Будь со мной, любитель неприятностей...

— Костя мне никогда не простит — Это он мне не простит! Ты же меня попросила с ним побыть немного, пока за ключами ходила, а я с этим не справился.. — А может быть такое, что это Люба ему дала что-нибудь? — Может, но она тоже мать, вряд-ли. Я бы не доверил ей Глеба, если бы не был уверен. — Ты прав... — Скорее всего нашёл что-то, что вызвало такое раздражение. Может в коридоре, может еще где. — Тут? — Ты чего, у тебя тут нет ничего! — Вот машинка какая-то. — Любы наверняка. — Возможно... Паш — А? — А если он нам больше не доверит Глеба? — Ну, земля не остановится, да и куда он денется? — Паш.. А он телефон взял ведь? — Ты звонить собралась? — Да, Рыков, звонить, извиняться! Ребёнок всё-таки. — А я знаю как заполучить доверие Кости — Как же? — взяла в руки телефон — Давай детишек заведём? — И чем это поможет? — Ну как же, он увидит какая ты хорошая мать! — И мне уже будет не до Глеба. — Тогда давай тебе котёнка заведём? — Ага, и ты его приготовишь в микроволновке? — Ой.. ц.. — закатил глаза — Я не права? — усмехнулась — Алло, Кость, ну что там, как? — Бебебе — передразнивал Олю Паша — Я извиниться хотела, плохо получилось... Да, найду что могло вызвать такую реакцию — Угу — зарылся в её волосы — поищем — Рыкофф! — пихнула — Да, поняла, спасибо что не сердишься! — выключила телефон — Ну что ты лезешь? — Оль, ну я соскучился ведь! — Ищи давай аллергены! — Сама ты аллерген! — улыбнулся во все зубы — Ищи! А я пойду с Любой свяжусь. — пихнула еще раз — Ну и пойди! — И пойду!       *318, вызов! — Ой, я побежал. Костя похоже вернулся уже, быстрый! — Беги. — Бегу!       Брюнетка пошла разбираться с Золотарёвой. — Светлана Ивановна, 312 ещё на вызове? — зашла в диспетчерскую — Да, Ольга Кирилловна, что-то срочное? — Очень срочное, пусть Золотарёва мне позвонит. — Хорошо, передам.       Как только Арефьева вышла из диспетчерской, так её телефон сразу затрещал. — Алло. — Ольга Кирилловна, это я виновата! — Кто это? — Люба Золотарёва... Я поняла зачем вы меня искали.. Каюсь.. Очень виновата перед вами и вашим сыном..       Оля потеряла дар речи от услышанного. — Честное слово! Я не знала что у Глеба аллергия на орехи... Хотя надо было у вас сначала спросить, прежде чем давать конфету. Простите меня пожалуйста! Если нужны лекарства, я оплачу, сама мать, понимаю как страшно, когда сын болеет... Ольга Кирилловна, вы тут? — А? Да. Поняла. Я то прощаю, ты не знала, но вот отец Глеба вряд-ли будет рад такому. Надо сообщить ему, что конфета была с орехами. И про деньги там тоже сама с ним говори, всё, работай. — Спасибо, Ольга Кирилловна, я сама позвоню ему. — Работай! — положила трубку — Ну капец.. — набрала номер Рыкова — Паш, это Люба накормила конфетами ореховыми Глеба — Ну вот, я же говорил, что это не ты! Костя знает? — Узнает, Люба сейчас так передо мной извинялась.. И перед Костей хочет сама извиниться! — Ого, что ты ей такого наговорила? — Да я даже сказать ничего не успела! — Ха-ха, ладно, тогда я Косте ничего говорить не буду. Ой, Оль, у меня тут вызов входящий, я позже перезвоню — Хорошо, пока — Целую — сказал чуть слышно ... — Лер, ну что ты как маленькая? Зачем тебе увольняться? — твердил Руднев — Я не хочу об этом говорить. — Ну ты же только вышла на работу! — Максим, пожалуйста, оставь меня в покое. — Почему??? Я не понимаю тебя! Что я не так сделал? — Макс, я уволюсь и уеду. — Куда?!? Зачем?!? — Пока! ...       Поздно вечером, когда Оля уже была дома, ей позвонил Ломагин. — Слушаю.. — Привет, Оль, не спишь? — Нет, что случилось? — Аа.. Да.. Ты запретила мне про Леру упрашивать, но.. — Владимир Юрич! Вы меня скоро до второй комы доведёте! Это прямо сейчас горит вам? — Да нет — Ну вот и всё! — Извини — Спокойной ночи. — И тебе..       Арефьева легла спать одна, поскольку Рыков на сутках. Ну а утром она была на работе. — Ольга Кирилловна, там человек из министерства.. — с паникой в глазах произнесла Васильева — Где? — У вас в кабинете.. — Лиза! — Да я поняла... Как-то случайно получилось.. — СЛУЧАЙНО?? — Простите.. — Так, иди и не попадайся мне на глаза!       Васильева удалилась с поля зрения начальницы. Вздохнув, Оля открыла дверь в кабинет. — Доброе утро, Ольга Кирилловна. — Здравствуйте.. Вас моя помощница пустила? — Да, именно так. Я, конечно, не стал тут хозяйничать, но всё же взглянул на парочку документов, лежавших на столе. — Каких? — присела на стул — Да вот этих — указал — И, судя по ним, вы прекрасный руководитель.       Арефьева выдохнула — Так что, думаю, мы сейчас с вами быстренько разберёмся и будем свободны. Я по поводу оборудования. — Слушаю.       Полчаса он читал морали. — Так вот, Ольга Кирилловна, надеюсь вы меня поняли. — Да, я вас полностью поняла, но и вы поймите, врачи не могут одновременно следить и за оборудованием, и за пациентом! — Я считаю, что вы обязаны провести проф. беседу с сотрудниками! Министерство не готово выплачивать вам такие суммы. — Аргх.. А вы скорую вызывали хоть раз? — злилась — Не приходилось, не дай Бог. — Значит вы не видели как работает бригада, могу вам организовать демонстрацию! — Имейте уважение.. — явно не рад такому тону Арефьевой — Моя подстанция одна из лучших в Москве, а всё потому, что мои высококвалифицированные врачи в первую очередь занимаются спасением жизней пациентов, а не жизни оборудования! Я понимаю, что всё очень дорого сейчас, но что может быть дороже жизней? — Ольга Кирилловна, я не имею ничего против жизней, но, как я сказал ранее, мы не можем выдавать вам такие суммы! — Врачи тоже люди! — Верно, но все люди должны уметь беречь оборудования, ведь иначе возникнет множество других проблем. Поговорите с сотрудниками! — Я вас услышала, попробую обсудить с ними эту тему. — На этом всё, до свидания. — Угу.. До свидания       Как только сотрудник Министерства ушёл, в кабинет зашел Рыков. Он истерически смеялся, при этом выглядел очень устало. Конечно, отработал сутки, вот и устал. — Всё нормально, Паш?