Не стоит сменять курс

-Брат, в этом море слишком много русалок. Не думаешь, что лучше сменить курс? -У нас нет другого выхода, Сарк. Провизии не хватит, а это самый короткий путь до ближайшего города с выходом на море. Скажи, чтобы все были на стороже. Мы уже почти приблизились к ним. Море покрыто туманом, и видимость сильно снижается, но они плывут. Пересечь это море займёт два часа, однако какими эти два часа будут – зависит только от них самих. Капитан тяжко вздыхает и отдаёт команду плыть прямо по курсу и не обращать ни на что внимания. А особенно, на тонущих девушек. Час проходит относительно спокойно, если не считать камни, за которых чуть не зацепился корабль. А потом туман вдруг рассыпается и слышится пение. Сирены. Здесь они прогадали, и несколько человек падают за борт, где уже смеются русалки. Таким ангельским звонким смехом, что он невольно бы сам заслушался, если бы не Сарк, который одергивал его. Корабль доплывает до города, понеся малые потери – всего в пять человек. Однако, никто не мог понять, куда делись братья Столетты. *** Каллиас и Сарк оборачиваются, когда чувствуют на себе взгляды. И невольно отступают на шаг назад, потому что они обе должны быть мертвы. Но тем не менее, Мариарти де л'Анж и Клития Аркерон смотрят на них. -Вы должны ведь быть мертвы... -Да, тот корабль затонул, ты правильно помнишь, Сарк Столетт. – отвечает ему рыжеволосая Клития и что-то шепчет Мариарти. Та, на удивление, без подколок, язвления и всего прочего спокойно обращается к Столеттам. -Мы обещаем, что ваш корабль пройдёт спокойно. Однако, только если на нём не будет вас двоих. Спуститесь с корабля. И они выживут. На её лице не было выражения эмоций, лишь абсолютное обманчивое спокойствие. Каллиас переглядывается с Сарком, а тот кивает головой. Клития фыркает что-то по типу 'они ни капли не изменились' и пропадает в море, куда вскоре и уходит Мари. -Что вы от нас хотите? -Правды, до того, как вас съедят. Может, и получится вас защитить. -Съедят? – приподняв брови спрашивает Сарк, а Клития смеётся. -Столетт, русалки – утонувшие девушки. И ненависть к вам является основой нашей жизни. Но Мари прекращает следить за их взаимоотношениями и немного отплывает в сторону. -Мариарти... Я действительно виноват. -Каллиас, мы в той ситуации были виноваты оба. Но меня интересует не это. Ты действительно убил её? – Мариарти спрашивает, а на душе всё замирает. -Я никого не убивал. А к смерти двух твоих знакомых и подруги не имею никакого отношения. -Тогда почему Аннет и Ди тогда сказали, что это был ты?! -Подожди. Что говорила Веда? – спрашивает Каллиас, начав догадываться. -Она молчала. Но сказала, что виноват был кто-то из двух семей Драголиса. -А на следующий день корабль, на котором ты отправлялась, затонул. Мари, это действительно кто-то был из наших. Но тем не менее, я нашёл маску, сделанную в виде моих черт лица. -Поклянись, что ты сейчас говоришь правду. На крови поклянись. – голос Мари дрожит, а Каллиас режет своим клинком себе руку и произносит слова клятвы, после которой невозможно соврать. -Ты знаешь, кто убил их? -Вас убил тот, кто выдавал за меня, у меня есть несколько кандидатур, но нужно, чтобы ты сказала, насколько хорошо меня копировали. -У него были твои глаза. Привычный мир Каллиаса разрушивается на маленькие кусочки, потому что тот, у которого были его глаза – находился на корабле. Тот, на котором сейчас управление кораблём. -Раск Драгоций... – шипит Мариарти, а Клития её слышит и они вновь плывут к кораблю. Почему-то, их обоих даже не напрягает, что они обе – русалки. Почему-то, их обоих не напрягает, что они обе сейчас будут убивать убийцу. Почему-то на сердце спадает тяжёлый камень, когда они – живые. Даже если это значит то, что они никогда не выберутся из этого подводного царства.