deliriously

Он оставил обувь у двери и вошёл в дом, встретив лицом холод: Из распахнутых настеж деревянных окон сквозил ветра голод. Он гудел и искал, словно кого-то, поглощая в спешке мебель И со свистом качал опустевшую колыбель пожилой леди. Злодей встал на терассе и всмотрелся в пейзаж, уже поглощённый ветром. Этот мир был похож на мираж, этот мир, словно сон, — уже исчерпан. Старые стены ломают края, свои же, покрытые пылью картины стирают в себе моря, становясь к пустоте всё ближе. Этот мир умирал у него на глазах. Он умирал с ним же. Голые ступни коснулись травы, словно после дождя — мокрой, Шаг неспеша мерил склон небольшой горы, Приближаясь к водной кромке. Знакомый омут манил чернотой, а мысли охватила надежда, Что там, в водной глади, найдётся покой, Что там глубина боль утешит. Он склонился к воде и осторожно назвал её красивое древнее имя. Он нагнулся ещё и ещё раз позвал, коснувшись губами всплывшего ила, Но для него никто вновь не собрал по кускам её бледное лико. Забрызганный кровью белый кусок нежной и мягкой ткани, Всё ещё грелся в ладони его, бахромой щекоча пальцы. Тишину прервал всплеск упавшего в воду бледного хладного тела: Томура тонул в студёной воде, протянув руки к мутному свету. Злодей улыбался, улыбался себе, встречаясь во сне с Неши.