Бой с тенью

Случится однажды так, что ты проснешься и все как будто с чистого листа. Вроде бы все по-прежнему, но интуитивно чувствуешь, что-то поменялось. После долгих 13 лет «испытаний огнем» кто-то выпустил меня из плена собственного сознания. Жизнь не поменялась, но поменялась я. Почему именно сейчас? Я не знаю ответа на этот вопрос. Возможно, это был какой-то определенный срок, и таймер отсчитал необходимое количество секунд, минут, часов, лет и счетчик обнулился. Щелк и все, испытания окончены, заключенный отбыл свой срок. Сейчас я будто стою в больничной пижаме босиком на асфальте и не знаю куда идти, что делать дальше. 13 лет, не маленький срок. Я боролась с демоном внутри себя, мне всегда казалось, что этот демон она, но сейчас после обнуления, понимаю, что им была я. Если бы я могла показать свой внутренний мир на протяжении этих 13 лет, он выглядел бы так: Комната, как башня, с множеством окон, в самом верху открыто несколько окошек, оттуда раздается детский смех, там пахнет летом и травой. Но я стою в низу, где темнота, густая, почти ощутимая, будто обволакивающая, кажется, что протянув руку за нее можно ухватиться, увязнуть пальцами. Я пробираюсь сквозь этот мрак и в центре в таком же темном сиянии, посреди пустоты сидит фигура в черной мантии с широким капюшоном. Здесь тьма не такая густая, но дышать все еще трудно. Я приближаюсь к фигуре, которая начинает медленно подниматься, она похожа на тень, складки мантии бесшумно распрямляются, струясь и обволакивая фигуру. Она выпрямляется, гордо и медленно вздернув подбородок. Можно сказать, что она красива, пугающе, мрачно красива. Фигура стоит в пол оборота, слегка повернув голову в мою сторону, как бы обозначая, что она знает о моем присутствии. Я не вижу ее лица из-за капюшона. Меня тянет к ней. Она протягивает руку в мою сторону, изящно поворачивая ладонь вверх, и слегка сгибает тонкие пальцы в зовущем жесте. Ровно в эту секунду все внутри меня начинает сопротивляться, сердце колотится с бешеной скоростью, но невидимая сила, схватив за горло, буквально тащит к фигуре. Я пытаюсь кричать и хвататься за тьму, но лишь хватаю пальцами пустоту. Мне страшно. И все что я могу делать, это лишь плакать, от страха и боли что буквально заковывают мою душу в тиски. Но в следующий момент я уже стою на коленях, перед фигурой в мантии. Мой взгляд упирается в полы длинной струящейся ткани, сердце уже не пытается выпрыгнуть из груди, но я боюсь поднять глаза. Фигура все так же пугающе медленно присаживается напротив меня, я слышу, как шуршит ткань, вижу как руки тянутся к моему лицу. Пальцы касаются подбородка и мягко, но требовательно поднимают мою голову вверх, я зажмуриваюсь, боясь увидеть лицо тени, взглянуть ей в глаза. И вдруг, абсолютно неожиданно чувствую тепло исходящее от ее рук, оно окутывает меня, успокаивая. Внутри все затихает, страх отступает и я, наконец, открываю глаза, мгновенно погружаясь в водоворот бушующего моря, темного, как и все вокруг, меня затягивает внутрь с невообразимой скоростью, накрывает волной, но я не чувствую холода, или жжения от того что вода попала в легкие. Все что я чувствую, это любовь. Любовь к ней становится центром моего существования. Она захватывает меня полностью, и я больше не хочу сопротивляться. Так происходит каждый раз, когда я появляюсь в этой комнате. Я ненавижу ее. Комнату. Фигуру в мантии. Глаза цвета ночного моря. Я ненавижу свою любовь к ней. Но меня тянет сюда, снова и снова, к фигуре, к этим глазам, к этому чувству. Моя душа практически живет здесь, с ней, я знаю, кто она, но не могу вспомнить, не могу разглядеть лица. Лишь глаза. Она хочет, чтобы я сдалась и осталась здесь навсегда. Каждую ночь она зовет меня, и каждую ночь я прихожу, оказываясь все ближе. Она ставит меня на колени все быстрее с каждым разом. И все чаще я не хочу выныривать из глубины. Меня пугает это, ведь однажды окошки сверху захлопнутся и она поглотит меня, мою душу такой красивой, такой притягательной тьмой. Там, в ее вселенной спокойно и легко. Она есть там, она рядом. Она мой внутренний «демон». Выныривая из этой пучины, я долго пытаюсь отдышаться. Меня будто выбрасывает на берег огромной волной, я начинаю захлебываться и задыхаться, но все же прихожу в себя. Каждый день тянется мучительно долго, теперь я уже не могу дождаться ночи, чтобы вновь окунуться в эту волну. Я боюсь ее так же сильно как люблю. Но однажды я делаю ошибку. Я рассказываю Тебе о своих снах. Ты говоришь, что хотела бы увидеть их, но это невозможно, да и я бы не показала тебе, сколько темноты у меня внутри, сколько боли и любви. Ты бы просто не поместилась там. Наступает долгожданная ночь, я готовлюсь к ней как к ритуалу. Умыться, расправить постель, поправить подушку, укрыться одеялом, закрыть глаза и ждать. Ждать появления комнаты. Наконец тьма окутывает пространство, густая, почти ощутимая, будто обволакивающая, такая знакомая. Я по привычке поднимаю взгляд вверх, к открытым окошкам и замечаю, что их блеск стал значительно тускнее, а голоса слышны, будто за плотной стеной. Во мне появляется тревога, и желание уйти отсюда как можно быстрее, прямо сейчас, и никогда больше не возвращаться. Я резко разворачиваюсь, но натыкаюсь на стену из тьмы. Она настолько твердая, что я чувствую боль от удара. В этом месте тьма дрожит, будто густой туман, и я снова бью кулаком по стене. Дрожь тумана беззвучной волной расходится от места удара в разные стороны. Я заношу кулак для нового удара и тут же оказываюсь в центре комнаты, бью кулаком пустоту, едва удержав равновесие от внезапно потерянной опоры и ощущая спиной присутствие фигуры, сегодня она ближе, чем всегда. Я уже знаю что повернувшись, наткнусь на нее, так же как на стену минутой ранее. Меня сковывает уже привычный ужас встречи, но внутри меня что-то поменялось. Это чувствую не только я, но и фигура в мантии. Она злится. Эта злость волнами отражается от стен комнаты, проникая внутрь меня, и теперь я тоже злюсь. Ведь я даже не заметила, что она давно стала частью меня, моей тенью. Или же я стала частью ее. Рука сжимает мое плечо и силой разворачивает к себе, заставляя в очередной раз заглянуть в глубину ее глаз, но сегодня я твердо намерена разглядеть ее лицо. Я все еще ощущаю нашу злость, вокруг все вибрирует, даже воздух теперь кажется осязаемым, но я не зажмуриваюсь как обычно, эта злость дает мне силы действовать, а не трусливо плакать, сжавшись у ее ног. Лицо. Я должна увидеть лицо. И подняв глаза к фигуре, я вновь натыкаюсь на глаза, но в этот раз меня не затягивает в бездну, я вижу отрывками картинок знакомый взгляд. Сердце начинает колотиться как бешеное. Они не черные, они синие, почти серые. Это Твои глаза. Ты мой «демон». Это осознание с силой бьет меня под дых, в солнечное сплетение, я задыхаюсь и буквально складываюсь пополам, упираясь рукой в пол и хватаясь за больное место. Фигура мгновенно отлетает дальше от меня, и я чувствую как она становится больше. Она растет. В ее изящных руках черный, меч, он кажется частью мантии, выглядит струящимся во тьме, но я физически ощущаю надвигающуюся тяжесть металла. Фигура заносит меч выше, над головой, готовясь обрушить его на меня, а я как завороженная смотрю в Твои глаза. Как я не видела раньше? Я жила не снами, не тьмой, я жила Тобой. В этот момент я была готова к удару, я не чувствовала ни злости, ни боли, ни страха, как вдруг черный меч с металлическим лязгом упал рядом. Взгляд фигуры изменился. Я оглядела ее и увидела торчащий из груди белый, будто струящийся сквозь тьму меч. Он торчал концом, воткнутым со спины. Лицо фигуры отобразило мучительную гримасу и я увидела уже не Твои глаза. На меня смотрело мое лицо, искаженное от боли. Тень это я сама. Меня затрясло от ужаса, в ушах зазвенело, и все что я могла, это тихо повторять: «Нет, нет, нет, нет», смотря в собственные глаза, а фигура начала рассыпаться, превращаясь в черный пепел. Белый меч с таким же лязгом упал в центре комнаты, на место, где только что была моя собственная тень, мой «демон», пытавшийся меня убить. Сквозь слезы я увидела хрупкую фигуру, стоявшую чуть дальше, это ее меч. Фигурка приблизилась. Это Ты. Ты уничтожила мою тьму. Ты протянула мне руку, изящно развернув ладонь вверх. Тонкие пальцы не сжались в приглашающем, знакомом жесте и я подала руку, позволяя тебе помочь мне встать. Звон в ушах сменился тишиной, боль в душе спокойствием. - Пойдем, я помогу. Ты потянула меня за собой. И я увидела окна. Оказывается их здесь множество. Вся стена сплошь в окнах, маленьких, больших, разноцветных и таких разных. Я только сейчас поняла, что в комнате не темно, и снова слышен детский смех, чувствуется запах лета и травы. То самое окошко здесь, совсем рядом. И я заплакала. Не знаю почему, может от счастья, но я держала тебя за руку, смотрела на это окошко и счастливо улыбаясь, плакала. Ты подвела меня к другому окну, мы остановились, ты заботливо вытерла мои слезы тыльной стороной ладони и указала жестом на ставни. - Откроешь? Я кивнула, и отпустив твою руку распахнула ставни. В лицо ударил яркий, солнечный свет и закружилась голова. На этот раз я очнулась не выброшенной на берег жестокой волной. Я проснулась от того, что в лицо светит солнце. Мне впервые было легко. Впервые за долгое время я не чувствовала тяжести, боли, я не испытывала тех эмоций что преследовали меня каждый день 13 лет подряд. Я была спокойна. Мое море внутри было спокойно. Полный штиль. Но я и не чувствовала больше любви. Будто эта часть меня стерлась, совсем. Я больше не боялась возвращаться в сны. Там меня ждала красивая светлая комната с разноцветными распахнутыми окошками. Я раскрыла еще не все, но у меня все впереди.