Мы изменились

С тех пор, как Сынмин и Чонин решили петь в группе, прошло четыре года. Ким помнил, как им предложил Сил, ударник, спеть с ними. Первая репетиция прошла отлично, группе под названием "АйКен" понравились парни и, недолго думая, Минни и Йенни присоединились к ним. Первое выступление пошатнуло нервы друзей. Минни жутко нервничал, весь день кусок в горло не лез, а ведь выступление проходит вечером. Про Йенни так вообще лучше промолчать. Друг ходил с таким лицом, как будто его вот-вот вырвет. Парням не помогали ни поддержка парней из группы, ни компания Феликса и Хана и их слова о том, что они будут на концерте, и если тем будет совсем трудно, они могут смотреть только на них. Их они же не стесняются. Парни занервничали ещё больше, когда пришли на репетицию в клуб, где должно проходить выступление. Помещение было огромное, и когда Ким представил, сколько тут может быть народу, то хотелось плакать. А Йенни реально подумывал о побеге. Группа "АйКен" была молодая, мало кто про неё знал, и может, людей будет не так уж и много? Ким тяжело вздохнул. Группа, может, и мало известная, а вот сам клуб очень даже, и если народ придёт не к ним, то просто сюда, точно. И вот прошла финальная репетиция, а после настал и сам долгожданный вечер. Сынмин с Йенни стояли за сценой и смотрели, как клуб заполняется людьми. Много. Очень много. Сынмин чувствовал, как колени подрагивали, и живот сводило от волнения. - Йенни, ты посмотри, сколько народу. Как думаешь, они все будут нас слушать? Сынмин смотрел на людей, а друг молчал. Что же, это было понятно, Чонин тоже волновался и даже сильнее, чем Сынмин. - Офигеть просто. Будет круто, если им понравится. - Продолжил парень, несмотря на друга. - О, Ликс и Хан идут. Сынмин помахал друзьям, привлекая их внимание. - Привет, Минни. Ну, как ты? Сильно нервничаешь? - Спросил Феликс, сам при этом нервно крутясь, как будто он сам сейчас выйдет на сцену. - Не представляешь, как. У меня сейчас сердце выскочит. - А где Йенни? - Спросил Хан, заглядывая за плечо друга. - В смысле "где"? Тут стоял. Сынмин обернулся и... Не увидел Чонина. - Не понял. - Ким завертел головой в поисках друга, и тут Феликс указал куда-то в сторону. - Вон он. Возле двери. Почему младший возле входа? Неужели собрался сбежать? И без него? Ага, сейчас. Сынмин ускорил шаг, догнал и схватил друга за локоть. - Йенни, ты куда? Только не говори, что уходишь. - Эээ... - Он завертел головой в поисках спасения, но ничего не найдя, неуверенно протянул: - Что-то мне не хорошо. Пойду я, наверное... - Я тебе, блять, пойду! - Остановил его Сынмин. - Йенни, ты понимаешь, что если ты сейчас уйдёшь, то подставишь не только меня, но и парней. Они же рассчитывают на нас. - Но я... - Йенни, мы видим, что ты боишься. Но это нормально. - Вставил Феликс. - Помнишь, что мы говорили? - Заговорил Хан. - Если надо, смотри только на нас. - Не смей меня бросать. - Прошипел Сынмин. - Ты думаешь, я не боюсь? Боюсь. Но я думал, что рядом со мной друг будет. Я был уверен, что не один. А сейчас что получается? Ты убегаешь. Йенни опустил глаза в пол, потом, сделав вдох, обвел глазами друзей. - Ладно. Ты прав. Прости. Йенни развернулся к выходу. - Стоять! Куда? - Да успокойся. - Чонин вырвал руку из цепких пальцев Сынмина. - Я курить хочу. - Чонин достал упаковку сигарет из кармана. - Все это точно посадит мои лёгкие. Чонин ушёл и вернулся через минут десять. Ким поморщился, чувствуя ужасный запах никотина, но ничего не сказал другу, рад был и тому, что он все же тут. Тогда концерт прошёл успешно, публика хорошо приняла новичков и с того времени людей все было больше, а парни чувствовали себя все увереннее. Прошло четыре года и вот сейчас группа "АйКен" проводит репетицию для очередного выступления все в том же клубе. Несмотря на то, что друзья уже много раз пели перед народом, Ким все равно чувствовал лёгкое волнение, и больше не от самого выступления, а от того, как публика примет их новые песни. Они, как обычно, сначала выступят со старыми, которые люди уже знают и даже подпевают. В такие моменты Сынмин и Чонин чувствуют себя счастливее всех. Как всегда, Сынмин и Чонин позвали друзей. Они уже поняли, что Бан Чан и Чанбин подружились с Саном и компанией, поэтому Ким не удивился, когда тот сказал, что и старшие придут. Конечно, это не упрощало ситуацию. Ким все ещё переживал выступать перед Бином. Он не знал почему, но мысль, что старший будет на концерте, вызывало панику. Хотя, одна догадка всё же была. Школьный страх давал о себе знать. И те едкие слова всплывали в голове, но Ким старался их отбрасывать. Особенно после их разговора хотелось верить, что Бин лучшего о нем мнения. Вечер наступил быстро, Мин и Чонин стояли возле сцены и смотрели, как клуб постепенно заполняется людьми. Много. Все так же много. - Не могу. Пойду выйду. - Чонин достал сигареты и пошёл на улицу. Сынмин закатил глаза и повернулся к столу, где всегда сидели друзья, но толпа закрывала обзор. - Минни! - Феликс помахал ему, рядом с ним шёл Хан. - Привет. - Где Йенни? - Как всегда. - Сынмин кивнул головой на дверь. - М-да. Надо ему, что ли, пластыри купить. - Протянул Хан. - Не поможет. - Засмеялся Мин, и парни его поддержали. Друзья прекрасно знали, что младший без сигареты не проводит ни дня. - Эй, Мин. К краю сцены подошёл Сил. - Через пять минут начинаем. И желательно, чтобы Ян тоже тут был. - Усмехнулся ударник. - Я понял. Он сейчас придёт. - Ладно, мы пойдём. - Хан хлопнул друга по плечу. - Удачи. - Улыбнулся Феликс, и друзья ушли. Сынмин поднялся на сцену и подошёл к ребятам из группы. Те проговаривали ещё раз свои партии. Надо сказать, что помимо Сынмина и Чонина в группе пели ещё трое парней. Но, когда Мин и Йенни появились в группе, то парни чаще всего играли на инструментах. Сынмин был вначале в шоке. Как так, что певцы сами отказываются от вокальных партий? Но те его успокоили и признались, что самим больше нравится играть. Обговорив ещё раз все мелкие детали, парни разошлись по своим местам, когда Сынмин взял в руки микрофон, на сцену влетел Йенни, он поднял руку, мол "я тут", и взял другой. На сцене зажглась подсветка по краю, свет в клубе померк ещё больше. Народ начал собираться вокруг и Сынмин и Чонин заметили друзей. И вот вокалисты группы стали на свои места, и зазвучала музыка. Ребята начали со старых песен, ещё с тех, когда в "АйКен" не было Минни и Йенни. Они были немного мрачноваты. Там пелось про кровь, одиночество и боль. Честно говоря, когда Ким только услышал эти песни, то сразу чуть не впал в депрессию. Серьёзно. В его жизни тогда и так света мало было, а с этими песнями так вообще только плакать да вены резать. Но народу нравилось и нравится до сих пор, поэтому он спокойно их исполняет. Когда ребята узнали, что им тоже можно писать текст, Сынмин сразу решил "разбавить" это мрачное болото. В его песнях тоже было про одиночество, но только без смерти. В песнях Чонина иногда даже было про радость и любовь к жизни, что очень удивило его друзей. Сынмин ходил по сцене, исполняя свою партию, бегал глазами по друзьям и тут заметил Чанбина. Парень смотрел на него и не двигался. Рядом с ним стоял Чан, он также не отводил глаз от сцены, и в отличие от остального народа в клубе, стоял на месте. Ким перевёл глаза на других старших и увидел, как Хёнджин стоит за спиной Ликса, а Минхо неловко топчется возле Хана. Друзья, как всегда, подпевали им и, кажется, даже не замечали парней рядом. Сынмин скосил глаза на Чонина, тот тоже смотрел на людей, и что-то подсказывало Сынмину, что внимание его обращено только на одного человека. И, в принципе, не ошибся. Чонин также, смотрел на Чана, и правда пытался сосредоточиться, поэтому тряхнул головой и отошёл в сторону. Вот почему он не хотел, чтобы старшие приходили. С тех пор, как они вернулись, Йенни слишком много думает о Чане, а после последних событий, так вообще поехал крышей. Сейчас, на концерте, Йенни пытается не смотреть в сторону Чана, хотя глаза нет-нет да скользят по старшему. Сынмин следил за партиями участников, а сам думал, как все поменялось. Как так получилось, что он и его друг на сцене выступают с, теперь уже, довольно популярной группой, а тот, кто когда-то сказал, что у него ничего не получится, пусть даже и на эмоциях, теперь стоит и смотрит с восхищением в глазах? Да, все-таки жизнь веселая штука. Ребята переходили от одной песни к другой, и вот зазвучала та, которую Сынмин написал в самом начале своего, так сказать, успеха. "Прибеги ко мне сейчас, Расскажи о своих снах. Знаю, ты тут сейчас. Ну так иди сюда." "Сердце болит стуча, Кровь идёт из этих ран. Ты не видишь, как болит, Но бьешь сильней меча." Сынмин не мог понять, к чему он это написал. Когда он прочитал эти строки Йенни, тот похвалил его и сказал, что это точно всем понравится. Сынмин кивнул, соглашаясь, но сам все думал над странным чувством. Когда старшие вернулись в город, Сынмин долго думал, что многое может пойти не так. И собственно, так и получилось. Но, только вот в худшую ли сторону? Он видел, как Хёнджин стоял за спиной Ликса и не отрывал от него глаз. "Когда ты был в пути, Не думал ты прийти? Одно мне сказать. Всего одно: "Прости". Как Минхо неуверенно бегает глазами по Хану. И судя по тому, как Хан иногда опускает глаза вниз, Сынмин понимал, что Минхо пытается взять его за руку. "Прибеги ко мне сейчас, Расскажи о волшебных снах, Расскажи и я пойму." "Расскажи ты мне про свет, Расскажи про ночь и тьму. Расскажи и я пойму. " Как Чанбин и Чан смотрят на сцену и даже не замечают, как к ним пытаются прижаться какие-то девочки. "Ты сейчас далеко, Ну так вернись ко мне. Прибеги из далека." "Я уверен, ты поймёшь. Что лучше тут, чем там. Я заберу тебя." Как Сан, Кевин и Ники прыгают и подпевают группе, и кажется, до сих пор не догадываются, что происходит с их друзьями. Как Мина и Лана танцуют и разговаривают с какими-то парнями. Но тут Сынмин скорее рад, что девочки быстро приняли всю ситуацию и даже остались друзьями для Феликса и Сынмина. Чему оба парня были рады. "Прибеги ко мне сейчас, Расскажи о волшебных снах, Расскажи и я пойму." "Расскажи ты мне про свет, Расскажи про ночь и тьму. Расскажи и я пойму." Последние строчки подпевали все люди в клубе, а Сынмин и Йенни не отрывали глаз всего от двух парней в этой огромной толпе. После началась песня, написанная Чонином. Там тоже был такой же смысл. Йенни описывал чувства человека, который потерял связь с другом, который уехал в другой город и там завёл новых знакомых. У Сынмина и Чонина много подобного смысла в текстах. У них много написано про расставания и про то, чтобы кто-то вернулся. Парни раньше не понимали, к чему они это пишут. Но теперь, когда они видят, как старшие вернулись и все поменяли в их жизни, они, наконец, поняли. Все эти песни, все эти слова были всегда про одних и тех же людей. Про тех, кто когда-то уехал от них, но должны были вернуться. И вот парни видят этих людей. Видят тех, кто навсегда изменили их жизнь. И возможно, намного раньше, чем младшие думали. На секунду после очередной песни в клубе повисла тишина. Все уставились на сцену. Кто-то в недоумении, а кто-то в предвкушении. Сынмин тяжело вздохнул, положил руку на плечо Йенни и проговорил в микрофон: - Ох, что-то дурно стало. Зазвучали биты, и толпа повторила эту фразу вместе с певцами. Сынмин покосился на ударника и закатил глаза, когда увидел ехидную улыбку. Эта песня в шутку написана Силом, но, к удивлению, она хорошо зашла публике. Песня абсолютно бессмысленная, но может, поэтому она всем и нравится? Сынмин не мог точно сказать, что в этой песне цепляет, но мог сказать одно точно: дебильное тоже может нравиться. И не важно песня это или человек. *** После выступления Сынмин и Чонин пошли к столику, где их уже ждали друзья. Вечер пошёл своим чередом. Ребята болтали о жизни, Ники все нахваливал их выступление, и Кевин его активно поддерживал, а вот Сан, видимо, все же заметил, что в их кругу что-то произошло. Он бегал глазами по девочкам и Сынмину с Феликсом и через пару секунд выдал: - Что у вас происходит? Ребята переглянулись. Конечно, Сынмин понимал, что ВСЕЙ правды говорить они не будут. Не сейчас. Сан вряд ли это поймёт сразу. Особенно ситуацию Феликса. Мина перевела взгляд на Сана, сделала глоток коктейля и спокойно сказала: - Мы расстались. Повисло молчание. Сынмин бегал глазами по друзьям и невольно заметил улыбку на губах Хёнджина. Мин видел, как весь вечер Хёнджин бросает взгляды на Ликса. В глазах старшего читалось недовольство, когда Ликс разговаривал с Миной. Несмотря на то, что они расстались, за столом они сидели так же. Хван был посередине между Саном и Минхо, а Феликс - между Миной и Сынмином, и это явно не устраивало Хёнджина. - Почему? - Пришёл в себя Сан. - Ну, - Мина и Ликс переглянулись, - мы подумали, что так будет лучше. - Понятно. По выражению лица друга было видно, что ему непонятно. - А вы? - Он перевёл взгляд на Лану и Сынмина. - И мы. - Ответила Лана, скрещивая руки на груди. - Вот это да. Весело. Сынмин улыбнулся, видя шок в лицах напротив. Видимо, парни думали, что у тех любовь до гроба и все такое, а тут такой облом. Сынмин повернул голову в сторону и встретился взглядом с Чанбином. Бин переводил взгляд с Ланы на Сынмина, и тот в подтверждение кивнул, брови парня поползли наверх. Да, о том, что они с Ланой расстались, знали не все. Ну а смысл афишировать? Случилось это ещё до того, как Феликс рассказал друзьям, что они с Миной разошлись. Лана тогда позвонила ему и предложила встретиться. Они купили кофе, и тогда Лана сразу предложила разойтись. Сначала это новость немного удивила парня, но потом, когда Лана объяснила, что уже давно чувствует к нему только дружескую симпатию, а не любовную, то согласился. К своему стыду, Сынмин сам понял, что чувствует подобное, только сейчас. Просто за все это время, что они вместе, Сынмин так привык к ней, что перестал различать ту любовь, что была в начале и сейчас. Он вначале переживал, что Лана обидется на него за то, что он больше времени проводит в студии, чем с ней. Но потом, когда увидел, что Лана не в обиде, то просто даже не задумывался о девушке, когда шел на репетицию. Конечно, когда они были вместе, то могли вести себя как парочка. Вот, например, как тогда в клубе. Но было ли это все с чувствами, которые были в начале отношений или просто привычка? Было ли это из-за влюблённости в девушку или из-за того, что он хотел показать Чанбину, что он не один? В любом случае, сейчас, в клубе, он чувствовал себя комфортно. Рядом друзья и теперь нет того чувства, будто он делает что-то не то. Теперь, когда он спокойно может смотреть в глаза Чанбину, он чувствует, что все хорошо. Чонин тоже нормально разговаривал с Чаном. Хотя, вот это было и понятно. Чонин чувствовал, как Чан под столом берет его за руку и несильно сжимает. Ян видел, как на щеках старшего появляются ямочки, и он не мог поверить, что наконец они адресованы ему. Чонин понимал, что не все так просто будет, но и упускать он такую возможность явно не собирается. Теперь Чан от него так просто не отделается. После того случая Чан приглашал его в разные места. Они были в кафе, в кино и просто гуляли. После каждой встречи они старались не прыгать сразу в кровать. Понимали, что явно торопятся. Поэтому останавливались только на поцелуях. К своему кошмару, Йенни понимал, что не против и повторить ту ночь. И судя по тому, как блестят глаза старшего, тот тоже не возражал. Что же, сегодня ещё не поздно воплотить мечты в реальность. *** Спустя два дня после концерта Сынмин, как всегда, пошёл на репетицию, но зайдя в комнату, он остановился, как вкопанный, когда увидел гостя. - Привет. - Поздоровался Чанбин, отходя от стола, на котором сидел. - Ты что тут делаешь? Сынмин подошел к стене и бросил на пол рюкзак. - К тебе пришёл. - Чего хотел? Чанбин неловко потоптался на месте, а потом подошёл ближе. - Поговорить. - Говори. Но быстрее, у меня репетиция. Йенни скоро придёт. На губах Бина появилась лукавая улыбка. - Сомневаюсь, что он придёт скоро. - Чего? Почему? - Сынмин нахмурил брови. - Я, когда сюда шёл, видел, как он с Чаном обнимался возле входа. Сынмин закатил глаза. - Понятно. Честно говоря, он не думал, что Йенни так быстро позволит Чану приблизиться к себе. Да, они переспали. Но все же. Должна же быть хоть капля гордости? - Мин. Сынмин поднял голову на парня и тут же дёрнулся от неожиданности, когда почувствовал чужое дыхание на своих губах. - Ты чего? Отой... Он не успел договорить, не дали губы на своих. Чанбин взял его лицо в ладони и сильно притянул к себе, не давая отвернуться. Парень целовал медленно, поочерёдно сминая и слегка прикусывая то верхнюю, то нижнюю губу. Сынмин стоял в шоке и поначалу никак не реагировал. Но все же, в какой-то момент его мозг отключился, глаза закрылись, а руки оказались на талии Бина. Поцелуй кружил голову и заставлял вообще не думать. Хотя было о чем. Но сейчас, в этот момент Сынмин понимал, что это подождёт. В этот момент он хотел просто наконец почувствовать то, что не давало ему покоя с того разговора в пятницу. Да, Сынмину понравилось с ним тогда целоваться и он соврет, если скажет, что не хотел бы этого снова. Сынмин сильнее прижался к парню и почувствовал, как с каждым движением губ Чанбин становился смелее. Ноги Мина уже отказывались его держать, он сделал неловкий шаг назад, и в этот момент Чанбин поднял его и усадил на стол. Руки старшего бегали по телу Минни, а губы перешли на шею, Сынмин запрокинул голову назад, давая полный доступ к ней. Его глаза были закрыты, а губы прикусаны. Он почувствовал на своей коже, под пайтой, руки парня и... откуда-то услышал громкий стон. - Это ещё что такое? - Сынмин открыл глаза и завертел головой. Чанбин тоже от него оторвался, но почти сразу уткнулся ему в плечо и засмеялся. - Ну я же сказал, что видел Чана и Йенни. Видимо, Чонин сильно опоздает на репетицию. - Сука. - Тяжело вздохнул Сынмин, он точно убьет Йенни. Нашёл, блять, место и время. - Хочешь, уйдём? - Тихо спросил Бин. - Ну уж нет. Сынмин поднял голову парня и поцеловал его. Руки он запустил ему в волосы и сильно сжал их. Может быть, стоило уйти. Может быть, надо было остановиться. Но е-мае, как же не хотелось. Плевать, что за стенкой раздаются стоны его друга. Плевать, что они в принципе в студии. Плевать вообще на все. Важно только то, что Сынмин наконец целует человека, которого давно любит. Важно то, что этот человек отвечает взаимностью. И важно то, что это точно не конец, а очень приятное начало. *** Чонин не понял, в какой момент он позволил Чану раздеть себя в одной из комнат студии. Чонин не понял, как так же раздел Чана. Он в принципе не понял, как это произошло. Да и, честно говоря, похер вообще. Произошло и произошло. Он просто шёл на репетицию. Он просто встретил Чана, они просто поцеловались и... просто оказались голые здесь. Чан уложил его на небольшой диванчик, а сам навис сверху, оставляя засосы везде, где только мог. Ни Чонина, ни Чана вообще не волновало, где они находятся и что за стенкой, скорее всего, уже ждёт Сынмин. К черту, к черту, к черту. Только Чан, только этот диван и только те чувства, которые он испытывает рядом с ним. Да, они торопятся. Да, они толком даже не встречаются. Чонин просто сходит с ума под этим парнем и захлебывается в тех эмоциях, что сейчас переполняют его. Первый стон вырывается быстро, резко и громко, как и движения Чана. Чонин цепляется пальцами за плечи парня и пытается ближе прижать его к себе, а тот лишь закусывает губы и ускоряет движения. Ян стонет, не сдерживая себя, и подвиливает бёдрами. Он старается запомнить все моменты, что сейчас происходят. Но, Боже, как же трудно. И есть ли вообще смысл? Кто сказал, что это в первый и единственный раз? Правильно, никто. Чонин оставляет красные царапины на спине Чана и понимает, что теперь точно никуда того не отпустит. Да, он когтями, зубами вцепится в него, но Чан будет рядом. Возможно, это похоже на паранойю? Или на отчаяние? Для Йенни это похоже на любовь. Странная, сводящая с ума, но любовь, которую вбивает в него Чан с каждым движением, с каждым поцелуем, с каждым нежным словом. Они скоро пришли к пику и теперь лежат и пытаются перевести дыхания. У Чонина нет сил на то, чтобы даже сжать руку в кулак, и у Чонина абсолютно нет голоса для репетиции. Он надеялся, что друг простит его. И поймёт. - Прости, Минни. - Тихо произносит Йенни и чувствует, как сильные руки тянут его в объятия. Чонин поворачивает голову, и в тот момент, когда губы Чана касаются его, он слышит стон. - Видимо, Сынмин тоже будет перед тобой извиняться. - Со смехом говорит Чан и затягивает младшего в поцелуй. А Чонин простит его. И поймёт.