На коленях

Женский организм не мог нормально функционировать, испытывая постоянный стресс из-за страха. Непрерывная активация готовности к чему-то пугающему истощала Нишан очень быстро, что могло привести к неожиданным для директора Пака последствиям. Отчаявшаяся, доведённая до морального и физического истощения девушка могла пойти даже на необдуманные, вредящие и ей самой решения. Как бы им обоим не похоронить друг друга в результате неудачных манипуляций Чимина. Он не желал подобного допустить, потому тщательно продумывал наперёд свои действия. Господин Пак Чимин припарковал автомобиль на небольшой стоянке у дома Нишан и вышел из салона. Его движения были медленными, словно мужчина достиг всех благ в мире, и ему больше некуда было спешить. Он взглянул на наручные часы, затем на вход в дом и заложил руки за спину, собираясь дождаться Нишан прямо на этом месте. От подъезда и до автомобиля было довольно внушительное расстояние, однако Чимин не собирался подходить ближе — хотел лицезреть, как Нишан сокращала этот путь и какие эмоции испытывала, когда он пристально за ней наблюдал. Пока девушки не было, директор Пак не скучал, не испытывал раздражение или нетерпеливость. Он использовал это время, чтобы и себя немного успокоить. Страшно было не только Нишан — Чимин тоже боялся. Мужчину мучил страх того, что девушка избежит его «плена», что наступит момент возмездия за всё содеянное им, что его извращённые наклонности будут выставлены напоказ и осуждены, что он утратит репутацию, должность и всякую возможность на реабилитацию… Не только Нишан могла потерять всё, Чимин тоже поставил на кон все свои достижения. Он начал игру, сделав большие ставки на победу, и теперь попросту не имел наглости проиграть. Директор Пак по привычке поднял голову выше, смотря на небольшое окно квартиры Нишан. Уголки его губ подёрнулись, а взгляд приобрёл некую блаженную мечтательность. Слаще предвкушения от встречи с Су могла быть, пожалуй, лишь сама встреча с ней. Ещё в своём кабинете он ярко дал понять, что хочет Нишан. Тогда директор Пак сделал это необдуманно, но ни капли не пожалел о содеянном до сих пор. Так даже лучше, ведь всевозможные домыслы девушки теперь вертелись лишь вокруг сексуальных домогательств по отношению к ней. Желала она или нет, всё равно мысли возвращали её к вопросам о том, что хотел от неё Пак Чимин, как хотел, когда хотел. А из-за отсутствия ответов, рождались визуальные представления всевозможных сцен секса, что играло только ему на руку. Как следствие: страх, болезненный интерес, готовность тела к возможному половому акту. Пак Чимин мог поклясться, что девушка ощущала дискомфорт из-за намокшего нижнего белья каждый раз, как думала о нём. Нишан, наконец, появилась на улице. Девушка остановилась на пару секунд, чтобы найти директора Пака взглядом, а когда нашла, поджала губы и перемялась с ноги на ногу, держа руки по бокам и сжав пальцы в кулаки. Телефон и сумку, которые Нишан собиралась взять с собой, она оставила дома по просьбе директора Пака, потому ощущала себя ещё беспомощнее, чем могла бы. Отведя взгляд в сторону, Су двинулась навстречу мужчине. Увидев, какой наряд Нишан выбрала для свидания с ним, директор Пак по-доброму хмыкнул, ведь и правда ожидал чего-то подобного. На девушке была светлая рубашка с короткими рукавами, а снизу — джинсы с завышенной талией. На ногах надеты белоснежные аккуратные слипоны, наподобие тех, которые она носила в колл-центре. Ожидаемо, что Нишан не выбрала юбку, опасалась, как бы директору Паку не пришла в голову мысль задрать её и поиметь девушку на заднем сидении своего авто. Эта догадка сильно волновала Чимина, но он не подавал виду, что доволен её выбором одежды. В свою очередь Нишан была уверена, что мужчина позвонит и продиктует какие-то детали, касаемо её внешнего вида. Но этого так и не случилось. Су не могла объяснить свои интуитивные ощущения, но чувствовала, что начальник видел в ней кого-то. Быть может, не определённого человека, а образ, который сильно его возбуждал, иначе она никак не могла объяснить желание мужчины обладать совершенно незнакомой ему девушкой. Именно поэтому Нишан ожидала, что директор Пак начнёт корректировать её внешний облик, как того требовали его фантазии. Что же он видел в ней? Это Су тоже не знала, а директор Пак не говорил. Оттого внутреннее напряжение девушки лишь прибавлялось, заставляя убеждаться в том, что она всё-всё поймёт, но только тогда, когда меньше всего будет к этому готова. Нишан остановилась в метре от господина Пака, сцепив руки впереди и поклонившись. Старалась не смотреть прямо в лицо начальника, так как однозначно не выдержала бы мужского сканирующего взгляда. Её глаза покраснели бы, заслезились, и ей однозначно пришлось бы моргать и прятать взор. Сейчас же она смотрела в район груди директора Пака, где под серым лёгким пиджаком пряталась идеально-белая футболка. — Спасибо за то, что нашли няню для Бочоль. Эта женщина очень приятная, — проговорила Нишан и снова сделала небольшой поклон, замечая, что мужчина сошёл с места. — Не стоит благодарности, — проговорил он, зная, что девушка уже сполна «заплатила» своей душой за все подарки и блага, которые он ей собирался подарить. Директор Пак положил ладонь на девичью поясницу, вновь ощущая едва заметное напряжение, тут же возникшее в том месте. Нишан неосознанно поддалась лёгкому нажиму чужих пальцев и пошла к машине, направляемая господином Паком. Мужчина открыл перед девушкой дверь, но тут она обернулась и посмотрела прямо ему в глаза, обезоруживая своей робкой смелостью. — Мне неудобно просить вас об этом, но… каким бы ни был конечный пункт вашей поездки, могли бы вы сперва заехать в магазин игрушек? — Чимин вопросительно изогнул бровь, наблюдая за тем, как проявлялась внутренняя дрожь Нишан в её голосе. — Дочь интересовалась тем, зачем я уезжаю и… В общем, мне нужно приобрести для неё игрушку. Только, как вы уже знаете, со мной нет ни телефона, ни сумки. Я верну деньги, если это потребуется, — Нишан закончила свою речь более твёрдым, но тем не менее дрожащим голосом. — Я позабочусь об этом, — просто и коротко ответил директор Пак. — Спасибо. Мужчина медленно моргнул и чуть склонил голову набок, наблюдая за тем, как Нишан поджала губы и принялась садиться в автомобиль. Девушка сразу же пристегнулась и покосилась в сторону водительского сидения. Когда Чимин сел тоже, она тихо задала волнующий её вопрос: — Куда вы меня повезёте? — Нишан опасливо подняла глаза выше, с мужских рук на руле к лицу. Директор Пак ответил на взгляд девушки, но молчал и мучил своим молчанием. То, с каким старанием Су пыталась выдерживать его взгляд, дарило ему приятное щекочущее чувство в районе солнечного сплетения. — Я же говорил, что собираюсь лучше узнать тебя для начала, Нишан. У нас будет самое обыкновенное свидание: сперва мы заедем в торговый центр, затем поедим в одном хорошем заведении, а после будем гулять по парку и разговаривать. Разве я давал повод думать иначе? — с хитринкой в уголках глаз спросил Чимин, наблюдая за растерянным взглядом Нишан. — Я… — девушка сглотнула, боясь поторопиться с ответом, ведь поводы действительно имелись. И оба они были прекрасно осведомлены в этом. — Я просто… не знаю вас, не знаю, чего ожидать. — Ты боишься, — тихо подытожил Чимин, — так и должно быть. Девушка не могла так просто поверить в его «самое обыкновенное свидание». Сам факт того, что на него она шла не по собственной воле, уже противоречил нормальности. По дороге до торгового центра в салоне авто царила тишина, если исключить тихую музыку, лившуюся из колонок. Директор Пак пока не собирался давить на Нишан разговорами. С ней, в принципе, следовало быть осторожным, ведь девушка постоянно ждала от него подвоха. Чимин будет делать всё, чтобы привязать Су к себе. Однако ему следовало хорошо постараться, чтобы затмить доводы чистого, ничем не замутнённого разума Су Нишан. Она должна сама захотеть отдаться господину Паку, ведь иначе он не сможет долго держать её рядом путём насилия. Потеряв бдительность хотя бы единожды, Чимин даст девушке возможность раз и навсегда избавиться от него. Вопрос времени, когда она найдёт выход из положения, когда сумеет схитрить, ознакомившись с его предпочтениями, когда обманет его и оставит ни с чем. А Чимин не желал расставаться с Нишан в ближайшем видимом будущем. Сам позволил себе перейти грань, которую ещё не пересекал ни разу до этого, сам задавил муки совести — и только ему одному известно, сколько кругов ада он прошёл, чтобы скинуть весь балласт, мешающий добраться до невинной души Нишан. Теперь пути назад не существовало. Мужчина не был намерен отступать и не был намерен мириться с ограничениями касаемо своих взаимодействий с Нишан. Он хотел всё без остатка и для этого ему требовалось желание девушки тоже. Болезненное, запретное, осуждаемое в обществе, но всё-таки невероятно сильное, чтобы перечеркнуть всё вышеперечисленное. Когда Чимин припарковал автомобиль на подземной парковке торгового центра, Нишан быстро отстегнула ремень безопасности и вышла из салона. Такая поспешность тоже обуславливалась её предосторожностью, хотя если директор попросит Нишан вернуться назад, она это сделает. — Нас уже ждут, пойдём, — проговорил Чимин, приблизившись к девушке и предоставив ей свою руку. Нишан вскинула на него взгляд, так как услышанное заставило её сердце биться чаще. Но ей ничего не оставалось, как просто взяться за локоть мужчины. — Почему не интересуешься тем, кто и где нас ждёт? Я же видел, тебя это взволновало. — А вы ответите? — Почему нет? — отозвался директор Пак, оглядываясь так, будто за ними мог кто-то наблюдать. — Я забронировал шоурум. — То есть… Вы хотите переодеть меня? — осторожно спросила Нишан, прижимаясь ближе к директору Паку, чтобы не зацепить стоящих сбоку людей. В торговом центре было не так многолюдно, как в выходной день. Тем не менее, Нишан периодически ловила на себе чужие взгляды. Это почему-то выбивало её из колеи, заставляло стыдиться саму себя, будто кто-то собирался осуждать девушку. — Я хочу взглянуть, какие вещи тебе подходят, Нишан, — откровенно признался директор Пак. Он уверенно вёл её в нужном направлении, шагая выверенной и в меру расслабленной походкой. У ресепшена их встретили с улыбкой и пожеланием доброго дня. Нишан взглянула на них, ожидая чего угодно, но только не доброжелательности, потому ей удалось немного расслабиться и искренне улыбнуться. — Может быть, вам сделать чай или кофе? — любезно поинтересовалась одна из женщин, посмотрев на мужчину, а затем и на девушку. — Кофе, пожалуйста, — ответил Чимин и взглянул на Нишан, ожидая её выбор. Она растерялась, так как от волнения у неё не было желания ни пить, ни есть. — Мне ничего не нужно, — тихо ответила девушка. — Сделайте чай, на ваш выбор, — переведя ленивый взгляд к женщине, попросил господин Пак. Она легонько поклонилась ему и предложила пройти дальше. Внутри шоурума казалось, будто все посторонние звуки из самого торгового центра стихли. Тут было уютно, просторно, приятно пахло. Играла ненавязчивая музыка, обстановка предлагала посетителям расслабиться и полностью посвятить себя выбору одежды. По центру стоял большой удобный диван, журнальный столик перед ним и по бокам небольшие тумбы. Вдоль стен находились стеллажи, многочисленные вешалки с одеждой и обувью различных брендов. Директор Пак сел на диван первым и протянул руку девушке, предлагая присоединиться. Нишан нехотя приняла протянутую ладонь и покорно села рядом. Мужчина положил ей на колени каталог имеющейся одежды и сказал: — Обязательно скажи, если что-то понравится. — Зачем это всё? — спросила Нишан, посмотрев на профиль мужчины. Он ответил на её взгляд, один уголок его губ иронично подёрнулся. Чимин развернулся к девушке, забросив руку поверх спинки дивана. — Хочу сделать тебе приятное, — ответил он мягко, слегка нависнув над Нишан и очень осторожно, ласково коснулся пальцами её подбородка. Девушка сглотнула так не вовремя, что Чимин, заметивший её дрогнувший кадык, отстранился, достаточно громко хохотнув. Чем ласковее и нежнее обходился он с Нишан, тем сильнее девушка ожидала подвоха. — А вот и ваши напитки, — проговорила женщина, поставив поднос на стеклянный стол с характерным звуком. — Пожалуйста. Она поклонилась и добавила: — Консультант будет прямо за этой дверью. Если потребуется помощь, нажмите на кнопочку. Господин Пак поблагодарил женщину и потянулся к точно такому же журналу, который дал Нишан. Он принялся потихоньку пить свой кофе, одновременно с этим переворачивая страницы и ознакамливаясь с товаром. Девушка делала тоже самое, робко отпив несколько глотков жасминового чая. Она пыталась сосредоточиться, хотя всё внутри неё было против нахождения здесь, покупок вещей, их примерки и прочего, что сулил ей Пак Чимин. Наряды в каталоге прекрасно смотрелись на демонстрирующих их моделях, но Нишан ни разу не ощутила желания иметь что-то из этого. — Тебе идеально подходят пастельные тона, — проговорил мужчина, не отрываясь от просмотра журнала. — Вот это, например. Тебе прекрасно подошло бы на каждый день, — указывая на наряд, состоящий из цельного костюма, подпоясанного тонким ремешком, сказал Чимин. — Но на мой вкус… — он перелистал сразу страниц десять и указал на бледно-розовое платье из велюра нежного фасона. Затем господин Пак показал ей ещё и ещё. Несмотря на различия кроя и вида одежды все наряды были невероятно женственными, светлыми и нежными на вид. Так вот что он видел в ней. Жертвенного ягнёнка, чистого, милого, непорочного… — А тебе что-то понравилось? — спросил Чимин, не дождавшись реакции от Нишан. Она отрицательно помотала головой и пояснила: — Все вещи и правда красивые, но мне это не нужно. Если вы хотите что-то приобрести, возьмите только то, что нравится вам. Я стану надевать эти наряды на свидания с вами, а просто так носить не буду. — Хорошо, — просто согласился господин Пак, понимая, что уговаривать её сейчас не имело никакого смысла. — Тогда я позову консультанта. Мужчина нажал на кнопку и одним глотком допил кофе. Нишан молча наблюдала за тем, как Чимин показывал женщине понравившиеся ему наряды, обсуждал с ней имеющиеся оттенки, размеры. — К сожалению, эти пеньюары только больших размеров. Могу предложить вам немного иной фасон, — проговорила женщина. После этих слов Нишан подняла голову и посмотрела на господина Пака, не понимая, когда она упустила момент начала разговора об этом. Мужчина заметил её оживление, но продолжал непринужденно беседовать с консультантом. Когда они подошли к концу, женщина попросила немного подождать. — Вы можете пройти в раздевалку. Я принесу выбранные господином вещи, — любезно обратилась к Нишан консультант и указала на плотную штору чёрного цвета. Наконец, Чимин посмотрел на девушку, подавляя собственное довольство от её взволнованности. — Ты ведь не думала, что наши свидания будут проходить только в общественных местах? — понизив тон и склонившись ближе, с намёком спросил господин Пак то, что Нишан понимала и без его комментариев. Девушка прошла в раздевалку, желая, чтобы всё это быстрее кончилось. Лишь войдя за ширму и плотно закрыв её, Нишан скривилась и чуть не заплакала, чувствуя жар по телу и то, как быстро вспотели её ладони. Девушка порывисто и глубоко вздохнула, одолевая желание расплакаться. Мотая перед лицом ладонью, Су рассмотрела раздевалку. Здесь было специфическое освещение, более приглушённое, приближённое к естественному и направленное на Нишан, стоящую у большого зеркала. Сбоку находилось удобное сидение, рядом несколько напольных вешалок для одежды. Вскоре консультант принесла первую часть выбранных нарядов и вышла, оставляя девушку. Под оглушительный стук сердца Нишан принялась снимать с себя джинсы, а затем и рубашку, вздрагивая каждый раз, как до неё доносились звуки и голоса. — Госпожа, я могу войти? — раздался голос консультанта из-за ширмы. — Д-да, — ответила Нишан, чувствуя огромную благодарность к этой женщине за то, что присутствовала здесь. Су как раз надевала длинную нежно-голубую юбку поверх белой блузы с рукавами три четверти. Юбка выглядела как большой кусок ткани на ленте. С разрешения, женщина помогла Нишан правильно запахнуть её, чтобы разрез был сбоку, а пояс не давил на живот. Консультант умело и доступно объясняла, не заставляя девушку чувствовать себя неудобно. Нишан посмотрела на своё отражение и скованно провела ладонями по юбке, будто приглаживая её. — Ваш мужчина желает взглянуть тоже, — напомнила женщина и одёрнула плотную штору в сторону. Слова «ваш мужчина» заставили Нишан ощутить дискомфорт в солнечном сплетении и учащение сердцебиения. Лицо сделалось несчастным, словно девушка была вынуждена терпеть какую-то физическую боль, изнуряющую её. Всё казалось ей неправильным. Помимо самого очевидного, что касалось саму Нишан, девушку одолевало чувство стыда и вины за то, что господин Пак чей-то муж и чей-то отец. Против своей воли она вынуждена быть той, кто мог причинить совершенно невинным людям сильную боль. Нишан вышла из раздевалки и замерла на месте, ловя на себе оценивающий взгляд Чимина. Она почти сразу опустила глаза, принимаясь изучать складки на юбке. — Подойди ближе, — попросил господин Пак. Женщина не проявляла абсолютно никакого интереса к происходящему и принялась наводить порядок в раздевалке, затем среди одежды в другом конце шоурума. Нишан неспешно приблизилась к Чимину и встала в двух шагах от него. — Если вам нравится, то я пойду мерить дальше… — проговорила девушка. Вместо ответа Чимин встал с места и осторожно провёл ладонями по бокам Нишан. Руки мужчины остановились на талии и потянули её ближе. Девушка сделала ещё шаг к Чимину. Она боялась смотреть ему в глаза, было страшно увидеть то, что в них отражалось. Тем временем господин Пак невесомо огладил плечо Нишан и перешёл к шее, беря её в полукольцо собственных пальцев. Он обращал внимание на многие детали, охватывал глазами, будто боялся, что рассмотреть не успеет и стоящая перед ним девушка попросту растворится в воздухе. Аккуратно дотрагивался до гладкой ткани юбки, к плотно прилегающему к телу поясу и спине поверх тонкой блузки, где более всего ощущалось тепло тела Нишан. В нём просыпалось то самое непреодолимое чувство сумасшедшей нежности, которое заставляло чуть ли не физически сдерживать себя от желанных действий. — Прекрасно. Тебе очень идёт, — почти что шепотом сказал он и погладил девичью шею, ненавязчиво заставляя её посмотреть на него. Ей пришлось дать ему возможность увидеть все те чувства, которые она испытывала сейчас: стыд, вина, растерянность, беспомощность, страх. Всё это плескалось в поблескивающих карих глазах. Чимин тяжело выдохнул и отступил назад, кивая и позволяя Нишан вернуться в раздевалку. Вскоре она вышла снова, представая перед ним в бежевом костюме, состоящим из гофрированных клешированных брюк и корсета. Затем в изящном светло-сером платье, облегающим её худощавое тело. Оно скрывало девичьи руки до локтей, а ноги до колен, зато открывало вид на ключицы и тонкую шею. Девушка вновь вернулась в раздевалку, немного свыкнувшись с тем, что директор Пак постоянно к ней прикасался. Присутствие постороннего человека немного успокаивало. Нишан сняла и аккуратно отложила в сторону светло-серое платье, сразу же беря в руки более лёгкое и более летнее, нежное, как и все остальные наряды. Каждая вещь, которую она надевала, действительно подходила ей и делала визуально более женственной. К сожалению, подобный стиль совершенно не подходил к темпу жизни Нишан. У неё не имелось столько времени, чтобы уделить внимание причёске или макияжу, которые должны идти в комплекте с такими нарядами. Что уж говорить о подходящей обуви. С рождения Бочоль Нишан полностью перешла на удобную простую обувь. Те же туфли и босоножки, что остались с тех времён, пока девушка ещё не была матерью, уже давно вышли из моды. Воздушное белое платье с мелкими изображениями блеклых незабудок вызывало у Нишан противоречивые чувства. Она не могла не оценить качество и красоту изделия, или дело было вовсе не в платье, а в том, как выглядела в нём сама Нишан. Девушка засмотрелась на своё отражение, будто видела себя, но совершенно другую, ту, которая вполне могла существовать, но по некоторым причинам являлась лишь отголоском реальной. От этого Нишан становилось только печальней. Поджав губы и порывисто выдохнув свою задумчивость, девушка направилась к выходу из раздевалки. Сдвинув штору вбок, она сразу столкнулась со взглядом Чимина. — Я попросил консультанта подождать за дверью. Хотелось взглянуть на тебя вблизи, позволишь? — спросил мужчина, создавая лживую иллюзию того, что Нишан действительно могла на что-то влиять. Девушка отступила назад, возвращаясь внутрь раздевалки, чувствуя, как конечности немели от нехорошего предчувствия. Она пятилась задом, боясь оказаться к господину Паку спиной, и в конце концов столкнулась с зеркалом. Дыхание Нишан участилось, и Чимин заметил это по её вздымающейся груди. Его взгляд трудно было правильно расшифровать, потому девушка продолжала плотно прижиматься к поверхности зеркала и неотрывно смотреть в глаза мужчине, словно таким образом могла замедлить его или вовсе остановить. Чимин осознавал всю опасность данной ситуации, потому в нём не было сейчас ни довольства, ни скрытой насмешки, никакого превосходства над Нишан. Его взгляд казался грустным или даже немного безразличным. Внешние уголки глаз, слегка опущенные вниз, придавали внешнему виду тоски, позволяли девушке ощутить его нужду в ней. Выражение девичьего взгляда слегка поменялось. Нишан ненавидела себя за это, но чувства, возникшие в ней, не собирались считаться с её рационализмом. Этот человек насильно удерживал девушку рядом, но вместо того, чтобы жалеть себя, она вдруг пожалела его. Почему? Нишан и сама не знала. Необъяснимое ощущение заполнило её. Господин Пак показался ей крайне несчастным, и девушка поймала себя на том, что ей захотелось спросить, почему мужчина был таким. Тем не менее, трезвый разум не покинул Нишан окончательно. Он заставлял её бороться с внезапно возникшим желанием утешить Чимина и напоминал, кто он такой. Господин Пак взял девушку за руку, осторожно потянул, заставляя развернуться к нему спиной. Он проделывал все свои действия с каким-то природным умением, так что Нишан поддавалась ему, удивляясь собственной покладистости. Чимин приблизился, касаясь своим телом тела девушки. Он осторожно прижимал её к себе, положив ладонь под девичьей грудью, в районе солнечного сплетения. Зеркальное отражение позволяло Нишан не только чувствовать это, но и видеть. Такое прикосновение словно присваивало девушку Чимину. Собственническое, нежное, осторожное и одновременно угрожающее. Ощущение словно эти самые пальцы, аккуратно касающиеся её тела, вполне могли тотчас сжать и сдавить лёгкие Нишан, но почему-то не делали этого. Хотелось замереть и не двигаться, чтобы не спровоцировать господина Пака. Взгляд мужчины медленно изучал девушку, будто впервые. Чимин стоял прямо, наблюдая за собственными руками, гладившими девичьи предплечья. Его пальцы продвинулись дальше вверх, к тем местам хрупких плеч, где их не скрывало платье. В глазах мужчины смесь странных эмоций: безграничная нежность переплеталась с притаившейся тьмой, которую визуально заметить Нишан, увы, не могла, но ощущала каждым рецептором своего тела. Всё её существо вопило об опасности, страх сковывал, задерживал дыхание, пока отстуки сердца эхом отдавались в горле и ушах. Руки Чимина прикасались теперь более уверенно. Взгляд Нишан, отражающийся в зеркале, давал понятие о готовности девушки. Никогда впредь он не показывал свою истинную личину жертве, пребывающей в сознании. Эмоции, реакция — это то, о чём господин Пак так всегда мечтал, чем хотел насытиться, удовлетвориться. И сейчас он бессовестно поглощал чужой страх, стыд, смятение… Мужчина хотел сделать из девушки свою жертву, даже если подобные поведенческие наклонности не были присущи ей ранее. Он хотел привить Нишан зависимость к себе и ко всему происходящему между ними. Так, чтобы даже самые омерзительные действа имели для неё свою особую, невероятную сладость. Директор Пак собирался навеки связать страх и унижение, испытываемые Нишан, с безумным для неё удовольствием. Чимин огладил девичье надплечье, спуская ткань ниже, оголяя всё больше и больше кожи Нишан. Мужские пальцы собрались в кулаки, скамкивая и чашки бюстгальтера, и платье, чтобы освободить грудь. Девушка неконтролируемо схватилась своими руками за руки господина Пака, чуть прогнулась и сильно зажмурилась. Её искривлённые губы говорили о том, что Нишан вот-вот заплачет, но, вопреки всему, грудь Нишан всё же предстала перед взглядом мужчины. За собственной дрожью и всхлипыванием Нишан не замечала, как тремор прошиб и тело Чимина тоже. Девушка прикрыла грудь своими ладонями, но мужчина перехватил запястья и отвёл её руки в стороны, продолжая наслаждаться тихим плачем и тяжёлым дыханием Нишан. Когда господин Пак переместил свои руки на девичью грудь и осторожно смял её пальцами, Су плотно сомкнула ноги. Из-за осторожных касаний к соскам, низ живота Нишан сводило спазмом. Тело рефлекторно прогибалось, ноги подкашивались, ощущение прижатой к копчику выпуклости вынуждало податься назад, поближе. Мало того, что девушка не могла контролировать ситуацию, теперь даже контроль над собой слабо ей давался. Не выдержав, Нишан таки прогнулась в пояснице, из-за чего её зад потёрся о пах Чимина. В этот момент мужчина подался вперёд, обхватывая девушку одной рукой, а второй упираясь в зеркало. Нишан всхлипнула и сдавленно промычала, из-за чего его прохладная поверхность запотела. Она опиралась обеими руками о своё отражение, чувствуя настойчивое давление у ягодиц. Жар мужского тела был так непривычно необходим ей сейчас. Су ощущала жуткий стыд из-за того, что грудь оставалась открытой. Девичьи щёки горели огнём, разрумянились, а глаза слезились от переизбытка эмоций. Но все попытки прикрыться, мужчина резко пресекал. Он прижал Нишан вплотную к себе и принялся неспешно двигать тазом, потираясь пахом о её ягодицы. Мужчина перемежал эти движения с прикосновениями к соскам, чувствуя, как всё напряжение девушки собиралось у неё между ног. Не желая терять момент, Чимин резко ослабил хватку и подтянул подол платья до девичьих бёдер. Нишан внезапно вздрогнула и будто очнулась, выходя из небытия. Она отрицательно крутнула головой, принимаясь по новой всхлипывать и тихо упрашивать мужчину не делать этого здесь. Тем не менее, пальцы господина Пака подцепили край нижнего белья и медленно, дразнясь, пробрались под ткань. Нишан чуть не задохнулась в тот момент, когда Чимин невесомо дотронулся до неё между ног. Все просьбы вмиг прекратились, девушка сжалась, упираясь лбом о зеркало. Ноги подкосились сильнее и изо рта вырвался полустон, полувсхлип. Она сосредоточила все силы, напрягая бёдра до предела, боясь, что если позволит себе раскрыться перед господином Паком, то он воспримет все её предыдущие протесты за притворство. Нишан стискивала зубы и тут же громко выдыхала, будто воздуха в лёгких было больше, чем они могли в себя вместить. Сводила брови в жалобном жесте, изнемогая от судорог, сводящих часть её тела. Количество смазки удивило господина Пака. Пальцы скользили как по растопленному маслу, изводя и его, и Нишан. Она была более, чем готова, кончить. Даже самые лёгкие прикосновения заставляли тело сгибаться, а ноги дрожать. Девушка не контролировала себя, в один момент щурилась, будто прилагала к чему-то усилие, в иной — распахивала глаза и закатывала их, запрокидывая голову на мужское плечо. Во рту у Чимина пересохло пока он наблюдал за Нишан. Ему множество раз приходилось доводить супругу до оргазма пальцами, но наблюдение за этим не приносило мужчине столько удовольствия. Девушка сжала ноги, наклоняясь вперёд. Господин Пак настойчиво продолжал плавные движения пальцами, ощущая, что Нишан мелко дрожала, достигая пика удовольствия. Она начала съезжать на пол, так как ноги отказывались держать её. Чимин тоже не стал удерживать, опустил и помог сесть, присаживаясь перед ней на корточки. Взяв пальцами за подбородок, мужчина заставил Нишан выпрямить спину и приподнять голову. Измождённая, опустошённая и открытая она смотрела в глаза мужчине, желающим съесть её целиком и прямо на месте. Он скрежетал зубами, поедая её взглядом и перебирая в голове самые извращённые желания, которые возникали прямо сейчас внутри него. Шумно выдохнув через нос, мужчина облизал губы и прикрыл глаза, стараясь успокоиться, ведь Чимин помнил, где находился. Господин Пак коснулся фалангами пальцев губ девушки и шепнул: — Целуй. Нишан сделала, как он сказал, медленно моргнув. Мужчина повернул кисть руки и девушка поцеловала его пальцы снова и снова, медленно, слегка прикладываясь губами к костяшкам и нескольким кольцам. — Умница, — прошептал Чимин, погладив Нишан по щеке и склонившись, чтобы и самому поцеловать её в губы. Не отстраняясь, он добавил: — Приведи себя в порядок, а я отойду ненадолго.