Красное

В первый раз он, не колеблясь, нажал кнопку, и пламя тут же охватило тело. Боль проникала в самый мозг, разрушая сознание, но он был уверен, что это ненадолго. Во второй раз он колебался всего мгновение, прежде чем нажать, и был совершенно не рад боли, которая по идее должна нести избавление. Тогда он впервые заметил, что пламя было неестественно алым. В седьмой раз он решил сдаться и не нажимать чертову кнопку, но ведьма, стоявшая за его спиной, решила по-своему, и алое пламя снова охватило его. В следующий раз он решил не брать взрывчатку. Проверил и выверил весь план до мелочей, но ампула с вирусом лопнула в его грубой ладони. Это, наверно, был самый долгий день, что он жил. Хотя правильнее было назвать те несколько месяцев, что он боролся с новой болезнью, кромешным адом. Теперь красным вместо пламени была его собственная кровь. Ещё двадцать семь раз он пытался сбежать. Едва открыв глаза, он хватал свои вещи и пытался покинуть Лагос всеми возможными путями. Четырнадцать раз ему даже удалось покинуть город, но вечер всякий раз встречал его кроваво-красным закатом. Сорок восемь попыток он пил. Он даже не уходил далеко от квартиры, в которой прятался. Вино, оказывается, тоже могло иметь пугающе багровый оттенок. Еще семь дней он сходил с ума. Оказывается, больно могло быть не оттого, что в тебя стреляли, а оттого, кто в тебя стрелял. Страшнее было оттого, что глаза Джеки имели странный рубиновый блеск. В очередную попытку он просто лежал на кровати и пялился на потолок, пытаясь анализировать себя и происходящее. На закате рука сама потянулась за оружием. Красные брызги на стене смотрелись как полотно какого-нибудь абстракциониста. Брок успел заметить. Он не считал дальнейшие попытки. Вновь и вновь по одному и тому же сценарию убиваясь о Капитана. Это было настолько рутинно — умирать, — что в какой-то момент даже невольный участник постановки стал что-то замечать. Но Брок сказал «Баки», и оказалось, что красное на щите Капитана Америки тоже смотрится неплохо. Он угнал джет. Пока компания Мстителей готовила полномасштабную операцию, он угнал джет. Не с первого раза. Для того чтобы научиться им управлять, а потом провернуть успешное похищение, ушло попыток сто, но кто считает? Может быть, только тот, кто видел рыжие лепестки пламени после падения самолета. Малиновый. Этот цвет казался Рамлоу правильным. Брок стоял на площадке перед открытой дверью небольшой квартирки и рассматривал потрепанную малинового цвета кофту, рукав которой не до конца прикрывал железную кисть. – Доброе утро, Солдат. – Командир, – прошептал обладатель железной руки с несмываемой ярко-красной звездой, – ты всё же пришёл. Я знал, что ты придешь! – Иначе и быть не могло, – выдохнул Брок в мягкие карминовые губы. Под веками снова затопило красным, но теперь этот цвет не пугал.