Выбивай из меня любовь

Просыпаться ранним утром от разрывающегося будильника - одно из самых ужасных ощущений. Ещё больше Эля ненавидела школу. Проклятое место в каждом сантиметре пропитанное слухами, сплетнями, насмешками над теми, кто выделяется из толпы и издевательствами над слабыми. Эле не повезло с коллективом. Одноклассники были словно дворовые псы, не поделившие кусок мяса, и каждый не мог отказать себе в удовольствии съязвить или бросить ядовитую шутку в адрес друг друга. Ей было тошно с ними, каждый день в этом змеином логове - та ещё пытка. Единственное, что хоть как-то украшало серые, удручающие будни это белокурая, неугомонная бестия, которая была похожа на ураган. Её звали Мишель и она была очаровательна в своей смелости, харизме и легком безумии. Она перевелась к ним учиться в 8 классе, и с тех пор, среди нескончаемых загонов и проблем Эли появился лучик тепла, скрашивающий каждый убогий день. В воздухе ощущался холодный октябрь. Эля жила в Питере, так что мороз уже закрадывался под кожу и пробирал до самых костей. Нехотя, прилагая все усилия, она все же встала с кровати. На ватных ногах она поплелась к туалетному столику, тело ломило от недосыпа и усталости. Присев за столик, украшенный гирляндой и их фотографиями с Мишель, Эля стала вглядываться в своё лицо. Это было её утренним ритуалом. Рассматривая своё отражение, она словно в очередной раз ставила в голове галочки в списке своих комплексов. Эля не любила себя, не видела в себе ничего прекрасного и даже не пыталась разглядеть что-то хорошее. Эля была невысокого роста. До плечей свисали черные волосы. Опустошенные и такие неживые зелёные глаза, над которыми располагались густые, ярко выраженные ресницы и брови. Курносый, аккуратный носик, пухлые губы. Она объективно была симпатичной, но собственная мать прикладывала все усилия, чтобы добить итак не стабильную и хрупкую самооценку дочери. Главным загоном, с которым Эля пыталась справиться уже несколько лет, было полное непринятие своего тела. После приёма пищи - на коленях перед унитазом, два пальца на корень языка и долой обед. Это стало обыденностью. Тут, конечно же, блядская мать постаралась. Она на протяжении уже долгого времени вдалбливала Эле в голову, что её дочь «жирная» и ей нужно меньше жрать, ведь - «никто тебя такой не полюбит», приправляя эту адскую смесь токсичными шутками про её фигуру. И Эля действительно была полненьким ребёнком, но у адекватного человека язык бы не повернулся назвать её жирной, потому что она такой не являлась. Но её мать нормальным человеком и не была никогда, ходячая мечта для психотерапевтов с горой ментальных проблем, которые она вымещала на дочери и отлично с этим справлялась. После многочисленных диет и голодовок Эля стала болезненно худой, даже чуть ли не заболела анорексией, но Мишель её вовремя вразумила. Мишель в принципе была её единственной, кто знал о её проблемах и стал главной опорой и поддержкой. Эле было даже подумать страшно, чтобы она делала без неё. Пройдя через это, Эля все ещё считала, что ей есть куда худеть, что её тело не совершенно, хотя Мишель постоянно убеждала её в обратном и та была бесконечно благодарна за это. Семейка у Эли это отдельный вид персонального ада для психики. Ей часто приходилось наблюдать ссоры и драки родителей, так как отец был алкоголиком и явным абьюзером. унижал и избивал мать, а потом на коленях, рыдая, вымаливал прощения и та каждый раз прощала его. Мерзость. именно это ощущала Эля, наблюдая снисходительность матери к отцу, позволяя ему насиловать душу и тело, и так нагло вытирать об себя ноги. Благодаря этому, с детства вместе с Элей внутри росла ненависть к мужскому полу. В маленьком возрасте, смотря, как папа с бешеными глазами пьяный опять бьёт маму, она убегала в комнату, накрывалась одеялом с головой и, впадая в истерику, задыхаясь, горько рыдала. Все нутро обволакивали липкие лапы дикого страха перед отцом и того, что он сделает с матерью. Сознание, как на зло, подкидывало жуткие картины, что в один из таких вечеров он может и убить. И Эля, ещё тогда, на подкорку мозга записала, что мужчины - приносят лишь боль и разочарование В настоящее время такие ситуации не были настолько частыми, когда они все же происходили, Эля уже не впадала в истерику и не плакала в подушку, громко всхлипывая. Но внутри все ещё что-то сжималось от страха каждый раз, когда она слышала повышенные тона родителей из соседней комнаты. И все же был некий член семьи, которого Эля любила. Старшая сестра Алина. буквально бежала из родительского дома в 16 лет, после поступления в коледж. Психологических травм ей тоже досталось с головой, но она безумно любила Элю. Алину передергивало от осознания, что пока её жизнь налаживается, Элю с каждым днём ломают все больше. Она бы хотела удочерить её и забрать к себе, но это было невозможным по одной простой причине. Их разница в возрасте была всего лишь в 4 года, и в 20 лет никто не дал бы ей под опеку 16-летнего подростка. Спасало хотя бы то, что Эля часто приходила к ней в гости и оставалась ночевать. Вместе они могли часами говорить по душам, прихлебывая чаем. сестры так же любили смотреть фильмы ужасов, играть в монополию и им в принципе было приятно находиться в компании друг друга. Это было Элиной отдушиной, вот так просто забыть на время обо всем и почувствовать себя нужной и ценной, хоть для кого-то из их гребаной семейки. Но Эля не рассказывала Алине о всех своих проблемах. так как она понимала, что сестра итак каждый день сильно переживает за неё, и потому последнее, чего хотела Эля, добивать её своим очередным вагоном проблем. Взяв в руки консилер, она принялась усердно замазывать последствия плохого сна под глазами. После аккуратно расчесала волосы, надела объёмное черное худи, джинсы небесно-голубого цвета на высокой посадке и милые носочки с котятами, которые ей недавно подарила Мишель. Обуваясь, её телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении От: Мишель, 7:45 жду тебя под падиком) Мишель жила по соседству, поэтому утром перед школой всегда приходила к Эле под подъезд, и оттуда они уже вместе направлялись в школу. Эля быстро спустилась на первый этаж и вышла из дома. Выйдя на улицу, лицо обдало легким морозом. Холодный воздух отрезвлял и бодрил. Мишель искренне улыбнулась, распахивая руки для приветственных объятий, и Эля тут же прильнула к ней, тепло обнимая и целуя ту в щёку. - Ну - устало выдохнула Мишель - пошли в этот гадюшник По пути блондинка бросала смешные фразы, от которых уголки губ не могли не потянуться вверх. Мишель заставляла её заливаться чистым, и даже в какой-то степени детским смехом. Ясное солнце, среди стаи тёмных туч. Входя в здание школы, девушки обречённо вздохнули. Они вдвоем на дух не переваривали это место, его давящую атмосферу и людей в нём Подруги направились на урок истории. Его вёл Олег Константинович. Пожилой мужчина небольшого роста, который на каждом уроке любил по сотне раз пересказывать одни и те же ситуации из его молодости. Ученикам это было только в пользу. Все лучше, нежели писать огромные конспекты. Сев за предпоследнюю парту, в их адрес тут же решил съязвить Миша - Вы посмотрите кто пришёл - усмехаясь, высокомерно выплюнул одноклассник - подстилка и её хвостик Почему же Мишель считали подстилкой? Некий 11-классник из категории «обиженных на жизнь мальчиков» пустил среди старших классов слух, якобы бы Гаджиева делала ему приятно, а вот он такой «альфа-самец» помотросил и бросил. Абсурдность ситуации зашкаливала, особенно учитывая то, что Мишель нравились девушки, но в обществе она об этом не заикалась. Потому что у неё итак были проблемы с коллективом, знали бы они ещё о ориентации Мишель, вообще прохода не дали. - Мамкин умник, блять - блондинка нахмурилась, сжимая кулаки на которых побелели костяшки, а взгляд стал убийственно пугающим - может ты завалишь еблет, пока не поздно? Парень стушевался. хоть он и был невменяемым задирой, Гаджиеву все знали как боевую блондинку, которая если потребуется, может хорошенько надавать по шапке. И Эля, в какой-то степени, по белому завидовала её смелости и решимости отстаивать свою позицию до конца. Она вела себя с одноклассниками надменно, относясь к ним пренебрежительно, могла в ответ послать на три веселых буквы, но такого сильного внутреннего стержня как у подруги Эля не имела, та и до рукоприкладств не доходило. Прозвенел звонок и в ту же секунду в кабинет влетела классная руководительница Татьяна Александровна. - Олег Константинович, я отниму у вас всего пару минут - женщина повернулась к ученикам и воодушевленно добавила - дети, хочу представить вам новую ученицу Кристину Захарову, прошу любить и жаловать. Вслед за ней в дверном проёме показалась девушка с длинными, светлыми волосами. На ней была большая футболка белого цвета с каким-то принтом. Растянутые джинсы и олимпийка. Кристина, держа руки в карманах, вальяжно прошла в класс, представ перед новыми одноклассниками. - Всем кискам пис - с ухмылкой выпалила она, показав указательный и средний палец Татьяна Александровна окинула её неодобрительным взором, но тактично промолчала. После чего, удалилась Что-то в образе Кристины сразу же оттолкнуло Элю. В позе, походке и внешности выдавалась быдловатось. У них такой была большая часть района и её тошнило от подобных персон. В классе началось бурное обсуждение и даже с самого порога осуждение новенькой. Девушка прошлась по всем агрессивным взглядом, поморщилась и резко фыркнула - будете про меня хуйню молоть, придётся за базар отвечать. - Захарова! что за выражения в первый же день? - воскликнул преподаватель, всплескивая морщинистыми руками Кристина лишь отмахнулась, и пройдя вдоль рядов, разместилась позади Эли и Мишель. Посреди урока, засыпая под очередные рассказы историка, про то, какими они с трудовиком были оторвами, Эля почувствовала легкий толчок ручкой в спину. Она развернулась и выгнула бровь в ожидании чего-то. - Слыш, кукла - хмыкнула Захарова - покажешь мне где у вас тут школьная курилка? Эля нехотя согласилась. кивнула и прошептала - мы с Мишель после урока как раз собирались на перекур, так что покажем. Спустя некоторое время раздался долгожданный звонок. и Олег Константинович, печально вздохнув, из-за незаконченного рассказа сказал ученикам собирать вещи. Кристина, Мишель и Эля, предварительно взяв куртки, направились к выходу из учебного заведения. Они прошли за угол и Гаджиева достала с переднего кармана новую пачку сигарет, протянув одну подруге. - Стрельни и мне, по-братски - раздался хриплый голос Захаровой Мишель жадной и не была, поэтому она достала третью сигарету и с улыбкой протянула той. Втроём они разговорились. Кристина умело шутила и подруги искренне хохотали. Быть может, она была не такой уж противной и отталкивающей? - подумалось Эле, после чего к ней обратилась Захарова. - Кукла, я ж твоё имя не узнала - Кристина прошлась по ней многозначительным взглядом, от чего та поежилась - Эля - коротко бросила она, протягивая ладонь для рукопожатия Кристина, взяв её руку в свою и крепко сжав, повторила - Эля - словно пробовала на вкус, смакуя - нихуевое у тебя имя