Немецкий

Фил залетел в подъезд. Руки дрожали, а дыхание сбилось. Он опёрся на стену, чтобы перевести дух. «Какого хуя вообще? Он же сам меня тогда пидором назвал, а сам…» — парень услышал, как кто-то открывает входную дверь, и быстро побежал по лестнице к своей квартире. Блондин забежал домой, громко хлопнув дверью, и тут же поджал губы. Вспомнил про маму, которая совсем недавно чуть в обморок не упала из-за того, что её собственный муж хотел избить сына. Из гостиной вышел отец. Выглядел он совсем недружелюбно. — Куда ходил? Надеюсь, к классной, — мужчина подошёл ближе, говоря шёпотом. «Ага, знал бы, что сейчас произошло, то просто в ахуе был бы», — усмехнулся парень, разуваясь. — Я позвонил ей. Она сказала, что ещё раз такое случится, и она вызовет вас в школу, — соврал Черных, снимая куртку. — Иди к себе в комнату и не выходи. Лучше не попадайся мне на глаза, — Сергей ушёл на кухню. «Ой, да иди ты нахуй», — Фил зашел в свою спальню и сразу же упал на кровать. Взял телефон в руки, написал друзьям обо всём, кроме ситуации с рыжим. Слишком уж много всего произошло за этот день. И ведь сначала он казался ему очень даже неплохим. «Чё за хуйня творится? —погрузившись в серую меланхолию, он тупо смотрел в потолок, нервно покусывая губы. — Бля, а если этот идиот расскажет кому-то? Меня батя тогда точно убьёт… И вот нахер ты полез ко мне, Муромов?»

***

Илья сидел на своей кровати, прижав ноги к груди. Сегодня Фил не пришёл в школу, а это плохой знак. По крайней мере, ему так казалось. Он не находил себе места и уже хотел подойти и спросить у его друзей где он, но передумал. «А вдруг он им рассказал? А если все узнают? Меня же мать убьёт… Так долго держался, и тут бац! — глянул на футболку одноклассника, которую бережно сложил и оставил лежать в шкафу. — Всё равно надо будет вернуть. И поговорить. А с чего начать-то?» Парень поднялся с постели и начал ходить по комнате. «И как он справляется с этим? Наверное, видеть меня больше не хочет… Конечно, взял и всё испортил. Дурак, — глянул на телефон, но не решился написать. — Просто же хотел держать его рядом, чтобы не потерять. И испортил всё» — Как обычно… — прошептал себе под нос рыжий, обратно падая на постель. Входная дверь открылась, и послышался голос матери, которая звала его. Он быстро вышел из комнаты, чтобы помочь ей с пакетами. «Может, Юле рассказать? Ну, она всяко лучше меня разбирается в этом… — Муромов мимолётно глянул на сестру, а потом скрылся на кухне. — Он же ей нравится… Вдруг только всё ещё больше испорчу?.. Хотя, куда уж хуже?» Пока он разбирал продукты, девушка успела незаметно пробраться к нему и встать рядом. Она жевала яблоко и наблюдала за братом, который трясущимися руками пытался развязать целлофановый пакет с мандаринами. — Дай я, — не выдержав, выхватила его у него из рук и быстро открыла. — Что с тобой? Случилось что? «Рассказать?» — Да нормально всё. Ты же знаешь меня, — парень постарался выглядеть, как можно более убедительно, но получалось плохо, что можно было заметить по лицу сестры. — Точно? Илья смог только кивнуть. Он разложил продукты по местам и ушёл в комнату, а за ним прошмыгнула и Юля. — Представляешь, сегодня в школе опять была контрольная по физике… — начала девушка. «И с чего начать?..» — … ну мы с Женей специально до урока списали все формулы на листочек и спрятали его… «Что делать?» — … сидим, пишем. Женька достаёт листок этот, и тут физичка резко встаёт. Мы так испугались, ты бы видел наши лица! — Юля… — … а мы ещё сидим на второй парте, а на первой-то никого нет… — Юль, я гей, — выпалил рыжий, внимательно наблюдая за реакций сестрой. Она так и застыла с куском яблока во рту. — Да ладно! — слишком громко воскликнула девушка, и брат шикнул на неё. — Молчу-молчу. И кто он? Фил? Если это не он, то я больше не верю в любовь, — хохотнула девушка. — Почему ты сразу на него подумала? — Ну а кто ещё? Ты больше ни с кем не общаешься, — Юля села рядом с ним на кровать. — Ну так что? Он? Муромов только кивнул, а она запищала от радости. — Ты… не злишься? — С чего это вдруг? — Юля нахмурилась. — Ну, он же тебе нравился вроде. — Я не стану отбивать у тебя парня, — она по-доброму улыбнулась и взяла его руки в свои. — Илюш, если он тебе нравится, то я не стану лезть. Только пусть у вас всё будет хорошо. Парень обнял сестру так крепко, что, кажется, она скоро начнёт задыхаться. — Ну, рассказывай. Что у вас там? Уже было что-то? Рыжий промолчал, поджав губы. Ему было стыдно за свой поступок, хоть этот поцелуй и понравился. И он уже давно думал об этом. — С ума сойти! И как тебе? — Что? Нет, ничего у нас не было. Я только… поцеловал его… — И что дальше? Ты говоришь так, будто он после этого умер, — хохотнула Юля. — Ну, он сбежал… — Стоп, что? Ему не понравились? Или ты опять что-то не то сделал? — Я виноват. Мне вдруг ударило в голову, что у нас может что-то получится, а никогда ничего и не было, — Илья поёрзал на месте. — Он меня обвинил, но я ведь реально ничего не делал. Никому не рассказывал его секрет. Шёл футболку отдать, ещё такой радостный. Думал, может, признаюсь. А оно как-то само… — Надо было всё обсудить спокойно, а ты только хуже сделал. — Спасибо, Юль. Поддержала. — Ну я серьёзно. Ты всегда раз десять перепроверишь и только потом действуешь. Зачем полез? — Да не знаю я! — Муромов соскочил с кровати опять начал наворачивать круги по комнате. — Я понимаю, что виноват. Он меня к себе теперь и на три метра не подпустит. — Ну извиниться всё равно нужно, — девушка снова откусила кусочек яблока, который до этого положила на постель. — Не думаю, что он уже объявил тебя своим врагом номер один. — Я уверен, что так и есть. Ты его знаешь два дня. — Зато я лучше в людях разбираюсь, — фыркнула сестра, отворачиваясь. И ведь это было правдой. Илья почти никогда не общался слишком много со сверстниками. У него всегда был один друг, а то и вообще не было. Чего не скажешь о Юле. Вокруг неё постоянно была толпа людей. Ещё с садика. Она всегда со всеми дружила, играла, а брат только и мог наблюдать за этим исподтишка. Но главное то, что она никогда его не бросала и всегда звала играть с собой, даже если кто-то был против. — Ну, хочешь, я с ним поговорю? — Боже нет! — Тогда сам, — девушка пожала плечами. Парень взял телефон со стола и покрутил его в руках. Сначала нужно было всё продумать, а только потом писать. Всегда нужно иметь план. А лучше два. Только почему-то он не стал придерживаться этой тактики сегодня… — Илюш… — Юля подошла ближе. — Сложно было принять? И как давно ты уже?.. — Вот ты вообще не помогаешь сейчас, — рыжий тяжело вздохнул, сжимая в руках мобильник. — Ну как хочешь. Сам расскажешь, когда готов будешь.

Вы: Я… Ты так и не забрал футболку… Давай…

Муромов вообще боялся лезть к Филу, а то мало ли чего. Может, он вообще не хочет общаться? Да тут сто процентов не хочет. После такого… Он потратил несколько часов, на попытки написать однокласснику, но все они заканчивались одним и тем же. Просто стирал сообщения. Слова, что вихрем носились у него в голове, казались неправильными, и никак не складывались в предложения. Темнота в комнате отлично совпадала с ядовитым чувством в душе парня. «Я идиот… Тупой кретин. Мудак. Всё испортил… Всегда всё порчу, надо уже привыкнуть», — он крутил в голове одну и ту же мысль уже несколько часов. Всё вокруг казалось ему серым. Мир сузился до размеров точки на потолке, куда залипал Илья, а сам он превратился в прожигающую эмоцию — печаль. Было так грустно, что он, разбитый, только лежал на кровати и практически не двигался. Убивал себя за всё. За то, что спокойно не выяснил всю ситуацию с Филом, за то, что до сих пор не может извиниться и просто лежит, уткнувшись носом в подушку. — Ты как? — Юля бесшумно зашла в комнату. — Ужасно. — Не написал? Или он не простил? — девушка осторожно села на край кровати и провела ладонью по волосам брата. — Первое, — он устало перевернулся на спину и снова уставился в потолок. — Блять, я даже извиниться не могу. Ничтожество… — Илюш, не надо так. Все наладится. Ты только не убивай себя. Если ничего не получится, то забей на него. — Не могу я. Пробовал уже… — В любой ситуации я всегда буду с тобой. Люблю тебя, — Юля крепко обняла его. — И я, — Муромов уткнулся носом в волосы сестры, на мгновение забывая обо всём.

***

Фил сидел на полу, оперевшись на кровать, и смотрел на звёздное небо за окном. Ему было одиноко. Хотелось сходить к маме, попросить совета или просто поговорить, но он не мог из-за отца, который запретил ему заходить к ней. И он бы рад был ослушаться, но получать снова не хотел. Парень дотронулся до нового синяка на рёбрах и тут же поморщился от боли. «Сейчас бы рыжего с его йодной сет… Да бля-я-я… — он закрыл глаза, откидывая голову на постель. — Что ж такое-то…» Его бросало из одного тревожного состояния в другое. Найти оправдание фантазиям о Илье у него не получалось. Муромов нарушал и без того шаткую «стабильность». «Что. Со Мной. Творится? Всё же норм было…» — Черных готов был выть об безысходности. Он не знал что делать и что думать. На него навалилось всё разом. Он потянулся за телефоном, чтобы написать Кире, но во время одёрнул себя. Нечего писать из-за таких глупостей. «Ладно, хорошо. Рыжий, он… парень. Ну парень и парень. Просто… — блондин шумно втянул носом воздух. — Что?» Фил опустил стеклянный взгляд на свои руки — те тряслись, как тогда у Муромова. Щемящее чувство в груди выгнало весь воздух из лёгких под истерический смешок. «Да я просто подумал пару раз о нём, да?.. — он специально надавил на синяк, чтобы стало больно физически хоть на секундочку. — Пару раз? Ты, блять, серьёзно?» — Ненавижу себя, — Черных зарылся пальцами в волосы, оттягивая их.