Будьте осторожнее со своими словами

В это утро Куросаки проснулся под мелодию мелкого дождя за окном. Весь прошлый день Гриммджоу будто не замечал рыжего, хотя, он не раз пытался улучить момент и извиниться перед арранкаром наедине. Отчего-то, Ичиго не хотел, чтобы их видели. Но Эспада игнорировал все попытки, а после уроков вообще исчез. Шинигами, даже, подумал, что тот ушёл в другое измерение. Наскоро собравшисть, Куросаки даже не позавтракал, отчего Юдзу, милая Юдзу, огорчилась, но услышав, что брат спешит, девочка разулыбалась и пожелала ему удачи. Карин хмуро ковыряла ложкой в тарелке, Ичиго отметил, что её силы медиума становятся всё крепче. В школе Джагерджага не оказалось, но шинигами не терял надежды, что он придёт. С каждым уроком уверенность в этом таяла, пока, наконец, не иссякла перед последним уроком. Ичиго отпросился и побежал домой. Что-то было не так. Реяцу арранкара не было. Вообще. Ичиго не ощущал. Он чувствовал всех. Даже Омурайсу-сана (громкий хлопок и крик "МЕНЯ ЗОВУТ НЕ ОМУРАЙСУ!" откуда-то с южной окраины города). Но не этого несносного Сексты Эспады. Дома было пусто, отец в клинике, сёстры в школе. Даже Кон ушёл куда-то, скорее всего,ч к Урахаре. – Где же ты, кошачья морда... – вайзард нервно поглядывал то на удостоверение шинигами, то на окно, где так часто сидел голубоволосый мужчина. Что-то внутри нарастало, набирало обороты, вгоняя в тоску. Ичиго сидел неподвижно, как несколько месяцев назад, когда его реяцу исчезла и он стал обычным человеком. Ичиго упорно искал этот яркий огонёк чужой реяцу, но безуспешно. В конце концов, Ичиго сдался, голову сдавила боль и парень встал со стула и пересел на кровать. – Грёбанный придурок!.. Куда ты запропастился... В бессилии Куросаки ударил кулаком в подушку, а затем подмял её под себя, ложась на бок, спиной к окну. Он всё надеялся, что окно сейчас скрипнет и в комнату ввалится Джагерджаг, наполняя вновь мир криками и красками. Но этого всё не происходило. За ожиданием, Ичиго не заметил, как заснул. Непонятно, сколько времени прошло. Пять минут или несколько часов. Ичиго поморщился, но ощущение взгляда не проходило. К нему добавилось чувство, как матрас проминается под весом чего-то тела. Слишком тяжёлого для Кона, слишком лёгкого для Иссина, слишком крупного для Рукии. Шинигами распахнул глаза и нос к носу столкнулся со взглядом ярко-голубых глаз, подведёных бирюзовым. Осколок маски, так и не исчезнувшей даже в видимой для людей форме, не скрывал растянутые в хищной улыбке губы Пантеры. Светло-голубые волосы падали на лицо и торчали в стороны, будто их только что взъерошили. От Джагера пахло чем-то странным, неуловимо-манящим, влекущим, шепчущим поддаться. Это было странно и Ичиго от неожиданности впал в оцепенение, чем, конечно, немало развеселил арранкара. В глазах Эспады промелькнул огонёк безумия, оскал стал ещё более хищным, но Ичиго знал - Гриммджоу улыбался. По-своему, пугающе, но улыбался, нависая над лежащим шинигами. — Значит, свалить, чёртов Куросаки? В голосе, вопреки улыбке и озорному блеску в глазах, сквозила обида и невысказанная правда. Неуловимая, как нимфа. – Я... Гриммджоу... Прости... Ичиго сглотнул, глядя прямо в небесно-голубые глаза, прекрасно понимая, что сейчас, Эспада запросто может разорвать вайзарда на куски - он даже и пальцем пошевелить не успеет. И то, что Куросаки всё ещё жив - заслуга, пожалуй, не самых крепких нервов Джагера. – Гримм... Куросаки поднял руку в попытке коснуться арранкара. Он ждал от голубоволосого его обычное "Курррросаки, ты обещал мне битву!". Ичиго видел, как Гриммджоу вдыхает. Как рот раскрывается, чтобы выдохнуть слова, как приподнимается красноватый, влажный язык во рту арранкара. Ичиго ждал этих слов. Но Секста Эспада произнёс вовсе другие слова, которые заставили шинигами вздрогнуть и залиться краской. – ЗДРАВСТВУЙТЕ, ПОЕБЁМСЯ?!