Теплая тьма, кислая тоска, смешная жизнь

– Я люблю тебя, – прошептал он, утыкаясь носом в кожу ее живота. Свет проходил сквозь ее кудрявые волосы и стекал по покрывшемуся испариной телу прямо к его губам. Он покрывал ее поцелуями, – Я люблю тебя. Она молча принимала его слова, он продолжал зацеловывать кожу, спускаясь к ногам. Язык скользил по шершавой коленке, хотелось пасть ниже, он по-собачьи склонился к ее ступням, когда Гермиона перехватила его за подбородок. Она посмотрела на него внимательно, он не понимал о чем она думает, и никогда не хотел бы знать, но она рухнула к нему в объятия и крепко сжала. Ее руки гладили его по голове, Драко показалось, что она поцеловала его в макушку, материнский жест смутил, и он отстранился. В ее глазах стояли слезы. Мда. Зачем он сказал, что любит ее? Он сглотнул, она отвернулась, села на кресло. Не думать об этом. Драко подполз между ее ног, к теплу, к тому вкусу, который он никогда прежде не знал, кислая тоска. Зачем он сказал, что любит ее. Жесткие лобковые волосы пахли ей так сильно, Драко терся о мокрые складки лицом как ревнивый кот. Гермиона, будто сопротивляясь, стонала и то разводила ноги сильнее, то сжимала голову Драко до белого шума. Зачем он сказал, что любит ее? Встать, одной рукой освобождая член, направить в теплую тьму, вставить слишком резко, так что она укусит его за плечо. Нащупать шею, сосок. Трахать кислую тоску. Блядь, как хорошо, как хорошо. Можно кончить в нее? Можно испортить ее своей спермой? Зачем он сказал, что любит ее? Блять? – Кончай, Драко – Бляттть… ... – Ты кончила? – Нет. … – Ты больше не придешь? – ... – Я спросил. – Не знаю. … – Ты не виноват. – В чем? – Во всем. … – А ты не виновата в том, что мне паршиво. – Не думаю. … – Нет, просто у меня ощущение, будто ты бессознательно пытаешься себя унизить, точнее быть ниже в наших... отношениях, или через наши... отношения. Чтобы компенсировать все, что происходило. – Не знаю как это комментировать. … – Тогда у меня ощущение, что ты спишь со мной из жалости или синдрома спасительницы. – ... – Это неприятно. – Нет, на самом деле, я думала об этом, но я не знаю. Это сложно. – Зато про меня тебе все просто. Ты что, хихикнула сейчас? … – Ну, ты заплакала в какой-то момент. – Думаешь, из жалости? – Блять, а что мне думать? – Может, ты такой паршивый любовник? – Грейнджер... – Может, кто-то умер? – Не знаю, но ты точно имеешь шанс скончаться прямо сейчас. ... – Но ты же понимаешь, что вылизывание моих ступней не очистит твою совесть? – Что ты, блять, несешь. … – Хорошо, я согласна, что сформулировала паршиво, но может ты еще останешься, и мы поговорим? – Нахуя? – Ладно... – Ладно. … – Ты больше не придешь? – ... – Драко? – Наверное нет. ... – Ты не видел мой носок? – Под шкафом. … – Мне почему-то очень грустно. – Не знаю как тебе с этим помочь. – Просто жизнь такая смешная штука. – Наверное. … Дверь захлопнулась. Кабинет пуст. Зачем он снова пришел?