеяться. Чан не смеётся, он лишь смущенно закрывает лицо руками и вздыхает на свои положительные стороны, перечисленные Минхо. Выступление заканчивается поцелуем, техника которого за несколько тренировок улучшилась. У Минхо нет портмоне с дисками, но есть альбом с детскими фотографиями. И нет, он не стеснятся, это все-таки его будущий муж. Минхо отыскивает в своей голове ещё одну идею по сближению – готовка. Он выпроваживает свою горячо любимую мамочку с кухни, перед этим давая обещание обязательно поделиться будущей пиццей. Этот открывший в себе романтику молодой человек не выдерживает и тыкает пальцем сначала в муку, а затем в чанов нос, за что тут же платится собственной щекой, измазанной в томатную пасту. Когда они с пиццей перемещаются на диван и ставят ноутбук на журнальный столик, настоящий Минхо осознает – это последняя страница. Ему бы хотелось ошибаться, но, перевернув лист, он видит содержание. Возвращает обратно и со светлой грустью дочитывает последние абзацы. Его и Чана ещё столько всего ждёт впереди. Стольким мечтам ещё только предстоит сбыться. Они смеются так искренне, им так хорошо вместе, что Минхо из обоих миров хочется заплакать. Он закрывает книгу, и ещё минимум десять минут его не отпускают чувства. Это было так чертовски хорошо, эмоции переполняют, он тяжело дышит и старается успокоить сердце. Минхо даже успеет занести книгу в университетскую библиотеку до пар и взять новую, если слегка поторопится. Он заходит в здание и на ходу достает из рюкзака нужную вещь, не смотря под ноги. В этот момент на него летит, не замечая в упор, какой-то студент, и они больно сталкиваются. Содержимое рук обоих летит на пол. – Прости, пожалуйста. – незнакомец потирает ушибленное плечо и наклоняется к упавшим предметам, – О, я буквально вчера дочитал эту книгу. Минхо слышит смех, видит глаза этого парня с тысячей звёзд на радужках и понимает, кто перед ним находится. Он может это почувствовать. – Минхо. – Я Крис, приятно познакомиться.