Еще одна из рода Блэк

Когда они переместились на берег острова Фолнесс, Гарри пошатнулся, Дорея поддержала его под локоть, Когда они переместились на берег острова Фолнесс, Гарри пошатнулся, Дорея поддержала его под локоть,  но он как будто не заметил этого.  - Гарри ты в порядке? – немного взволнованно спросила волшебница. Подросток неопределенно мотнул головой, - да, я просто никогда не видел моря, - ответил он, продолжая смотреть на воду. Дорея хмыкнула и потянула его за собой, - пойдем, у тебя еще будет время налюбоваться и поплавать, если ты захочешь, покажу тебе заклятие головного пузыря. - Правда? – Гарри наконец-то посмотрел на нее, и в его глазах светилось незамутненное счастье.. - Конечно, - девушка неловко пожала плечами и тут же настроилась на деловой тон. - Сейчас ты не должен отпускать мою руку, нам важно войти через ворота именно так, чтобы защита распознала это как добрую волю с моей стороны. Гарри мгновенно усилил хватку на ее руке.  - Не бойся, - Рея слегка покачала их сцепленными руками, - с тобой ничего не случится, я уже хозяйка этого места, но защита должна убедиться, что я добровольно тебя пускаю. Они прошли по песчанному берегу и вышли на каменную дорожку, Кричер все это время тенью следовал за ними, щелчками пальцев обновляя дорожку и убирая сор. Наконец они пришли в просторный зал, на стенах которого раскинулся герб. Дорея повела рукой, и в полу образовался проход, сердце Гарри участилось, но не из-за страха, а от предвкушения. Свет лапм отражался от стен и в этот момент, лицо Дореи показалось Гарри  гротескным. Но когда она, спустившись на одну ступеньку в темный проем, протянула ему руку, Гарри не колеблясь, вложил в нее свою. Спуск был не долгим, Дорея ступила на твердый пол, и над ними вдруг зажглись холодные огоньки похожие на звезды.  Подросток огляделся, не смотря на обилие черного мрамора и большой обсидиановый алтарь по центру зала, атмосфера не казалась пугающей. Пол был пронизан золотыми прожилками, складывающимися в определенный рисунок из концентрированных переплетающихся кругов.  Дорея, продолжая держать его за руку, подвела к алтарю и приложила его руку к центру, накрыв сверху своей.  - Узри Род и Защитник, крестного сына моего и прими под защиту. Я глава рода, клянусь магией своей оберегать и настявлять Гарольда Джеймса Поттера, да будет магия мне свидетелем. Гарри почувствовал легкий укол в ладошку как от статического электричества и девушка отпустила его руку.  - теперь тебе нужно сказать что ты согласен, Гарри, - Дорея говорила очень мягко. К ее  огромному облегчению, Гримм не проявился и не напугал мальчика, хотя она и чувствовала его присутсвие.  -Я Гарольд Джеймс Поттер, принимаю защиту и обязательства, моей крестной матери. Рунный круг на поверхности алтаря засветился золотым и погас. - Ну вот и все, - Дорея ласково провела ладонью по его волосам. Подросток был задумчив, и колдунья не стала ему мешать, ему нужно было все осмыслить. Она смотрела на парня, пока он рассматривал гобеленовый зал и рассеянно потирал ладошку.  - Гарри, - позвала Рея, - нам пора возвращаться, у нас еще много дел на сегодня.  Тот обернулся, но через секунду вернул внимание к гобелену. Они оба остановились, наблюдая как имена Дореи Вальбурги Блэк увенчанной короной и имя Сириуса Ориона Блека соединяются серебристыми линиями с именем Гарольда Джеймса Поттера, на глазах выткавшемуся на полотне.  - Как я и думала, - Рея тяжело вздохнула. Гарри поднял на нее вопрошающие зеленые глаза, - Что вы думали? Дорея снова взлохматила ему волосы и ответила, - то, что ты соединился и с Сириусом тоже, означает, что он уже был твоим магическим крестным, а значит, никоим образом не мог поставить твою жизнь под  угрозу. На секунду в глазах девушки мелькнула уже знакомая грозовая волна серой тьмы, но затем она взяла себя в руки. - Все что происходило с твоей и моей семьей в последние двенадцать лет, вызывает у меня большие вопросы, - и без перехода, - Кричер! Гарри подпрыгнул. Домовик по обыкновению появился сию же секунду с глубоким поклоном. - Госпожа? – проскрежетал он, не разгибаясь. - Ой, да прекрати ты!- Дорея усмехнулась. Домовик разогнулся и сверкнул лукавыми выпученными глазами. - Скажи, ты можешь переместиться в Малфой-менор? - Кричер не может перенестись в Малфой-менор госпожа, но он может перенестись к хозяйке Нарциссе. - Ах ты, старый интриган, - Дорея фактически умиленно посмотрела на домовика, и тот раз улыбался во весь свой немаленький рот Они с Гарри перелетели через море на древних метлах, после того, как на вопрос «хорошо ли он держится на метле» подросток фыркнул и оскорбленно сообщил, что он вообще-то самый молодой ловец за последние сто лет! Затем, переместившись парной аппарацией на Гриммо (Гарри мог поклясться, что оставил все свои внутренности в предыдущей точке! На что Дорея только посмеивалась и обещала, что с каждым разом становится легче) Дорея засела за прибывшие совиной почтой папки с документами, а он взялся за «квидич сквозь века», любезно ему предоставленный, и старался не мешать сосредоточенно нахмуренной девушке. В какой то момент Дорея рассеянно спросила, продолжая что- то писать Олиным пером-, Гарри можно я воспользуюсь Хедвигой? Парень кивнул, вовсе глаза смотря на волшебницу, которая наклонялась все ниже над каждым свитком пергамента, чуть ли не возя по строчкам носом. Но тут с хлопком появился домовик на лапке с кожаным нарукавником которого, сидела абсолютно черная сова с лиловым отливом на маховых перьях. В это же время, в Малфой-меноре, Нарцисса Малфой чинно попивавшая пятичасовой чай, чуть не получила удар, когда перед ней появился знакомый с детства домовик. Важно поклонившись, он прокаркал, - Род Блэк восстал, Глава рода передает вам свои наказы и наставления, - с этими словами он передал в дрожащие руки леди Малфой конверт с оттиском перстня главы рода, и с тихим хлопком исчез. - И что это за птица?- Дорея растеряно смотрела на внушительную птицу, которая довольно устроилась на ее плече и чистила перья. - это черная сипуха, Госпожа, - прокаркал Коичер, и Дорее показалось что он ухмыляется. - Это самая достойная птица, что я смог найти, - домовик поклонился в пол. Рея хмыкнула, ну да и то что она «блэк», не играло роли… Кричев разулыбался, - эту птицу невозможно обнаружить и захватить, она достойна вас. - Да уж полярная и черная совы улетают из одного места, и никто ничего не заподозрит… *** Андромеда не находила себе покоя уже несколько дней. Она металась по небольшой гостиной их дома, в пригороде Лондона, как зверь в клетке. Ее магия бурлила и не находила выхода, таких приливов она не чувствовала давно. Ее родители умерли, когда ей было девятнадцать, титул лорда перешел к ее дяде Ориону, после смерти отца. А в двадцать лет она вышла замуж за маглорожденного Тедда Тонкса, и Вальбурга выжгла ее из рода. Сначала Андромеда или Энди, как звали ее сестры, ничего не ощутила, ее магия была, как и прежде сильна. Она тогда с презрением думала, что поддержка рода, это глупые спесивые сказки, призванные уверить наследников фамилии в собственном превосходстве и держать их в узде. После рождения Нимфадоры, она испытала легкий укол в сердце, что никогда не сможет представить дочь у алтаря, как делали многие поколения Блэков, но после она отринула эту мысль. Все ее новые знакомые даже и не помышляли понятиями: магия рода, сила рода, ответственность перед родом. Она тогда пыталась отмахиваться от них, как молодая строптивая породистая кобыла. Да у нее были проблемы и с мужем и с дочерью. Тед всегда по-доброму насмехался над ее замашками аристократки, и постепенно Энди привыкла вести себя по-другому. Её дочь родилась магически сильной и с давно не пробуждавшимся в семье Блэков даром метаморфа, но она была неуклюжа, опасно для своих и чужих жизней неуклюжей, и не могла совладать со своим даром. В какой панике была Андромеда, когда дочь после Хогвартса собралась поступать в академию Аврората. Она боялась, что та покалечится или погибнет сама и утянет за собой кого-то из коллег. Но Тед поддержал дочь, даже гордился ей, и на все опасения жены добродушно посмеивался, что взять с женщины и матери. Андромеда уже не помнила, когда она стала такой. В ее детстве воспитанию девочек уделялось столько же времени, сколько и мальчикам. И это не только этикет, вышивка и сплетни. Блэки не были бы Блэками, если бы не воспитывали из каждого своего ребенка воина. Андромеда и Белла как старшие (у них была разница всего в полтора года) обучались и фехтованию, и боевым и искусствам и конечно боевой магии, продвинутой трансфигурации и заклинаниям. Тетушка Вальбурга преподавала всем шести отпрыскам темного семейства зельеварение и яды, так как была признанным мастером. Ее кузены, ввиду своего малого возраста, не уделяли этой науке должного внимания, хотя единственная девочка – дочь Лорда, всегда старательно выполняла задания матери. Андромеда помнила и горящий энтузиазмом и восторгом взор Беллы, спокойную заинтересованность и воодушевление Нарциссы. Андромеда раздраженно смахнула непрошенную слезу с щеки. Она все это помнила, не помнила и не понимала только, когда ее старшая и самая близкая сестра скатилась в безумие и жестокость, а младшая, самый яркий цветок их рода, такая живая, светлая и непосредственная, стала чопорной леди Малфой. Да в последнее время Андромеду одолевали мысли о прошлом, те которые не тревожили уже двадцать лет. И в это же время она чувствовала приток сил, такой поток магии в последние три дня, которых не ощущала с юности. Расхаживая по гостиной своего домика, она нервно заламывала руки, как-будто в ожидании чего-то. И она дождалась… В дверь вдруг кто-то сдержанно и весомо постучал. Не медля ни секунды Адромеда кинулась ко входу и распахнула дверь. И в ту же секунду замерла от шока, перед ней стояла Белла, такая какой она ее помнила, не старше двадцати лет.