Весна

Вот он уже как четыре года учится в той самой злощастной школе, которую когда то давно ненавидел всей душой. Ненавидит ли он его сейчас? Нет, не ненавидит, но иногда перед глазами появляются те самые моменты, когда его не хотели принимать. Казалось бы, прошло уже немало времени, и все обиды должны были пройти, однако послевкусие бывало удушало его изнутри. И вот, сидя на подоконнике, на Антона хлынули воспоминания прошлого. Если бы ему в тот день сказали, что в будущем он хорошо сдружится с местными хулиганами, то скорее всего смеялся бы долго. Потому что ему казалось раньше, что он и эти ребята несовместимы, особенно Антон с Ромой. Тогда ему вещь «дружить с ним» чудилась нереальным, а мысль о том, что он может влюбиться в него, была вообще бредом пьяного мужика. Но судьба, лишь смеясь, переворачивает все верх ногами. Времена шли, а чувства Антона к Роме только росли, и ладно бы если это было просто влюбленностью, но это была полноценная любовь. Вот уже начинался последний урок, а Антон любовался весной за окном. Время, когда заново начинают цвести растения. Где-то уже начинали распускаться бутоны, кусты Сирени, а где-то распускались почки на деревьях. Каждый раз когда он шел весной по лесу в школу, то ему казалось, что словно сама Леля где-то сидит на пеньке и поет, призывая всё живое просыпаться. К сожалению, перемена не вечна и звонок, резко прозвучав, напоминал об уроке русского. Дернувшись от неожиданного звука, Петров не сдержавшись бросил знаменитое русское слово из трех букв. Нет бы делать звонок на урок более спокойным, надо сделать его таким, чтобы каждый в пяти метрах усрался. Такие мысли и были у него пока он пытался привести себя в порядок. -Ай, ай, ай, Антошка, как нехорошо сквернословить! — внезапно из-за спины раздался голос с хрипотцой. -Какой нехороший, на! — с дружеской издевкой прозвучал другой визглявый голос. Развернувшись, он увидел двух своих товарищей. Это были Ромка и Бяша. В их глазах плескались искорки озорства. Хоть они и выглядели как ни на что негодные хулиганы, но за четыре года проведенных с ними, Антон усвоил одно: нельзя судить по первому впечатлению. Например Бяша был снаружи как бездельник, ничего не умеющий, но на деле он был рукодельником, каких нужно поискать! Если у него есть желание, то сделает что только не попросишь. По Роме же можно сказать, что он гопник, котрый может довести до слез любого (это факт), являлся одновременно чуть ли не самым спортивным в школе, у него была хорошая атлетика, отличная ориентация, и он, можно сказать был умен, но только тогда когда хотел. В целом, друзьями они были хорошими и в любой момент могли помочь. Немного сильно удивленный, белобрысый, не удержавшись язвительно ответил. -Кто бы говорил, сами то, языком чешите и похлеще. -Нет-нет! Как ты мог такое сказать? Мы же сами святоши, никогда бы и слово гадкого не сказали! — театрально схватившись за грудь, с иронией в голосе произнес Рома — Согласись, Бяша? Вот ни разу мы так не говорили. — Да, на! Ничего плохого! — подхватив игру друга ответил уже Бяша. Поняв, что это может продолжаться вечно, Антон решил прервать игру. Но в какой-то момент это напомнило ту ситуацию, когда они точно так же разыграли сцену, где Бяша кривляясь, ходил туда сюда, прикрикивая: "Я тёлочка, красивая тёлочка! ". Тогда он обомлел от происходящего настолько, что до сих пор отчетливо помнит все. Внезапные воспоминания тепло отозвались в груди, вызывая легкую улыбку на лице, но он подавил ее. Потом же четко отчеканил: — Что за детский сад? — вздохнув он потер переносицу — Прекращайте! — Но как мы можем перестать, если ты нас обвиняешь в ни чем! — с наигранной болью в словах ответил Ромка. А где-то на заднем фоне Бяша чуть ли не умирал от того, чтобы громко не засмеяться. Антон уже хотел что-то возразить, как все присутствующие вздрогнули от строгого женского голоса. — Антон, Рома, Бяша, а ну живо в класс! Уже как минуты две идет урок! — стальной голос сначала привел всех в замешательство, но потом до них дошло, что это учительница. Лилия Павловна, их классный руководитель. Строгая, сдержанная, и наводящая на всех ужас женщина. Е‌е‌ б‌о‌я‌л‌и‌с‌ь‌ д‌а‌ж‌е‌ н‌е‌к‌о‌т‌ор‌ы‌е‌ у‌ч‌и‌т‌е‌л‌я‌. Но бывало, можно было увидеть, с какой любовью она относится к классу, хоть она этого и не показывала, можно было увидеть как она улыбается, смотря на класс, но это бывало очень редко. — Чего стоите? Кому я сказала? Бегом в класс! — голос пробивал сталью, спорить с ней никто не хотел, поэтому они покорно последовали в класс. Но Антон словил момент, когда Бяша дразня ее, повторил действия. — "Живо в класс! " в жопу раз, на! — изображая голос учительницы, издевался Бяшка. И на удивление, шутка Антону зашла, он позволил себе улыбнуться. *** Уже прошло тридцать минут с начала урока и все текло свои чередом. Учительница что-то объясняла и писала на доске. Некоторые ученики тихо перешептывались, чтобы не словить гнев Лилии Павловны, другие же усердно работали и слушали, но были и те кто просто били баклуши и пропускали все мимо ушей, в том числе и Антон. Как бы он не пытался сосредоточиться, мысли были о чем угодно, но только не об уроке. Ему было по-просту неинтересно. Под голос преподователя он наблюдал за лесом, место которое зимой всегда наводило ужас, да не только зимой, но иногда и ночами. Ощущение словно подойдешь, а лес своими когтистыми и острыми ветками утащит далеко-далеко, что просто поминай как звали. Неожиданно, его из мыслей вырвал голос Ромы. Повернувшись назад он увидел, что тот дает ему записку. Удивленно на него взглянув, все же взял решил записку. Потупив немного, догадался таки открыть ее. Незаметно от себя руки начали мелко дрожать от волнительного чувства, а живот немного свело. Осторожно открыв, как нечто ценное, начал пытаться понять кривой почерк. — «Сегодня вечером жди меня у себя." — гласила записка. Сначала разочарование надавило на него, мол «На что я надеялся?» -, но позже он задался вопросом, а зачем им встречатся? Он повернулся к Роме, чтобы спросить, как вдруг крик учительницы отдернул всякую попытку закончить начатое. — Петров! А ну живо повтори то, что я сказала! — неприятный голос резанул по ушам, заставляя скривить лицо. Медленно встав, он просто молчал. — Мои уроки слушать не надо, а вот поговорить с Пятифаном до ужаса приспичило?! — только взглядом она могла съесть любого, и все с этим были согласны — Сядь. Если еще раз увижу как ты поворачиваешься, вылетишь из класса! Понял? — Да…извините. — тихо, словно зашуганный ответил Антон, ну, хотя от части он и вправду боялся учительницы. Некоторые даже называли её тираном, что не удивительно. Сев за парту, его одолевало неприятное чувство сжирающее его внутри. Вязкое и липкое, это был страх и стыд, смешанные в едино. Хоть он и понимал, что заслужил, но ругательство на повышенных тонах ему никогда не нравилось, оно оставляло неприятное послевкусие. Просидев так немного, он все же решил начать вникать в урок. Под конец урока, когда Лилия Павловна начала задавать домашнее задание, краем глаза он зацепился за ту самую записку. Не зная зачем решил перечитать его, он взял записку в руки. Ему казалось словно за это время там могло появится уже что-то другое, но ничего там не менялось, там так же было написано «Сегодня вечером жди меня у себя». Медленно пробормотав слова, он уже готов был убрать ее в сторону, как вдруг его как будто водой ошпарили. Он неверующе посмотрел на листок, и там в его глазах четко выделилось слово «меня». Не Рому с Бяшей, а конкретно его. У Антона стало бешено колотится сердце, что ему нужно было от него? Зачем придет так поздно? И главное, они будут только вдвоем? Продолжение следует