Язык цветов для чайников

Дыхание любимой лошадки становится тяжёлым, но её наездник не желает останавливаться когда цель так близко от них. Копыта отбивают комья земли, ноздри раздуваются, темная шерсть блестит от пота. Наездник искренне смеётся предаваясь моменту, чувствуя азарт вперемешку с волнением каждой своей клеточки. Завывающий ветер треплет белокурые волосы, пальцы крепко держат поводья, щеки зарумянились от близости победы. Он точно победит! Догонит! Вон же он! Прямо перед ними в два корпуса, бежит серебристый конь. Тонкие элегантные ноги его не путаются от такой скорости, а можно сказать пританцовывают, голова гордо задрана вверх, грива пепельного цвета пропускает через себя воздух. Мифическое животное, от него веет волшебством и величием. А на нем сидит не менее магическое существо, расправляет свои золотистые крылья, поглядывающее временами назад дабы быть в уверенности, что Брагинский от него далеко. Снова на секунду повернувшись назад на крылатого наваливается тело, выбивая из седла. Они глухо ударяются об землю, издавая страдающие звуки. Пока крылатый лежит в оцепенении на весенней траве Брагинский перехватывает его руки торжествующе изрекая: - Поймал! - Ладно. В следующий раз у тебя так не получится я обещаю! - вырвался из рук Брагинского Айбек, резко принимая сидячее положение, сталкиваясь лбами с Иваном - чего на коленях моих расселся? Слезай! - игриво сказал Айбек, топорща перья - Ой - только и успевает произнести Брагинский, как в траве остаётся лишь он один, а его друг отходит к лошадям, которые как только почувствовали себя без хозяина остановились неподалеку. Слева от них виднеются осины, не так много, но неплохой тенёчек они создают, это и станет перевалом на ближайший час. Перед ними расстилаются обширные просторы, в которых можно увидеть границу между землёй и небесами. Пустырь. В нем не хуже присутствует красочности чем в лесах, пустынях, и горных хребтов. тихо живут ленточные голубые реки, распускаются лепестками самые причудливые цветы и растения, танцуют белоснежные балерины с огненно красными губами на тонком блюдце озёр, а в них отражаются пьяные расплывчатые пушинки, с места на места перебегает мелкая живность, поднимаясь с четырех лап они вертят головами, принюхиваясь, падают ничком в высокую траву и бегут маленькими лапками дальше куда зовёт их судьба, жжужат длиноногие пружинки зеленоватого цвета. Да, я люблю давать странные определения казалось бы самым элементарным вещам, но без таких ухищрений сложно проживать долгую жизнь так, чтоб она не наскучила своим повторением однообразного ритма. Маленькое развлечение для ума. Мы сидим в тени немногочисленных деревьев, они как островок среди бескрайнего океана, умиротворенно наши лошади пожевывают свежую траву. Здесь большое количество цветов, они создают пёстрое покрывало вперемешку с зеленью. И тут зарождается забавная мысль, одобрит ли только её Айбек совсем не ясно, но на то она и появилась, чтобы проверить это. Проказничая улыбка озаряет мое лицо, поглядывая на Айбека. А тот не очень заинтересован в моем выражении лица, рассматривая желтоватые страницы книги. Решает стоит ли её читать. Когда я приехал к нему, то отдал ему стопку разномастных книг ведь знаю что для него всё ещё в новинку такое, книги в его обществе не использовались, не были широко известны. Все истории, легенды и песни передаются от человека к человеку. Пока живы люди живо и искусство если сказать коротко. Но всё же книги необходимы для развития разума, знания языков и прочее. Оглядывая разноцветный ковер поблескивающий передо мной, я срываю с него наиболее подходящие к идее. Изредка отвлекаюсь, чтоб узнать чем занимается друг и что происходит вокруг нас. Книга его заинтересовала, взгляд с жадностью ловит каждое слово, громоздкие крылья иногда подрагивают, рука поглаживает бородку. не помню уже какая именно история запечатлена на страницах, но зная характер Айбека, явно воинствующая и предполагающая к сложным моральным выбором окрылённая чувством свободы и долгом. Что-то такое приходит мне на ум, уж явно не вижу его сопереживающим трагичной любви двух героев, его народ любит легенды и сказания о любви которое не принимает общество, их судьбы ярко описаны во всех мыслимых эпитетах. Но именно он человек закаленный в кровавых боях, твердый не жалеющий себя, жизнь его течет в постоянном движении. Он хладнокровен и одновременно с этим мягок и открыт, бывает слишком весел, а бывает так словно с него и придумали слово "серьезность", игрив и мрачен. Как-то так в нем уживаются противоречащие друг другу выражения. Так Айбек увлекся историей, не желает смотреть, что происходит вокруг него. Ну и славно. Спустя время идея моя требует чуть жестоких действий. Немного взволнованно приближаю руку к этим двум частям птичьего происхождения. Как-то Айбек показал мне как птицы видят мир совершая полет, тогда я в полную силу осознал на что способны эти два огромных крыла, в них таится нечеловеческая мощь. После этого я никогда не хочу ощущать на себе слово "высота", нет, спасибо, земля мне роднее. А для задумки нужно совершать жертвы! Быстро дёргаю несколько перьев на себя. В тот момент дыхание останавливается, глаза не смеют отрывать взгляд от совершающегося действия, рука и вовсе не моя, а чужая. Через долгую секунду у меня в ладони покоються пушистые солнечные дуги, книга резко отброшена читателем, а сам он теперь полностью повернут ко мне: - Что ты делаешь? - этого человека вообще можно вывести из себя? Он так спокойно спросил, что складывается впечатление словно я просто ткнул его пальцем, а не вырвал клок волос(как мне кажется по ощущениям вырывание перьев можно сравнить с этим) я ожидал более красноречивой реакции на свое преступление, но разочаровавшись в ней раздражённо ответил: - Создаю композицию! - вплетаю два пера по бокам цветочного венца. Он очень ярок - фиолетовые, белые, голубые и жёлтые краски будут хорошо смотреться на кудрявой голове. Айбек увидевший у меня на руках цветы нахмурил брови, явно не понимает зачем в жертву отдали столько красивых жизней. - Не смотри на меня так, их ещё целые степи что с того если я сорву несколько? Они всё равно появятся следующей весной. С нетерпением отдаю венок другу, в нём запечатлен весь спектр моих чувств к моему дорогому другу. Но тот скорчил недоумение, рука озадаченно поглаживала бородку, медовые глаза внимательно рассматривают венец, силясь найти потайной смысл, а после его лицо озарила улыбка, взгляд направляется в мою сторону: - Иван, я в цветочках разбираюсь так же как и ты в скотине - посмеиваясь сообщает мне он, нежно поглаживая лепестки этих самых цветочков. Меня восхищает его мужество, мастерство владения мечом, он превосходный зоркий наездник и лучник, отличный тактик, проживший достаточно долго для хранения обширных знаний, однако в его сферу не входят земледелие, травы, ему это не нужно и не будет часто использоваться в жизни поэтому он в этом не заинтересован. Иногда это вводит меня в ступор, что этот человек не знает элементарных для меня вещей, как например значений этих бутонов. Не всем в детстве старшая сестра по вечерам раскладывала на стол множество лечебных и нет, соцветий, рассказывала подробно о каждом по отдельности либо не все забегали к ведьмам в избушки в целях получения интересных примочек и мазей: - Ох, прости мою неучтивость, я потороплюсь всё тебе объяснить. - дурак что сказать, дурачок! - Вон те жёлтые одуванчики означают счастье и радость быть сейчас с тобой. Эти маленькие голубые цветочки, незабудки - искреннюю признательность и любовь, - щеки зарумянились от таких слов, вслух рассказывать невыносимо, хотел выполнить всю постановку от начала до конца красиво, поэтично, а вышло как всегда не то и не так. Как можно умудриться забыть о таком элементарном, что Айбек вполне мог и не знать о значениях соцветий - ириски говорят о многом, но буквально переводятся, как: "я ценю нашу дружбу", белые маки утешают тебя в моменты горя, хризантема рассказывает о твоём прекрасном умении быть настоящим другом... - Айбек надел ворох пятен на голову тепло мне улыбаясь, может быть мои разглагольствования не так уж плохи - А перья обозначают кому посвящен венок - в ответ солнечно улыбаюсь я, хоть и чувствую себя идиотом ***