Саундтрек реальной жизни

***

Чонгук не любит Тэхёна. Не любит его несуразную квадратную улыбку, растягивающую губы в тонкие линии, хотя дыхание перехватывает каждый раз, как в первый, когда парень широко и тепло улыбается. Не любит заурядные карие глаза с дурацким прищуром, трогающие за самые глубинные чертоги души и заставляющие смотреть только на них, будто в этом мире больше никого и ничего нет. Не любит крупный нос с небрежной родинкой на кончике, который мило дергается и морщится до аккуратных складок, когда парень смеется, вызывая желание нежно дотронуться сухими губами до переносицы. Не любит скрипучий низкий голос, заставляющий всё нутро сжаться и превратиться в лужу у чужих ног. Не любит в нем абсолютно всё. Скрип входной двери, и продавливающийся под весом тела матрац нарушают звенящую тишину, а два дыхания сливаются в одно. Чонгук чувствует тепло чужого тела позади себя и рефлекторно дергается вперед, будто это поможет убрать навязчивую нужду прижаться ближе и слиться своими губами с чужими. Это можно назвать большим, чем просто нужда. Это жизненная необходимость. - Я сегодня смотрел в приюте собачек, - неожиданно нарушает молчание Тэхён, пристально смотрящий на светлый затылок. Он замечает дрогнувшие плечи и напряженную спину, что выдает мальчика, притворяющегося спящим. - Один щенок лабрадора облизал мои руки по локоть. Уверен, что если бы он мог, то съел бы меня полностью. А в ответ давящая тишина, ни единого звука. - Думал взять его, но решил сначала посоветоваться с тобой. Снова провальная попытка сорвать хотя бы задумчивое чонгуково "Хм", сопровождающееся нахмуренными бровями и слегка поджатыми губами, когда в голове происходят сложные мыслительные процессы, например, съесть на ужин острое мексиканское блюдо, название которого он узнал буквально только что, или же набить желудок местным фастфудом. Тэхен тяжело вздыхает и подкладывает ладонь под голову. Он прислушивается к неровному дыханию Чонгука и едва заметно хмурится, отдергивая себя от мысли дотронуться до чужого плеча. В голове ни одного связного предложения, а фоне только белый шум; хочется подобрать слова и озвучить то, что крутится на языке, но даже с титаническими усилиями выходит ровно ничего. Не каждый день лучший друг и по совместительству сосед, будучи пьяным просто в нереальный анус, признается Тэхёну в любви и после блюет прямо на белый ковер. Тэхён пока не привык к такому, знаете ли. На улице одинокая капля дождя почти беззвучно ударяется о грязный подоконник и начинает зазывать своих друзей с собой, теперь вместе отбивая негромкую барабанную дробь и заглушая тишину. - Знаешь что было бы круто? - улыбается Тэхён и замечает как дергается русая голова, явно показывая заинтересованность. - Заказать много вредной еды и рубиться в овервотч всю ночь напролет. В ответ лишь разочарованный выдох и сжатое посильнее одеяло в руках и между ног. Чонгук бесшумно роняет горячие слезы на подушку и чувствует как кровь приливает к лицу; как хорошо, что в темноте не видно его позора. Физически плохо и стыдно от желания расплакаться в голос и прижаться к теплому телу, как любил делать младший в детстве. - Эй, ты чего?, - обеспокоенность в голосе друга разбивает Чонгука еще больше и заставляет чуть ли не выть. Он не должен был вываливать всё это на Тэхёна и делать свою головную боль общей. Это лишь его проблема: он глупо влюбился в своего лучшего друга. - Тэхён, не надо, - надрывающимся голосом молит Чонгук, когда друг пытается повернуть его лицом к лицу. - Я... Мне очень жаль, я съеду прямо завтра и не доставлю тебе хлопот. - Тшш, Чонгук-и, тише, - успокаивает мальчика Тэхён и аккуратно тянется к горячим щекам. Слегка огрубевшим пальцем он осторожно смазывает влажную слезу, а глазами бегает по отекшему, но все равно красивому лицу. Он касается неглубокого шрама на левой щеке, полученного еще в озорном детстве, когда двое мальчишек подрались за право первому сесть за компьютер в доме у старшего. Они всегда были вместе, почти с самых пеленок. Вместе делили поровну сладости, делили вместе побои от задир-одноклассников, вместе переживали радость от новых комиксов, купленных родителями, вместе переживали бурный подростковый период. Они были как братья. Парень тепло улыбается воспоминаниям и возвращается в реальность, когда слышит тихий всхлип. Тэхён взволнованно смотрит в темные глаза и будто пытается забрать себе всю душевную боль. - Не смотри так на меня, - дуется Чонгук и убирает чужие руки, самостоятельно вытирая слезы рукавом темной кофты и шмыгая носом. - Как я смотрю? - недоумевает старший, а ладонь его несильно сжимается. - Будто ты убил моего любимого питомца и теперь тебе очень жаль. - Вовсе я так не смотрю. Максимум как если бы я сломал твою приставку,- фыркает старший, вызывая улыбку у Чонгука. - Если бы сломал мою приставку, то бы не успел даже посмотреть таким взглядом, я бы сразу тебя убил, - усмехается младший и буквально через секунду словно вновь запирает двери перед носом Тэхёна. С лица будто ластиком стирается улыбка, и губы сжимаются в тонкую нить. - Знаешь чего мне не хватает в реальной жизни? Саундтреков на фоне, - вкидывает Тэхён очередную нелепую мысль. Он часто так делает, даже если это никак не относится к теме разговора. - Я бы хотел слышать песню Аврил Лавин "Girlfriend", когда я принимаю душ с утра и собираюсь на работу. - Колонки и наушники для тебя шутка какая-то? - удивляется Чонгук, не понимая своего друга. - Не, это не то. Ну, вот представь, ты выигрываешь в игре, а на фоне начинает играть Карди Би с "I Like It". - Тебе срочно нужно учить английский, хён, в тексте нет ничего связанного с выигрышем в какой-то игре. - Да плевать, дело не в тексте, а в атмосфере, в настроении, что дарит тебе песня. - Это называется вайб. - Выпендриваешься? - щурится старший, и глядит недовольно. - Конечно, - хмыкает младший, задрав подбородок и улыбнувшись.

Lana del Rey - doin` time

Напряжение постепенно спадает, и скованность испаряется, позволяя вести себя более расслаблено. Чонгук прикусывает губу и еще долго улыбается своим мыслям, как чувствует прикосновение к щеке; он рефлекторно поднимает взгляд на друга и замирает, как маленький олененок перед яркими фарами машины, и кажется, что чужая ладонь вот-вот прожжет в нем дыру. Тэхён смотрит странно и немного нервно жует нижнюю губу. Старший осторожно тянется вперед, словно ожидает разрешения, а у Чонгука все внутренности завязываются в узел и легкие решают, что воздух им не нужен. Он превращается в статую и вообще не двигается, боясь спугнуть свой нереальный сон и потерять Тэхёна навсегда. Тёплые губы касаются так мучительно нежно, и Чонгук чувствует как они подрагивают. Тэхён на мгновение отстраняется и целует крепче и увереннее, заставляя Чонгука охнуть и разомкнуть губы. Ким целует влажно, одними губами, сминая чужие и иногда посасывая нижнюю. Чонгуку дурно от того, насколько ему хорошо, но он не смеет оторваться даже на долю секунды, когда становится тяжело дышать. Тэхён пропускает пальцы в светлые волосы и жмется теснее, более настойчиво срывая поцелуи. Чужой язык аккуратно мажет по чонгуковым губам, и парень может поклясться, что его сердце только что пропустило пару троечку ударов. Он не спеша открывает рот чуть шире и полностью доверяется своему хёну, пытаясь поспевать за ним и неумело ласкает его язык своим; брюнет не напирает, а лишь осторожно и дразняще играется с младшим. Чонгук догадывался, что Тэхён хорошо целуется хорошо, но не думал что настолько. Ким переплетает их слегка вспотевшие пальцы и нависает сверху, заставляя закинуть бедра на свою талию. Каждый мускул под загорелой кожей напрягается и ноги сжимаются крепче, когда Тэхен целует шею и позволяет себе не сильно кусаться, выбивая сдавленный стон и заставляя чуть ли не рыдать от желания получить больше. Тэхену определённо нравится видеть Чонгука на грани между экстазом и сумасшествием, а мальчик сам провоцирует сделать ещё приятнее, швырнуть его в омут помешательства. Такое ощущение, что Чонгук сейчас умрет, если не раствориться в Тэхёне полностью; он отчаянно обнимает брюнета крепче и еле слышно шепчет его имя, млея от обжигающего дыхания в ухо и ощущая учащенный пульс друга. Это всё по-настоящему, это не глупое больное воображение. Чон хочет вырезать в своей памяти каждое прикосновение и каждый поцелуй, хочет никогда не отпускать Тэхёна из своих объятий. Он поднимает руки вверх и помогает снять с себя серую футболку, явно мешающую сейчас и также раздевает брюнета, что небрежно кинул их одежду позади себя. Голая кожа обжигает подушечки пальцев, когда Чонгук гладит худую спину Тэ и прижимается губами к плоскому животу, приподняв корпус и потянувшись вперёд. Он мокро выцеловывает каждый миллиметр, ощущая уверенную хватку на своём затылке. Старший заворожено наблюдает за действиями Чонгука, не останавливая его, а наоборот подбадривая, и шепчет ласковые слова. Даже в почти полной темноте он видит блеск карих глаз и обжигающую страсть, пылающая в них, отчего колени начинают мелко дрожать. Взяв инициативу на себя, он легко толкает Чонгука в грудь и вынуждают лечь назад. Лязг ремня и расстегивающаяся ширинка заставляют Чонгука занервничать; парень перехватывает руку брюнета, когда тот спускает джинсы слегка вниз, и пытается подобрать слова. Что он ему скажет? Что он не хочет? Безусловно хочет. Что он боится? Ему что, девять лет? На самом деле, Чонгук сам не знает что сдерживает его. Тэхен тут же останавливается и смотрит внимательно на своего друга, успокаивающе поглаживая худое колено через ткань. Он замечает лёгкую влагу на глазах и обеспокоенно подвигается ближе, обнимая тёплыми ладонями лицо. - Чонгук-и, в чем дело? Я что-то сделал не так? - Нет, нет, ты что? Все замечательно, - улыбается сквозь слёзы парень и пытается отвернуться. - Почему тогда плачешь? - ласково спрашивает старший, не позволяя младшему спрятаться и губами собирая каждую слезу. - Просто… Просто у меня такое чувство будто ты делаешь это из жалости, - еле выдавливает из себя Чон, а у Тэхена чуть ли глаза на лоб не лезут. - Ты совсем что ли? Из какой жалости? - возмущению нет предела. Конечно он пока не готов клясться Чонгуку в вечной любви даже после смерти, но в ту ночь, когда парень признался, у Тэхёна что-то щелкнуло внутри и он не может это объяснить словами. Он очень долго и много думал обо всем, пока не решился хотя бы попробовать. - Тогда зачем ты делаешь это? - Может потому что хочу? Это в голову тебе не приходило? Может я хочу делать так, - губы касаются горячей шеи и вызывают мурашки, - и так, - голос становится еще более глубоким, а поцелуи спускаются ниже к ключицам и груди. - Хён, - от томного голоса и от того, как его называет Чонгук, парню просто сносит крышу. Не отрываясь от пухлых губ, Тэхён хватает чужую ладонь и накрывает ею свой пах. Брюнет слегка усмехается, оторвавшись от сладкого поцелуя, и подбадривает младшего, уверяя, что "Он" не укусит. Не то, чтобы Чонгук не представлял своего друга, когда удовлетворял себя в ночи, но это далеко не ночная дрочка и поэтому он слегка нервничает. И говоря слегка нервничает, имеется в виду пиздец как мандражирует. Убедившись, что Чонгук немного пришел в себя и уже ласкает его через ткань спортивных штанов, Тэхён нежно оглаживает крепкие бедра и поднимается немного выше. Ладонь на полыхающей щеке заставляет поднять смущенный взгляд на старшего, и Чонгук глядит из под ресниц, не зная куда деть себя от такого Тэхёна. Глаза у него горят, и огонь вожделения грозится сжечь всё в радиусе этой комнате, оставив после себя лишь багровый пепел. Завороженно глядя в самое пламя, Чон как мантру шепчет имя Тэхёна и еле сдерживает громкий стон, когда чувствует уверенную руку на своем эрегированном члене. Ким не позволяет себе лишнего, лишь распаляет младшего сильнее, ублажая через тонкие боксеры. Чонгук чуть ли не хнычет и мечется на кровати, забывая обо всем на свете и чувствуя только тонкие пальцы Тэхёна на себе. Противная ткань боксеров неприятно натирает чувствительную головку, и с помощью Тэхёна младший снимает их с себя и остается полностью нагим; от восхищенного взгляда становится не по себе, и Чон хочет прикрыться или лучше вообще улететь с этой планеты. Не подумайте, Чонгук конечно получал восторженные взгляды на соревнованиях и тренировках от девочек, что чуть ли не в обморок падали, когда футболка случайно задиралась, но этот взгляд вне сравнения. Он будоражит все нутро и заставляет трепетать. Чонгук запрокидывает голову и протяжно стонет, когда ощущает теплый рот на своей плоти. Тэхён вбирает только головку, с которой сочится предэякулят, крепко сжимая бедра и удовлетворенно урча. Чон готов поклясться, что может кончить только от одной этой картины. Влажный язык проходится по нежной уздечке и заставляет сходить с ума, выбивая весь воздух из легких. Брюнет продолжает свою сладкую пытку и берет чуть больше, наслаждаясь тем, как Чонгук уже стонет во весь свой прекрасный голос и требовательно сжимает его волосы на затылке. Мальчик чувствует скорую разрядку и слезно просит хёна не останавливаться, почти самостоятельно вбиваясь в его рот. Он весь дрожит, но продолжает ритмично двигаться и едва слышно материться, а в блестящих глазах черти пляшут, и у чертей этих облик Тэхёна. Чонгуку правда кажется, что Тэхён самый настоящий суккуб, который пришел за его душой и хочет забрать в преисподнюю. Если это правда, тогда Чонгуку не жалко отдать свою душу - он уже заключил сделку с самим Дьяволом. Гортанные звуки и вязкая слюна, стекающая по аккуратному члену только сильнее подталкивают к оргазму, как краю обрыва и вынуждают спрыгнуть. Чонгук прерывисто дышит и еле успевает предупредить, что он сейчас кончит, ожидая, что Ким отстранится, но тот лишь впивается своим взглядом в друга и ждет его разрядки. Господи, это невыносимо. Парень изливается, и Тэхен забирает все до последней капли, довольно улыбаясь и наслаждаясь удовлетворенным Чонгуком. Он целует розовые щеки и слегка подрагивающую челюсть, плавно передвигаясь с искусанным губам и делится с младшим каков он на вкус. Русый прижимается ближе и углубляет поцелуй, сдавленно постанывая и прикасаясь к чужому паху. Его распирает изнутри от желания сказать то, что у него на уме уже очень давно, но что-то будто останавливает и не позволяет озвучить. Старший поднимает его за подбородок и смотрит своим пронзительным взглядом прямо в душу, словно читая все его мысли. От этих глаз не скрыть ничего как ни пытайся. - Чего ты хочешь, Чонгук-и? - интимно шепчет он, поглаживая щеку и слегка наклонив голову вбок. - Тебя...в себе,- робко шепчет в ответ младший, чувствуя как кровь вновь приливает к паху от одной только мысли об этом, а у Тэхёна всё внутри сжимается от стесняющегося и одновременно распаленного похотью Чонгука. Мальчик отпускает руку Тэхёна и слышит, как тот бросает через плечо быстрое "Сейчас", прежде чем пропасть с поля зрения в темноте. Без него становится так холодно, и не только физически; Чон обнимает себя за плечи и как преданный Хатико ждет, когда вернется парень, нервно пожёвывая нижнюю губу и зубами срывая потрескавшуюся кожу. Минута длится целую вечность и, честно, Чонгук уже начинает паниковать, но облегченно выдыхает, когда Тэхён с ноги открывает дверь и буквально залетает в комнату. В руках у него было несколько презервативов в темной упаковке и небольшая бутылочка лубриканта, которые он бросает на край кровати и валит младшего на кровать, целуя его нежно, будто вымаливая прощения за то, что оставил его одного. Тэхён полушепотом просит Чонгука перевернуться и целует его голую спину, замечая как того передергивает, и тело покрывается мурашками. Ухмыльнувшись, брюнет целует чуть ниже, постепенно опускаясь на поясницу с очень аппетитными ямочками. Оставив поцелуй на них, он открывает маленький бутылёк и смазывает свои пальцы. Проникнув одной фалангой, он чувствует как напряжен Чонгук и пробует ввести палец полностью. Чон шипит от неприятного ощущения и пытается вырваться, но низкий голос Тэхёна подобно морфину, обволакивает своим спокойствием и умиротворением. Мальчик отчаянно пытается расслабиться и позволить себя растянуть, но получается крайне плохо. Он просит добавить второй палец, уверяя, что уже готов, и задыхается, когда чувствует его в себе. Хочется на стену лезть, но мальчишка пытается сконцентрироваться на Тэхене, который делает всё, чтобы облегчить страдания, целуя и горячо шепча в затылок. Тэхён прижимается к взмокшей спине и ритмично двигается пальцами, стараясь отвлечь младшего и аккуратно добавляя третий. Возбуждение делает своё дело, и Чонгуку почти не ощущает боли, самостоятельно насаживаясь на длинные пальцы. Они дышат в унисон, сливаясь в едином ритме, и каждый думает о том, что эта ночь самая лучшая в его жизни. - Возьми меня, - срывающимся голосом умоляет Чонгук, желая почувствовать своего хёна в себе. Тэхён думает секунду и резко переворачивает Чона на спину, обжигая лицо своим дыханием. Он впивается в горячие губы и аккуратно вводит свой член в младшего, позволяя привыкнуть к новым ощущениям и к своим размерам; Чонгук болезненно стонет, но настырно пытается принять Тэхёна полностью. Вспотевшие тела переплетаются, и это не выглядит пошлым или развратным, это выглядит как гармония, как настоящие инь и янь. Невыносимо наблюдать боль на лице своего милого Чонгука, но когда с уст срывается хриплое "Ещё", то становится тяжело сдерживать себя и не войти глубоко. Ритмичные взмахи бедрами и шлепок об взмокшие ягодицы затуманивают разум и смывают все рамки приличия, позволяя животному желанию взять контроль. Мальчика трясет от желания получить всё и сразу, но ноющая боль подобно разряду тока, сковывает тело и не позволяет расслабиться хотя бы на секунду. Чон прижимает Тэхёна к себе и царапает чужую спину короткими ногтями; не может он привыкнуть к этой боли и не в силах больше терпеть её. Ему слишком много, хочется рыдать от распирающего чувства внутри; совсем не так он представлял себе свой первый раз. Ким виновато целует голое плечо, заставляя себя остановиться и осторожно ложась рядом. Он накрывает их легким одеялом и обнимает со спины, шепча Чонгуку какой он прекрасный и волшебный и оставляя едва ощутимые поцелуи на лопатке, на что тот лишь измученно улыбается. Да, конечно, прекрасный. Особенно сейчас, когда все лицо отекло от слез, а округлый нос горит как звезда на новогодней елке. - Я всё испортил, - хрипит Чон, шмыгая носом. - Ты шутишь? Всё было замечательно, - возмущается брюнет, не сильно щипая за бок младшего. - Это твой первый секс, не будь так строг к себе. - Но ты даже не кончил, - не унимается мальчик, поворачиваясь лицом к своему хёну. Щеки у него еще красные, а губы распухли от поцелуев, и даже взъерошенные волосы не портят его, наоборот добавляют свой шарм. Он выглядит как смертный грех, вожделение во плоти, хочется утонуть в нем и никогда не всплыть на поверхность, смиренно уйти на самое дно. - Самое главное - твоё самочувствие, Чонгук-и, - Тэхён улыбается, заметив как смутили Чонгука эти слова и целует кончик его носа, не в состоянии сдержать свой прилив нежности. Дождь на улице закончил свой хаотичный танец, и запах мокрого асфальта и свежести заползает через приоткрытое окно, остужая перевозбужденный разум и даря желанное спокойствие. Утомленный Чонгук утыкается в открытую шею и мирно сопит, ощущая ровное дыхание и теплую ладонь, поглаживающую голую спину. Он пытается вслушиваться в каждое слово, что произносит его хён, но усталость побеждает, и мальчик не замечает, как засыпает. Губы трогает улыбка, и Тэхён проводит подушечкой пальца по слегка пухлым щекам, замечая, как мелко подрагивают веки во сне. Ким никогда не замечал как прекрасен его донсен: все его черты настолько гармоничны и кажется, что он просто ожившая кукла или же ангел божий, сошедший на эту грешную землю. Пубертатный период еще не закончил свою работу, оставляя легкую детскую наивность и мягкость на лице, и тело слегка угловато и худощаво для шестнадцатилетнего парня, но отчего-то Тэхён уверен, что скоро младший перерастет даже его. Полные щеки заменят острые скулы, а худоба сменится на рельеф, от которого старший будет трепетать, но он точно знает одно: глаза его Чонгука всегда будет наполнены теплом и нежностью, и Тэхён сделает всё, чтобы никогда не потерять эту живую искру в них. Утром предстоит долгий разговор, и сейчас на уме целый рой мыслей и вопросов, отчего спать совсем не хочется, но парень прикрывает глаза и старается отключить голову. Он думает о том, что же снится Чонгуку и видит ли он вообще какой-нибудь сон, прижимая сонное тело ближе к себе и зарываясь носом в макушку, от чего тот жмется теснее и причмокивает. Ким бы отдал всё, что у него есть за то, чтобы вечность держать младшего в своих объятиях, ведь кажется, что... Тэхён любит Чонгука.