Я БУДУ РЯДОМ

Вот уже месяц как Скай ходил со счастливой улыбкой на лице. Младшего больше не мучили кошмары, потому как его сон охранял самый сильный парень на свете. Прапай вселил в него уверенность и подарил свободу от страхов, поэтому ему стало легко дышать и поверить в искренность старшего. Однако беда ходит рядом со счастьем, и никто не знает, когда она нанесет свой удар. Паю пришло приглашение на очередную гонку, где он должен был испытать новые мотоциклы. Младший напросился с ним, чтобы официально поболеть за своего парня. Прибыв на место, гонщик пошел переодеваться, оставив студента на его друга. Рэйн тоже был здесь официально как парень Пхайю, поэтому они с восторгом смотрели, как Прапай победил в первом заезде. Перед вторым он сменил мотоцикл и, обняв Ская, чмокнул его в щеку. Тот смутился, покраснев, а старший притянул его к себе и поцеловал в губы. За всей этой идиллией издалека наблюдал Ган. Он презрительно скривил губы, а затем сплюнув на землю, пошел прочь. Студент вырвался наконец-то из цепких объятий гонщика и побежал к его машине, чтобы забрать оставленный в ней телефон. Младший хотел заснять, насколько крут его парень, чтобы потом заткнуть рот вечно хвастающемуся Рэйну. Как только он включил сигнализацию и повернулся, чтобы уйти, тут же наткнулся на своего бывшего. Тот мусолил в зубах зубочистку и с ног до головы осматривал парня. — Скай, — приторно слащавым голосом сказал тот. — Ты прям светишься от счастья. — Ган? — испугался тот. — Что ты тут делаешь? — Это гонки, и я участвую в них. — Все еще надеешься выиграть у Прапая? — Нет, я здраво оцениваю свои силы и признаю, что Пай — первоклассный гонщик. Однако мне интересно, почему ты повелся на его лесть? — Пи`Пай любит меня, и он не причинит мне боль. — А ты сможешь причинить ему боль? — Нет конечно. Я не такой как ты. — Хм, почему ты не был со мной таким дерзким, когда мы были вместе? Возможно, ты бы не наскучил мне. — Ты ненормальный, Ган и рано или поздно мы бы все равно расстались. — Что ж, ты прав. Как бы ты не строил из себя смелого, трусость у тебя в крови, поэтому ты такой скучный и бесполезный. — Для тебя, а для Пая я идеальный. — Хорошо, тогда давай проверим, насколько сильны твои чувства к нему. — Что ты еще задумал, Ган? — Порви с ним. — Почему я должен это делать? — Потому что ты — моя сломанная игрушка и пусть я выкинул тебя, но я не хочу, чтобы Пай дарил тебе вторую жизнь. Твое место на помойке. — Неправда! Я расскажу все Прапаю и он живого места на тебе не оставит. — Только сделаешь ему хуже. Он ведь еще не знает, как мы с тобой развлекались, верно? — Ему плевать на мое прошлое. Он любит меня таким, какой я есть. — Вот ради этой любви ты и должен его бросить. Ты ведь не хочешь, чтобы он случайно разбился на гонках? — при этих словах Ган вынул зубочистку изо рта и сломал ее между пальцами. — Ган, почему ты просто не можешь оставить нас в покое? — Потому что Пай — высокомерная выскочка и только так я смогу опустить его с небес на землю. Так, что ты выбираешь: коротенькую любовь или долгую жизнь для своего парня? Понимаю, выбор нелегкий, поэтому даю тебе два дня и да, Прапаю об этом знать не стоит, а то мало ли что может случиться. Бывший потрепал парнишку по щеке и ушел в неизвестном направлении. Скай поспешил вернуться на площадку, но старт уже объявили и гонщики, взревев моторами, унеслись прочь. В глазах у младшего все плыло, в ушах стоял гул, а сердце молотило не хуже мотора мотоцикла. Он схватился за руку Рэйна, чтобы не упасть, а тот увидев, как его друг побледнел, вывел его из толпы и усадил на стул. Парнишка сунул ему в руку бутылку с водой и тот выпил за раз половину. — Эй, Скай, что с тобой? — заволновался Рэйн. — Не знаю, — ответил он. — Внезапно как-то накатило. — Ты точно здоров? — Да, видимо, просто переутомился на занятиях. — Ну, теперь-то ты можешь расслабиться, потому как у нас каникулы. Мы с Пи`Пхайем едем к морю отдыхать, а вы с Пи`Паем куда? — Мы еще не планировали это. — Ну, думаю, Пи готовит тебе сюрприз. Потом расскажешь, какой. — Хорошо. Старший как всегда пришел к финишу первым и, сняв шлем, кинулся к своему парню. — Скай, с тобой все в порядке? — спросил он, осматривая его. — Да, не волнуйся, — ответил тот, слабо улыбнувшись. — Но ты выглядишь довольно бледным. — Пи`Пай, я устал. Давай вернемся домой. — Как скажешь, малыш. — Пай! — радостно сказал Пхайю, подходя к нему. — Ты как всегда непобедим! — Спасибо. — Как тебе новые мотоциклы? — Первый вообще улет, по дороге будто по маслу скользит, а вот второй заставил меня попотеть. — Что с ним не так? — В какой-то момент я подумал, что у него заклинили тормоза. Я разогнал его до предела, сам понимаешь, какая это скорость, а впереди поворот. У меня вся жизнь перед глазами пронеслась, пока я разрабатывал ручку тормоза и перед самым поворотом она наконец-то заработала. — Хм, странно. Мотоциклы одной модели только разных производителей. Надо будет разобрать его и посмотреть, заводской ли это брак? — Хорошо, потом расскажешь, что выяснил, а сейчас мне нужно отвезти Ская домой. Ему как-то внезапно стало плохо. — О, да, конечно. Старший помог подняться младшему и, усадив его в машину, повез к себе домой. Ранее в этой квартире побывало множество симпатичных парней и девушек, потому как Паю было без разницы кого трахать, лишь бы получить свое удовольствие. Однако, с появлением в его жизни Ская, он даже обстановку в помещении поменял, чтобы напрочь стереть свое безрассудное прошлое. Младший изъявил желание вместе принять душ, где под струями воды не было видно его слез. Гонщик чувствовал, что с парнишкой что-то не так, но тот изо всех сил жался к нему, прося ласки, и он не мог ему отказать. Развернув того лицом к стенке, парень приподнял ногу младшего и слегка толкнулся возбужденным членом в маленькое отверстие. Студент сам насадился на него до конца, отклячив попку, и старший не стал сдерживаться. Он осыпал плечи и шею Ская поцелуями, вдалбливаясь в него до основания, а тот упирался руками в стену, всхлипывая от наслаждения и обиды одновременно. Прапай, чувствуя скорую разрядку, опустил руку к члену младшего и стал надрачивать ему. Тело парнишки затряслось от накатившего оргазма, и он откинул голову на плечо гонщика. Тот крепко прижимал его к себе, делая заключительные толчки, чтобы продлить удовольствие. Позже парень помог студенту помыться и, завернув того в махровый халат, на руках отнес в спальню. Он уложил его на широкую кровать и накрыл одеялом, а сам хотел собрать разбросанные вещи, но Скай схватил его за руку и попросил: — Пи`Пай, не уходи. — Ну, что ты, малыш, я только… — начал было он. — Пожалуйста. Старший заметил, как в глазах паренька засверкали слезы и поспешил крепко обнять его. — Может, ты расскажешь мне, что с тобой происходит? — спросил он, прижимаясь к спине младшего и гладя его по влажным волосам. — Ничего, — ответил тот, крепче сжимая его руку. — Я просто не хочу, чтобы ты уходил. — Но я и не собирался. Малыш, тебя опять что-то тревожит? — Скажи, Пай, а что для тебя значат гонки? — О, это словно наркотик, от которого невозможно отказаться. В моей крови бушует ветер, и я не могу жить без этой бури эмоций. — А если бы я попросил тебя бросить гонки, ты бы смог отказаться от них ради меня? — Скай, я не понимаю, к чему ты задаешь такие вопросы? — Просто ответь, если бы вопрос встал между жизнью и смертью, ты бы смог отказаться? — Ну, скорее всего, да. Ведь без гонок я смогу прожить, а без тебя — нет. — Тогда пообещай мне, что больше не будешь в них участвовать. — Скай, да объясни, что происходит? Почему ты ставишь меня перед таким выбором? — Просто пообещай, чтобы я знал, что с тобой все в порядке. — Малыш, ты испугался за меня сегодня? Прости, но я с такими поломками много раз сталкивался, поэтому знаю, как действовать в таких ситуациях. Не бойся, со мной ничего не случиться, и я всегда буду рядом. От этих слов Скаю стало еще больнее и слезы ручьем потекли из глаз. Пай гладил его, успокаивая, пока тот не уснул, а на следующий день ему пришлось в срочном порядке уехать в командировку на три дня. Это было на руку младшему, поэтому он спокойно собрал свои вещи и, закрыв комнату в общаге, уехал к отцу. Никто не знал, где он живет, даже Рэйн, поэтому студент планировал отсидеться там все каникулы. Прапай вернулся домой и, нигде не найдя Ская, оборвал ему весь телефон своими звонками. Наконец-то тот соизволил ответить, но голос у него был ледяной, что совсем не понравилось старшему. — Скай! — обрадовался он, услышав его. — Ну, наконец-то! Куда ты пропал? Я нигде не могу тебя найти. — А больше и не нужно искать, — холодно ответил тот. — Почему это? — Потому что я больше не вернусь к тебе. — Так, ты можешь толком объяснить, что случилось, пока меня не было в городе? — Ничего, просто я так решил. — С чего вдруг? Все же хорошо было. — Это тебе так казалось. Я лишь подыгрывал твоим нелепым чувствам, но мне это надоело. Ты больше мне не интересен, Пай, я устал от тебя. — Скай, но как ты можешь называть мои чувства нелепыми? Я ведь правда люблю тебя. — А я нет. Я знал, что ты от меня не отстанешь, поэтому решил поддаться, но игра затянулась и я больше не хочу продолжать ее. — Игра? — Да. Помнишь, ты в шутку сказал, что я охотился на тебя? Так вот это было правдой. Завоевать твое сердце было плевым делом, поэтому мне стало скучно. — Я не верю тебе! Это не ты говоришь! — Думай, как хочешь и не смей меня искать. Что бы ты не делал, я уже не тот доверчивый мальчик, так что продолжай дальше поддерживать свою репутацию соблазнителя. Младший отключился, а по щекам старшего ручьем текли слезы обиды. В груди сильно болело и воздуха не хватало в легких, поэтому он швырнул от злости телефон об стену. Тот от сильного удара разлетелся на осколки, как и преданная любовь хозяина. Он заперся у себя в кабинете в офисе и выпустил наружу свои эмоции. Гонщик не мог поверить, что его милый, скромный и мягкий Скай мог так резко измениться за какие-то три дня. Здесь явно что-то поспособствовало этому, а возможно, даже и кто-то. Старший давно заметил, что студент что-то старательно записывал в тетрадь, но всегда прятал ее от его глаз. Наверняка, это был дневник, который хранил в себе самые сокровенные мысли своего хозяина. В нем-то, скорее всего и содержится ответ на такое поведение младшего. Успокоившись и приведя себя в порядок, гонщик решительно направился в общежитие. Вахтерша знала его, поэтому спокойно выдала запасные ключи от комнаты Ская. Парень перерыл все ящики, но заветной тетради так и не нашел. Он сел на диванчик, обхватив голову руками, и тут его взгляд упал на стопку книг, которые лежали не на полке, а на тумбочке. Среди них затесалась тонкая тетрадь, которую так искал старший. Он откинул ненужные книги и прочитал все, что было написано в ней. Слезы вновь залили его лицо, и гонщик понял, как его жестоко обманули. Скаю тоже было нелегко после разговора с парнем. Его сердце разрывалось на мелкие кусочки от того, что он больше никогда не сможет обнять любимого.